03.09. Я календарь переверну и снова третье сентября.... 05.06. Доступ к гостевой для гостей вновь открыт. 14.05. Временно закрыта возможность гостям писать в гостевой. Писать сообщения можно через профиль рекламы (Ворон), либо зарегистрировавшись. 14.04. Регистрация на форуме и подача анкет возобновлены. 07.04. Можно ознакомиться с итогами обновления, некоторые мелкие детали будут доработаны.

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Лучше всегда носить при себе зеркальце чтобы защититься от нечистой силы и проклятий.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Баллада о борьбе » [56 Безмятежье 1062] Ночь в музее


[56 Безмятежье 1062] Ночь в музее

Сообщений 1 страница 30 из 34

1

Ночь в музее

https://i.imgur.com/nksueje.png

Карбьер х Элора
ᅠ ᅠ
ᅠ ᅠ
" ...торжественно спешу Вам сообщить, что вечером 56 Безмятежья 1062 года в замке фамилии Блиттерстеп пройдёт незабываемая выставка редчайших экспонатов, завораживающих картин и необыкновенных статуй. При посещении Вы сможете ознакомиться с уже известными и полюбившимися археологическими находками, а так же узнать о новых уникальных открытиях и веяниях искусства. Будем рады Вас видеть в числе наших гостей! "

❝ Искусство не умирает

https://i.imgur.com/LscT3Wr.png

Закрутить колесо Аркан?
нет

+3

2

Признаться честно, с самого начала Элора была не в восторге от полученного письма. Никакое развлечение на фоне происходящих событий швеей не воспринималось совершенно: ей хотелось ещё сильнее погрузиться в работу, чтобы абстрагироваться от непривычного ощущения, от осознания, что творится в её доме и с кем ей приходится жить. Её отчаянная погоня за любовью привела к обстоятельствам крайне необычным, и Элора требовалось время, желательно – много времени, чтобы, наконец, окончательно переварить и принять подарки Судьбы.

Но у Карбьера был удивительный дар убеждения: либо его харизматичность, либо очарование, либо всё сразу – симбиоз положительных для партнёра качеств влиял на Элору самым благоприятным образом. Долго сопротивляться швея не смогла – сдалась, согласившись на совершенно неуместную для уклада её жизни авантюру. Впрочем, про неуместность – это утрировано. Скорее, Элора просто-напросто отвыкла посещать мероприятия с тем, к кому действительно испытывала фонтан чувств. Разных чувств.

Недолгий мозговой штурм привёл её к мыслям, что музей и впрямь может стать не только отличным шансом и возможностью узнать друг друга лучше, вспомнить былое, но и продемонстрировать свои таланты: в конце концов, одежда, которую она шила, не без прикрас можно было приурочить к выставке – то же своего рода «уникальные экспонаты».

В конце концов, в день поездки Элора жила мыслями о скорейшем отъезде – кто бы мог подумать, что отдых окажется так желаем? 

Подъезжающий экипаж Донстебьян заметит ещё с балкона.

- Кучер подъехал. Карбьер, ты готов?

+2

3

Поверить в реальность происходящего, даже спустя неполных четыре декады, Карбьеру было непросто. Непросто ввиду собственной скептичности и предвзятости к самому себе: мог ли он в действительности отделаться так легко? Раны на спине уже давно не беспокоили, затянувшись с первым же глотком крови, любезно предоставленной одним из Дю-Бушей. Бедняга половину города перевернул вверх дном, чтобы отыскать своего подопечного в состоянии едва ли не предсмертном. Объясняться, само собой, пришлось долго.

Впрочем, имело ли это значение сейчас? Вампир так не думал. Всё время с момента осознания Карбьер пребывал в состоянии воодушевления, ввиду чего терпения вести себя тише воды и ниже травы ему явно не доставало.

Естественно, не воспользоваться возможностью выбраться из дома-аномалии да ещё и с Элорой под ручку, он не мог. Возлюбленная была завалена работой все то время, что Карбьер прохлаждался - ей стоило отдохнуть. И уделить в полной мере внимание своему непутевому любовнику.

Музей ведь то самое место, где можно вспомнить прошлое, не так ли?

Уговоры не заняли много времени; не смотря на внешнее несогласие, Элора дала добро на эту маленькую авантюру.

Он мелькает в дверях к тому времени, когда оглашено о прибытии кучера: поправляет костюм и причёску, слегка щурясь солнечным лучам.

- Было бы неловко опаздывать, учитывая то, что это я настоял на посещении, - Карбьер улыбается, приобнимая Элору за плечи, - Как думаешь, старый знакомый ещё способен нас удивить?

+2

4

Вид Карбьера в обновках заставит Элору искренне улыбнуться. Отрадно наблюдать его воодушевлённым и готовым на подвиги, даже если подвиг — это маленькая вылазка в большой музей. Тот Карбьер, с которым она жила, он… да неважно, в общем-то. Теперь уже неважно.

- Пожалуй, - она радостно хмыкнет, когда вампир приобнимет её за плечи, и, чтобы не терять время, потянет его за руку собой, к лестнице и вниз. – Не знаю. Я слышала, что он отбирает новые находки с особой скрупулёзностью, но у меня так и не нашлось свободного часа, чтобы удостовериться в правдивости слухов. Если на вскидку, то… думаю, да. У него же целый замок всяких причуд.

Элора помнила, что происходило во время их первой встречи спустя долгое время разлуки, и до сих пор ей было немного боязно спускаться по ступенькам. Пускай аномалия более бесчинствами не занималась, опасение в груди осталось, но оно тут же затихало, стоило узреть входную дверь в сохранности.

- А нет – развернёмся и уедем. Я уверена, что без занятия на вечер мы с тобой не останемся. Ты всё взял? Письмо у тебя? У меня такое впечатление, будто я… что-то забыла, - она бегло оглядится в коридоре, пытаясь понять природу возникновения своих чувств, но в итоге отмахнётся и выйдет на улицу, чтобы закрыть дверь. – Ладно, идём.

Суетливость покинет Элору так же быстро, как и посетит.

Во время поездки из дома до замка Блиттерстеп она будет то и дело что тыкать в окно и говорить о каких-то мелких изменениях на улочках, а после рассказывать бытовую чепуху, не до конца уверенная, что Карбьеру было бы интересно слушать тысячу одну заурядную историю о людях в Рон-Дю-Буше.

+2

5

Вопрос Карбьера носит скорее уж риторический характер - даже спустя годы, десятки лет он не мог сомневаться в таланте хозяина замка Блиттерстеп. Заядлый экспедитор обожал разного рода диковинки и даже выйдя на заслужнную пенсию распрощаться с этой страстью не мог. На счастье таких же любопытствующих, мужчина любил делиться своими находками, и организованный в его доме музей частенько принимал гостей.

Сегодня им повезло попасть в их число. Персональное приглашение - штука почетная и весьма редкая, учитывая то, ччто всегда была приурочена к какому-либо событию. И выставка была одним из них.

Впрочем, Карбьер имел причину сверх прочих попасть туда. Находки эпохи древности приковывали его внимание в силу их... заочного знакомства. Затерянный в песке город так и не открыл миру свои врата, но успел поведать не мало секретов тому, кто, кажется, навсегда лишил мир возможности сделать это.

Огромная потеря, если только знать о ее существовании.

Вампир похлопывает себя по карманам пиджака - до чего же непривычная одежка, учитывая то, что обычно Карбьер отдавал предпочтение сюртуку или хотя бы пальто - и достает упомянутое письмо:

- Даже не мятое, - Аккуратно сложенный конверт возвращается на прежнее место, - Хочу надеяться, что мы останемся там подольше. Место ведь само по себе живописное и, в крайнем случае, со скучной экскурсии всегда можно убежать в сад. Нам не впервой, правда?

Путешествие предстояло неблизкое - замок находялся на отшибе, и хозяин часто предлагал гостям оставаться у себя с ночевкой. Мало кто при этом, однако, соглашался, веруя слухам, будто бы по ночам музей живет своей жизнью. Ожившие скелеты и призраки великих деятелей прошлого, ха! Удивительно, что его не обвинили в связях с темными магами.

Карета мерно движется по городским улицам, рассказы о которых Карбьер слушает с упоением. Из уст Элоры ему даже рассказ о пошиве исподнего белья казался бы интересным; правда, когда наступал его черед делиться историями, энтузиазма за вампиром не наблюдалось. Настоящее казалось ему гораздо более воодушевляющим, чем прошлое.

Музей должен был исправить это его убеждение.

- По приезде надо будет поинтересоваться, не восстановили ли астрономический павильон на верхних этажах. Правда, искренне не уверен, что мы дойдем туда, не застряв где-нибудь на моменте завоевания Хельдемором церковных земель. Кажется, для семьи Блиттерстеп это больная тема.

+2

6

В вопросах побега им действительно не было равных. И хотя Карбьер сильно вырвался вперёд с последней выходкой длиною в восемь лет, от мысли которой у Элоры до сих пор кружилась голова, она, в свою очередь, старалась не отставать. И потому швея усмехнётся: да, действительно, всегда можно найти приключения вокруг замка. Тем более замка Блиттрестеп. Элора сильно разочаруется, если на огромной придомовой территории не окажется неизвестного происхождения диковинки; стало быть, это будет считаться большим упущением - столько сил и времени вкладывать в поиски необыкновенных предметов, и чтобы не разместить новинки и в саду? Она с радостью бы поискала с Карбьером на пару античного… гномика, например? Деятели искусства - люди с причудами.

Уж Элоре это было известно.

Бытовые истории всё-таки закончатся: неуверенность в их уместности возьмёт своё, и швея ловко замнёт тему, чтобы ненароком не выдать истинных чувств.

Застрянем - не страшно, в конце концов добраться до астрономического павильона за полночь не будет плохой идеей, напротив, сможем насладиться сверкающими звёздами и долгожданной тишиной так, как ни-ког-да раньше, - она приглушит вырывавшийся смешок. — По правде сказать, я не против послушать всё с самого начала, а если что пойдет не так, займёмся тем, что у нас получается лучше всего.

Нежным, щекотливым касанием кончиков пальцев Элора дотронется до руки вампира, призывая того расслабить ладонь. Почти четыре декады прошло, а она все не свыкнется с мыслью, что вновь не одна; что снова, без страха быть осуждённой, сможет ретироваться со скучного мероприятия; и что снова может получить ту любовь, о которой грезила - настоящую, а не на одну ночь. Она тихо, задумчиво вздохнёт.

- Как думаешь, они устроят торги? Аукцион? У них столько потрясающих картин, я бы приобрела парочку, - она вдруг улыбнётся собственным мыслям. Вопрос, пожалуй, совершенно не в духе госпожи Донстебьян, зато очень даже в духе Тесселе; странно, что об этом она задумалась лишь сейчас.  - А когда в замке не окажется места под новые находки, они построят еще один?

Отредактировано Элора Донстебьян (27.08.2022 10:19)

+2

7

- Заполночь? Неужели хочешь там задержаться до следующего дня? - Интересуется Карбьер, не ожидая, что Элора поддержит его в том же стремлении. А ведь ещё прошлым вечером была против!

Вполне вероятно, что мысль остаться наедине под звездами будоражила их обоих; спокойствие и умиротворение были роскошью с тех пор, как они встретились вновь, да и раньше все было немногим лучше. Вспоминая свое путешествие на Эльпиду Карбьер содрогается до сих пор - вот уж где ни день, то проблемы на его бедную голову.

И ведь никому о таком не расскажешь. Это - тайна, оставшаяся между ним, Сафо и Холгейром.

Карбьер понимает намёк, пытаясь расслабиться: он опускает голову на плечо Элоры, утыкается носом в её волосы и, перехватив женскую ладонь, прижимает тёплые пальцы к своему лицу. Сейчас он похож на большого кота, ласкового и охочего до внимания, уверенного, что в кабине кареты уж точно некому будет их потревожить окромя кочек на дороге.

Вампир прикрывает глаза, улыбаясь.

- Мне кажется, будто хозяин замка приверженец бартера, нежели купли-продажи, - Слух о том, что Блиттерстеп обменял целый замок на некий семейный артефакт, был своего рода легендой, нежно любимой высшим обществом. Восхитительная нелепость, приводившая их в восторг, - Хотя репликами некоторых картин я бы и сам обзавёлся с удовольствием.

Припоминая историю о художнике, жуткие сюжеты которого едва ли не оживали на полотнах, Карбьер хмыкает. Нет уж, ужасов с него хватит - он отдаст предпочтение романтизму.

- Скорее уж начнёт копать новые этажи подвальных помещений. Покупать новую землю накладно, а вот ограничениями на глубину своей закон не обременяет.

+1

8

Попалась: вот и где удивительно непрошибаемая скорлупа Элоры? Она задумчиво подожмёт губы прежде, чем дать ответ, как бы и признавая возможность остаться на ночь, но не разрешая прямо согласиться с предположением.

- Только в том случае, если мы застрянем, - она опустит взгляд, улыбаясь краешком губы той стороны, коей вампиру видно не было, чтобы казаться естественно серьёзной. Однако было кое-что, о чём Элора пока что не сообщила. Кажется, предоставилась отличная возможность внести немного ясности для новых планов?

– Я взяла выходной на пару дней, чтобы мы могли отоспаться, если поздно вернёмся. В теории, - она краем глаза посмотрит на вампира, но веселые в голосе нотки выдадут её с потрохами – всё-то она хотела. – Мы сможем остаться и в замке.

Стоит руке оказаться на лице Карбьера, как шершавые пальцы под накрытой ладонью тотчас начнут поглаживать кожу. Девушка немного наклонит голову, чтобы вампиру было удобнее пристроиться на её плече. Блаженные минуты отдыха! Должно быть, и круги под глазами станут меньше – рабочий ритм немного поутихнет, оставляя больше места для отдыха и любви; любви к Карбьеру, к себе, вероятно, к удивившимся подопечным тоже…

- Хорошее предположение, – задумчиво проурчит она. Думалось Элоре, что талант её и на четверть не покроет ценность многолетней картины; разве что, как и упомянул Карбьер, реплики. – Осторожно намекнём ему о наших желаниях, а там… будь, что будет. Было бы славно вернуться с сувенирами.

Она хмыкнет.
- И правда, о чём это я? Одним выстрелом двух зайцев – выкопать этаж и кучу окаменелостей.

Отредактировано Элора Донстебьян (28.08.2022 00:47)

+2

9

- Застрянем. Обязательно застрянем, - Обещает Карбьер, стараясь сохранить напускную серьёзность - ту же самую, что была маской на лице Элоры. Правда, получается у него много хуже, и довольная улыбка сама собой расплывается по лицу.

Припоминая о том, что жилые комнаты замка находились невыносимо далеко от основной, "музейной" части, стоило рассчитывать на полное единение друг с другом, без страха, что кто-то мог бы их побеспокоить. Слишком соблазнительно, чтобы упустить такую возможность. Всего одна ночка вдали от пускай и порядком успокоившейся, но все таки аномалии, изначально настроенной агрессивно.

Не то чтобы он давал лишнего повода проснуться с иголками под ногтями. Но вдруг она злопамятная?

- Уверен, нам есть, что ему предложить, - Будто бы ни на что и не намекая, Карбьер хмыкнет, а после тихонько рассмеется, не ожидавший такого развития своей шутки, - Верно подмечено. Кто знает, сколько секретов таит земля под нашими ногами?

И, даже не смотря на то, что вампир понимал - некоторым загадкам стоит оставаться неразгаданными, это ничуть не умаляло его любопытства.

Городские пейзажи за окном сменят поля, а позже и окраины леса Рондо - ни один извозчик не согласился бы везти их напрямик, ведь часть леса была окутана Тьмой. Благо, они не были вынуждены торопиться, сокращая дорогу, да и погода располагала к спокойному путешествию без спешки: ясное небо и тёплый ветер, разогнавший остатки затяжной зимы.

Пройдёт чуть больше часа, прежде чем вдали замаячат шпили замка Блиттерстеп; монументальная постройка, бывшая некогда военным фортом, и хранящая в своих стенах множество историй. Грубый на первый взгляд фасад украшали лепнина и статуи сражавшихся с горгульями ангелов, расписанные витражами окна.

- Необычный сюжет, - Тихо подмечает Карбьер, не уверенный, что Элора видит картинку вдалеке так же ясно, как и он.

+2

10

Теперь сомнений в том, что они застрянут в замке, не осталось точно. Карбьер приложит максимум усилий, чтобы они задержались, она даже не сомневалась. И если же не на больной теме хозяина замка, связанной с завоеванием Хельдемором церковных земель, то где-нибудь в зале, посвященным эпохе древних – кости тоже занимательные экспонаты. Вместо тысячи слов она дважды кротко поцелует вампира в его смольную макушку.

- Да, и что же? – стало быть, она поняла, к чему он клонит, но уточнить и убедиться в правильности мыслей было бы неплохо. Или ей просто захотелось дурашливо допытаться?  Элора рассмеётся вместе с Карбьером – слишком уж заразительно.

Два дня отдыха в отличной компании, с которой можно было поговорить о чём угодно. Даже аномалия не располагала таким комфортом, будучи сильно загнанной в рамки. Она помнила, как заикалась о маскараде и тут же встречалась с холодным взглядом – теперь же кажущимся абсолютно бездушным и неестественным – двойника своего возлюбленного. Что же за пелена была у Элоры на глазах?  Точно тронулась умом.

"Луна", - взмолится швея мысленно, - "дай мне не думать о доме хотя бы сейчас".

Пейзажи за окном сменяются. Элора бы их узнала, да смутно – в последний раз она и вправду была у замка Блиттерстеп очень давно. Кажется, даже до приходы на беззащитные территории Тьмы.

Она с любопытством выглянет, когда Карбьер прокомментирует картинку снаружи, но, к сожалению, не сумеет разглядеть всё так же четко, как и орёл подле неё. Приближающийся замок видно, его тёмные очертания посреди светлого неа, но деталей не разобрать. Пока что. 

- Надо же, я даже не заметила, как пролетело время, - Элора усядется ровнее, усмиряя тихую радость предвкушения выпрямить ноги и наконец-то пройтись. Колени затекли; вполне возможно, при попытке встать они заскрипят – тридцать два года, как никак! Не молодеет.  – Делись, что ты там увидел?

+2

11

- Я вполне искренне полагаю, что искусство не подразумевает никаких исключений, - Добиться от Карбьера прямого ответа сразу так и не удается, благо намеки его в этот раз не имели никаких скрытых смыслов. Может, это было чем-то вроде профдеформации - стремление всеми силами увиливать и недоговаривать?

В темноволосой голове роилось множество мыслей, о сохранности которых он, как маг очарования, заботился едва ли не ревностно. Но одной Карбьер все же решает поделиться:

- Предложи ему эскиз платья с каким-нибудь религиозным сюжетом, и, я готов поспорить, он рухнет в обморок от счастья. Хотя, вышитые стеклярусом и бисером лики первых пророков тоже окажутся в цене.

От представшей перед глазами картинки немудрено развеселиться еще больше. Ходячая икона, да разве же то не богохульство? Высшие чины церкви подобного не одобрили бы, да только их никто и не собирался спрашивать. Даже находящийся под их опекой вампир, давненько уже не столь религиозный, но признавший существование высших сущностей как факт, с которым ничего нельзя было поделать.

Не в лучшем смысле.

Очертания замка за окном становятся все четче, лес по другую сторону - все реже, обознаячая окраины небольшой деревни. Дело к вечеру, и можно увидеть, как неспеша возвращаются домой охотники с дичью и пастухи. Жизнь шла своим чередом вдали от высоких крепостных стен.

- Я говорю о скульптурах на фасаде. Удивительная динамичность для обыкновенного камня, - Некоторые фигуры были вырезаны прямо на стенах замка, другие же с огромным трудом выставлены на свои места несколько позже. В этот раз память не была услужлива, и Карбьер совершенно не помнил видел ли подобное раньше, - Реставрация прошла очень удачно. Даже и подумать не могу о том, что сейчас происходит внутри.

В тоне его голоса звучит воодушивление, и кажется, будто вампир действительно заинтересован в посещении музея не как праздный аристократ, а как исследователь, подобный хозяину замка. Широко распахнутые ворота встречают их в числе трепетно ожидаемых гостей, однако, даже издали станет заметно: внутренний двор пустует. Нет даже охраны, и только поспевшие первее них экипажи подскажут, что замок отнюдь не пустовал.

Возможно, это лишь первое впечатление?

+2

12

Вопиющее безобразие: платье с иконами! Луна, да Элора и сама бы в таком зашла в церковь - подразнить и спровоцировать аристократические рожи, чтобы вызвать огромную бурю негодования. Отличный рекламный ход, не будь он так сильно сопряжён с рисками: последние несколько лет леди Донстебьян то и дело рвала шаблоны злых консерваторов, - и речь не только об искусстве и их результатах, а сейчас, пребывая в компании обаятельного брюнета, рисковала репутацией как никогда ранее - и неизвестно чьей больше. Бок о бок с Карбьером оказаться в эпицентре событий не так страшно, но к чему ненужное внимание пытливых журналистов?

Волне бурных откликов требовалось сначала поутихнуть. Зато потом! Пушечным залпом выстрелит очередная новинка, граничащая где-то между изысканностью и безумием, что разлетится диким вихрем по всему Дю-Бушу.

Но речь изначально велась не о ней. Вернее, не о ее выходе. Достаточно быть автором - знаменитым, в стороне… неприкасаемым соиздателем, богом своих творений. Это ведь намного лучше!

Ехидная ухмылка коснётся женских губ. Элоре потребуется время тщательно всё обдумать, однако если на кону будет стоять «сотворение всего живого» неизвестного художника, она и глазом не поведёт - бесповоротно согласится.

Карбьер! Умеет подогреть и раззадорить её тщеславие!  Работы итак невпроворот, а тут ещё и такой соблазн!

Она моргнёт, а вместе с тем исчезнут пляшущие в глазах черти.

- Ты маленький подстрекатель, - тёплая подушечка пальцев невесомо коснётся кончика носа вампира. - Я почти согласилась.

Внимание снова приковывает окно. Редеющий лес и проходящие мимо люди дают понять о том, что их конечная точка близко, и совсем скоро двери замка Блиттерстеп распахнутся для новоприбывших гостей.

- Разделяю твоё восхищение. Каждый раз поражаюсь, с какой точностью скульпторы вырезают линии, как игра света и теней буквально оживляет их творения… - Элора не заметит за собой, как мечтательно вздохнёт.

Пустота внутреннего двора сопровождается и тишиной. Разве в разгар грядущей выставки не должно быть наоборот?

Элора озвучит свои мысли прежде, чем экипаж остановится.
- Мы припозднились?

+2

13

Предугадать чувства, закипевшие в душе Элоры после столь дерзкого предложения, Карбьеру не составляет труда - он плотно сжимает губы, чтобы не выдать всей глубины своего веселья, отворачивается и смотрит на Донстебьян вновь; выражение его лица демонстрирует маску напускного расстройства, когда палец касается кончика горбатого носа.

- Почти? Какая жалость, неужели я растерял все свои прежние навыки? - Вампир посмеивается, все же таки довольный собой и идеей, которую он посеял в светлой голове возлюбленной. На всякую эпатажную вещицу найдется покупатель, способный оценить ее по достоинству, не постесняться и выйти в свет. Даже сейчас Карбьер мог припомнить пару-тройку имен, которым подобное спустят с рук, но молва - ха! - молва точно не стихнет в ближайший модный сезон.

Людей так сильно беспокоил чужой внешний вид, их одежда и, в том числе, нижнее белье, в котором им так нравилось копаться. Да, заголовки газет ныне не пестрили громкими заголовками о скандалах высшего света, однако, особая редкость придавала им ценности в обществе сплетников.

И, вот ведь, среди всех этих новостей не было даже и упоминания о том, что Блиттерстеп вновь приглашает гостей в свой дом. Какие странные приоритеты.

Кучер тормозит лошадей.

- Я бы предположил, что, напротив, прибыли достаточно рано, - Карбьер сводит брови, приподнимаясь на своем месте, но расслабляется, завидев торопящихся в их сторону слуг.

Это, тем не менее, не меняло обстоятельства - двор пустовал. Прибранный и красивый, с фонтаном прямо перед главным корпусом; уж шум воды навряд ли мог перекрыть даже самые тихие разговоры.

Карбьер, как и положено, выбирается из кареты первым и подает руку даме, коротко осмотрев знакомые дорожки. Слуги перенимают из рук кучера поводья и подбирают скромный саквояж, который будет доставлен в гостевые комнаты.

- Госпожа Донстебьян, господин..? - Юноша одетый во фрак слегка заминается, приветствуя гостей.

- Дю-Буш, - Вампир дергает уголком рта - ох и не обрадуется кто-то из них, узнай, что он официально прикрывается фамилией правящего клана. Парень перед ним сглатывает и приглашает следовать за ним, к высоким дворцовым дверям.

+2

14

Многозначительным взглядом с хитрой полуулыбкой Элора посмотрит на Карбьера. Напротив, все навыки при нем и он, льстец, конечно же это знает. Она не произнесёт ничего вслух по одной простой причине: тогда ведь станет предельно ясно, что, чтобы с ее уст сорвалось согласие, от вампира многого не потребуется.

Однако молчание оставит за собой и возможность отступления от плана - весьма грязный приём спустить с рук то, во что ввязываться  внезапно перехочется. Чего не скажешь о желании оставить между ними напускную загадочность, что в простонародье обозначалась флиртом.

Она задумчиво сведёт брови. Первые, значит? Что-то ей подсказывало, что они оба не правы. Впрочем, Элора в принципе относилась ко всему со скепсисом и недоверием, и сейчас не исключение, но не нужно было заострять на этом внимание - дурной тон.

Любимый джентельмен помогает выбраться из экипажа, и Элора чувствует, как колени, как она и предполагала, хрустят, стоит ей только подняться с места. Она фыркнет в унисон неприятным ощущениям, но ничего более не выдаст её недовольства; на землю ступит с абсолютно невозмутимыми выражением лица. Про себя она отметит, что, во-первых, ей нужно чаще выбираться на улицу и ходить, а во-вторых, судя по всему, наглеть и вытягивать ноги на сиденье напротив - все равно никто ничего не увидит, а возникнет риск, так тотчас их опустит. Впрочем, все можно было решить хорошим массажистом… какая прекрасная идея! Она обязательно к ней вернётся.

Элора нежно ухватится за предплечье кавалера, задумчиво смотря вслед молодому мальчику. Последний так разнервничался, как только Карбьеру довелось представиться - забавное зрелище!

Её вдруг обеспокоит мысль: а не выглядит ли она старушкой на фоне вечно молодого «господина Дю-Буша»?

Юноша суетливо отвернётся, а швея кивнёт в сторону его спины и шёпотом произнесёт:

- Бедный, да с него семь потов сошло…

Чтобы не привлекать к тихим смешкам много внимания, она озарится по сторонам. Старания владельца замка налицо: чем выше скользит взгляд по фасаду здания и фигурам на нем, тем сильнее спирает дух от восхищения. Величественно и невероятно искусно - архитектура отражала своего хозяина целиком и полностью, выдавала в нем истинного ценителя прекрасного. Как и сказал Карбьер - реставрация прошла очень удачно.

Внутри замка разинуть рот от изумления хочется отнюдь не меньше, но маска холодного аристократического оценщика, увы, никуда деться не смеет - истинные эмоции приходится спрятать где-то далеко. Восторг от увиденного, разве что, выдает блеск в глазах - самый угодный комплимент для зачинщика мероприятия.

Но где же он?

+2

15

Заслышав хруст коленей, Карбьер приглушенно фыркнет, стараясь не смутить Элору своим смехом. Кому-то полагалось чуть чаще выбираться из рабочего кабинета на улицу, даром что обилие заказов и впрямь отнимало все свободное время. Но маскарад прошел, ближайших крупных праздников не намечалось, как и происшествий с ними сопряженных - весть о пожаре в кафедральном соборе до сих пор у каждого на слуху. Людям полагалось отойти от шока, и это было самое подходящее для отпуска время.

Да, время. Пролетевшее слишком быстро, будто между карнавальной ночью и нынешним днем не было никакого промежутка, оно было смущающим обстоятельством как для Элоры, так и для Карбьера.

Он ведь не мог так просто сдаться в лапы Дю-Бушам? И кроме очевидной выгоды - безопасности - естественно был и скрытый мотив, о котором им знать не стоило. Кровь вампира отныне имела дуальные свойства, и он полагал, что череда экспериментов поможет не только родичам обрести человечность, но и человеку получить часть силы, простому смертному не доступной.

За последние восемь лет Карбьер серьезно укрепился во мнении, что бытие вампира есть бремя, что с годами становится невыносимым. Желал ли он этого для любимой? Нет, но и оставлять все как есть не хотел тоже.

Где-то вдалеке маячило их прекрасное "долго и счастливо". И "долго" в контексте вампира значило действительно долго. Всего-то и стоило, что пережить апокалипсис, который стучался в двери старого мира.

Карбьер посмеивается на замечание Элоры:

- В его возрасте я бы тоже раскранелся перед тобой маковым цветом. Ты сегодня так чудесно выглядишь, дорогая, - Он снова переводит все в шутку, однако, нежность, с которой вампир сжимает ладонь на своем запястье отнюдь не поддельная.

Сотня метров разделяет их от входа в огромное, монументальное здание - времени рзглядеть все в мельчайших поднобностях немного, но достаточно, чтобы проникнуться атмосферой старинного замка еще на пороге. Сотни лет истории, тысячи событий, увековеченных здесь в причудливых экспонатах и старинных архивах - это будоражило, заставляя позабыть о прежних своих волнениях, но лишь до поры, пока гости не окажутся в огромном холле.

Карбьер с изумлением выдохнет, поднимая голову - у самого потолка, возвышавшегося над полом высотою в три этажа, не меньше, находился распахнувший костлявые крылья скелет... дракона? Для виверны размеры его были великоваты, ибо длинна тела, от морды и до самого кончика хвоста, с трудом занимала все пространство поднебесного купола. Замерший во времени ящер смотрел вниз своими пустыми глазницами; пасть его была широко раскрыта, демонстрируя ряды не очень ровных зубов.

Впрочем, он, кажется, был единственным, кто хотел встретить гостей замка. Или нет?

Из коридора, ведшего в правое крыло, отдаленно послышались голоса: знакомые светские разговоры о погоде и искусстве, а так же щедрости хозяина вечера.

- Похоже, ты все таки была права. Мы припозднились на банкет, - Продолжая следовать за слугой констатирует Карбьер без видимого расстройства. Пропустить обмен любезностями? Не самая большая потеря.

+2

16

От Элоры не укроется попытка Карбьера замаскировать от неё смех, и от этого она весело дёрнет уголками губ. Чтобы продолжать казаться невозмутимой, как подобает правилам приличия, она опустит взгляд, чтобы не наткнуться на озорные глаза вампира и ненароком не рассмеяться. Он ведь наверняка не слышал, как хрустит её спина после долгой кропотливой работы в неудобной позе. Вот где жутко становится… жутко смешно.

- Господин Дю Буш, своими словами Вы согреваете мне сердце, - она мягко прижмётся к Карбьеру, на секундочку, но тепло и с желанием. Будь они в месте поукромнее, она бы поблагодарила его иначе. – Лестно слышать, что в своём возрасте я всё ещё способна вскружить юнцам голову. Я даже осмелюсь сказать, что я готова дать им фору… Ваши формы в этом пиджаке меня очень привлекают.

Она прыснет от смеха и уткнётся носом в его плечо, в надежде, что в эту секунду никто, кроме их… троих, не слышал.

Но шутки в сторону - интерьер внутри замка спирает дух. Вылизанный пол и мощные стены, по которым непроизвольно скользит взгляд, поднимается всё выше, - как и на улице, скользя по статуэткам и венчающим карнизам над антаблементом, - при больше рассмотрении восхищение неминуемо доходит до пика. Требуется удивлённо ахнуть, дабы сбросить подскочивший градус изумления.

Эмоции от увиденного Донстебьян окончательно выдаст, когда взор её глаз упадет на экспонат у потолка. Нависающие кости демонстрировали величину их обладателя в полном масштабе. Захватывающее зрелище!

Элора прикроет рот свободной рукой.
— Это… дракон? – тихо спросит она, завороженно рассматривая останки гигантского ящера. – Стало быть, Господин Блиттерстеп невероятно гордится этой находкой.

Страшно представить, на что было способно это существо при жизни. А до чего увлекательно послушать о его происхождении! Каким образом и где коллекционеру посчастливилось наткнуться на кости дракона? Сотня вопросов вертелись в голове, но задать их следовало не иначе как зачинщику мероприятия лично. Поразительно!

Она обратит внимание на Карбьера не сразу, а об увлечённости экспонатом за Элору расскажут её руки: в момент, когда она задумается, ладони сожмут запястье возлюбленного сильнее, но как только она «возвратится» из мыслей, хватка значительно ослабнет.

Гости. Конечно же. Элора бросит безынтересный взгляд в сторону правого крыла, откуда доносились пустые формальные беседы ранее прибывших господ, но стоит смутившемуся юноше обернуться, как на лице швеи проявится дежурная улыбка. Она его немного опередит:

- С нашей стороны будет очень невежливо прерывать начавшуюся экскурсию.

- О, н-нет. Господину Блиттерстепу пришлось срочно отлучиться по одному маленькому делу, поэтому экскурсия начнётся немного позже, но, уверяю вас, он вернётся совсем скоро, - молодой и неуклюжий, он создавал впечатление рассеянного работника, которому по счастливой – счастливой ли? – случайности довелось пополнить ряды прислуги замка. – Быть может, вы хотели бы не терять время и присоединиться к основной группе сейчас? Я отнесу ваши комнаты… вещи… в комнаты… - он неловко перемнётся с ноги на ногу.

Донстебьян задумчиво подожмёт губы.
- Было бы здорово, если бы нам предоставили таковую возможность, - она вопросительно переглянется с Карбьером. – Мы бы пока поздоровались с остальными, - «читай по глазам: это наш карт-бланш!» – Что думаете?

+2

17

- Похоже на то, - Карбьер подтверждает догадки Элоры, равно как и она не сразу отрывая взгляд от огромного экспоната. Вид снизу на него открывался грандиозный, но что же будет, когда им выдастся подняться на высоту?

Удивительно, как обломки старых костей способны "раздраконить" чужое любопытство. И ведь вряд ли это была единственная находка, способная удивить гостей огромного замка: экскурсия, как и полагается, займет не меньше трех часов, и лишь по тем залам, что объединяла под собою новая выставка. Пожалуй, на полный обход всех владений им не хватит и суток без перекура.

Но от возвышенных мыслей об изучении музейных залов приходится отказаться в угоду приземленных проблем вроде нужды поздороваться со старыми знакомыми и поднять за здоровье хозяина замка бокал-другой вина, когда тот соизволит явиться лично.

Карбьер согласно кивает головой:

- Верно. Не будем тратить время в пустую. В конце-концов, мы и так припоздали, - Он украдкой подмигивает взлюбленной и, когда мальчишка спешит удалиться вместе с вещами, щелкает пальцами, высекая тем самым пару магических искр. Нечто едва уловимое меняется в его внешнем виде, совсем незаметно, но делая вампира лишь похожим на самого себя минутой ранее, - Не хочу, чтобы кто-то меня узнал.

Вероятность этого все еще была велика, следственно, как и появление дальнейших проблем. Но, желание избежать их уступало одной маленькой прихоти - Карбьер совершенно не хотел менять свой внешний вид. Забавно, учитывая то, что до сих пор он имел слабое представление о том, как выглядит.

В любом случае, Элоре нравилось. Этого было достаточно.

Он шагает в сторону банкетного зала без болшого энтузиазма, продолжая осматриваться по сторонам, разглядывать гобелены на стенах и редкие пьедесталы с разного рода диковинками, что были связаны скорее с историей самого замка, нежели историей мира. Зрелище, занимательное намного больше пустых разговоров.

- Вот было бы странно, - Начинает Карбьер невзначай, - И совершенно неожиданно, если бы мы, не дай Луна, умудрились заблудиться в этом коридоре, из которого всего-то два выхода и один - за нашими спинами. Как наверное расстроятся нашему отсутствию люди, чьи голоса мы слышим. А они наши - нет. Невероятная потеря, не так ли?

+2

18

Взбаламученный мальчишка прошмыгивает вдаль коридора при первой же возможности. Элора проводит его взглядом, полным беззлобной усмешки, и вновь устремит все своё внимание на Карбьера, претерпевшего некоторые метаморфозы. Похож, но не он; красив, но не Карбьер – отличная маскировка для беззаботной экскурсии. Встреть его однажды в абсолютно другом месте, случайно, узнала бы она его?

Впрочем, по лицу швеи будет заметно, что она вовсе не рада вынужденным фокусам своего возлюбленного – с недавних пор она очень болезненно относится к его смене внешности. Упаси Луна вскроется, что и этот – внезапно нарисовавшийся брат-близнец, а не любимый вовсе! Благо, что после его появления всё постепенно вставало на свои места.

Смятение плавно растворится в осознании необходимости данного трюка, и совсем скоро она смирится с новым амплуа вампира.

Банкетный зал приветствует новых гостей приближающимися разговорами, но вот незадача – что-то необъяснимое ведёт Элору, что тянет за собой Карбьера, дальше, мимо, уводя от светской суеты в другую арку.

- До чего досадное будет упущение! В музее только и разговоров об истории и её богатстве - люди очень расстроятся, если не заговорят о Вас; о Вашей яркой фамилии, об её корнях. Впору составить конкуренцию господину Блиттерстепу, открыть свой музей реликвий – одни картины семейного древа чего будут стоить, - она чуть ускорится, готовая, как и их некогда сопровождающий юнец, одной левой очутиться в другой стороне замка, чтобы оказаться более ненайденными и обособленными – потерянными, ежели хотите. - Что же это там? Вы это видите?

Элора соврала бы, если бы сказала, что не хотела остановиться минутой ранее, чтобы рассмотреть близ стоящие экспонаты. Но комфорт, что дарует им независимость от толпы, ценнее любой диковинки. Один ловкий поворот – и столкновения с гостями им более не стоило ждать; разве что, конечно, они не наткнутся на авантюристов, схожих на них самих.

- Ох, как же так вышло?

Перед ними зал, увешенный картинами различных форм и размеров; большие полотна с необыкновенными пейзажами обрамлены маленькими холстами, все они выдержаны одной стилистики и отнесены к одним художникам, таким образом, чтобы посетителю было проще познакомиться с чужим творчеством.

Отредактировано Элора Донстебьян (12.09.2022 20:32)

+3

19

Карбьер легко поддаётся чужой уловке, ведомый не то неосознанным желанием следовать за любимой, не то вполне сознательно уводя её прочь от голосов, с владельцами которых тот был знаком. Впрочем, далеко не со всеми. Немудрено, что за последний десяток лет в высшем свете появилась парочка новых лиц; подросшие дети приходили на замену своим стареющим родителям и это... заставляло задуматься. Влекло за собою некое чувство, об истинной природе которого Карбьер пока не догадывался, не хотел.

Ох, да они же едва встретились. Подобных тем им стоило избегать.

- О, ну что вы, моя дорогая. Каждый, кто носит эту благородную фамилию - сам по себе реликт и артефакт в одном лице. Под стеклянный купол такой, увы, не спрячешь, - Даже при большом желании. Впрочем, каждый из вампирского рода сам прекрасно справлялся с тем, чтобы загнать себя в рамки и покрыться пылью времен, истлеть за годы существования.

Карбьер сбавляет шаг, стоит им оказаться достаточно далеко; тяжёлые двери одной из многочисленных комнат замка закрываются, оставляя зрителей наедине с искусством живописи - стены увешаны картинами плотно, почти не дозволяя разобрать рисунок на обоях.

- Богатая коллекция, - Присвистывает Карбьер, уверенный, что в прошлый его визит места на стенах было больше.

Он бегло осматривает полотна: пейзажи, имевшие актуальность век назад, сложно спутать с теми, что попали в галерею из под руки художника совсем ещё свежими, с едва обсохшей краской. Среди них и вид на замок Блиттерстеп в первые годы бытности его музеем: серый и угрюмый, далёкий от того, что видели они из окон кареты; И совсем новая его версия, отреставрированная.

Забавно, что при всей своей любви к истории, с не меньшей страстью хозяин любил напоминать о собственной с ней сопричастности.

- Давай-ка пойдём дальше, - Предлагает Карбьер. Не смотря на то, что картины в зале висели чудесные, что-то подсказывало вампиру, что гостей сюда не водили давно. Или же нерасторопные слуги выполняли свою работу из рук вон плохо. Спертый воздух и слой пыли на редких предметах мебели не красили это место.

+2

20

- Упускаешь возможность стать первым в своём роде… счастливым реликтом. Или владельцем необыкновенного артефакта, - не спрячешь, действительно, как ни пытайся. Не спрячешь и, как показала практика, не удержишь – оставалось лишь наслаждаться моментом здесь и сейчас и думать, долго и много думать на тему того, что же будет дальше. И будет ли.

Руку Карбьера Элора отпустит, как только почувствует полную вседозволенность внутри запыленной галереи. Некоторые привычки остаются неизменными и любопытство Элоры – одна из них.

Она пройдет чуть в сторону, ближе к картинам, дабы лучше разглядеть мастерство различных художников, и тем самым сильно сбавит темп их перемещения – оттянуть девушку окажется не так-то просто. Она буквально зависнет у некоторых полотен. Всякому рукодельнику захочется почерпнуть вдохновение из предметов изобразительного искусства!

Неозвученные реплики женского изумления превращались в восторженные вдохи и находили своё отражение в увлечённом взгляде. Среди запыленных картин красовались и свежие творения: они выделялись не только насыщенностью, но и по-особенному поблескивали на свету. Судя по всему, этот зал оставался без внимания как раз по причине непросохших новинок. Замок посещали гости, конечно же, культурные, но и среди знатных людей могли найтись хулиганы. Никакому коллекционеру не захочется ставить под удар свои находки.

Но Элора прервёт собственным думы, поймав себя на мысли, что негоже заставлять кавалера долго ждать, особенно в то время, когда ему хотелось взглянуть и на другие залы.

— Конечно, - она встретится с вампиром взглядом и смущённо ему улыбнётся. И это ей-то не хотелось ехать?  - Смотрю я здесь на написанную архитектуру, на пену от волн, на прорисованные лучи солнца и дух спирает. Не могу ничего с собой поделать - восхищаюсь вложенным трудом, - она сравняется с Карбьером. - У меня в кладовой висит картина сирени. Может быть, ты видел?

Отредактировано Элора Донстебьян (11.10.2022 11:54)

+2

21

Губы Карбьера трогает нежная улыбка в момент, когда он замечает изумление Элоры, ее живой интерес к пыльным полотнам. Любое увлечение отражалось в ее глазах всполохами озорных искр и грело душу ничуть не хуже настоящего огня в домашнем очаге. А еще было невероятно заразительным.

Как славно, что некоторые вещи под натиском прошедших лет совершенно не меняются. Совсем как те картины, приковавшие к себе внимание зрителей.

- В кладовой? Почему именно там? - И вправду, странный выбор, - Я, признаюсь честно, совсем не тяготею к пейзажам или же натюрмортам. Они хороши как часть интерьера, совершенно ускользая от взгляда в гармоничной обстановке. И плюс, и минус. Мне более по душе картины сюжетные, и я думаю, ты легко поймешь почему. Краски становятся гораздо насыщенее, когда наполняют собою историю. У каждого мастера она своя.

Он самозабвенно разглагольствует на тему искусства и его глубинных смыслов, и голос его негромким эхом отражается от высоких стен галереи. Ему так давно не доводилось касаться чего-то возвышенного, чего-то, что воспринималось скучной данностью десяток лет назад и не вызывало ничего даже отдаленно похожего на трепет.

- Знаешь, не так давно я слышал о художниках, катины которых буквально оживают на глазах с помощью магии и особых алхимических красок. Это, должно быть, завораживающее зрелище, - И настолько же пугающее. Карбьер тут же представляет себе "живой" портрет какого-нибудь своего почившего родственника и, едва заметно скривившись, торопится от этой мысли избавиться. Ну и жуть!

Неспешно шагая к выходу вдоль стен, столь же длинных, сколь и высоких, они проходят мимо деревенских окрестностей, лесов и морей, соборов, замков и торговых трактов - некоторые из этих мест были знакомы вампиру в силу отсутствия оседлой жизни, другие оказывались достопримечательностями городов, не знать о которых совестно. Все они оказываются позади, когда затянулая в перчатку ладонь ложится на дверную ручку.

Ложится. Но медлит.

Карбьер оборачивается, чтобы осмотреть помещение в последний раз и слегка хмурится.

- Тебе не кажется, что здесь... немного похолодало? - Он вполне отчетливо ощутил дрожь, пробежавшую по телу. Сквозняк в таком месте? Странно, но не то, что вызывало беспокойство. Главное, чтобы Элора не простыла.

+1

22

Сирень в кладовой – напоминание о том, как Элора пыталась схватиться за тысячу дел, чтобы сублимировать затянувшееся горе утраты в русла куда более полезные и позитивные. Получалось скверно. С тех пор утекло много воды, и картина перестала вызывать тоскливые ассоциации, но и повесить её в места более презентабельные не предоставляется возможным ввиду капризов швеи относительно интерьера дома. Художник, с которым она занималась живописью – талантливый мужчина, что приложил руку к улучшению самочувствия своей ученицы. Ничего дурного. Это были воистину добрые и светлые дни в её жизни, завязанные на интересных занятиях. Их дружба не прекратилась, но видеться они перестали, потому как Донстебьян четко решила обозначить рамки собственных интересов.

- Я разделяю твои взгляды. Однако и у пейзажа, как и у натюрморта, могут затаиться свои истории – они не видны простому зрителю, а раскрываются со временем. Как сирень в кладовой: её написала я. Не без помощи наставника, конечно! Я бы не справилась с массивными гроздями в одиночку, - в то время, как Элора тщетно лепила масляные капли, настоящий художник творил из них лепестки. Они выбрали весьма сложную композицию, чему рисовальщик совершенно не был рад, но кто платит, - тот и прав. – Я тогда думала, что сойду с ума. Метры тканей бисером расшивать оказалось проще. С тех пор она висит в кладовой, как напоминание… нет, предостережение. Не пытаться освоить всё искусство мира.

Она покачает головой. Забавные воспоминания представали перед глазами яркими пятнами и наполняли душу теплотой. Быть может, всё же стоит постараться найти сирени особое место?

- Столь же завораживающее, сколь и… пугающее, - помимо пролетающих над лесами птиц, цветущих гортензий или причаливающих кораблей Элоре представлялись лица уже умерших людей: смотрели бы они с живого портрета с теплотой, подаренной рукой художника, или с настоящей пустотой, свойственной покойникам? Впрочем, опережая здравомыслие, Донстебьян думается, что она была бы не прочь взглянуть на подобные экспонаты. Кому как не швее знать, что всё, что пугает и удивляет народ – раздвигает границы творческих возможностей. – Не думаю, что Блиттерстеп пропустил бы такое известие.

Они проходят дальше, минуют картинную галерею и приближаются к большой двери, ведущей в следующий зал, наверняка наполненный не менее причудливыми экспонатами. Или живыми картинами, речь о которых так удачно зашла?

Элора останавливается в шаге от Карбьера и одаряет его вопросительным взглядом. В последний раз, когда он напрягся перед тем, как куда-то зайти, их обоих чуть было не убила люстра. Вернее, аномалия. На сей раз и швея будет предусмотрительнее.

Признаться, трудно сказать, действительно ли похолодало в коридоре или то проделки воображения, но пробежавшие по телу мурашки опередят её в ответе.

- Нам стоит развернуться?

+1

23

Стараясь как и прежде держаться расслабленно, Карбьер сосредотачивается на удивлении. Элора говорит, что спрятала плоды своих трудов в кладовой, зарекаясь когда-либо браться за кисть снова, однако, беззаботным тоном не скрыть всей истории, что стояла за этим решением. Вампир благоразумно не любопытствует и, улыбаясь, уводит их ракурс внимания в другую сторону:

- Талантливый человек талантлив во всем, не так ли? - Не без капельки лести комментирует он, - В стремлении попробовать что-то новое нет ничего дурного. Мне как-то раз довелось самостоятельно оседлать дикого грифона. Что сказать, характер у этих пернатых премерзкий, но... Чувство полёта того стоило.

Карбьер не уточняет, с какого раза то самое "чувство полёта" начало приносить ему удовольствие, и что самая первая попытка закончилась тем, что его едва наизнанку не вывернуло от крутых виражей. Это все ненужные подробности, которые мало кого способны приободрить.

Да и воспоминания эти откликались в нем лёгкой тоской. Всё это осталось так далеко, что не мудрено и подумать: "А, может, в прошлой жизни?". Будущее, так или иначе, имело с ней мало общего.

Он хмыкает, когда Элора озвучивает промелькнувшие в его голове мысли.

- Тогда нам непременно повезёт увидеть одну из таких лично.

Понижение температуры Карбьер списывает на то, как сильно они углубились внутрь замка: камень здесь всегда был холодным, а тепло от каминов могло просто не успеть распространиться по всем комнатам и коридорам.

- Я так не думаю. К тому же, не хочешь же ты продолжить нашу экскурсию в компании этих снобов? - Он нарочно преувеличивает, не уверенный до конца, что за люди остались в банкетном зале. Кто-то из них мог быть искренне заинтересован в искусстве, но другие? О, другие бы шагали, задрав нос и интересуясь стоимостью каждого экспоната. Увы, говоря о ценности культурного наследия Галатеи, люди нередко подразумевают исключительно денежную часть. Хотя иной раз и интеллигенция раздражала вампира вечным поиском смысла там, где автор его не закладывал.

Карбьер открывает резную дверь и, намереваясь пропустить даму вперед, заглядывает внутрь соседней комнаты.

Еще одна галерея. Значительно меньше предыдущей, но, будто бы значительно оживленнее: здесь в одной чудаковатой мелодии сплетается пение птиц и шум волн, доносящийся из раскрытого окна. Всё картины в помещении находились под защитным стеклом. По крайней мере, так казалось на первый взгляд.

Посередине комнаты друг на против друга стоят две массивные клетки: в одной чирикали жаворонки, то и дело перепрыгивая с ветки на ветку и сталкиваясь с тонкими прутиками, а в другой мирно дремала сытая сова. На поддоне хорошо виднелись капли уже подсохшей крови.

- Занятно. Не думал, что здесь вздумают ещё и зверей держать. Живых, я имею в виду, - Карбьер обходит клетки по кругу, но быстро теряет интерес, переводя внимание на картины: все те же пейзажи и каждый, будто частичка другого, показывал природу в утренние часы.

Надпись под одной из картин гласила:

"В свете дня не увидишь того, что обличает Луна".

- Звучит как очередное церковное напутствие, - Карбьер закатывает глаза.

+1

24

⁃ Избавь меня от этой фразы, - она бросит на Карбьера весьма резкий взгляд, но тут же одумается и попытается смягчить острый угол улыбкой. Элора не любила, когда усердный труд приравнивали к таланту: к собственным творениям она относилась с едкой дотошностью, и именно этот нездоровый перфекционизм помог ей протоптать путь к восхищённым взглядам. - Она… обесценивает усердие.

История с грифоном покажется Элоре знакомой, и она, чтобы более не заострять внимание на гранях своего скверного характера, переключит вектор разговора на события из жизни возлюбленного:
⁃ Припоминаю. Не ты ли мне обещал однажды продемонстрировать свои успехи?

Да, в их свиданиях после долгой разлуки было нечто особенное: появившаяся между ними пропасть не только являлась главной темой их общей неловкости, но и становилась юношеским побудителем узнать друг друга снова. Во всяком случае Элора чувствовала, что не хочет задеть своими сливами Карбьера, а это чувство, признаться, перестало вызывать беспокойство, когда она решительно шагнула в, пускай и весьма относительную, самостоятельность.

Ей стоит быть полегче с выражениями.

- Самое главное, чтобы нам не повезло нарваться на неприятности...

Она пройдет в следующий зал, признаться, не желая столкнуться прямо здесь и сейчас с живыми картинами – ей бы обвыкнуться ещё немного, добраться до фуршета и пригубить вина (совсем немного, только чтобы расслабиться!), и вот тогда она с большим удовольствием уделит внимание причудливым экспонатам. А уж снобы – меньшая из проблем, с которой они могут столкнуться бок о бок с Карбьером.

К большому счастью, в открывшемся зале окажется весьма уютно и свежо. Распахнутое окно, шум волн и пение птиц – в пору задуматься о домике на берегу моря. Однако Элора невольно поёжится: как ни крути, прохладно, за окном не разгар, а её избалованный организм привык к теплоте и комфорту.

Картины, украшающие зал, были спрятаны под стёкла. Чем руководствовался Блиттерстеп, когда принимал такое решение? Всему виной ценность полотен или их свежесть? И почему все они несут одинаковый посыл?

Элора медленно обойдет зал, скользнёт глазами по клеткам и остановится напротив резвящихся канареек. Удивительно, как такие маленькие птички умудрялись создавать столько шума. Затем взгляд зацепится за распушившуюся сову, а уж только потом женщина заметит пятна крови на поддоне.

«Сытая птичка, значит?»

От дум её отвлечет забавная реплика вампира, из-за которой Элора склонит голову вниз и от души рассмеётся.

- Карбьер, - протянет она с наигранной важностью, - Не богохульствуй, пожалуйста. Мы же в гостях.

Но не отметить схожесть, действительно, нельзя. Что-то с родни «кто ходит днем, тот не спотыкается, потому что видит свет мира сего», но наоборот. К чему же напутствие о том, что скрывает ночь?

Прикрыв улыбку ладонью, Элора постарается быстро успокоиться и сконцентрироваться на посыле автора картины. Она совершенно не заметит, как двери в помещении буквально растворятся в стенах: кто-то или что-то наверняка хотел, чтобы оба посетителя куда внимательнее подошли к значению цитаты под картиной. Или нашли ещё один фрагмент, спрятанный у другого полотна?

В момент, когда в голове не окажется идей, и Донстебьян наскучит рассматривать животных, она осмотрится в поисках выхода. Но вот незадача: на месте некогда здоровых дверей висели всё те же утренние картины, и выхода, кроме как окна, в комнате не наблюдалось.

Швея осмыслит происходящее не сразу. Пробежится глазами по комнате снова и снова, пока окончательно не убедится, что ей не померещилось.

Она посмотрит на Карбьера, как на нашкодившее дитя.

- Просто сквозняк?

+1

25

Улыбка Карбьера на мгновение дрогнула, на лице промелькнуло удивление вперемешку с толикой испуга ткача, который, дернув не за ту ниточку, заставил осыпаться целое полотно, созданное с таким огромным трудом. Конечно, он боялся сделать что-то не так. Проведенное в разлуке время мешало им понимать друг друга с полуслова; между ними было слишком много недосказанности, которую не удалось развеять за столь короткий срок. К худу ил к добру? Вампир предпочел думать о том, что все должно идти своим чередом.

Он поднимает ладони в примирительном жесте, смягчаясь во взгляде.

- Ты же знаешь, что это вовсе не то, что я имел в виду, правда? - Ответное желание Элоры сгладить углы успокаивает, и Карбьер осторожно берет ее за руку, оставляя поцелуй на тыльной стороне ладони, - Ты всегда берешься за дело ответственно, оценивая далеко наперед весь фронт работ. И я, признаться честно, всегда завидовал этой твоей черте.

"Мне этого не хватало," - Хочет добавить он, но не решается. Его лицо кривится, когда любимая говорит об успехах в полетах на грифоне.

- Вот уж! Это наверняка был не я, а мой злой брат-близнец, желающий довершить начатое, раз люстра не справилась. На следующую такую поездку я решусь уж точно не в ближайший десяток лет. Может, лучше подумаем о совместном круизе на дирижабле?

Убедить Элору в том, что на неприятности они не нарвуться, Карбьер не мог, да и врать лишний раз не хотел; иногда ему думалось, что он в самом деле магнит для всевозможных проблем, но, как показывала практика, виной тому был не злой случай, а его собственная непредусмотрительность.

Тем не менее, исключения были и из этого правила.

Карбьер покачал головой, не отрывая взгляда от высеченной в золотой раме надписи:

- Ах, нижайше прошу меня извинить. Этот далекий от божьего света смерд не знает, что несет!

Он громко фыркает, прежде чем обернуться и встретиться лицом к лицу с реальностью, которую не замечал, будучи погруженным в себя. Не сразу осознавая причину недовольства Элоры, вампир осматривается: раз и другой, прежде чем заметить, и третий, прежде чем осознать одну маленькую деталь, переменившуюся в обстановке комнаты.

А где двери?

- Что-то мне это напоминает, - Обреченно произносит он полушепотом, - Так, в этот раз это точно не моя вина! Даже не косвенно!

Внезапная нервозность берет верх, и Карбьер начинает ходить по комнате, как загнанный в клетку зверь, выискивающий пути для побега. оказавшись у окна он ненароком выглядывает наружу, а позже взгляд его падает вниз и...

Одним резким движением руки шторы на окне падают, оставляя единственным источником освещения в галерее парочку свеч.

- Возможно, это просто очередная шутка старины Блиттерстепа. Такой он шутник, в маразме еще более забавный чем в контузии, - Карбьер опирается на подоконник, лишая возможности снова оттернуть шторы. Что бы он там не увидел, показывать это Элоре он не хотел, - Давай-ка осмотримся тут повнимательнее. Это же замок, в нем наверняка есть целая куча потойных ходов, замурованными мы не останемся.

+1

26

О, нет, вместе с тем, что сказала она сама и с тем, как это воспринял Карбьер, образовалось очередное недопонимание. Элора не хотела обратить на себя внимание, не хотела перетянуть все почести и лавры. Своей резкостью она лишь хотела показать, что талант – это не про легкую возможность, а про часы, декады, годы мучений. Картина в подвале – лишь пример в подтверждение!

Оправдаться бы, объяснить, да есть ли смысл? Она неловко кивнёт, продолжая мягко улыбаться, и вместе с тем нежно сожмёт ладонь вампира. Льстец. Беззлобный очаровательный льстец. Смотрит с ответной нежностью, только вот…

- Не мог бы ты?.. – второй рукой она как бы снимет вуаль со своего лица, тем самым показывая, что ей бы хотелось видеть Карбьера таким, какой он есть, а не в обличии господина Дю Буша.

Разговоры об аномалии Элору немного забавляли. Природа злобного брата-близнеца объяснить достаточно сложно, но именно из-за него женщину не покидало чувство, что она забыла что-то дома, пускай и сама того не понимала. Да, они оба не знали, на что способен двойник Карбьера, но справедливости ради нельзя не отметить, что после того вопиющего случая с люстрой опасности в доме не наблюдалось. Затишье перед бурей?

Но не об этом речь. Ей хотелось видеть Карбьера неповторимым оригиналом, чтобы больше ни с кем никогда не перепутать.

- Дирижабль? - она качнет головой. – Можно и дирижабль. Звучит отлично.

Ей подумается, что дирижабль – отличное средство передвижения через туман. Им не грозит никакая опасность в воздухе, а значит, и покинуть Дю-Буш будет возможность по ясному небосводу. Следует обсудить их план дальнейшей жизни, как только они выберутся из замка.

Если выберутся, конечно.

В нервозности Карбьера Элора заметит некоторые схожести с её подопечными: ребята в её небольшом штате переживали весьма идентично, когда косячили на работе, и чтобы не видеть недовольства на лице начальницы, все как один начинали судорожно бегать по всему ателье в попытках урегулировать ситуацию.

Да уж. Им обоим это что-то напоминает.

Донстебьян раздраженно дёрнет бровью и потупит взгляд в пол. Таким образом она призывала саму себя не рубить с плеча и тщательно обдумать детали проблемы: прямо сейчас они оказались запертыми в четырёх стенах вместе с птицами. Единственный ближайший выход – окно.

Она тут же обратит внимание на то, как резко стемнеет в помещении. К гадалке не ходи – Карбьер задернул шоры далеко не потому, что узрел по ту сторону возможность выхода.

Элора вздохнет. Да, данный вариант благополучно отпадает. Если только они за выход не рассматривают смерть, конечно.

- Замурованными, говоришь, - задумчиво вторит она, оглядывая галерею в тени. Галерею. В тени.

Нет.  Глупости. Вряд ли Блиттерстеп запер их здесь загадки разгадывать.

- Предлагаю разбивать стекла и снимать картины стен, - она пожмет плечами. – За одной наверняка найдем выход.

+1

27

Чары послушно спадают по воле Элоры, будто бы та и сама владела магией, делая лицо незнакомца узнаваевым вновь. Что же, раскрытие истинной личности господина Дю-Буша до поры до времени ему не грозило, и маску можно было снять. Это по-своему льстило Карбьеру.

Но вот, перед ними - галерея, погруженная в полумрак. Без дверей, но с окном, оказавшимся так неожиданно высоко. А ведь Карбьер точно помнил, что они даже на второй этаж подняться не успели. И полы в замке были вполне себе ровными.

Он потирает переносицу.

- Ох и не расплатимся мы за свой вандализм, - Предложение Элоры было радикальным, и Карбьер не спешил приступить к его исполнению. Глаза бегают из стороны в сторону, пытаясь зацепиться за что-то, что могло направить его в нужную сторону, подтолкнуть к правильному решению. В крайнем случае он и впрямь мог прыгнуть из окна, как делал это раньше - вот-вот стемнеет и вампир снова сможет положиться на свои способности.

Но это самый крайний случай. Уж не станет же хозяин замка всерьез подвергать высокопоставленных гостей опасности?

Наступившая в комнате тишина бьет по слуху - птицы в клетке присмирели и уже не чирикали так звонко, как минуту назад. Сова же, наоборот, встрепенулась, переминаясь на жерди с лапы на лапу, и широко зевнула. Ночь для птиц, живущих своим режимом, сменила день. И что-то в помещении снова переменилось, когда Карбьер неспеша подошел к одному из канделябров и затушил одну свечу.

Только чтобы подтвердить догадку.

Он смотрит на картины, время суток на которых стремительно поменялось: на кусочках ночного неба сияли звезды, и сияли так ярко, что могли озарить немного пространства перед собой. Комната все еще была погружена во мрак, но силуэты мебели и стен казались куда как более четкими. Некоторых, кажется, Карбьер даже не замечал ранее.

- Удивительно, - Произносит он одними губами и переводит взгляд на Элору, - Я думаю, нам нужно погасить все источники света в комнате, чтобы... ну, знаешь, появилась Луна? Ни на одной из этих картин нет Луны. Возможно, ее свет и впрямь выведет нас отсюда. Давай, помоги мне!

Теперь в его действиях не было неуверенности; чем больше свеч гасло, тем ярче становилось зеленоватое свечение звезд на картинах. Фосфор или иное вещество? Что-нибудь из алхимии или магии иллюзий?

- Терпеть не могу загадки. Терпеть их не могу, - Карбьер ворчит, вытирая пальцы от копоти, однако, злости как таковой не испытывает. Либо чутье подводило, либо сейчас - конкретно сейчас - им ничего не угрожало и беспокоиться о своей безопасности не стоило. По крайней мере пока.

+1

28

Элора финансовых трудностей не боялась. Как и не боялась суда – в её окружении было достаточно компетентных людей, что могли бы помочь закрыть этот вопрос. Луна, да серьёзно – один только Карбьер с легкостью может справиться с гневом владельца замка. Ну, а не он – справится ещё более радикальнее его брат-близнец. В общем, план у женщины был. Пускай и не очень адекватный.

Да, предложение было радикальным, но что есть стоимость стекла в сравнении со стоимостью картины? В конце концов, после акта вандализма Блиттерстеп десять раз подумает перед тем, как вновь загнать нервных аристократов в недружелюбные условия.

С учетом того, как громко думает Элора, она даже не сразу заметит, как в комнате станет тихо. В воздухе повисло напряжение. Неужели им правда придётся решать головоломку?

Она переводит взгляд на Карбьера. В тот момент, когда Донстебьян задумается воспользоваться свечой, чтобы пройтись с ней по комнате, вампир решает их, наоборот, задуть. Идея ей не кажется хорошей, но и останавливать мужчину нет никакого смысла – им и правда стоит убедится в правильности мыслей.

Время суток на картинах сменится, а Элора с удивлением начнет вращать головой. Так, значит, стекло на картинах – это часть экспоната, а не защита от чужого любопытства? Поразительно!

Она переглядывается с вампиром и молча с ним соглашается. Сомнений больше не остается – им нужно разгадать загадку, чтобы выбраться отсюда. Интуиция подсказывала Элоре, за сим череда их приключений не закончится, и совсем скоро они выйдут на уровень загадок посложнее, до тех пор, пока Блиттерстеп не наиграется в свои игры.

Эх и попадется он ей на глаза! Всю душу из него вытрясет!

Донстебьян стремительно настигнет горящие канделябры возле себя и затушит их. Комната постепенно озарялась «звездным светом» с каждой из сторон всё больше и больше, и озвученная догадка Карбьера работала совершенно правильно. Когда же последний источник света окажется благополучно задут, а голова немного закружится из-за непривычно частых дыхательных практик, Донстебьян быстро сократит дистанцию между собой и вампиром.

Так, на всякий случай.

- А ты часто с ними сталкивался? С загадками? – она оглядится прежде, чем устремит взгляд на Карбьера; такого красивого в лунном свете Карбьера, а не на замаскированную иллюзию. 

Буквально через несколько томительных секунд раздастся щелчок и звук механизма со звеньями, будто бы что-то где-то поднималось или перемещалось.

- Ты тоже это слышишь?..

+1

29

- Чаще, чем мне бы того хотелось, - Карбьер вымученно улыбается, припоминая свое путешествие по земле фей. Маленькие негодники обожали разного рода загадки, и, порою, решение их было отнюдь не очевидным; ответ зачастую упирался в мировоззрение, которое немало изменилось за последнюю тысячу лет.

Какое счастье, что с сим фактом Блиттерстеп был не знаком. При малейшей угрозе вновь столкнуться с баловством фэйри, вампир с большей охотой выпрыгнет прямо в окно, и сделал бы это даже в те времена, когда подобное сулило ему риском обернуться в пепел.

Карбьер приобнимает подошедшую к нему Элору - уж больно бледным кажется ему её лицо в полутьме. Намереваясь что-то сказать, он сам себя прерывает на полуслове и прислушивается к тихому перестукиванию шестерней за стенами галереи.

Нехорошее предчувствие даёт о себе знать, когда пространства вокруг становится как будто бы... меньше?

Дыхание перехватывает, когда Карбьер решается обернуться: в комнате уже нет ни клеток с птицами, ни окна, побег из которого теперь казался наиболее разумным решением.

Крепкая ругань слетает у него с языка, и вампир подхватывает любимую на руки, крепче прижимая к себе:

- Что бы сейчас ни произошло... - Тело его напрягается, будто бы готовясь произвести невероятное усилие, - Ах, не важно. Прикрой глаза, дорогая. Я собираюсь сделать то, что делать зарекся.

А именно - добровольно ступать в полную неизвестность. Руководствуясь одними только догадками, Карбьер мало доверял себе в качестве их достоверного источника; самонадеянность в прошлом дорого ему обошлась, и он действительно хотел бы учиться на своих ошибках. Учиться ведь никогда не поздно, правда?

Правда ведь?..

Вампир вперивается взглядом в картину перед собой, отличную от всех прочих. Стекло, на которое особыми красками были нанесены звезды, здесь отсутствовало, и лунный свет мягко отражался от морских волн. Изображение на картине потеряло свою статичность, и теперь походило на самый настоящий портал. Один из тех, что утратили свою силу некоторое время назад.

Абсурдное решение напротив риска быть раздавленными каменным плитами. Выбор так себе, и потому Карбьер срывается с места, крепко зажмурив глаза - скепсис не позволял избавиться от страха хорошенечко приложиться головой о стену.

Один момент легкости; уши закладывает. Карбьер падает на спину, дабы уберечь Элору от удара, и, сделав первый вдох солёного воздуха, широко распахивает глаза.

Над ними - небо. Ночное небо усыпанное мириадами звёзд; его пронзают высокие мачты со спущенными парусами.

- Где это... мы?

+1

30

- Сколько же тебе еще придется мне поведать, - она ухватывается за пиджак вампира мертвой хваткой, то и дело оглядываясь по сторонам. Стены, которые доселе оставались абсолютно обездвиженными, с каждым щелчком механизма становились ближе. Не то, чтобы Элору хватила паника, но ощущение опасности сдавливало грудную клетку. И куда им деться? В окно?

Всего мгновение, но в комнате более не оказывается сквозняка, окошка, птиц – ничего. Элора с радостью бы выругалась вместе с Карбьером в унисон, но вместо этого издаст лишь нечленораздельный звук; она с недоумением уставится на подхватившего её на руки вампира и рефлекторно к нему прижмётся. Ох, как в старые-добрые времена! Их обоих, судя по всему, благословила Судьба на приключения – удивительно, что мир ещё не схлопнулся от их воссоединения!

И если же до слов мужчины своего сердца тревога её не одолевала, то после – охватила сполна.

- Ты что задумал?! Это плохая идея! Карбьер! Нет-нет-нет!

Она уткнется носом в плечо обезумевшего вампира, несущего их обоих на верную погибель, и из всех сил сожмёт ткань его пиджака. Элора зажмурится так сильно, а страх разбиться о стену окажется настолько велик, что в тот момент, когда им посчастливится оказаться по иную сторону изгороди, факт их невредимости до неё дойдёт весьма поздно.

Первое, что увидит Донстебьян после столь напряженного мгновения, - не менее удивленное лицо вампира, и уж лишь потом, убедившись, что он в порядке, она озадаченно осмотрится. Не похоже на мир иной. И воздух по-настоящему влажный и соленый, а судя по шуму – они и вовсе в море. Им что, посчастливилось телепортироваться в иной конец Галатеи?

Она мягко отпустит грудки вампира и приподнимется на локтях.

- Ты… как? Сильно ушибся? – Элора, путаясь в платье, предоставит Карбьеру пространство для того, чтобы он смог подняться. – Корабль. Луна, мы на корабле... - она чуть двинется в сторону в попытках разглядеть флаг на мачте, но из-за опущенных парусов и неудачного ракурса вновь решит осмотреться по сторонам. Палуба весьма большого корабля. Бригантина? За бортом – штиль и тишина.

Затишье перед бурей?

– Как это… как это возможно?

Отредактировано Элора Донстебьян (19.11.2022 19:51)

+1


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Баллада о борьбе » [56 Безмятежье 1062] Ночь в музее


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно