03.09. Я календарь переверну и снова третье сентября.... 05.06. Доступ к гостевой для гостей вновь открыт. 14.05. Временно закрыта возможность гостям писать в гостевой. Писать сообщения можно через профиль рекламы (Ворон), либо зарегистрировавшись. 14.04. Регистрация на форуме и подача анкет возобновлены. 07.04. Можно ознакомиться с итогами обновления, некоторые мелкие детали будут доработаны.

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Лучше всегда носить при себе зеркальце чтобы защититься от нечистой силы и проклятий.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Архив у озера » Сокровищница » [AU] КЗУ vol.1 "Друзья господина Холмгейра"


[AU] КЗУ vol.1 "Друзья господина Холмгейра"

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

[icon]https://i.imgur.com/ahkZpD3.jpg[/icon][nick]Сон шамана[/nick][status]Доживи до утра[/status][path]<div class="lz"><lz>На границе грёз и реальности.</lz></div>[/path]

Клуб замечательных убийц vol.1
"Друзья господина Холмгейра"

https://i.imgur.com/KwYF8kZ.jpg

детектив х повествование х низкая
поместье близ Альдемеры | альтернативный Расцвет 1059 год
Пыль | Тэль Риш (Агата Лотака) | Калтэй | Качи Карачи | Даэрон Мероль'Таль | Зарвин Лонгплан | Карл Гарсье | Филимон Родикер (Трор)

Господин Холмгейр - известный нувориш из Трансконтинентальной Торговой Гильдии Фиор. Репутация дворфа отнюдь не безупречная. Да, он великолепный делец с живой хваткой, способный сделать выгоду почти что на пустом месте. Но его беспринципность и готовность идти по чужим головам обеспечили ему огромнейшее количество врагов и не меньшее число тёмных слухов, кружащихся вокруг его личности. Так или иначе, этот предприимчивый представитель малого народца сумел сколотить колоссальное состояние и купить себе поместье недалеко от Альдемеры, которое давным-давно принадлежало разорившемуся и стертому из родовых книг графскому роду и простояло уже много-много лет заброшенным. Дворф лично занимался всеми вопросами ремонта и подбором интерьера, не скупясь в средствах. Говорят, что даже в его личной уборной всё сделано из золота. Реставрация особняка заняла около года, и вот наконец на его пороге играет музыка, а роскошные экипажи с гостями прибывают на бал, данный в честь долгожданного новоселья господина Холмгейра. Вино льётся рекой, гости знакомятся друг с другом, наслаждаются экзотическими лакомствами, веселятся и радуются жизни - многие хотели попасть на этот праздник, но лишь избранные получили приглашения в позолоченных конвертах, подписанные лично самим влиятельным представителем Фиора. Все они когда-то пересекались с ним в том или ином деле, но далеко не все распрощались с дворфом в статусе друзей. Впрочем, он всегда любил щеголять своим богатством и не стеснялся пустить золотую пыль в глаза соперникам и друзьям. Вечеринка предвещала быть шикарной, неповторимой и для кого-то даже возмутительной - говорят что господин Холмгейр (известный своим хорошим вкусом к женщинам), лично подбирал куртизанок для предстоящей основной части программы, которую многие ждут.
Однако, дело идёт к вечеру, а хозяин праздника так и не явился к гостям. Уже ближе к ночи престарелый камердинер собрал веселящихся и сообщил, что многоуважаемый господин задержался в дороге и прибудет лишь утром. А для каждого гостя заботливо приготовлены апартаменты, где можно переждать ночь.  Только вот и утром господин Холмгейр на пороге дома не появился. Да и слуги из дома все исчезли. Заперев предварительно все двери и окна. А вишенкой на торте неприятностей оказался труп одного из гостей.

Отредактировано Рейшаар (11.09.2021 22:15)

+5

2

[icon]https://i.imgur.com/ahkZpD3.jpg[/icon][nick]Сон шамана[/nick][status]Доживи до утра[/status][path]<div class="lz"><lz>На границе грёз и реальности.</lz></div>[/path]

- Всё уже готово? Никаких проблем не будет? - многим казалось, что в хорошем настроении Норвин Холмгейр просто не бывает. Сейчас дворф стоял на пороге своего особняка и смотрел снизу вверх в глаза долговязого старика-камердинера, который был на удивление спокоен и словно равнодушен к происходящему.
- Да, господин, всё как вы и просили, - глава прислуги дома в очередной раз отчитался о том, что всё идёт по плану.
- Проследи, чтобы было много вина. И пива! Не забывайте о деликатесах, всего должно быть вдоволь! Вечер должен быть незабываемым!
Хозяин особняка коварно ухмыльнулся, на лице камердинера не дрогнул и мускул.
- Всё как вы просили, господин Холмгейр, всё как вы просили.
Дворф недовольно сощурился и кулаком погрозил своему слуге.
- Всё как вы просили, всё как вы просили, - явно переигрывая, сварливый богач передразнил собеседника, - Ух! Как же ты бесишь! Ладно. Мне пора. И перепроверьте ещё раз, чтобы кхм… бальный зал был закрыт и ключ был в надёжном месте.
- Разумеется.
Холмгейр нахмурился ещё больше, чем обычно, топнул короткой ногой недовольно и молча развернулся к своему скакуну, которого уже приготовили конюхи. Белоснежный, с длиной шерстью, стройный и высокий (настолько, насколько высоким может быть пони) он с достоинством принял на спину грузного наездника. Говорят, что ещё никто из посмевших высмеять боязнь больших лошадей, присутствующую у богатого дворфа, не выжил. Не зря судачат.

К вечеру, стоявший столько лет заброшенным, особняк окончательно преобразился и наполнился жизнью, которой ему так не хватало. На улице уже стемнело, поэтому были зажжены фонарики, стоявшие вдоль дороги по обеим сторонам. Первые экипажи уже стояли у входа в особняк, гости начинали прибывать. Их встречал небольшой оркестр, игравший прямо на пороге, и камердинер, встречавший всех дежурной улыбкой и делавший пометки в списке гостей.
Двухэтажное здание стояло на небольшом пригорке, неплохо выделяясь на фоне сельской местности с бесконечными полями пшеницы. На первом этаже, сразу за небольшим холлом с лестницами на второй этаж (где разместились личные покои хозяина дома и комнаты для гостей), находился большой зал, заставленный сейчас столами, которые буквально ломились от всевозможно разнообразной еды. В центре зала стоял небольшой фонтан с красным вином в окружении ровных рядов бокалов. Вдоль стен несколько мягких диванов. Из зала с правой стороны был выход в две комнаты для уединения небольшими компаниями, между которыми был коридор к кухне и другим служебным помещениям, там же проход к флигелю прислуги и в подвал особняка. Слева находилась запертая дверь с золотистым орнаментом, за которой должен быть ещё один зал, пока что недоступный гостям.
Всё было готово к празднику. Букеты цветов повсюду, яркие ленты подвешенные под потолком - и без того парадное убранство особняка сегодня выглядело особенно торжественно. Услужливые официанты и официантки отлично дополняли роскошные интерьеры главного зала, готовые помочь гостям сделать этот день лучшим в их жизни. Кто знает, может для кого-то он станет последним?

+7

3

Когда к нему пришло приглашение на званый вечер от господина Холмгейра, Карл ни капли этому не удивился. Еще бы, его не позвали. Пару недель назад к этому гордому дворфу уже нанесли визит его эмиссары, с напоминанием о том, что пора гасить долг. Как бы Холмгейр не кичился своим богатством, по факту он пребывал в весьма и весьма щепетильном положении, наверняка проклиная весь свет за то, что пару лет назад принял помощь так называемого Человека. Он взял ссуду, небольшую, можно сказать, незначительную, под смешную ставку в девять процентов на недельный заем. Карл любил эту цифру – простая, безобидная, это не десять, про которую многие люди стараются не думать, ведь им приходится выплачивать десятину церкви. Число девять изящнее, легче воспринимается. Вот тут то и раскрывается весь потенциал ловушки, ведь девять процентов в неделю, дают четыреста шестьдесят восемь процентов в год, и если долг не погашался за семь дней, в дело вступал уже сложный процент, разгоняя девятку до тысячи. Как правило, никто о таком не задумывался, всех прельщало милое число девять. Никто, кроме Гарсье. Миновало два года с той судьбоносной встречи, счетоводы Человека пришли к выводу, что более ждать не имеет смысла. Все, что ранее принадлежало Холмгейру, отныне не его собственность, и даже с подобным подходом, дворфу в прямом смысле придется снять с себя костюм вместе с бельем, которые точно так же ему не принадлежат. Напоминание сработало как нельзя хорошо, Холмгейр засуетился, и принялся выдаивать из своих бизнесов максимум прибыли, да только поздно. Отчаянным шагом было приглашение на званую вечеринку сливок общества, коим он собирался пускать пыль в глаза, в надежде на инвестиции в свои новые проекты. Инвестиции, что помогут ему перекрыть долг и пережить это тяжкое время. Карл это знал и понимал, его умиляла подобная расторопность. Еще вчера на его стол лег список приглашенных гостей, что точно явятся – разведка Человека, лучшие сыщики коих могла уродить земля, прикормленные таким образом, чтобы и не думать об иной работе, кроме как на него.  Он досконально ознакомился с досье приглашенных звезд, и был слегка разочарован выбором персон, хотя и не скрывал злорадства от того, что в конечном итоге у бородатого карлика ничего не выйдет, все, чего он добьется – это потратит его, Карла деньги в пустоту. Разумеется, на них так же распространится процент, скажем, в девять недельных.

Некоторые из имен в списке были ему знакомы, дворф, повязанный с криминалом по самые уши пригласил дельца Фила, видимо, рассчитывая урвать кусок портовой прибыли, ну или просто арендовать у того корабль с целью сбежать. Наивный план, очень, Фил как и многие, существует в мире четко поделенных сфер влияния, сфер, где нет места новичкам, и нет места междоусобным воинам, он скорее помедлит с ответом, выяснит всю подноготную, и уже потом откажет, ведь даже среди преступников существует понятие этики.  Присутствие Тэль Риш было вообще неудивительно, одна из эмиссаров, избранная пироманьячка обожающая нюхать и поджигать. Недавно она уже нанесла дворфу от лица Карла везит вежливости, говорят с тех пор он слегка опалился. Потому ублажать ее Холмгейр наверняка будет с еще большей страстью, чем самого Гарсье. Даэрон из торговой гильдии казался правильным человеком в нужном месте, вот за кем в действительности стоило приглядеть. Как и за Ирвином, производственником не из бедных, вот кому точно может прийтись по нраву обаяние горелого карлика. Про Калтэя информации было крайне мало, какой-то заморский торговец, с ним синдикат не пересекался, однако через него можно попробовать освоить рынки новых стран, остальные имена мало о чем ему говорили, вероятно, это гости из разряда украшений вечеринки. Что же, одним из таких украшений ему и самому предстояло стать, мало кто знал его как Человека, для большинства людей в этом мире Карл Гарсье был рубахой-парнем, едва сводящим концы с концами в трактире на основном ведущем в Солгард тракте. Да, успешен, общителен и дружелюбен, но все же обычный смертный, коих тысячи вокруг. Идеальная маскировка, особенно когда твои враги это не личности, а безликие структуры и государства. Он подобрал себе наряд для выхода на поверхность планеты. Бежевые брюки, белесая от стирке в извести рубаха, жабо и фиолетовый сюртук. Абсолютная несочетаемость, словно бы кричащая: это самые дорогие вещи из всех, что у меня были! Должно сработать, определенно сработает, произведя желаемый эффект. Как только приготовления были закончены, он вышел на улицу. Карета уже ждала. Карл вытащил из портсигара болотную самокрутку и нахмурился, видя истовое желание кучера угодить. Тот уже спешно подносил к лицу господина кремниевый зажигатель, шамповку из числа поделок мануфакторий Ирвина. Оглянувшись по сторонам, высматривая, остался ли этот жест незамеченным, Карл подкурил и залез внутрь кареты. Богатым быть несказанно сложно, приходится постоянно контролировать обстановку.  Даже такая мелочь могла создать ряд вопросов, ведь, он всего лишь разливает напитки, он никто, так почему же кучер чуть ли не на колени падает перед ним, торопясь зажечь самокрутку? Да уж, бедным быть гораздо проще, бедные не скрывают так многого.

- Тэль… - Коротко кивнул головой женщине, уже ожидающей его на соседнем сиденье. Сегодня она – его сопровождение, телохранительница на случай, если дворф что-то задумал, и грубая сила вкупе с магией и природной жестокостью. Не смотря на то, что женственного в ней было чуть меньше чем в среднестатестическом эльфийском принце, Тэль идеально подходила под данную задачу. К ней будет меньше вопросов, чем к вооруженным головорезам, если те вздумают сопровождать простого трудягу с пригорода Солгарда, проверяя каждого кто вздумает хотя бы посмотреть в его сторону. Она женщина, а в мире мужчин, этого достаточно чтобы сделать выводы и перестать строить конспирологические теории.

- Приглядись к его охранителям. Как только маскарад закончится, я хочу получить все, что принадлежит карлику. Будут мешать – избавься, но постарайся не портить мебель.

Карл сделал длинную затяжку и откинулся на спинку. Дорога предстояла долгой. Когда карета подъехала, и двое сошли с трапа на брусчатый камень подъездной дороги, он огляделся по сторонам – на подиуме играл настоящий оркестр, всюду сновали халдеи и служки с подносами, преподнося гостям изысканнейшие закуски на тонких серебрянных шпажках, ковровая дорожка вела прямиком в дом, минуя двери, словно бы те и вовсе отсутствовали. Она поднималась, по ступеням и вверх, продолжаясь где-то на втором этаже, пока на первом царил настоящий аншлаг. Обведя зал глазами и, взяв Тэль под руку, Гарсье шагнул внутрь, коротко кивнув головой Родикеру, словно старому приятелю. Он знал госпожу Риш, и этого было достаточно, чтобы дать понять человеку – да, я с ней, и да, ты угадал, музыку здесь заказываем мы. С этого момента можно было считать, что две трети возможных проблем будут решаться не доходя до него, быстро и оперативно. Что же, самое время насладиться вечером.

- Полагаю, ты уже ищешь бар? Он в конце коридора, и раз ты пойдешь туда, присмотри за гостями, дорогая. Встретимся здесь к четвертой мелодии, ты ведь не разучилась танцевать? – Спросил он, слегка улыбнувшись своей спутнице, отпуская руку той и отходя обратно к веранде. Карл вновь вытащил портсигар и принялся задумчиво мять самокрутку, обозревая внутреннее убранство дома через окно. Старая военная привычка, с двух точек им открывался полный обзор на все, что происходит внутри, кто из гостей подкатывает свои шары к куртизанкам, кто уже тащит служку в комнату грязи, а кто планирует провернуть дельце, и кого обрабатывает. Лицезрея это шоу человеческих пороков, Карл чиркнул по кремню и закурил, пуская в воздух тягучие смоляные клубы дыма.

+7

4

На памяти эльфа Трансконтинентальная Торговая Гильдия Фиор всегда отличалась разношерстностью своего рабочего контингента. Самые разные личности торговали под ее знаменем: как порядочные и целеустремленные, так и ушлые, но все так же неустанно идущие к своей мечте предприимчивые мастера. Торговое дело, как считал Мероль'Таль, не имело морально-этических границ, и было бы странно заглядывать за шиворот личных дел каждого. Хотя, безусловно, в контроле любая деятельность нуждалась неоспоримо точно. Преступные схемы для их золотой репутации были излишни. Тем не менее, деньги, прибыль и развитие торговых путей - стояли на первом месте для торговой фракции. Именно поэтому Даэрон ни в коем случае не осуждал господина Холмгейра за многие его методы ведения дел, в частности запрещал другим коллегам по цеху распространять на территории гильдии всякие слухи, которые касались дворфа. Не нужно им было слишком сильно акцентировать внимание на подобного рода "мелочах". Какими бы неприятными они не были. Достаточно лишь иметь представление о том каков Норвин Холмгейр на самом деле, но не судачить об этом на каждом углу.

Приглашение на празднество дошло до получателя практически сразу после того, как до острых ушей Даэрона дошли первые вести о предстоящем событии. И то, что дворф вспомнил о нем совершенно никого не удивило: очень многие посчитали бы странным, не пригласи он главного коллекционера и второй по значимости управленца Торговой гильдии, в которой Холмгейр и вел все свои дела, часто присылая подручных просить печати и разрешения.

Они не были близкими друзьями: степенный и чуть более скромный в своей любви к прибыли и прекрасным драгоценностям Даэрон предпочитал заводить по-настоящему близкие связи с представителями малого народца совсем другого толка, то есть не с такими, каким был хозяин праздного особняка. Но и врагами никто никогда их не считал. Соперниками? Только богам известно метил ли Холмгейр на место самого Мероль'Таля или же их уже долгое время неизменного Главы гильдии. Все может быть. Но Даэрону все это было просто неинтересно. И несмотря на все это, он принял приглашение дворфа. Уж больно магу захотелось ознакомиться со всеми этими хвалеными богатствами, которыми располагал беспринципный Норвин.

По приезду в дворфское поместье, расположенного совсем недалеко от Альдемеры, первым делом благородный эльф поприветствовал все знакомые ему лица, покидающие свои экипажи. "Видимо, Холмгейр решил пустить пыль в глаза очень многим. Даже слишком, хах," – мысленно заключил торговец, прогуливаясь вдоль ряда фонарей, осветлявших ему путь. Сегодня он выглядел практически как и всегда - относительно нарядно, но в то же время строго, как и полагалось эльфу его статуса. Неизменными атрибутами в его одеянии были кольца на разных пальцах обеих рук, среди которых затесался и личный артефакт. А серьга, издалека напоминающая глаз, с драгоценным камнем в сердце поблескивала от падающего на него света фонарей. Держа руки сцепленными за спиной, с ровной осанкой некогда члена благородного рода Заместитель главы разглядывал роскошные виды перед особняком и молча оценивал музыкальное сопровождение. В этот шумный вечер Мероль'Таль был один, без всякого сопровождения. Он как маг с огромным опытом за плечами не нуждался в осторожности, но не собирался весь вечер проводить в собственных думах. Вокруг него собиралось немало старых знакомых и даже бывших клиентов - не было практически никого, с кем он не был бы так или иначе когда-то знаком. Впрочем, знать в лицо абсолютно всех мог только тот, кто пригласил всех этих людей, дварфов и эльфов. Поэтому, проходя внутрь особняка, уже на выходе солидно выстроенной веранды пристальным, но достаточно беглым взглядом Даэрон очертил фигуры тех, кого он видел впервые. Так, например, внимание его привлек человек, разводивший вокруг себя облачка от покуривания табака. Минуя неприятный для своего обоняния запах, торговец лишь поднял уголки губ в многозначительной улыбке и поспешил скрыться внутри поместья. Там, где можно было легко смешаться с толпами таких же богатых гостей, уже начавших общение друг с другом. Все преследовали свои цели, находясь здесь, но, безусловно, каждый из присутствующих ждал появления того, кто устроил столь пышное празднество - господина Холмгейра.

Отредактировано Даэрон (04.09.2021 01:18)

+8

5

В последнее время совмещать оказывалось все сложнее. С одной стороны, Академии нужно было уделить внимание - на столе Тэль, в который раз спешно покинувшей Ивлир, остался целый ворох нетронутых бумаг, думать о содержании которых пока не хотелось, а найти время на изучение в плотном графике, заполненном делами, никак не связанными ни с магией, ни с наукой, все же было необходимо. С другой, было нечто, на что приходилось тратить много больше свободных часов, чем Риш изначально планировала. Сейчас ее главное увлечение - магия - отходило на второй план, уступая место делам куда менее приятным, но гораздо более прибыльным.
Тэль пальцами надавила на виски в попытке унять головную боль, которая так некстати разыгралась именно сегодня. Возможность позволить себе хоть одну ночь крепкого здорового сна казалась роскошью, когда как организм, в свою очередь, отчаянно требовал отдыха. В последнее время спать удавалось лишь урывками, - тут пару часов, там полчаса, здесь еще минут пятнадцать - и это давало о себе знать. Ри редко жаловалась на недомогания, но сейчас предпочла бы оказаться в постели, укутанной в одеяло. Однако, нет.
Сейчас нужно было ждать. Тэль нервно отстукивала ногой ритм, руки были скрещены на груди, а взгляд направлен отнюдь не в ту сторону, откуда должен был явить все свое курьезное великолепие Карл Гарсье. В том, что в этот вечер он вырядится как гороховый шут, сомнений не было, ведь Тэ понимала, какой эффект желает создать этот, якобы, бедный трактирщик.
А голова трещала так, что Риш то и дело морщила переносицу.
Тихо произнесенное имя заставило ее повернуть, наконец, голову и взглянуть на усевшегося в экипаж мужчину.
- Почему тебя всегда нужно ждать? - вместо приветствия спросила женщина. - Надеюсь, ты знаешь, что выглядишь просто неподражаемо. Мне кажется, подобного ансамбля я еще на тебе не видела, - тихо усмехнулась Риш. - Дай закурить.
Она понимала, почему получила приглашение на званый прием Норвина Холмгейра. Иначе и быть не могло после ее недавнего посещения его резиденции, ведь, хоть сначала разговор никак не шел в нужное русло, в итоге пиромантке удалось найти рычаги воздействия на виновника сегодняшнего торжества и настроить его на благосклонность. Вынужденную, но все же. Знала и о целях Гарсье, поэтому, услышав его наставления, цокнула языком и закатила глаза, выражая свое недовольство. Неужели он считает, что требуется повторять несколько раз?
- Сделаю все возможное, - специально растягивая слова, ответила Тэль. - Если не идиоты, мешать не будут. Ну, я бы не стала на их месте. Но, понимаешь ли, я с дороги, уставшая, мне нужно немного отдыха. Ты же знаешь, что бывает, когда я теряю контроль. Хочешь сохранить мебель - не разговаривай со мной, пока не доедем, хочу попробовать поспать.
Карл мог воспринимать их тандем как угодно, ему мог не нравиться тон, с которым ему отвечала подчиненная, могло раздражать отсутствие должного уважения в ее словах в те моменты, когда не имело смысла примерять на себя привычные маски, могло выводить из себя ее недовольное выражение лица. Даже сама Тэль порой ловила себя на мысли, что субординация, возможно, не помешала бы, но самоконтроль никогда не входил число добродетелей Риш, а Гарсье наверняка помнил, что может произойти, если маг-стихийник даст волю себе и своей силе. Ему приходилось наблюдать последствия и бывать непосредственным участником событий, вызванных ее излишней эмоциональностью. Он осознавал ее силу, и поэтому, ввиду сразу нескольких причин, он был вынужден избегать применения привычных методов вроде свежевания или даже банального избиения в отношении старой знакомой, что сыграла определенную роль в становлении Карла Гарсье не как веселого трактирщика, но Человека. Тэль же, в свою очередь, хоть порой и переходила границы, еще ни разу не дала повода усомниться в ней.

Спать, согнувшись и уложив голову на скрещенные на коленях предплечья, - то еще удовольствие, однако положение тела в этот раз не помешало Риш заснуть. Не мешали ни тряска, ни шум, ни, как ни странно, Карл.
Долгий путь остался позади, и Тэль, проснувшись, с усилием разогнула затекшую спину. Сон, даже в столь неподобающих условиях, дал положительные результаты - настроение заметно улучшилось, головная боль, хоть все еще напоминала о себе неприятной тяжестью, сдала позиции. По крайней мере, жить можно.
- Заметил, какая я потрясающая собеседница? То, что нужно в долгих переездах, цени это, - усмехнулась Ри, разминая шею и руки. - Ну что, пройдемся?
Картина, представшая взгляду за пределами кареты, заставила Тэль улыбнуться. Нет, она не любила масштабных мероприятий, и нахождение в поместье Норвина Холмгейра не доставляло ей удовольствия. Ее позабавило другое - предыстория этого новоселья и ожидаемые последствия. Расточительство ведь мало кому шло на пользу, и дворф уже неоднократно становился дурным примером обращения с деньгами, но, похоже, так и не смог до сих пор даже уловить мысль, которую ему давно стоило бы усвоить - "не трать того, чего не заработал". Риш легонько дернула своего спутника за рукав его поражающего воображение фиолетового сюртука, чтобы привлечь внимание.
- Столько стараний господин Холмгейр вложил в этот праздник. Надеюсь, мы все надолго запомним сегодняшний вечер, - протянула она. Не было смысла говорить тише обычного, ведь истинный смысл этих слов был понятен лишь Гарсье.
Карл наверняка узнал некоторых из присутствующих, кое-кто был знаком и Риш. Невозможно было не заметить среди прочих Славного Фили. Конечно, славным он был лишь в его собственных глазах, да, возможно, в глазах тех, кто был плохо с ним знаком, Тэль же видела разные стороны многогранного характера этого человека и вряд ли согласилась бы с этим прозвищем, если бы ее мнение кого-то интересовало. Впрочем, рыжий Родикер, не способный нормально произнести этих двух слов, когда был в хорошем расположении духа, мог быть вполне приятен в ненавязчивом общении. Тэ знала его давно и каждый раз, случайно встречая улыбчивого Фили, удивлялась, как тому до сих пор удается сохранять свою жизнь. Она улыбнулась старому знакомому, но сразу подходить, бросая своего спутника, не стала. В конце концов, Родикер мог запросто догадаться, где стоит искать Риш уже через три минуты после ее прибытия на вечеринку.
Это наверняка знал и Карл.
- Конечно, самое время выпить, - невозмутимо отозвалась Тэль, игнорируя насмешливые нотки в голосе собеседника. - Я вернусь, если только тебя не смущает, что твоя дама в брюках. Или ты можешь выбрать другую.
Черный костюм из дорогой тонкой шерсти был сшит на заказ, идеально сидел по фигуре, но ни в коей мере не отвечал нормам, принятым в современном обществе. Брюки для женщины были приемлемы лишь в ограниченном ряде случаев, и светский прием в их число не входил, однако любой, кто видел Тэль, мог бы согласиться с мыслью, что уж лучше она будет носить мужской костюм, чем попробует сочетать бритую голову и бесчисленные татуировки с платьем.
Оставив Гарсье в зале, она и в самом деле, как и ожидалось, направилась к бару, где выбор напитков был куда шире чем тот, что предлагался официантами на золотых подносах. Взяв стакан с виски, она обвела взглядом толпу, не спеша пока заводить разговоры даже с теми, кто был ей знаком.

[nick]Тэль Риш[/nick][icon]https://i.imgur.com/Cob1NEe.jpg[/icon][status]When angels deserve to die.[/status][path]<div class="lz"><div class="lzR">Человек, 30</div><lz>Самоконтроль? Спокойствие? Рассудительность? Нет, это ищите в другом месте. У меня только эмоции, резкие жесты и необдуманные слова.</lz></div>[/path][sign]"Риш говорит не потому, что ей есть что сказать. Она говорит потому, что у нее есть рот."©[/sign]

+7

6

[icon]https://cdn.discordapp.com/attachments/878637898499514378/883408971480850463/03ccf003af4f96df.jpg[/icon][path]<div class="lz"><div class="lzR">человек, 27</div><lz>Плут, мошенник, шарлатан, вор и контрабандист.</lz></div>[/path][nick]Филимон Родикер[/nick][status]Кг'овь и пепел. Кг'овь и пг'оклятый пепел![/status]

- А вы точно знаете камердинера короля? - стушевалась под вечно насмешливым взглядом своего собеседника молодая служка, в тайне давно мечтавшая оказаться как можно дальше от этого дома, подобной жизни, сальных шуток и намеков. Лоск аристократии, реверансы, книксены, поэзия в лунную ночь, показы новых платьев, брошенные платки, робкие взгляды из-под веера - все это занимало ум недалекой и молодой девчонки, что наслушалась недолгих и сладких речей картавого мужчины перед ней. Он ей снисходительно улыбался, предлагал выпить вино (и служанка совсем не замечала, что собеседник незаметно менял ее бокал на новый, себе же забирая тот, откуда только пригубили напиток), почти руками кормил изысканными яствами (чтобы позже взять из той же тарелки). Девушка не замечала цепкого, раздевающего взгляда голубых глаз, не находила противоречий в медовых рассказах, не ставила под сомнения слова, ведь как можно врать про камердинера? Она с легким смущением на щеках и с тайной надеждой смотрела на того, кто обещал красивую жизнь. Не слишком высокого роста в странной одежде - мужчина рассказал, что белый "халат" из очень удобной и приятной на ощупь ткани называется дишдаша, и это последний писк моды аж на самой Эльпиде, и очень скоро дойдет до Хельдемора и столицы, накидка, украшенная серебряной и золотой вышивкой, причем не так, чтобы кричало о богатстве, а скромно, но изящно - это бишт. Выделялись из общего наряда свободного кроя штаны из парусины - но картавый молодой человек только слегка посмеялся и сказал, что это дань месту, где он часто любит находиться.

- Фили не обманывает, милочка. Аг'истокг'аты всего Хельдемог'а будут жаждать пг'икоснуться к твоей одежде, - и он не соврал. Славный Фили в принципе не любил обманывать, и сейчас говорил истинную правду. Девушка юна, свежа, с красивыми ровными зубами, с молочной кожей и отсутствием мозолей на руках - она служка для вида, для глаз, созерцания. Делает мало, получает мало. Не греет постель, наверняка даже мужчин не было. А на таких всегда спрос. Фили точно знает это. Так что да, аристократы всего Хельдемора будут жаждать прикоснуться к ее одежде, чтобы сорвать с нее и как следует позабавиться. Но пока глупышке это знать не надо, она уже попала в сети очаровательного Родикера, что ни разу не показал ей свою улыбку.

- Найди меня у доков, моя дог'огая. Там каждый знает Славного Фили. Они отведут тебя ко мне. И после твоя мечта о светских пг'иемах, балах и маскаг'адах станет явью. И кто знает, может ты все же получишь своего пг'инца на белом коне? - подмигнул Филимон, ненавязчиво забирая бокал красного вина с рук девушки (естественно, уже опробованного ей лично) и оставляя в задумчивости. Все равно она, как и многие смазливые дуры до этого, уже попалась на крючок красивой жизни. В таких вот местах это делать даже проще. Ведь вот она - красивая жизнь пошлого вкуса, богатства и расточительности. Так рядом, протяни руку, но все равно не достанется. Ведь ты всего лишь слуга. Меньше, чем человек. Никто для обладателей этих богатств. Нет, конечно, будь девочка старше - может, и поняла бы. Но... сколько ей? Семнадцать? Меньше? Ненамного больше? Впрочем, чем юнее, тем больше денег она принесет.

Сделав небольшой глоток (полностью проглотив мяту во рту), Родикер осмотрел зал и новоприбывших. Вон ходит Риш с человеком, который всем своим видом показывает отсутствие вкуса. Филимон и сам так балуется иногда. Нет, конечно, можно сказать - Фили, дорогой, это лучшее, что есть у этого бедного человека, не стоит так глумиться! И юноша бы согласился с вами. Вот только Карл Гарсье стоит того, чтоб запомнить его имя. Хотя бы потому, что он владелец таверны. Как что с того, глупцы? Как много владельцев таверн в неблагополучном районе вы знаете, у которых отсутствует нормальная, не подставная крыша? Филимон не знал ни одного. Но вот он - живое изваяние. Исключение. Оригинал. Филимон любил оригиналы. За их плечами очень интересная история. И когда обладатель этой истории легко кивает тебе с чувством собственного достоинства, так и хочется ее или прочитать, или закопать. Второй вариант вернее. Но рыжий лишь слегка приподнял бокал в знак приветствия. Карл Гарсье был абсолютно незнакомым человеком. Тем не менее, он его знает. Тем не менее, он идет об ручку с Тэль.

Впрочем, трактирщик быстро вылетел из головы Родикера. Зачем что-то думать, искать и соображать сегодня, когда у него на это есть специальные люди? Здесь все гости точно не представляют собой тех, кто они есть на самом деле. Как и сам Фили. Но тем не менее, каждый из них получил приглашение. За услугу ли, за финансирование, за просто косой взгляд. Конкретно с Филимоном подходит первый вариант. Когда-то Холмгейр попросил об услуге. Найти ему лошадь. О, не простую лошадь. Проще было бы выкрасть Зарвин Лонгплан, стонущей под каким-нибудь вельможей (хотя даже такую картину представить тяжело, слишком уж эта известная леди кажется недосягаемой!), чем найти подходящую лошадь. Ту, которую можно ненавязчиво упомянуть в среде любителей скачек за закрытыми дверьми, что ограждает мир от простых смертных. Ту, которую можно обменять на шикарное поместье, и скорее всего останется сдача, чтоб на несколько суток снять в аренду бордель среднего пошива для себя любимого. Ту, с которой хозяева, наверняка, проводят больше времени, чем со своими женами. И уж тем более тратят деньги куда больше, чем на своих любимых детей. Фили нашел. Фили выкрал. И Холмгейр ее купил. Правда, по условию договора, ему пришлось купить вдобавок хромую собаку, вечно пролетающего мимо перчатки слепого ястреба, двух занятных хомяков-суицидников, одноглазого питона и забавного зверя под названием страус. Что поделать - неликвид.

В общем, продав весь свой зоопарк (это было делом чести!), Филимон с насмешливой улыбкой сказал, что если что-то понадобиться, Холмгейр может найти его снова. И был таков. До сего дня. Даже стало интересно, что же почти обнищавший джентльмен из малого народа предложит теперь?

В рот отправилась очередная порция мяты, хотя ближайшие несколько часов она ему точно не нужна. Но привычка - дело скверное. Родикер как раз заметил Риш, что пошла в свое излюбленное место. Где есть выпивка. Вообще, удивительно, что со словами "подержи мои ботинки", эта дама не вошла в фонтан из красного вина. Рыжий недолго смотрел ей вслед - в частности на ее брюки, подчеркивающие то, что многие мужчины не оставят равнодушным, улыбнулся своим мыслям и подошел к знакомой.

- А, мисс Буква! - уголки губ приподнялись в дружелюбно-саркастичной ухмылке. - Что же вы избегаете стаг'ого дг'уга? Или Фили больше пг'игож вашим очам?

Иногда Тэль забавно кривила носик (по мнению самого рыжего), когда слышала подобные речи. Точнее подобный стиль речи, и конечно Родикер постоянно начинал разговор в этом же стиле. Он, правда, до сих пор не особо простил Риш свою квартиру. Она спалила один из его домов - каждый раз уверяемый, что он был единственным и любимым! Что значит задрипанное место? В нем история его семьи! Как это клоповая кровать?! Там спали династия Родикеров! Что значит безвкусные шторы? Сама бабушка в четырнадцать нарисовала "иди на хрен" так, чтобы можно было увидеть со стороны улицы! Это история! И конечно Фили отомстил. Пробрался к ней домой, после на место работы, нашел брюки - все до единой. Собрал все это в кучу и сжег. И какая же неприятность - вокруг внезапно закрылись все лавки с одеждой. У кого-то зуб заболел. У кого-то рука оказалась сломанной. Кто-то получил внезапное наследство. У кого-то собака погрызла все модели. В общем, нет лавок. Закрыты. А после домой к Тэль постучался мальчишка, что в руках нес розовое платье с нелепыми кружевами. И записку "От анонимного воздыхателя. Сгорая от моей любви, на пепле брюк своих, подарок же мой прими". И все.

Отредактировано Трор (16.09.2021 21:06)

+6

7

Кащий отчаянно хотел посмотреть на золотой унитаз. И, чего таить, не отказался бы добавить в него собственного золота. Но пока у него не получилось проникнуть в личную уборную дварфа, чем старый фэйри был крайне раздосадован. Конечно, его прельщала возможность пообщаться с самыми разными представителями самых разных элит и глубины кошельков, но всё же, хаотично неспокойная душа прохвоста гораздо сильнее манила его возможностью натворить всяких дел и побалагурить вместо того, чтобы заниматься чем-то полезным на этой вечеринке.
Увы, он не то накидался вина и иных горячительных напитков, не то просто потерялся в собственном воображении, строя грандиозные планы, но в первую ночь с Кащием едва ли можно было пообщаться. Когда его попытки проникнуть в комнату дварфа оказались совершенно безуспешны, и даже водосточная труба не подчинилась упорству старика, он оставил попытки и отправился в главную залу, чтобы, расположившись поближе к фонтану с вином, недовольно раскуривать сигареты одну за другой из длиннющего мундштука, заливая их бокалами вина. Леопардовая накидка, кислотно-розовое боа, разрисованная восточными огурцами рубаха, кожаные в обтяжку штаны и совершенно пьяный старик как вершина этого замечательного пирога.

я категорически отказываюсь писать простыню хd

Отредактировано Кащий (17.09.2021 00:19)

+6

8

Если тебя все любят, то взрослеть необязательно. Мадемуазель Махаон не испытывала недостатка во всеобщей симпатии и в особенности — мужской. Наделенная талантами, совокупленными с условием их самого красочного и роскошного проявления, она с помпезным изяществом обнажала светскому обществу самые притягательные и настоящие формы желаний. И пускай сии хотения — банально низменные или же разрисованные в догматы интимной философии — принадлежали в разных пропорциях каждому члену этого самого общества, упрекнуть Зарвин могли разве лишь за совершенство, что с безукоризненным фанатизмом следовало девичьему эталону. Она обожала и во всяких смыслах питалась чужим вниманием, и, боготворимая зажиточной толпой, неизменно представляла собой обязательное условие любого по-настоящему богатого и значимого мероприятия.

Господин Холмгейр, по своей сути господином не являющийся, не стал исключением в безнадежно изобильной коллекции воздыхателей куртизанки и потому вспоминался ей с отметки низкого роста, за который иные стыдили дворфа, а она — возвышала. Стоило лишь щедро заплатить, а, после — заплатить еще раз и еще больше. И, тогда, может быть, облаченная в заботливую протекцию Дома Змея, она нисходила и присаживалась на колени — вышину, доступную глуповатому взгляду нерадивого богатея. В настоящем времени нувориш платить не торопился и потому письмо, преступно осложненное кривоватым почерком и множественными грамматическими ошибками, не спасали ни волнительные признания, ни тревожные заверения, ни тем паче прозрачно бессмысленные мольбы о рассрочке и намеки на кредит доверия, сформированный за долгие годы сотрудничества. Не ощутив в купе с конвертом письма внушительный вес кошелька, Зарвин даже не стала читать пригласительные потуги клиента, чье существование значило для нее не более, нежели для него — своевременное исполнение долговых обязательств.

И, тем не менее, празднество должно было состояться. Заправленная восхитительными фантазиями относительно пестрого состава гостей влиятельной масти, она разбавила творческое настроение услужливой заботой о душе, неспособной перенести скуку и одиночество в длительном отдалении от главного увеселительного события недели. Кроме того, пользуясь однородным предубеждением со стороны интеллектуально тренированных аристократов, сановников, бизнесменов и авторитетных бандитов, прелестная и безобидная танцовщица могла без лишних усилий шпионить в угоду собственных могущественных покровителей.

Поместье, возведенное на поясной территории Альдемеры и выбранной зачинщиком торжества в качестве места для политико-партнерских, деловых и сублимационных прелюдий, было одновременно и не самым бедным и далеко не самым имовитым пристанищем для эротических перформансов Зарвин и других девочек. Что саму куртизанку, конечно, отвратно расстраивало, так как в такт ее переживанию вторило убеждение, что одна и та же звезда, каждый раз проявляемая в одной и той же точке небесного полотна, непременно сияет сильнее и ярче. А иначе зачем ей вообще проявляться?

Под сводами просторного двухэтажного здания собрались представители знатной элиты. Купцы, дельцы, судьи, вельможи, обширного толка медиаторы, наследники многовековых родов и все те, кто с разной степенью охоты растрачивал примерно одинаково феноменальный для обывателя капитал. На параде имущественных и достигаторских мерений царила атмосфера первичной напряженности, робкой увлеченности и гедонистического предвкушения, взывающих к прохождению через фильтр бессменного лидера мнений — алкогольного расслабления. Наблюдающая за привычными и по-прежнему очаровательными процессами с высоты заранее сконструированной по случаю сцены, Зарвин до определенного момента оставалась спрятанной от вожделеющих взглядов округи в подпотолочном пространстве натянутой ткани.

На пару с дюжиной наглядно привлекательных участниц подтанцовки, куртизанка с присущим профессионалу спокойствием взирала на бывших, настоящих и потенциальных клиентов — людей, наполненных монетами и секретами, что часто предвещали друг друга. Торговец шелками в просторных одеждах прятал под подолом накидки рудиментарный половой орган, пользованию коим предпочитал грудное вскармливание и колыбельную особенно чутким и нежным голосом. Темноволосый эльф, облепленный непроходимой фрактальностью узорчатых татуировок и под видом агентства ритуальных услуг сбывающий запрещенные реагенты, своим присутствием провоцировал слюноотделение и оскомину, так как взывал к воспоминаниям о желании набивать рот любовницы до тех пор, пока будоражащие губы не смогут закрыться. Средних лет дама, питающая безобразную, неистовую и даже пугающую симпатию к мехам, прикрывала под композиционным наслоением дорогущих шкур неравнодушие к эротическому скальпированию и порке, после которой еще месяц не получается принимать других обожателей. Заняв себя ассоциативным коллекционированием на карте познанных впечатлений, Мадемуазель Махаон с легкостью забывала о времени и месте. Однако, время и место не забывали о ней.

Когда пленительной мелодией ароматов зажурчал винный фонтан, а первые гости принялись раскрепощать угодливый мыслям нрав, потолок залы прогнулся и сквозь затемненные прорехи в ткани в гущу толпы выпали, плавно зависнув в воздухе, тринадцать пар удивительного стройных ног. Привлекательность и поэтическая элегантность обнаженных женских частей внушала интригу конкретного характера и будоражила слабых на самоконтроль участников пиршества в особенной искренности проявлений: свистов, похабных комментариев, выкриков, аплодисментов и крайне громких вдохов и выдохов. Левитирующее танцевальное представление длилось всего несколько минут, хотя по ощущениям подавляющей массы присутствующих в нем можно было испытать вечность в калибре истомного помутнения. Но, как и любая демонстрация прекрасного и обольстительного, такая женская красота требовала продолжения, а за продолжение требовалось платить.

Бутафорский потолок в миг разгладился и, слово струна, натянутая сверх меры, лопнул, с выученной пластичностью опустив на пол дам божественной красоты. И хотя каждая из подаренных празднику танцовщиц отличалась комплекцией, тоном кожи, цветом волос, чертами лица, прической и общей конституцией внешности — все они были одинаково сильно желанными для мужчин и только лишь самых искушенных и сведущих не обманывала абсолютная одинаковость их одежд. Спрятанные под черный корсет, переходящий в пикантно короткое темно-синее, полупрозрачное платье, прелестницы скрывали остальные части себя разве что под стать цвету чулками и декоративной маской, изображающей бабочку, за крыльями которой можно было рассмотреть чарующее лицо лишь под прицелом длительного персонального созерцания.

Впрочем, никакой сложности в полной визуальной оценке двенадцати из тринадцати представленных сексуальных персоналий не возникало, так как едва оказавшись на ногах, девушки разбежались по комнате в разных направлениях, где не без помощи особенно голодных визитеров поместья остались полностью голыми. И лишь Зарвин, зашедшая за сооруженную слугами на фоне представления сценическую ширму, за секунду вышла из нее в роскошной мистификации образа. Поверх чистейшей белоснежной кожи аккуратно соединилась прозрачная бретель ослепительного серебряного платья, а глубокий декольтированный вырез совращал, не способный оставить равнодушным смотрящего, перспективой достоинств идиллических форм и пропорций. Схожий вырез чуть ниже линии бедра прельщал внимание чуть более скромного наблюдателя упоительной демонстрацией длинной ноги, гармонично переходящей в утонченную ступню, а намеренное отсутствие обуви с лихвой компенсировалось вниманием к другим элементам образа. А именно — длинным волосам и волшебным глазам, впитывающим в себя фантастическую переливчатость космической синевы.

Выучено игнорируя первых желающих познакомиться, эльфийка подошла к фонтанирующей винной жиле и одним из оставшихся бокалов медлительно зачерпнула себе строго отмеренную дозировку чудесной жидкости. Игривые вкусовые оттенки могли бы стать приятным дополнением кокетливого настроения Махаон, если бы не картина спонтанного наблюдения старика, чья старость с изменчивым соперничеством давала фору смелости в стилистических проявлениях. Искусственный леопард всенепременно мог быть зверем благородным, экзотическим и выражающим достаток и достоинство своего владельца, но совсем не тогда, когда был использован в качестве накидки для обвисшей кожи маниакального вида грифа-стервятника. Не особенно чуткая к ощущениям тех, кто так беспощаден к ее собственному визуальному опыту, Зарвин не то стыдливо, не то с пренебрежением свела точеные синие полосы бровей и, с силой выдохнув через ноздри, поспешила удалиться прочь.

Если тебя все любят, то беспокоиться о них тебе не приходится. И Зарвин не беспокоилась. Поданная в качестве главного блюда и самой уникальной драгоценности на сем вечере, она за считанные секунды стала объектом негласного аукциона между собравшимися богатеями и, зная о столь потребительской традиции, не торопилась возвращаться в эпицентр внимания, ведь чем дольше Махаон отсутствовала, тем дороже становилось ее участие. Освободившееся время важно было занять чем-то стимулирующим расслабление и, посему, выйдя на веранду вобрать в себя не спертого воздуха, куртизанка случилась с оказией спросить самокрутку у человека, чья наружность внушала интригу и женскую любознательность. Правда, лишь до того момента, пока Зарвин не заметила абсолютно извращенский, в ужасающем смысле бесподобный и наглым образом отрезвляющий сумбур сочетаний одежды.

— Боги.., — бархатистый истонченный тембр разорвался скоротечной искрой сопереживательной удивленности, — Кто Вас так изуродовал, Господин? — несмотря на общую смысловую палитру, в голосе эльфийки отсутствовала издевка или желание подколоть. Первичный аккорд диалога содержал в себе скорее нечто схожее с болью гениального художника, обреченного довольствоваться заказами по-плохому безумных клиентов, — Впрочем, не отвечайте, — дама плавно смахнула рукой впечатление и витиеватый серебряный браслет, который с сопровождающим звоном разлетелся о пол подле ног мужчины, — Взываю к Вашему милосердию и молебно прошу о снисхождении, — и хотя зрачков Зарвин за магией космической безмятежности не было видно, догадаться о том, что она смотрит на самокрутку, не составляло труда, — Угостите?

Моему дражайшему, обожаемому, во всех смыслах желанному и разбивающему надежды о стан восхитительного великолепия Господину Кащию:

- Ну ты бы хоть наволочку написал, слабак))

+5

9

[nick]Леонард Тикко[/nick][status]Специалист по вечеринкам[/status][icon]https://i.imgur.com/yKp31VI.jpg[/icon][path]<div class="lz"><div class="lzR">Человек, 25 лет</div><lz>Младший сын богатеньких родителей, любитель праздной жизни, с недавних пор торговец элитным алкоголем.</lz></div>[/path]

- Милейшие дамы, прошу меня простить, но я вынужден откланяться, меня уже ждёт экипаж, - рыжеволосый высокий молодой человек распрощался со случайно встреченными старыми знакомыми на улочках Альдемеры, поцеловал их руки на последок, и направился к стоявшему неподалёку экипажу.
Леонард совершенно не удивился, получив приглашение от Норвина Холмгейра - в конце концов, он же помогал ему с организацией этой грандиозной вечеринки! В той части, разумеется, которая касается алкогольного ассортимента (всё же неплохое занятие ему родители подобрали). Сначала он был даже возмущён тем, что этот недоросток его не звал до последнего момента! Его, завсегдатая всех больших праздников, не позвали?! Неслыханная наглость! Но всё же скверный коротышка сдался и передел с курьером приглашение. И вот, на всех парах по пригородной дороге Тикко мчится в особняк, где он уже бывал пару недель назад и кое-какие детали о запланированном торжестве ему уже удалось узнать.
Щедро отблагодарив кучера, одарив камердинера добродушной улыбкой и парой недобрых слов о не лучшем характере хозяина дома, Тикко вошёл в зал, здороваясь со всеми встречными и по возможности обмениваясь парой слов. Знакомых здесь было не очень много, но всё же некоторые лица мелькали перед ним не первый раз. Отдельное внимание Леонард уделял дамам, пытаясь приметить себе хорошенькую компанию на ближайший вечер - всё же познакомиться со знатной молодой особой между делом было бы просто отлично.
Тикко замер - он входил именно в тот момент, когда начиналось представление с участием приглашённых прелестниц (во многом ради которого он и захотел сюда попасть). Смотреть на это с закрытым ртом было трудно - разве что слюна на пол не потекла от детского восторга, вызванного аппетитным зрелищем. Леонард едва сдержался от того, чтобы поближе познакомиться с обладательницей самых вкусных на его неискушённый взгляд ножек, но всё же решил, что время на это ещё будет. А пока... Как говорят родители, на любом светском мероприятии в первую очередь нужно подумать о налаживании новых деловых знакомств.
- О, господин Мероль'Таль! - едва заметив красноволосого представителя Фиора, парень чуть ли не подбежал к нему, чтобы пожать руку, - Вы меня вряд ли помните... Я... Я... - от волнения с трудом слова подбирались, - Меня зовут Леонард Тикко́! Родите... Мне... Мной... недавно было приобретено предприятие по продаже элитного алкоголя в Альдемере. Мы с вами пересекались один раз...
От волнения рыжий с трудом подбирал слова и очень боялся выглядеть глупо, от чего волнение лишь усиливалось. Нужно срочно было выпить.
- Я помогал господину Холмгейру с организацией этого бала, все поставки алкоголя прошли через меня. Вы уже пробовали... Э... Как его... - про себя Лео уже весь изругался, - Алсмарское сухое тысяча пятьдесят пятого... то есть шестого года? Наше основное угощение сегодня! Отличный был урожай, вы должны это знать!
Жестом Леонард пригласил собеседника за собой, сдержав порыв ухватить его за рукав. Около фонтана с вышеназванным вином ошивался пьянущий дед в очень странной одежде. Сперва Тикко было презрительно сморщился, но разумно рассудил - кто знает, может этот старик высокого полёта птица? Случайных людей здесь всё же не было.
- Добрый вечер, многоуважаемый! - Тикко учтиво поклонился старику, - Вы уже оценили наш удивительный купаж? Позвольте представиться, Леонард Тикко́. Если у вас возникнут вопросы, касающиеся алкоголя, можете смело обращаться ко мне!
Молодой человек доверху наполнил бокал вином и едва ли не залпом его осушил, оставив лишь немного на дне. Он передёрнул плечами и огляделся, словно высматривая кого-то.

+4

10

Он не был удивлен тем, что в конечном итоге его окликнул женский голос, в какой-то степени он этого ждал. В иной ситуации шансы, что он сумеет привлечь лишнее внимание среди надутыъ щоголей кичащихся своими именами и титулами, были настолько малы, что брать в учет их он бы не стал. Есть свои плюсы даже в паранойе – разодетый скорее отталкивающе, Карл, прибывший в окружении лысой дамы, от которой почти физически веяло аурой ее познания значения слова «этикет» по надписям на заборах,  представлял собой довольно сомнительную цель для случайных знакомств, подобные он отсек на корню. Его расчет был довольно прост – Холмгейр однозначно затеял какую-то игру, он будет тянуть время до последнего, вытаскивая все имеющиеся козыри из своих коротких рукавов. Почему? Да потому что на его месте Карл поступил бы именно так. Это вопрос выживания, а в подобных делах фантазия начинает работать особенным образом, подкидывая все новые и новые варианты. Именно поэтому удивления он не испытывал, скорее, разочарование в том, как быстро подтвердилась его догадка, что для его отвлечения коротышка нанял женщину. Наверняка красивую, наверняка баснословно дорогую. Из тех, чьи услуги компаньонки приходится оплачивать золотом, и чьи навыки позволяют умаслить любого принципиального или беспринципного господина. Думать об этом было довольно грустно, неужели коротышка и вправду решил поймать его, Гарсье, на тот самый крючок, что курируют и развивают как бизнес-модель его люди?  Звучит не очень оригинально, впрочем, чего еще ожидать от владельца золотых батонов и унитазов. Затянувшись во всю грудь самокруткой и вновь выдохнув в небеса тяжелый маслянистый дым, он обернулся и едва заметно повернув одну из рук ладонью к полу, слегка раздвинув пальцы и дважды качнув кистью. Этот жест предназначался госпоже Тэль. Какой бы строптивой и показушно-недисциплинированной она не казалась, Карл знал, что его огненная подруга прямо сейчас, в данный момент наблюдает за ними, в этом и заключается ее работа на сегодня. Как и многое, язык жестов был взят Синдикатом из армейских традиций сводных подразделений охотников на орков, слегка переделан под городские условия и разбавлен понятиями воровского мира. Он означал «Что кажется, то есть». Лысая должна была интерпретировать его в верном значении, в конечном итоге, в компаньонках и сферах их деятельности она разбиралась намного лучше.

- Простите. - Смущенно вымолвил Карл, оглядывая «свою» компаньонку, мысленно соглашаясь сыграть с нею в эту игру. Правила… что же, он ведь простой трактирщик, средний по всем параметрам мужчина, чье месячное жалование такая дама может потратить за ночь даже не задумываясь. Выглядела она довольно эффектно – высокая, изящная, миловидное личико, точеная фигурка, выпирающая из почти неприличных размеров вырез платья грудь, лицо, достойное полотен художников, и, он был почти уверен, достойная его ладони задница. Холмгейр не прогадал, компаньонка была воистину великолепна, и если бы Карл не знал о том, что они существуют и делают это в частности благодаря ему, то наверняка проглотил бы эту наживку. Пробежав по девушке глазами, он переключился на собственный наряд. Небо и земля. Эталон изящности и женственности и эталон безвкусицы. Хороший ход, он выбрал костюм чтобы отторгать внимание, она же сделала его главным аргументом для начала беседы. Чертовски хороший ход, Карл даже на секунду задумался, а не похвалить ли после всего этого куратора девочек, кто бы ни занимался этой отраслью, подготовку там проходят достойную отдельной отметки.

- Это фамильная реликвия, - слегка улыбнувшись, нерешительно ответил он, хоть дама и просила не пояснять. Карл вытянул руку в бок и указал на вырвиглазный суртюк, добавляя: - говорят, он приносит удачу. Мой дед играл в нем свадьбу, отец – отпевание, а старший брат свое рождение.

Оттопырив на вытянутой руке мезинец и большой палец, Гарсье вновь прибег к языку жестов, пока внимание красавицы было поглощено тем участком материи, что он ей демонстрировал вкупе с довольно идиотским рассказом. И вновь Тэль должна была понять его трактовку исходя из ситуации правильно. Жест буквально означал «внимание». По мнению Карла игра уже началась. Однако, приглашение было на две персоны, и едва ли Холмгейр обделит вниманием пиромантку-телохранительницу, что совсем недавно судя по слухам, обещала сжечь его живьем, наглядно демонстрируя что она это может, и что в целом мире нет той силы, что смогла бы ее остановить.

- Глупая шутка, простите. – Растерявшись в голосе, признал собственное поражение Гарсье, падая ниц и довольно неловко принимаясь подбирать якобы случайно упавшие кольца браслета. Как он уже и подметил, это были чертовски хорошие ходы, вот только играть с шулером, дело явно того не стоящее. Карл не зря притащил с собой телохранительницу, когда вопрос касается денег – случается всякое. Соблазнение тоже есть часть схем подобного рода, и потому, трахать сегодняшней ночью он собирался все же ту женщину, которой доверял и которая входила в алый совет. Опустившись на землю он с интересом обнаружил что дама перед ним абсолютно боса. Гладкие, длинные и голые ноги маняще тянулись вверх, уходя под косой подол платья будоража фантазию вопросом – где же они там кончаются. Впрочем, взгляд пришлось стыдливо отвести, все же неприлично трактирщику вот так пялиться, словно бы силясь развить в себе способность просвечивающего сквозь одежду зрения. Подобрав все кольца, он поднялся и протянул их даме, мысленно подмечая, что как бы то ни было, представлять ее сегодня он точно будет.

- На самом деле я просто не знал что надеть, обычно люди моего круга занимаются обслуживанием подобных… мероприятий, я даже и не думал что мсье Холмгейр так высоко ценит нашу дружбу, ведь мы буквально виделись с ним пару раз. – Попытался объясниться он, залезая рукой во внутренний карман и выуживая оттуда портсигар, небольшую железную коробочку с выгравированной на нем эмблемой свернутого в спираль дракона. Драконы были еще одним брендом Гарсье, самокрутки из трав, что выращивали и культивировали непризнанные гении ботаники и алхимии. Каждая такая носила на себе небольшую и зачастую смазанную печать с аналогичным рисунком алого дракона, содержала в себе смесь из нескольких сортов яблочного табака и болотной травы, а так же небольшие добавки экзотических растений, весь перечень которых Карл по понятным причинам держал в уме исключительно для галочки в списке информации. На улицах поговаривали что «пускать драконов» - довольно вредное занятие, способное при злоупотреблении снизить умственные способности вплоть до вегетативного состояния, а так же о том, что именно драконы, а не вспышки туберкулеза виноваты в кровавом кашле, что стал обыденностью в портовых районах и шахтерских поселениях. Впрочем, была однозначная разница между сортами самокруток для простых смертных и элит Синдиката. Те, что предназначались лично для Гарсье и вовсе являлись аналогом детоксина, и да, отправляясь на званый ужин к должнику, он рассчитывал на отчаянную попытку отравления.

- Честно признаться, все эти люди пугают меня похлеще орков. – Промолвил он, протягивая портсигар и чиркая перед ней креминиевым зажигателем. – Я имею в виду… посмотрите на них, это же сливки общества, кажется некоторые даже в родне с самой королевой!

Карл опешил, словно бы пытаясь этим сказать, господи, что я тут вообще делаю, я хочу домой. Он посмотрел на даму, озаренную вспышкой огонька из его ладони и виновато констатировал факт:

- Уверен, за ваше внимание они бы вгрызлись друг-другу в глотки.

А еще он был уверен, что где-то там, в темноте, тихо охреневает малыш Фили, чью психику и так пошатнул факт покорности Тэль какому-то парню без имени, и с которым, если смотреть издалека и делать поверхностные выводы, теперь пытается замутить ярчайший аксессуар этой вечеринки. Чтож, если Фили и видит все это, у него наверняка довольно забавное выражение лица.
- Я, эм… Карл, - Представился он, слегка кивая головой.

Отредактировано Карл Гарсье (23.09.2021 00:48)

+4

11

Светские мероприятия всегда отличались порой далеко не светской эстетикой вроде приглашением прекрасных дам и большим количеством элитного спиртного. Сегодняшнее празднество превосходило себе подобные во всех категориях. Даэрону же эти радости праздной жизни были не так близки и не столь интересны, чтобы застрять на них свое внимание или уделять им интерес, которым преисполнилась большая часть гостей господина Холмгейра. Все-таки Норвин рассчитывал прогуляться по чужим порокам на свою широкую дварфскую ногу, а потому на приглашения и их количество не поскупился. Только где же был сам хозяин тожества и этого тонущего в роскоши особняка? Эльф петлял взглядом от угла к углу, от одной компании к другой, но вокруг спешно бродили погруженные в работу слуги, ошиваясь вокруг гостей. Они неустанно и с улыбками на лицах выполняли такую трудную работу. Впрочем, Даэрону не было дела и до них. Он ловко обходил их, несущих подносы, на которые, по-видимости, хозяин дома также не поскупился: в них можно было заглянуть как в зеркало.

Господин Заместитель, — учтиво кивали ему знакомые лица всех тех, кто восхищался талантами коротконогого нуровиша, но и тех самых его коллег по цеху, которые шептали за спиной Холмгейра с осуждением, завистью и в нередких случаях даже с долей презрения. О, Даэрон знал обо всем. Ему было положено по долгу службы и статусу. На все приветствия он только кивал и улыбался, иногда даже останавливался, чтобы перекинуться парочкой слов. В основном о работе. Кому в голову придет расспрашивать этого деловитого эльфа о его личной жизни? Его любовь — деньги, связи, работа и всевозможные увлечения, о которых всем было прекрасно известно.

О, господин Мероль'Таль!

Торговец повел своим эльфийским заостренным ухом, уловив обращение к себе. Развернувшись лицом к приветствующему его голосу, на глаза мужчине попался достаточно молодой такой же обладатель рыжеволосой шевелюры молодой человек.

Меня зовут Леонард Тикко́! Родите... Мне... Мной... недавно было приобретено предприятие по продаже элитного алкоголя в Альдемере. Мы с вами пересекались один раз... — казалось, он спешил скорее подбежать и поймать проходящего мимо заместителя Главы торговой гильдии, боясь, что эльф тотчас умчится и покинет сей банкет. Мальчишка то ли запыхался, то ли так разволновался, что едва ли не заикался. Это вызвало у внимательно выслушивающего его мага желание широко улыбнуться и свободной от бокала рукой потрепать его по плечу. Что он, собственно, и сделал, сглаживая нервозность в общении с собой.

— О, не стоит так волноваться, молодой человек. У меня хорошая память. Особенно на таких предприимчивых людей, как Вы. "И сыновей таких амбициозных родителей", — мысленно добавил Высший, продолжая мягко улыбаться и заглядывать своими пронзительными зелеными глазами в лицо Леонарда. Ничего удивительного в том, что этот человек захотел напомнить о себе. И ничего плохого в этом так же не было. Даэрон Мероль'Таль поощрал всякого роду инициативу, если она несла в себе прибыль, новые связи и не имела нелегальных подоплеков в своей деятельности.

— Безусловно. Тот год выдался удачным для виноделов. Пусть я, к своему стыду, и не сильно разбираюсь в алкоголе. Но Вы хорошо постарались сегодня, — плавно поведя рукой, он указал на удавшееся хмельное празднество, не забыл порадовать парнишку похвалой. Что же, видимо удача была на стороне Леонарда Тикко: сегодня этот эльф составит ему компанию. Надолго ли или кто-нибудь еще пожелает присоединиться к этой парочке рыжеволосых гостей?

Несмотря на то, что собеседник первым заприметил еще одного известного представителя Торговой гильдии Фиора, подводя эльфа к винному фонтану, его гуляющий по округе взгляд не мог не зацепиться за столь любопытный для обывателей вид пьяного старца. Этот великовозрастный (как уже давно почивший прадед Мероль'Таля) фэй-ул был самым что ни на есть живым воплощением визуального эпатажа. Его легко было заприметить в толпе. Особенно, если рядом будет стоять, к примеру, фонтан, наполненный дорогим алкоголем.

— Господин Абельман Торце! — приветственно окликнул он, пожалуй, самую эксцентрично разодетую фигуру на этом мероприятии. Не сказать, что Мероль'Таль совсем не ожидал увидеть древнего фэйри здесь и сейчас, наоборот, это было бы странно, не попади старик в такое место так кстати подходящее его натуре. Альбеман обладал широкой репутацией и, вероятно, состоял в торговой гильдии Фиор еще задолго до рождения самого рыжеволосого эльфа. Знал он много, умел не меньше, в частности чем так и нравился торговцу — мастерством зачарования артефактов и не только. — Рад видеть вас в добром здравии, — добавил маг не без многозначительной улыбочки, намекая на количество выпитого спиртного. Сам же Высший все еще был достаточно трезв, пригубив разве что всего один бокал, пока бродил по залу. Глаза и нос ловили некоторый дискомфорт от клубов табачного дыма, которым был окружен Карачи. Непринужденно отмахнувшись от дыма и наполнив свой опустевший бокал льющимся в непрерывных потоках вином из фонтана, Даэрон решил потешить свое взыгравшее любопытство.

— Какими судьбами здесь, Абельман? Тоже заинтересовали слухи о золотом убранстве господина Холмгейра?

В данном случае он больше намекал на золотые унитазы и тому подобное.

Отредактировано Даэрон (25.09.2021 00:37)

+5

12

Скучные приемы, вроде того, что ожидался в эту ночь, Тэль не любила. Она никогда не была и не стремилась стать частью высшего общества, и, если бы не Гарсье и необходимость его сопровождать, наверняка проигнорировала бы приглашение дворфа. Или приняла бы, но явилась не к началу, а много позже, когда статные и красивые, разодетые и холеные великие мира сего начали бы свое медленное, но верное превращение в полупьяный сброд. Но как можно отказать в услуге старому другу, да? Тем более, если это может стать шансом наладить отношения, которые в последнее время по швам трещат? Риш ведь привыкла, чтобы с ней считались. Хоть Тэ не метила на высокие посты и никогда не хотела быть на виду, она предпочитала, чтобы к ее мнению прислушивались, а в последнее время развелось слишком много тех, кто, как и она, рассчитывал на, своего рода, признание. Пребывание на вечере с Гарсье, но в отсутствие надоевших нахальных рож, которые все чаще хочется открытым текстом слать на все известные буквы, она сочла отличным поводом для того, чтобы сделать хоть какие-то выводы о нынешней ситуации в синдикате и всерьез подумать о том, стоит ли игра свеч в принципе.
Конечно, Тэль хотела бы, раз уж явилась на мероприятие, провести время с удовольствием, отдохнуть и расслабиться, а не пытаться охватить взглядом всех гостей сразу и заодно обращать внимание на Карла и все его взаимодействия. Хорошо, что пока он оставался на веранде в одиночестве, давая Риш возможность хоть немного разогреть кровь алкоголем.
Как раз подошел и Родикер, чье появление рядом не стало неожиданностью, раз уж они заприметили друг друга еще у входа.
- А, мисс Буква! - раздалось прозвище, которым наградил Тэль Филимон, когда впервые услышал короткое «Тэ» вместо имени. Риш ничуть не удивилась, только, сделав небольшой глоток из своего стакана, кивнула рыжеволосому мужчине, одетому в белоснежные, нетипичные для подобных приемов, одежды.
- Что же вы избегаете стаг'ого дг'уга? Или Фили больше пг'игож вашим очам? - если потом Родикер и перейдет на иной стиль общения, более удобный и привычный, то пока его речь заставила Ри, как Фили того наверняка и ожидал, слегка напрячь переносицу, даже не пытаясь скрыть недовольства.
- Если я скажу, что не заметила Славного Фили, поверит ли мне Славный Фили? - усмехнулась Тэль. - Не избегаю. И рада видеть старого друга в добром здравии. Но, - Тэль приподняла бокал, в котором, игриво поблескивая, плескался янтарного цвета напиток. - Виски. Как я могу игнорировать виски?
Она хотела спросить у него что-то еще - возможно, справиться о делах, погоде или настроении, даже приоткрыла рот, но мысль испарилась так же неожиданно, как под задрапированным тканью потолком появилось сколько-то пар красивых женских ног. Риш, впрочем, хоть сама от себя того не ожидала, не оказалась изрядно впечатленной этим представлением. Возможно, была слишком уставшей и слишком трезвой, чтобы реагировать на происходящее в той же манере, в какой это делали некоторые из зрителей. Она, конечно, выделила самые привлекательные ноги, затем, когда девушки спустились на пол, отметила самую, на свой вкус, обворожительную из танцовщиц, но, когда дамы разошлись по залу, сразу потеряла интерес к любой из них.
Тэль заметила, как к Карлу, так и оставшемуся на веранде, подошла одна из танцовщиц, уловила и знаки, которые показывал Гарсье по мере развития их с девушкой общения.
«Лучше б ты в экипаже сидел до утра,» - подумала Риш, но даже бровью не повела, ничем не выдала не только недовольства, но и своего внимания к трактирщику как такового. Недовольство ее было вызвано, конечно, не фактом этого общения, а тем, что Карл, чья паранойя порой казалась Тэль чрезмерной, подавал те самые знаки, привлекая внимание пиромантки, ведь она предпочла бы отдых работе, хоть и знала, что отдохнуть ей удастся, разве что, на обратном пути из поместья.
Без лишней спешки допив виски и попросив официанта вновь наполнить ее бокал, она обратилась к Фили:
- Я бы вышла на воздух. Может, пойдем, воздухом подышим? - предложила она, впрочем, не настаивая, чтобы Фили отправлялся с ней. - Здесь становится шумновато.
Риш по дороге к выходу бегло осматривала гостей, что попадались на глаза. Вот, к примеру, у винного фонтана она заприметила господина Мероль'Таля. Не узнать эльфа, занимающего должность заместителя Торговой гильдии, даже без личного знакомства, было невозможно, ведь его огненная шевелюра не могла не привлечь внимания. Даэрон находился в компании еще одного рыжеволосого паренька, чьего лица Тэль так и не рассмотрела, а также рядом расположился самый яркий участник этой небольшой компании. В мыслях Ри всплыла старая песня про пиратов, которую еще в детстве Тэль с дворовой шпаной распевала во время пьяных уличных посиделок. Там как раз была строчка про попугая, что с недовольной физиономией восседал на плече капитана пиратского судна. Старик казался почти мертвецки пьяным, и, судя по его виду, лишь некая неведомая сила помогала ему сидеть. Его лицо выражало крайнюю степень досады, а плохо подчиняющиеся приказам мозга руки не очень уверенно то и дело подносили к губам мундштук. В отличие от большинства упивающихся собственной важностью присутствующих, старик казался Тэль интересным. Во всяком случае, Риш, если бы не спешила оказаться на веранде, задержала бы на нем свой взгляд. Подобный антураж не отметить было невозможно - наряд незнакомца на данный момент превосходил одежды всех присутствующих в сочетании несочетаемого, однако Тэль не могла не отметить, что в этом была определенная изюминка.
Оказавшись на веранде, Тэль расположилась у перил, лицом к Фили, а заодно могла видеть и Карла, который о чем-то разговаривал со своей новой (судя по тому, что он назвал свое имя) знакомой.
- Умно было оставить портсигар в багаже, да, - с досадой сообщила Тэль. - Ну ладно. Рассказывай, что да как, - сказала она, хотя не рассчитывала, что Фили всерьез начнет делиться подробностями своей жизни. - Ты восстановление своего фамильного имения, того самого, закончил? - с усмешкой спросила Риш, припоминая, что изначально Родикер не торопился в устранением нанесенного пироманткой ущерба.

Отредактировано Тэль Риш (28.09.2021 00:24)

+4

13

[nick]Леонард Тикко[/nick][status]Специалист по вечеринкам[/status][icon]https://i.imgur.com/yKp31VI.jpg[/icon][path]<div class="lz"><div class="lzR">Человек, 25 лет</div><lz>Младший сын богатеньких родителей, любитель праздной жизни, с недавних пор торговец элитным алкоголем.</lz></div>[/path]

Учтивость и вежливость заместителя главы Фиора приятно радовали Леонарда - почему-то он ожидал от такой важной шишки отношения скорее снисходительного, чем приветливого. До этого лично говорить с Даэроном ему толком не удавалось, а сейчас в приятной неформальной обстановке... Звучит как начало хорошего вечера. А может и как первые шаги к взаимовыгодному сотрудничеству и получению выгодных контрактов в будущем.
- Ох, я приятно польщён вашим вниманием к моей скромной персоне! - совершенно искренне поделился молодой человек, улыбнувшись эльфу, запомнившему его после той короткой встречи в прошлом, - Я восхищаюсь вашей деловой хваткой и вашим основательным подходам ко всем делам гильдии. Как вы только умудряетесь держать всё в голове? Даже меня, ничем непримечательного, не позабыли!
Добродушное отношение Мероль'Таля позволяло волнению потихоньку уходить, Тикко чувствовал себя расслабленно и готов был занять всё возможное внимание собеседника.
- О, благодарю вас, - Леонард самодовольно улыбнулся и кивнул, когда эльф похвалил его работу, - Ничего особенного, просто
как и требует от меня моя совесть, старался всё сделать в лучшем виде! И вы всегда можете обратиться ко мне, если будет какой-то вопрос, требующий моих познаний в алкоголе. Я буду готов вас проконсультировать, подобрать напиток для совершенно любого повода - будь то свадьба или гулянка с друзьями. Специально для вас сделаю приличную скидку и помогу раздобыть самые редкие и изысканные образцы продуктов виноделия.

Когда Лео проследовал вместе с важным эльфом до фонтана, то внимание господина Мероль'Таля переключилось на того, кого он назвал Абельманом Торце. Это имя он слышал впервые, но общение заместителя главы гильдии с ним подтверждало зародившуюся в голове Леонардо теорию о том, что дедуля вовсе не случайно забрёдший сюда алкаш. А значит надо бы и с ним познакомиться поближе. При случае. А пока что всё внимание его было сосредоточено на Даэроне, так что без особого на то спроса он влез в его с Торце разговор.
- Кажется, эту историю уже все слышали! И я даже совсем не сомневаюсь в том факте, что золотой унитаз - это никакой не вымысел! - парень перешёл на полушёпот, - Вам не кажется странным, с каким рвением Норвин плюёт всем в лицо своим богатством? Все ведь слышали про его финансовые проблемы... Нет, он безусловно талантлив в деле заработка богатства... Но насколько я знаю, тратит он куда больше, чем может себе позволить и погрязает в долгах, соотсветственно, всё глубже и глубже... Кхм-кхм...
Мимо проходила официантка и Леонард замолк, наполнил свой бокал вином и поспешил сменить тему.
- До вас не доходили слухи о том, что за сюрприз нас ждёт вечером? В соседнем запертом зале... Мне кажется... - Тикко чуть покраснел, не то от волненительного смущения, не то от количества выпитого вина, - Там будет что-то ещё более неприличное, чем шоу, показанное так любимой нами всеми Зарвин и её девочками. Но пока господин Холмгейр... Норвин не появится, мы не узнаем, что же он задумал. Он приказал закрыть зал, ключ есть только у него и камердинера, открыть он должен его лично. И где же он задерживается, интересно?
Леонард посмотрел на часы - действительно, время неумолимо двигалось к полуночи, а сам хозяин дома так и не появился на его пороге.

+2

14

Из темноты питаемого неведения вырывались первые искры сопротивления. Игривые знаки внимания и целенаправленная симпатия Зарвин в сторону привлекательного и абсурдно ряженого мужчины взрастила стеснение, окружающее эмоциональную атмосферу беседы утяжеленной преснятиной слов. Будучи превосходной во всех аспектах формирующих женскую привлекательность и изящно точной в вопросе самооценки, эльфийка никогда не поддерживала диалог безвольной попыткой выказать мнимую учтивость и раззадорить визави податливым соглашательством с избранным тем нарративом. Вместо этого она предпочитала аккуратную откровенность и прямолинейное вторивание собственным ощущениям. Посему, испытав мышечное напряжение от нудного повествования собеседника об одеждах и их эзотерических свойствах, присовокупленное расстройством от следующей за напряжением мысли, что один и тот же наряд могут носить сразу несколько человек, танцовщица скептически нахмурила брови и показательно выдохнула сквозь благолепие губ.

— Глупая шутка, — повторила дама вслед за мужчиной с констатирующим безразличием, — Вы не вызываете впечатление человека, искушенного в юморе, Господин, — к сожалению или к интересу рассказчика, Зарвин перестала смотреть на его нелепый костюм сразу после того, как поняла опасность, сопутствующую такому наблюдению. Помимо потенциала травмироваться о воплощенное стилистическое извращение, она рисковала упустить из виду более красочные и символические элементы исследуемого образа. Однако, профессионализм, разноплановый опыт контактирования с самыми странными людьми и натура, сотканная из патологического перфекционизма и перманентной сосредоточенности, диктовали условия, в которых каждый жест мужчины красочными картинами увековечила память Зарвин.

В унисон нелепой смиренности нового знакомого, Махаон уловила мгновение, дабы воспользоваться новыми знаниями, прояснить их назначение и обозначить свою позицию в качестве ребячливого наблюдателя. Услужливо развернув ногу и слегка, почти незаметно отодвинув одну из половин платья, она подыграла простой человеческой потребности фантазировать о прекрасном и, пользуясь самым искренним вниманием мужчины, вытянула руки над его спиной. В освободившемся поле для творчества эльфийка повторила сначала один, а, позже, и второй продемонстрированный собеседником сигнал. Само собой, никакую военную подготовку Зарвин не проходила, а потому в каждое хитросплетение фаланг дама вложила собственный смысл. Слегка раздвинутые пальцы с обращенной к полу ладонью означали производную от смысла «Ваш мужчина у моих ног, хотя раздвинула я даже не ноги», а, оттопыренные мизинец и первый из пяти ненамеренно символизировали диаметральный смысл «Все не то, чем кажется: он просто очень галантный».

Сделаны сии телодвижения были скорее из любопытства и детской простоты, хотя и не были лишены стратегического назначения. Последнее намерение реализовалась в едва заметном, резко прерванном и почти бессмысленном столкновении взглядов. Импозантная женщина в смелом облачении наколотых по всему телу татуировок и провокационной головной наготе ярко выделялась, усиленно контрастируя категоричным имиджем на фоне кичливого однообразия соревнующихся богатеев. Чарующая и пугающая одновременно, эта особа запомнилась Зарвин особо хмурой улыбкой, добродушно-снисходительным взглядом и нарочитой расслабленностью, требовательной к выпивке и контролю за окружением. Для танцовщицы подобное состояние было знакомым и пускай она не отдавала себе отчета в обнаруженном сходстве, на короткий миг девичье сознание охватила симпатия. Впрочем, женщина все равно была не во вкусе Махаон, а потому последняя ограничилась лишь двусмысленной улыбкой и взглядом, что с показательной медлительностью вернулся от барной стойки к лицу выпрямившегося от пола мужчины.

— Вы прелестны в своей любезности, Господин, — эльфийка смотрела прямиком в переносицу мужчины, попутно с особенной нежностью оплетая его руку своими ладонями. Прошла лишь доля секунды, но в воссозданной дамой неловкости явился катализатор, способствующий новому витку разговора. Ведь теперь не он, а она могла позволить себе изображать робость и замешательство. Все же, в карьерной и творческой жизни Лонгплан было много мужчин самого разного качества, достоинства и наполнения, но настоящие привязанности она испытывала лишь к тем, кто был способен взять на себя ответственность и инициативу. К вероятной досаде для конкретного мужчины, фамильный сюртук нисколько не скрывал его способность совершать выбор. Как он сам мог заметить наблюдая за происходящим внутри особняка, подавляющее большинство присутствующих имело в отношении именитой Мадемуазель Махаон куда более очевидные, потребительские и собственнические идеи. В то время как он сам ограничился лишь стыдливым взглядом на самостоятельно оголенные девушкой ноги. В иных обстоятельствах, Зарвин в ответ на такое самообладание позволила бы себе оскорбиться.

— Господин Холмгейр не имеет в своем арсенале понятий то, что Вы называете дружбой, Господин, — выдохнула танцовщица с жалостливым взглядом сопровождая путешествие освобожденной руки мужчины от ее пальцев к карману камзола, — Полагаю, ему куда важнее Ваши способности или выгода, которую можно приобрести от знакомства с Вами, — вновь обратив взор на лицо собеседника, девушка слегка изменила положение тела, из-за чего бесхарактерная лямка изумительно гладкого платья соскользнула по еще более гладкой коже точеного плеча. Бесцельно повиснув в воздухе, полоска ткани выдала, обнажая интимную освещенность веранды, новую часть притягательно-совершенной округлости. И хотя граница пикантной завершенности не была пройдена, а сама Зарвин осталась одетой, некоторая вольность, выполненная в виде соблазнительного искушения, все же прибавила обстановке ценность, — А уже из этого наблюдения я позволю сделать вывод, что Вы, Господин, рассказываете о себе меньше, чем хотите, чтобы о Вас думали, — едва заметно улыбнувшись, куртизанка извлекла из портсигара предложенную самокрутку и отдалась той во власть предложенного мужчиной огня. Слегка наклонив голову, эльфийка глядела на своего нового знакомого с полувлюбленным радушием и трепетно вслушивалась в сказанные им дальше слова.

— Те немногие орки, которые были в моей жизни, вовсе не такие страшные и триумфальные, какими их рисуют исторические летописи, детские сказки и мемуары военачальников, — Зарвин сделала медлительную затяжку и вселенское наполнение ее глаз вдруг расширилось в завораживающем полете проявившейся звездной россыпи, пространство вокруг сузилось до области между женским пупком и мужским торсом, а в теле будто бы полилась приятно щекочущая жидкость. Таков был побочный эффект долгого воздержания от трав самого разного назначения и постоянной концентрации на магии искажения - иллюзии, позволяющей идеалу женской красоты существовать на дистанции всеобщего обозрения. Впрочем, подготовленная и знающая про эту свою особенность танцовщица не выдала пробудившееся наслаждение больше, чем звуковой истомой — эротически смягчившись в интонации голоса, — Напротив: в общении с ними мне даже не хватало от них сугубо мужской уверенности и напора, а, потому, Господин, Ваш пример не стал для меня доступным средством в передаче Вашего состояния, — конечно, она могла догадываться о тяготах военного положения и мучениях, пережитых на полях сражений, однако, никакая фантазия не могла заместить реального впечатления, а представлять сцены кровопролитной жестокости, очерняя представление о зеленокожей расе, Зарвин не имела никакого желания. Впрочем, указать мужчине на моральность такого призыва она не успела, ведь тот, наконец, решился сделать ей комплимент.

— Вы награждаете их бОльшим достоинством, чем они того стоят, Господин, — взглянув через оконные стекла здания во внутренние комнаты, дама слегка расстроилась озвученному наблюдению, — Они интересуются не мной, а тем, кто из них способен позволить больше ради такого интереса, — сделав очередную аккуратную затяжку, девушка повернула голову в сторону мужчины и позволила себе коснуться рукой его плеча, — Кроме того, Вы очень скоро поймете, что за их баснословными капиталами скрывается простая человеческая пугливость и нерешительность: они готовы отдавать безумные суммы за самые разные услуги лишь потому, что это не сделает их беднее, а вот «вгрызться друг другу в глотки» значило бы не только напасть, взяв то, что им хочется, но еще и подставить собственную глотку под равносильное стремление, — на этой фразе Махаон, с танцевальной элегантностью закинув ногу за ближайшее к себе колено мужчины, ловко сократила дистанцию между собой и им.

— Карл, — дама чувственно подтвердила услышанное, — Ну и что мне с Вами делать? — Аккуратно положив руку на статное плечо, облаченное в удручающего оттенка камзол, она сократила расстояние между их лицами до близости осуждения. Приятно расслабляющий табачно-травяной аромат едва пробивался сквозь парфюмерное благоухание эссенции из утонченного взаимодополнения бергамота, лимона и ириса, а по проникновенно-беззащитному взгляду Зарвин становилось понятно, что называть свое имя мужчине было вовсе не обязательно.

— Расслабьтесь, Господин, — прошептала она, причудливо перемешав в голосе повеление и прошение, — Мне ни к чему Ваши тайны, хотя я буду Вам благодарна, если Вы признаете, что за сумбурной нелепостью Ваших одежд, правдивой рассеянностью и скованностью можно спрятать достаток, но не достоинство, — Махаон игриво приподняла бровь и, резко отпустив Карла, сделала длинный грациозный шаг назад, — Кроме того, мне не позволяет опуститься до жалости и сопереживания Ваш проницательно-точный взгляд, Господин.

Опустив ладони на притягательную талию и, тем самым визуально подчеркнув идеальный диаметр, танцовщица глядела сквозь ветерана войны с напутственной исключительностью их знакомства. Поводов вести себя здесь и сейчас так же, как с остальными и в остальных местах, не было. И коль скоро округа и сам Карл убеждались в фантастическом совершенстве тела обсуждаемой Мадемуазель Махаон, столь же скоро эта самая особа убеждалась в обратном. Если бы десятилетия тренировки силы иллюзорных заклинаний можно было развеять мимолетным сомнением, то гости празднества Холмгейра наверняка столкнулись бы с отвращением - рвотным рефлексом, вызванным заметной эрекцией худощавого юноши, спрятанного под эпатажными шелками женского платья. К счастью для всех и в особенности для Карла, маг не собирался быть сегодня кем-то, кроме той, кого принято вожделеть.

— Что за жесты Вы показывали той особенной даме, Карл? — За очередной затяжкой следовал вопрос, которым Зарвин оказывала мужчине больше доверия, нежели разрешала себе изначально.

Самому красивому, чуткому, в различных значениях приятному, юморному и просто по-человечески притягательному мужчине — Кащию:

— Я пошутила Т.Т напиши хотя бы четверостишье: отбрось свой панцирь и яви квесту свое великолепие, крабик

+2

15

Я восхищаюсь вашей деловой хваткой и вашим основательным подходам ко всем делам гильдии. Как вы только умудряетесь держать всё в голове? Даже меня, ничем непримечательного, не позабыли!

Даэрон сдержанно улыбнулся, чуть приклонив рыжеволосую голову: даже на склоне своего приближающегося четырехсотлетия выходец из Ллос'’Истэль не привык к такому потоку восхвалений. Обычно эльфы кичились своими способностями и глубокими знаниями, но не Мероль'Таль, повидавший много не менее талантливых представителей самых разных рас. Он, безусловно, знал себе цену, но всегда вел себя достаточно скромно, не придавая пышного внимания и значения своим многочисленным заслугам.

— Годы тренировок памяти, мой мальчик, — нарочито по-стариковски ответил эльф, усмехаясь этому. Иногда Даэрону доставляло шутить о возрасте, в том числе о собственном и в компании с совсем юными людьми.

..Специально для вас сделаю приличную скидку и помогу раздобыть самые редкие и изысканные образцы продуктов виноделия.

— Польщен Вашим предложением, — хотя, разумеется, его он вряд ли когда-нибудь примет лично: торговец не был искушен в винодельных тонкостях, да и позволял себе выпить только в особых случаях. Куда приятнее было бы "коллекционировать" подобных особо инициативных юношей, зорко глядевших по сторонам при выборе связей. Этот порыв эльф не смог не оценить по достоинству, и потому даже решился порадовать отпрыска богатых родителей встречным предложением, от которого тот явно должен был от радости выпрыгнуть из собственных штанов: — В гильдии ваши таланты определенно пригодились бы, Леонард.

Их примечательная со всех сторон небольшая компания вызывала короткие, но внимательные взгляды других гостей, которые, впрочем, были больше увлечены собственными компаньонами и объемами спиртного. Дедуля фэйри, по-видимому, не был расположен к  светским беседам после количества выпитого. Делая очередной глоток вина, которого Даэрону уже с лихвой хватило, чтобы понять собственную меру и прочертить красную линию на опустошенном бокале, рыжеволосый улыбается уголками губ, сдерживая порывы накатившего на него веселья. Изрядно опьяневший господин Торце, к сожалению, не смог присоединиться к беседе и развеять скуку и ожидание бывшего аристократа дома Мероль'Таль. Но эльф все равно находился в достаточно приподнятом настроении, чтобы продолжить общение с другими гостями. Не смущала его и компания Леонарда Тикко, который ловко вклинился в тему, поднятую коммерсантом. Поставив бокал на край фонтана, Даэрон поправил за остроконечные уши выбившиеся прядки длинных волос, а затем свел руки на спиной. С виду могло показаться, что мужчина поменялся в лице, когда его собеседник сменил тему с шуточной на более серьезную: застывшая улыбка осталась невидимым отпечатком, а взгляд ушел сквозь Тикко.

— Господин Холмгейр, надо полагать, желает показать своим гостям обратное. Кто знает во что выльются его старания, — высказал свое мнение эльф, не дав более детального пояснения своего истинного отношения к делам эгоцентричного дворфа. Пусть Даэрон и любил собирать по крупицам разные слухи, чтобы быть в курсе дела, но принимать участие в них не собирался, каждый раз избегая такой возможности. Леонард верно подметил, срочно сменив тему разговора в иное русло. Серьезность в лице эльфа вновь сменилась улыбчивостью, за которой тот скрывал свое желание поехидничать. — О, неужели господин дворф нашел кого-то, кто затмит мадмуазель Махаон? — ухмыльнулся он, обращаясь мыслями к яркой фигуре упомянутой эльфийки. Тем самым он показал, что был, увы, совсем не в курсе таинственных, но крайне масштабных планов хозяина этого празднества.

И где же он задерживается, интересно?

Проследив за взглядом собеседника к часам, Мероль'Таль с согласием кивнул головой.

— Готовит сюрприз? — предположил торговец, решивший попутно сменить место разговора. Он медленно прошелся до освободившегося дивана, расположившегося вдоль стены недалеко от фонтана, а затем присел, вальяжно закинув ногу на ногу. — Но неужели Холмгейр решил оставить своих гостей без собственного внимания? Так на него не похоже. "Вряд ли он постеснялся продолжать бахвалиться своей роскошью."

Их ведь вообще предупредят об изменении планов? Время, знаете ли, деньги.

+2

16

[icon]https://i.imgur.com/ahkZpD3.jpg[/icon][nick]Сон шамана[/nick][status]Доживи до утра[/status][path]<div class="lz"><lz>На границе грёз и реальности.</lz></div>[/path]

Леонард, хоть и был специалистом по алкоголю, сам с ним не всегда мог совпадать. А как это обычно бывает? Бокал, ещё бокал, и вроде разгорелся, а всё ещё не то. И в ход идут и третий и четвёртый. А если тебе ещё и не надо платить (ведь уже заплачено тебе!) за вино… Так легко и пропустить ту кажущуюся в подобные моменты тонкой грань, где заканчивается твоя разумная доля самого популярного в мире яда.
- М… мне на минутку… - пробубнил Тикко, одной рукой прикрывая рот, а жестом второй успокивая своих собеседников, - мол всё в порядке, вернусь через минуту, без меня ничего интересного не обсуждайте.
Парень, пошативаясь, развернулся на месте и сделал полшага. Взгляд упал на самые большие (и наиболее безвкусно украшенные позолотой и драгоценными каменьями) часы в зале, минутная стрелка которых уже успела дёрнуться к нулевой отметке, пока часовая установилась ровнехонько напротив восьмёрки. Сейчас даже показалось, что часы стали больше, чем он их помнил.
Первый удар часов оглушил Леонарда, дыхание перехватило, он даже не мог заглотить ртом воздух. Ещё один удар - и отказали ноги, заставляя его упасть на четвереньки. Третий удар отозвался резкой болью в голове. Четвёртый заставил содрогаться всё тело. Пятый, шестой, седьмой, восьмой - с каждым ударом он всё меньше понимал где он, что происходит - сначала стены, пол и потолок здания подёрнулись странной рябью, затем поплыли в разные стороны, потом он уже ничего не видел, не слышал, лишь ощущал кошмарную боль во всём теле. Но потом и боль ушла, оставив лишь тьму и тишину. Так спокойно ему ещё никогда не было.

***Стук в дверь повторился ещё раз. Лео резко открыл глаза, понимая что находится в своей квартире в Альдемере.
- Господин Тикко! - раздался приглушённый голос его помощника из-за двери. Наконец, тот всё же потерял терпение и открыл дверь, не дождавшись ответа, - Извиняюсь, что… Оу, опять "работали" до поздней ночи?
В комнате царил тот ещё беспорядок. Несколько откупоренных бутылок крепкого алкоголя (правда ни одна не допитая до конца) лежали тут и там. На столе раскиданы какие-то бумажки, поверх которых лежали тяжёлые деревянные счёты. На прикроватной тумбочке лежала какая-то толстенная книжка, а сам рыжий уже сидел на кровати, но всё ещё не понимал, что происходит.
- Какая… - Леонард недовольно поморщился, пытаясь совладать с головной болью, - Какая нелёгкая тебя принесла в такую рань?
- Рань? Уже почти полдень, - ухмыльнулся светловолосый мужчина в возрасте, глядя на своего молодого начальника, - Так я это. С плохими новостями. Помните тот балл, на который вы приглашение получили? У как его… дворфа…
- Холмгейра?
- Ага, его самого, - мужчина почему-то очень широко улыбнулся, - Он это… Того. Всё.
- Чего-чего? - Тикко удивлённо выпучил глаза, - Коньки отбросил, что ли?
- Ага, вроде того, - утренний гость кивнул и улыбка сошла с его лица, - Сгорел вместе с особняком. Говорят, восстановлению не подлежит. Особняк-то.
Леонард вытер испарину со лба.
- Прескорбные новости… Прескорбные… - Лео замялся на несколько секунд, - Но мы ведь получили плату за его заказ?
- Ага, вчера. И в полном размере.
- Вот и славно, - парень, наконец, с облегчением вздохнул, - Одной проблемой меньше. Ты это… Подожди пару минут. Я переоденусь и скоро выйду.
- Ага, без проблем.
Леонард остался один в комнате, думая о своих странных снах и не особо весёлых новостях с утра пораньше. Вот ведь судьба интересная штука, правда?
Взгляд упал на книгу около кровати. "Новая астрология и размышления Ариуса Синецветского. В адаптации и с комментариями Церкви Луны." Вот уж действительно, кто много знал о судьбе - не то сумасшедший, не то непризнанный гений, этот Ариус пытался открыть свои новые арканы, а его колода карт уже успела стать городской легендой после загадочного бесследного исчезновения её автора. Ходили слухи, что отдельные карты, видимо подброшенные глупыми шутниками, то и дело обнаруживали у себя дома люди, но никто так и не смог собрать всю коллекцию. А ведь Синецветский утверждал, что с помощью его колоды можно изменить свою судьбу. Но, похоже, что так никто и не узнает, есть ли в этом хоть толика правды.
Взгляд Леонарда упал на бумажку, которую он использовал в качестве закладки - похоже, всё сегодня говорило о судьбе. Он достал её из книги и разглядел - аккуратным почерком на клочке писчей бумаги были выведены слова предсказания, полученного им ещё в раннем детстве - "Не доверяй эльфам" - ещё одна полнейшая глупость, смысл которой вряд ли он когда-нибудь поймёт.

+2


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Архив у озера » Сокровищница » [AU] КЗУ vol.1 "Друзья господина Холмгейра"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно