03.09. Я календарь переверну и снова третье сентября.... 05.06. Доступ к гостевой для гостей вновь открыт. 14.05. Временно закрыта возможность гостям писать в гостевой. Писать сообщения можно через профиль рекламы (Ворон), либо зарегистрировавшись. 14.04. Регистрация на форуме и подача анкет возобновлены. 07.04. Можно ознакомиться с итогами обновления, некоторые мелкие детали будут доработаны.

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Лучше всегда носить при себе зеркальце чтобы защититься от нечистой силы и проклятий.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [16 Опочивальни 1059] Поцелуй змеи


[16 Опочивальни 1059] Поцелуй змеи

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Поцелуй змеи

https://i.imgur.com/Wkyb019.png

https://i.imgur.com/J0hOILR.png

https://i.imgur.com/bc3Y9v7.png

Зарвин Лонгплан | Даэрон Мероль'Таль  Солгард | 16-ое число Опочивальни 1059 года

❝ Я обожествляю опьянение
Твоей открытой игрой

Дела в тени иногда приводят к...

https://i.imgur.com/KqmoBIw.png

https://i.imgur.com/AIUSBYg.png

https://i.imgur.com/3b1o7Dl.png

Закрутить колесо Аркан?
нет

+1

2

Знали ли вы, как порой трудно было вести честные дела? Либо ты чист на руку и рискуешь всем чем только можно, либо змеей изворачиваешься, но зато рискуешь чуть меньше. Разумеется, Даэрон, как эльф, который большую часть своей жизни провел далеко за пределами своей культурной родни, многому научился у людей. Они жили по-другому: тот кто желал жить и воплощать мечты в реальность, а не существовать в них, за свою которую жизнь вертелись и всегда находили самые разные выходы. Чаще всего, не самые законные или морально правильные. Впрочем! У каждого в этом мире существовала своя собственная правда и мораль. Наверное именно поэтому Мероль'Таль не осуждал тех, кто таил от него что-то. Лишь бы, конечно, эти запрятанные за семью замками грешки никак не влияли на него и дела гильдии.

К слову, ему и самому приходилось действовать вопреки совести, которая за прошедшие многие десятки лет истрепалась, словно ветхая книга. Эльф, окутавший себя множеством самых разных знакомств, не пренебрегал как возвращать долги, так и заключать новые сделки. Взаимовыгодные, понятное дело! Иначе он оказался бы в несколько уязвимом положении перед второй стороной...

Легким движением руки смахивая подтаявший снег с пушистого воротника, торговец прошелся по широкому коридору и огляделся в поисках знакомых лиц. И те не заставили себя ждать, поскольку в ту же минуту к статному эльфу легким шагом едва ли не вприпрыжку подошел человек средних лет. Его аккуратная бородка, убранные волосы и одежда, как с иголочки - все это говорило само за себя о том, что это был коллега по гильдии. При чем, все всякого сомнения, не какой-то рядовой торгаш. Мужчина приветливо улыбался и показывал куда пройти, пока параллельно с этим молодой человек, служивший в данном поместье прислугой, не забрал у прибывшего гостя его верхнюю одежду. Они оба через какой-то мгновение оказались в не менее широком и роскошном зале, где их ожидало намного больше людей. Среди них затесались и, разумеется, представителя других народов: в основном, малый народец. Да и где-то за спинами тех, кто был повыше, можно было разглядеть кого-то с такими же остроконечными ушами, как у самого Даэрона. Это внушало ему какое-то приятное чувство, истоки которого разгадывать он ожидаемо не стал.

Господин Мероль'Таль! Мы наконец Вас дождались, — нарочито "устало" от ожидания воскликнул один из посетителей этого светского вечера, оглядывая красноволосого эльфа с ног до головы.

Чародей только улыбнулся, сдержанно, но ничуть не раздраженно приветствием в свой адрес. Плавной походкой он прошёл вперёд к одной из небольших групп людей, активно о чем-то другом с другом беседовавших.

— Рад видеть Вас в столь воодушевленном настроении, мсье Бернар, — эльф присел в кресло напротив ювелира из дома Бернаров, который обратился к прибывшему с дороги гостю и с которым тут же завёл деловую беседу: — Слышал, Вы провели крайне удачную сделку с господином Альваро из Эльмондо.

Так уж вышло, что в Торговой гильдии по ювелирным и оружейным вопросам можно было обратиться к весьма узкому кругу авторитетных в этой сфере лиц. Из их числа лишь мсье Бернар Фабрис и заместитель главы Мероль'Таль имели больше знаний и опыта. Негласным лидером был именно эльф, безусловно, только потому что был старше Бернана на добрых несколько веков и уже давно занимал свой пост. В последние годы ольдеморец рвался занять место Даэрона, пытаясь соперничать с ним в главенстве. Его напускная важность, которой так кичился мужчина, порой просто забавляла чародея. Однако теперь, когда Бернар начал наступать эльфу на пятки из-за связей с теми, кто уже был тесно связан с ним самим, Мероль'Таль начинал раздражаться. Скрытно, как он умел это делать, хладнокровно раздумывая над тем, как ему сохранять свою неоспоримую власть при торговой аристократии Хельдемора и Ольдемора. Высший продолжал держать дружелюбную улыбку, выглядев в чужих глазах максимально заинтересованным в успехах коллеги. Ведь выражение открытой неприязни нисколько не ценилось в их обществе. Как в эльфийском, так и в человеческом. Уж в этом они точно были похожи.

Бернар ухмыльнулся, не скрывая того, насколько он был горд за свои достижения, которые успели слухами добраться до длинных ушей заместителя Трансконтинентальной торговой гильдии.

О, это было непросто, знаете ли.

Он долго вставлял палки в колеса, не желая отдавать в аренду свои земли! — вступил в разговор еще один местный торговец. Тебериус - знатный счетовод и бюрократ до мозга костей с раздражительным нравом.

На этот раз ухмыльнулся только Даэрон, постаравшись сделать это как можно менее заметно для чужих зорких глаз. Он опустил взгляд на столик между ним и собеседниками, медленно потирая дорогие кольца на длинных пальцах в легкой задумчивости. К неведению других собеседников, эльф знал о многих причинах почему тот, о ком они говорили, долго не мог пойти на уступки в некоторых вопросах с гильдией. И тот факт, что ювелир "дожал" Альваро, не стало для остроухого торговца каким-то удивлением, хотя заставляло его ощутить некоторую неприязнь. К тому же, мсье Бернар имел некоторые предрассудки на счет участия эльфов в их особо важных денежных, политических и даже культурных делах. Возможно именно поэтому он так усердно пытался сдвинуть Мероль'Таля с его места.

Вот только кто сказал, что Коллекционер собирался дожидаться этого момента? У Даэрона были свои связи, о которых не мог предположить даже любитель сплетен Тебериус, который не переставал поглядывать на красноволосого в ожидании более яркой реакции и активного участия в дискуссии.

Отредактировано Даэрон Мероль Таль (25.08.2022 22:14)

+2

3

Званые вечера всегда даровали Зарвин особо трепетное, томительно-расслабленное настроение. Особой россыпью вдохновения венчались вечера, посвященные лишь нескольким людям, каждый из которых претендовал на внимание и мог совершенно спонтанно стать фаворитом самых отчаянных симпатий. Близость давалась куртизанке с особой легкостью и виртуозным мастерством, но вовсе не этот элемент повествования синтезировал опьяняющее очарование ближущегося мероприятия. Ее притягивала, воодушевляя бегать по гримерной с девичьим нетерпении оказия повлиять на судьбы высокородного эльфа и высокопоставленного представителя торговой гильдии. Напрямую вмешиваясь в их интимную жизнь и овладевая таинством самых примитивных страстей, куртизанка могла ощутить собственные власть и величие, разбавленные умыслом и эгидой влияния собственной гильдии, что персонально для нее означало безнаказанность и полную свободу действий.

Когда слуги, назначенные Змеем, надевали на голову Зарвин ювелирное совершенство золотой короны, выполненной по форме головы кобры, она улыбалась самой нахальной улыбкой из всех существующих. Изощренный золотой корсет, сомкнутый широким сияющим ободом вокруг головы переходил в увесистый золотой ошейник, окольцовывающий нежную и кажущуюся хрупкой женскую шею. Надетый поверх белого шелка платья, он подчеркивал утонченную откровенность плеч и притягательную размерность форм, выделенных туго натянутой окантовкой глубокого декольте. Объемные, вздутые рукава одеяния оформлялись золотистой сеткой, опускающейся на аккуратные гладкие руки и соединялись с блистательными отсветом пальцевых украшений. Строго цепляющееся в пол платье полупрозрачной тканью очаровывало смотрящего, неохотно выделяя гладкие длинные ноги и их восхитительные изгибы. Даровитое тело выбивалось из-под наряда замысловатыми черными полосами татуировок, что извилистыми поворотами охватывали позвоночник и, покрывая череп, выступали поверх симметричной округлости лица.

В богоподобном мерцании всеобщего внимания, облаченная в совершенство, эльфийка сторицей возвращала обращенные на себя впечатления загадочным взглядом приятно-усталых металлических глаз. Встречающий ее камердинер не сразу вспомнил о функционале и обязательствах этикета, предполагающих полностью сомкнутый в покорном молчании рот и безотлагательное участие в обнажении гостьи освободительным маршем супротив верхней одежды. Удерживая в руках увесистую шубу, созданную непревзойденным художником портного дела и покрытую вкраплениями змеевидных пластинчатых дисков, робкий слуга, плененный дивной осанкой оголенной спины, перебирал в голове заученные слова и не находил среди них подходящих к подобному выдающемуся великолепию. Встреченная благоговейным безмолвием Зарвин нисколько не разочаровалась вербальному упущению и грациозной походкой проследовала вдоль полумрака тянущегося коридора. Привлеченная величавыми голосами знатных господ и узнавая среди них искомый властно-завистливый голос, прерываемый короткими хриплыми вставками, эльфийка сделалась чарующе серьезной, а отзвуком сразу трех каблуков почти непринужденно указала на свое появление.

Выгнувшись в пояснице и деликатно опуская хрупкую ладонь на драгоценную поясницу, она оперлась второй рукой о двухметровое золотое копье, инкрустированное белыми драгоценными камнями и смерила долгим взглядом присутствующих. Завравшийся и по-плохому мелочный господин Бернар почти сразу растекся в вожделенной улыбке, натянувшей и без того длинное лицо до безобразной гримасы крысиного царствования. Таких мужчин Махаон видела и обслуживала довольно часто — настолько, чтобы перестать узнавать в них какую-либо искру надежды на ценность существования. По правде говоря, если бы не их баснословные деньги и слабость к женской доступности, она бы вовсе убивала таких прямо в постели. Никакой пользы для общества и культуры они все равно не несли, позволяя себе продлевать жизнь лишь за счет силы номинала звенящей монеты. Эдакое бодрствование в кредит. Почему бодрствование? Да потому, что такие же мужчины без гроша в кармане вызывали лишь жалость и милостивые потуги избежать с ними встречи любого толка. Другое дело — благородные эльфы, чье затянувшееся пребывание на материке олицетворяет надменное и абсолютно беспощадное потребительство в вопросах вечности и самообожания.

— Господин Мероль, — Зарвин обогнула кресло, в котором расположился влиятельный мужчина, — Таль, — песнь бархатистого голоса танцовщицы лилась медлительно и планомерно, обволакивая утонченный слух ценителей роскошеств и жадных до всего необыкновенного богачей. Интонационный распев, движущийся звуком в такт изящным движениям несравненного стройного тела завораживал, приковывая к себе интерес и завлекая в игру утонченных манипуляций. Дива вечера не улыбалась, однако в тембре ее очарования читалось приглушенное одобрение, взывающее к симпатии животного происхождения. Оставшийся без участия куртизанки делец поспешил реабилитироваться, выйдя на позицию инициатора досуга и обольстительного диалога, но вместо ожидаемого эффекта оказался полностью проигнорирован дамой. Поднимаясь по лакированным ступеням на антресоль в застилающий полумрак освещения, Махаон не утрачивала зрительный контакт с огневолосым отступником светского настроения. Ее свободная рука окольцованным златом пальцев тянулась вдоль истощающего перила, а грудь вздымалась от глубокого дыхания редким распиранием драгоценнейшего корсета. Казалось, что мир замер в ежесекундной сцене коллективного восхваления красоты и явного превосходства, негласно подтверждая восторженными взглядами, что ни одна из сопровождающих здешних коммерсантов женщин и близко не сравнится с легендарной Мадемуазель Махаон.

Оказавшись на возвышении, Зарвин бережливо перекинула верхнюю часть тела через декоративную балюстраду, чем совершенно случайно спровоцировала доступность мужскому взгляду увеличившейся под ювелирной шнуровкой груди. Манящие пухлые губы, выделенные матовой помадой слегка раздвинулись, приоткрывая ряд ровных белоснежных зубов, а глаза обольстительницы неспешно осмотрели присутствующих. Вечер официально объявили открытым, а эльфийка указала истинный ценник на его посещение. Жаль лишь, что почти каждый воспринял ее как женщину, доступную к покупке, а вовсе не как персону, способную продать их самих. Впрочем, ей это было на руку.

— Господа, — обратилась Зарвин ко всем сразу, хоть и взгляд ее был направлен к двум конкретным торговцам, — не сподобится ли кто-либо из столь завидных мужчин до манерности завсегдатая кабака и не угостит даму толстой.. сигарой? Танцовщица почти незримо ухмыльнулась, распространяя по комнате устойчивый и влекущий аромат туберозы.

+1

4

Званые вечера всегда даровали Даэрону либо головные боли от постоянной выдержки во всем, либо удачно выигранную партию в торговых делах. Сегодняшнее торжество, по-видимому, закончится лишь тем, что он постарается под любым удобным предлогом пораньше покинуть чужое поместье. Но вовсе не для того, чтобы избежать "удовольствия" лицезреть излишне довольное лицо мсье Бернара, а столько для того, чтобы под самый конец застать нечто неприятное и приятное одновременно, а затем за неимением других причин оставаться в компании завистников и сторонников ювелира, покинуть это место. Уж больно эльф желал закончить этот день на приятной ноте, что осталась бы сладким послевкусием на памяти торговой гильдии. Горечь вечера испытывать бывший аристократ не собирался. Ради этого он оставался в смиренном ожидании удачного момента для контратаки.

Наконец, стрелка на часах переметнулась к долгожданной линии - настало время для появления главной звезды этого мероприятия, самой дорогой золотой монеты, доступной лишь кошелькам тех, кто присутствовал в этом зале. Да и то, наверное, не всем. Драгоценные украшения ничуть не утяжеляли ее тонкие черты лица, только лишний рааз указывали на ее неповторимость и эксцентричность цельного образа. Мероль'Талю каждый раз казалось, что его идеальное зрение обманывается при виде Махаон, ведь даже для женщин его народа Мадемуазель Махаон была слишком совершенна. Будто ненастоящая, неземная, выдуманная красота, на которую вряд ли хватило бы фантазии самых светлых творческих умов. Мадемуазель Махаон была слишком благородна для обычной куртизанки и слишком развязна для благородной дамы. Все слишком. Но от этого не становилось приторно, а только больше интереса раскусить ее.

Но не сейчас. Не время для этого желания.

Хватило взглянуть в глаза Махаон одним мгновением, чтобы понять, что она готова начать свою игру, закружиться в вихре пылких и извращенных взглядов, неприлично ласкавших ее фигуру со всех сторон. Как стая голодных волков, порабощенных умов, они взирали на непревзойденную диву этого вечера, заставившую мсье Бернара, женатого мужчину, обремененного взрослыми тремя детьми, глотать слюни. Его потаенные желания мигом обнажились на его некогда чуть более сдержанной физиономии торговца-прохвоста. Эльф не удержался от легкой ухмылки, которую успешно скрывал за ладонью, когда облокотился на мягкий подлокотник кресла, с интересом наблюдая за плавной походкой главной танцовщицы и тем, с каким холодом она прошла мимо Бернара. В один момент они сцепились взглядами и, признаться честно, чародей не смог побороть в себе желание закрыть глаза.

Тогда как все мужчины были ослеплены красотами ее тела и одежд, мечтая увидеть Махаон безо всяких драгоценностей и этой местами полупрозрачной дорогой ткани, Мероль'Таль подловил себя на мысли о том, что он ожидал, когда девушка вновь заговорит. В отличие от этих простаков, метящих в слои высшей интеллигенции, рожденный и выросший в таких удушающих свободу и самовыражение кругах, эльф наслаждался общением и мог опьянеть вовсе не от обычного вожделения, свойственного таким лицам, как Фабрис, чья улыбка едва ли не доставала до его по-уродливому плоских ушей. Таким же плоским был этот человек и по своей натуре.

Ювелирных дел мастер, разумеется, не выдержал полученного укола по собственной гордости и после того, как услышал шептания (что-то подсказывало ему, что они были обращены в его адрес), моментально оскорбился. Хотя, конечно, стоило отдать ему должное - мсье Бернар быстро решил отыграться, чтобы снова посоревноваться с красноволосым эльфом. И на сей раз за внимание Мадемуазель Махаон.

Можешь не вставать, господин заместитель, — не скрывая язвительный тон, поспешил ответить мсье Бернар и несмотря на это. вежливо указал гостю оставаться на своем месте. Правда, Даэрон и не собирался вставать, он продолжил наблюдать и улыбаться - последнего многие не поняли; кто-то все еще продолжал шептаться, а кого-то вынудили оторвать взгляды от танцовщицы ревнивые и завистливые женщины этого светского вечера, следившими за своими спутниками, разинувшими рот. Фабрис достал из красиво украшенного портсигара одну из самых приличных сигар и галантно протянул ее даме. Только вот дать огоньку он почему-то так и не смог: попытался несколько раз, раздраженно сведя брови меж собой. Он и догадаться не мог, что огонь не собирался появляться по приходи одного мага, который с едва скрытым весельем наблюдал за этой нелепой картиной.

— Не хватает огонька, мой дорогой друг?

В мгновение ока легкой походкой огненноволосый эльф оказался на пару ступеней ниже госпожи куртизанки, из-за чего практически сравнялся с ней по росту. Щелчком пальцев он зажег маленький огонек, которого хватило для одной толстой сигары, чтобы Махаон почувствовала ее вкус.

Бернар нервно засмеялся.

Фокусничаешь, Мероль'Таль?

Для тебя "господин Мероль'Таль", — хотелось было ответить ему, но эльф лишь загадочно улыбнулся и оставил это желание в своих мыслях.

— Что есть фокусы, а что реальность? — внезапно для всех озвучил высший. Даэрон бывало отвечал очень уклончиво, мутно или и вовсе непонятно - многие из тех, кто здесь присутствовал и знал его, давно привыкли к этому. Он еще раз улыбнулся Зарвин, а затем подмигнул собеседнику, важно сцепляя руки за спиной и спускаясь обратно вниз.

Отредактировано Даэрон Мероль Таль (28.08.2022 00:00)

+1

5

Угроза нарастала. Кажущийся спокойным и рассудительным предприниматель чувствовал себя в доминантной позиции относительно похотливого и суетливого коллеги по цеху, однако проигрывал последнему в прямоте самовыражения. Не было никакого смысла и ценности в напускном стремлении к самовыражению за чужой счет, если в итоге вы оба плясали в унисон искрящемуся шарму проститутки. И хотя Зарвин была лучшей во всем, что касалось завораживающего очарования, манипуляционного привлечения, сексуального соблазнения и эмоционального подчинения, была в ней еще одна порочная и совершенная в проявлении страсть — продажность в абсолютной степени грехопадения. С невинным и томительным молением в уникальном стальном блеске глаз она принимала из рук пылкого мужчины запрошенную сигару, пользуя в качестве инструмента получения лишь очаровательные пышные губы и долгое, нарочито вульгарное сосущее движение ими. Прикрывая глаза от восторга и притворного возбуждения, она предвосхитила потаенные мысли обреченного ухажера и аккуратно повисла на ювелирной гладкости дорогостоящего древка копья.

— Вы так любезны, господин Фабрис, — выдохнула она сквозь беспечно узкую щель меж безупречно ровных дентальных рядов, — в Вашем присутствии любая дама возжелает никогда не вернуться в мучительную горесть Вашего же отсутствия, — заглядывая в глаза мгновенно возгордившегося поклонника, она почти случайно схватилась свободной рукой за предплечье вовремя приблизившегося заместителя главы гильдии и плавно развернулась в его сторону, используя в качестве оси вращения импровизированный шест. Преисполненный поэтической печали взгляд робким молитвословием встретился с изумрудной проникновенностью эльфийского настроения и выдерживал тот пять многозначительных секунд, обращая девичьи надежды в руины спровоцированного смущения. Высокий и самолюбивый, Даэрон казался единственным и исключительным претендентом на женское влечение, разительно выделяясь на фоне тускнеющей заурядности собравшихся богатеев. В отсвете излучаемых его статью флюидов, угадывались надежда и пленительная безопасность, что феерией впечатлений низвергли легкомысленную куртизанку в омут покоряющего бессилия. Признаваться угоднику в сильных и опьяненных им чувствах, Лонгплан, конечно же, не спешила. Вместо этого она боязливо отвела взгляд в сторону и, вовремя ощутив момент для тактического отступления, осмыслила зримую лишь ей одной точку пространства.

— Я слишком истощена Вашими достижениями и Вашей безукоризненной манерностью, Господин, — вторила она ласкающим полушепотом, медлительно затягиваясь услужливо активированной табачной трубкой, — посему я не стану благодарить Вас о том, в чем замечаю Вас непревзойденным, — эльфийка выждала паузу, тщательно подбирая слова и используя для того гибкий язык, завлекательно проведя им по небу вокруг искушающей ротовой линии, — ведь это означало бы признание себя выше Вас, — на этой фразе дама резко подалась вперед, имитируя неловкое спотыкание, и оказалась в стеснительной близости от изящной серьги плутократа, — я хочу, чтобы ты владел мной, — произнесла она тихо и вожделенно, так, чтобы подобострастное интонирование феминного голоса мог расслышать лишь Мероль'Таль. Сразу после этого дама выгнулась в спине, элегантно возвращая себе равновесие и поспешила обратиться в социальное удаление, где, как могло показаться случайным и не очень свидетелям ситуации, могла бы спокойно зализать рану прилюдного конфуза и спокойно совладать со стыдливостью. На самом же деле, никакие муки совести и последствия осознанного стяжательства не беспокоили Махаон, а она сама лишь выжидала оказию, дабы прервать собственноручно учиненное молчание уже после случившегося взаимодействиями между двумя противоборствующими партнерами.

Мелочный и не обремененный сложными ролевыми масками Бернар исступленно глядел в сторону удаляющейся эльфийки с нескрываемым сожалением. Обреченно вздыхая о дивной прелестности частично оголенной спины, он искренно воображал себя героем, вовлеченным в противостояние сил и характеров изобретательным коллегой-сердцеедом. Любвеобильность и настойчивость — приятные и важные качества любого мужчины, переплетались в нем воедино с детской наивностью и яростной нетерпеливостью по отношению к конкурентам любого толка. А потому, как только поведенческое смыслообразование пролило свет на очевидность девичьей симпатии к его давнему идейному врагу, полные зависти глаза торговца воспылали праведным огнем посрамленной соревновательности.

— Если бы ты не мог проснуться, как бы ты узнал, что сон, а что действительность, Мероль'Таль? При всей надменной открытости Фабрис не был дураком и легко адаптировался под условия негласной игры, если был заинтересован в победном исходе. Посему, вопрос, озвученный ранее Даэроном в ответ на его собственный, был в очередной раз повторен в более извращенной форме и с претензией на риторическое послевкусие: мужчина точно знал, что за хитрости с поджиганием нес ответственность рыжеволосый эльф и не собирался давать тому лишний повод для издевательств. Более того, он и сам кое-что смыслил в магии, а потому поспешил напомнить о качестве их общения небольшим воздушным пузырем вокруг авантажного лица заместителя. Нетрудно догадаться, что в отсутствии доступа к кислороду человек начнет задыхаться, а огонь потухнет. И, тем не менее, озлобившийся мужлан не желал решать корпоративные противоречия через мальчишеское ребячество и почти сразу же отпустил оппонента, выждав достаточно времени, дабы тот успел отрезвиться.

— Даже не думай про нее, Мероль'Таль, — огрызнулся Бернар не то предупредительно, не то обиженно, — не все в этом мире должно доставаться тебе: если хочешь с этим поспорить, то предлагаю пари, — мужчина паскудно подмигнул, выгибая бровь в сторону стоящей в одиночном отдалении Зарвин, — оба попытаемся впечатлить ее, а достанется она тому, кого возжелает сама. Если будет капризничать и сливаться, то возьмем стерву совместно, — торговец двусмысленно покосился на своего соперника, мысленно прощупывая того на решимость и готовность доказать свое превосходство. Ирония столь категоричного и низменного предложения состояла в том, что при этическом или рациональном отказе Даэрона от подобной сделки проявлялась его состязательная слабость, а заодно и двуличная заинтересованность, ведь не было никакого смысла ударять за женщиной, которая тебя не интересует. Если только ты не состоишь с ней в сговоре, а она сама появилась на закрытом мероприятии по предварительной с тобою договоренности. Уж в чем-чем, а в подобных интригах Фабрис соображал даже более, чем освященный и всячески авторитетный заместитель главы одной из самых публичных организаций на Галатее.

— Прошу меня простить, господа, — Зарвин разрезала акт взаимного обмена репликами двух состоятельных коммерсантов чудесным звучанием обворожительного напева, — я — новый человек в столь высокопоставленном и знатном обществе, полным достойных представителей именитых купеческих родов, — слегка потупив взгляд, эльфийка на мгновение сделалась доверчиво маленькой, — и, признаюсь Вам честно, я не особо понимаю в вопросах рыночных инсинуаций и не могу поддержать диалог о рентабельности открываемых торговых путей, а потому буду Вам безмерно благодарна за экскурсию по поместью и ликбез в отношении истории самых главных его барельефов, — поочередно взглянув то на одного мужчину, то на другого, красавица опустила обрамленную золотыми полуперчатками ладонь на вздымающуюся в учащенном дыхании грудь, — готова предложить Вам взамен самые чувственные восхваления, завороженное восхищение Вашей эрудицией и покорное служение силе, величию и соблазнительному размеру ваших, — она легонько прикусила губу, старательно скрывая глубочайшее хотение, — разумов..

+1


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [16 Опочивальни 1059] Поцелуй змеи


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно