05.06. Доступ к гостевой для гостей вновь открыт. 14.05. Временно закрыта возможность гостям писать в гостевой. Писать сообщения можно через профиль рекламы (Ворон), либо зарегистрировавшись. 14.04. Регистрация на форуме и подача анкет возобновлены. 07.04. Можно ознакомиться с итогами обновления, некоторые мелкие детали будут доработаны.

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Лучше всегда носить при себе зеркальце чтобы защититься от нечистой силы и проклятий.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [60 Разгар 1059] Как создаются легенды


[60 Разгар 1059] Как создаются легенды

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Как создаются легенды

https://i.imgur.com/48rILGr.gif

Рон-дю-Буш, церковь Луны | Начало осени 1059 Лакс Монтаг | Катарина

Маэстро решает открыть миру информацию о драконах и постепенно подводить общество к их скорому пробуждению. Но его соперники не дремлют...

Закрутить колесо Аркан?
нет

+1

2

В детстве Рон-дю-Бушский собор казался Катарине самым величественным и прекрасным строением на свете. Его высокие стрельчатые окна, украшенные витражными лунами и звездами, сводчатый потолок, расписанные стены, притаившиеся в нишах статуи, настолько искусные, что, казалось, вот-вот оживут...
С тех пор многое изменилось. Не в Соборе - в ней самой.
Она видела Консерваторию Певчего Соловья - целый город, посвященный искусству и красоте. Видела эльфийские земли - живое, дышащее воплощение красоты и природной изменчивости. Видела древний драконий храм - рядом с ним великий Собор казался не более, чем песочным замком у подножия крепостной стены.
И все-таки даже сейчас, когда она вошла в него рядом с Лаксом - не рука об руку, но чуть поодаль, как подобает смиренной ученице, - старые детские воспоминания ожили в ней, разбудили уснувшее было чувство восхищения. Воспитанники Луны бывали здесь разве что на молитвах, но величие и красота каждый раз возносили душу к небесам, и казалось, что Луна слышит. Что Она непременно ответит.
Интересно, что Она сказала бы Своей дочери сегодня?

- Обождите здесь, Маэстро, - послушник в скромных одеждах почтительно, но без подобострастия поклонился Лаксу Монтагу, коротко взглянул на Катарину и вышел через неприметную боковую дверь. Она не знала его в лицо: будучи послушницей, Катарина оставалась крохотным кусочком огромной лунной мозаики, маленьким завитком в сложном церковном узоре. Этот человек был незнаком ей, да и многие из тех, кто знал ее, не сразу узнали бы теперь тихую мышку в ученице Маэстро - элегантное платье, распущенные по плечам вьющиеся локоны, подведенные глаза. Поначалу она хотела надеть свои прежние серые одежды, но отказалась от этой задумки. Теперь она - бард, пусть и сердцем по-прежнему верна Луне. Ее задача - подготовить мир к чему-то большему, нежели простая размеренная жизнь. Она не может, - и не должна! - быть прежней.
Лютня за ее спиной тихо звякнула, когда Катарина осторожно пристроила футляр на скамье и размяла плечи. Вдохнула полной грудью, вбирая в себя запахи благовоний, масла, горящего в светильниках, едва уловимого - пыли. Обернулась к задумчивому, с легкой улыбкой, Лаксу.
- Когда мы закончим, мне бы хотелось навестить приют, - негромко проговорила она, опускаясь на молитвенную скамеечку. В приюте ее помнили. Возможно - любили. И ей хотелось рассказать своим бывшим товарищам, а заодно и еще не выросшим детям о том, насколько велик и удивителен мир, который она повидала. Хотелось спеть им о драконах и об эльфах, о величественных храмах, сокрытых среди песков, и о созданиях, спящих в потаенных, скрытых от глаз местах.
И о безымянных жертвах, которые приносят простые скромные жрецы Луны, несущие страждущим исцеление, просвещение и надежду.
Музыка все чаще рождалась в ее голове и лилась из-под пальцев. После посещения драконьего святилища и эльфийского праздника новые образы теснились в мыслях, не давали спать, разрывали надвое. Одна ее половина оставалась прежней Катариной - стержнем, заложенным в ней церковными устоями, воспитанием послушницы, характером, закаленным в пути и на дорогах между безымянными деревушками. Другая... другая стремилась быть с драконом.
Всему виной Нирма, сейчас оставленная на постоялом дворе. Ее видения и мысли, ее яркие, короткие, как вспышки, чувства.
Или все же - не Нирма? А она сама?..

Отредактировано Катарина (22.07.2022 00:23)

+1

3

[indent]Церковь Луны представлял из себя величественное здание, располагавшееся в самом сердце Рон-дю-Буш, являясь одной из основ, стержнем этого города, символизируя власть церкви, которая, несомненно, была очень велика. Религия всегда играла важную роль в жизни цивилизаций. Сколько Лакс себя помнил, это было верно для любой из эпох. Где-то власть культов занимала определённую нишу, органично вписываясь в общую структуру, а где-то охватывала своими корнями даже самые глубокие и незначительные группы людей. Что же до церкви Луны в нынешнем её состоянии, бард считал, что она близка к тому, чтобы подчинить своей воле весь известный ныне мир. Хорошо это или плохо, каждый решит для себя сам. Но, видя более полную картину и имея память веков, Лакс предпочёл бы, чтобы до этого не дошло. Это была одна из причин, по которой он явился сюда сегодня.
[indent]- Прекрасная идея. Возможно, мы встретим не только твоих друзей, - Монтаг загадочно улыбнулся, подмигнув Катарине. - В его стенах взращивают настоящие бриллианты. Стоит только им попасть в правильные руки.
[indent]Маэстро никогда не любил общаться с высшими чинами любой церкви. А церкви Луны и подавно. Те, кто достиг определённых высот в концессионной иерархии, как правило, становились надменными и высокомерными, оправдывая это тем, что Божество, каким бы оно ни было, выбрал именно его, чтобы вещать свою волю. Что Покровитель сам возвысил своего последователя над остальными, выделил его значимость в своих глазах. А ещё эти люди слишком проницательны и хитры. Лакс не хотел раскрывать свою маскировку перед лицом церкви, ведь это может повлечь за собой множество неприятностей. Особенно учитывая высокое положение главы фракции.
[indent]К ним вышел невысокий мужчина средних лет с уже пробивающейся проседью в коротких каштановых волосах. Он не был худым и явно не выглядел как человек, который испытывает свою веру тяжкими испытаниями. Его ряса была гладкой и в чём-то даже нарядной, что выделяло его среди простых послушников церкви. Острые черты лица и светлые глаза выражали явное неудовольствие при виде гостя, который потревожил его покой.
[indent]- Брат Евпафий, - негромко произнёс бард, обращаясь к Катарине. - Уверен, что этот псевдоним он сам выбрал. Даже не младший епископ. А ведь я не такая уж и мелкая сошка, - менестрель вздохнул с театральной разочарованностью, но тут же широко улыбнулся, приветствуя послушника церкви. - Вот уж не думал, что ты снова выйдешь приветствовать меня.
[indent]- Господин Монтаг, - сухо произнёс послушник, не меняясь в лице. - Что Вас сюда привело?
[indent]- Сэр Монтаг, - тут же поправил бард, погрозив длинным пальцем. - Или маэстро. Можно также Монтаг Несравненный, Великолепный, Неподражаемый или как ещё будет угодно.
[indent]- Невыносимый, - съязвил брат Евпафий, едва заметно искривив уголки губ.
[indent]- Я надеялся поговорить хотя бы с епископом, - Лакс пропустил остроту мимо ушей, не поведя и бровью.
[indent]- Они все слишком заняты, чтобы...
[indent]- А ты, значит, тут прохлаждаешься? Неплохо устроился, - усмехнулся бард, заставив глаз послушника дрогнуть. - Но ты ведь тут кто-то вроде смотрителя? Значит, мне подойдёт и твоя помощь.
[indent]- Что тебя привело? - Евпафий нахмурил брови и бросил короткий взгляд на ученицу барда. - У меня много работы.
[indent]- О, уверен, ты не пожалеешь о том, что вышел поприветствовать меня, - менестрель широко улыбнулся и выудил из внутреннего кармана своего пёстрого камзола небольшой флакон с алой жидкостью.
[indent]От флакона исходил жар, который могли почувствовать даже Катарина с Евпафием, что стояли рядом с маэстро. Жар и исходящая из него магия, которая казалась какой-то чуждой. Другой. Непривычной.
[indent]- Что это... - начал послушник, отступив на шаг назад и широко раскрыв глаза в изумлении.
[indent]- Кровь дракона, - беззаботно пожал плечами бард. - Ты, должно быть, слышал, что не так давно я преуспел в одной авантюре и отыскал живого дракона.
[indent]- Но это просто ручные питомцы. В древних писаниях они упоминались. Это не настоящие драконы и их нашёл не только ты, - Евпафий попытался сохранить невозмутимость лица. - Не такое уж большое открытие.
[indent]- Не скажи. Но ты прав. Это не те драконы, о которых сложено столько песен. Только вот эта кровь не фамильяров. Возьми, не бойся. И сам всё поймёшь, - Лакс протянул флакон послушнику, который осторожно принял столь ценную вещь.
[indent]- Что ты хочешь взамен? - глаза жреца сощурились.
[indent]- Сущий пустяк. Расскажи мне, что собирается делать церковь с этой информацией. Не подумай ничего дурного. Я, как творец, собираюсь написать не одну балладу о драконах. Скажу откровенно, я вдохновлён. Я собираюсь перерыть все библиотеки и ввести новую моду. Будет неловко, если церковь начнёт донимать меня своей цензурой и все усилия пропадут напрасно.
[indent]Брат Евпафий долго смотрел на менестреля молча, иногда переводя взгляд на Катарину. Несомненно, он знал, кто перед ним находится и в его взгляде читалось некоторое презрение к той, что предпочла общество этого щеголеватого балабола служению Луны, но вслух он ничего не сказал.
[indent]- Мне это было не интересно. До сего момента. Если я принесу настоящую драконью кровь, то смогу неплохо возвыситься. Ты пытаешься меня подкупить, Монтаг. И дело явно не только в страхе перед цензурой. Раньше тебя это никогда не останавливало. Я разузнаю то, что тебя интересует. Приходи через два дня. Но взамен ты расскажешь мне, где раздобыл эту кровь.
[indent]- Идёт, - бард продолжал широко улыбаться, пока Евпафий не скрылся из виду. - Он славный парень. Жаль только, что такой серьёзный. И совсем не пьёт. Я считаю, что это должно считаться официальным грехом. Ну что, теперь идём в приют?

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

+1

4

Церковь всегда недооценивала Калейдоскоп. Недооценивала силу искусства, хотя испокон веков пользовалась им: роскошные орнаменты и утонченные статуи, захватывающие дух мозаичные сюжеты, музыка, от которой хотелось плакать - все это было в распоряжении Луны, но никогда еще Калейдоскоп не просил Церковь о чем-то взамен. Искусство было подчинено религии - и в том был некий мировой порядок.
Именно поэтому встречать Лакса вышел не кто-то из епископов, а старший послушник. Катарина этого человека не знала - но Маэстро он, по всей видимости, был знаком.
И все же - не слишком ли невысокого полета он птица, чтобы сыграть свою роль в представлении главы Калейдоскопа?
Катарине очень хотелось спросить наставника об этом, но ее роль была иной - молчать и слушать. Она заметила высокомерный взгляд, которым одарил ее брат Евпафий - и ее неприятно поразило то, насколько больно было его поймать.
В Церкви многие несомненно считали ее предательницей. Пустоголовой девицей, которую сбил с пути истинного и совратил распутный менестрель, и теперь она, в пух и прах разнаряженная, поет и пляшет под его дудку, забыв о смирении и кротости. Уж наверняка слухи о том, что Маэстро всюду таскает с собой свою новую ученицу, давно уже вышли за пределы Консерватории и обросли невероятными подробностями...
Что ж, единственное, что ей оставалось - не опускать голову и продолжать улыбаться. Но комок где-то в желудке все же остался.

Она знала, что задумал Лакс - запустить слухи о возвращении драконов в самое сердце Луны, сделать Церковь своей союзницей, а не надсмотрщиком, - и всецело поддерживала этот план, который сама же поневоле и предложила изначально. Но она не знала, что именно предоставит Тенн в качестве доказательства существования драконов - и потому на пузырек с горячей, пышущей жаром и магией кровью уставилась почти так же изумленно, как и брат Евпафий.
Неужели Теннебраселакс взял для этого свою собственную кровь? Он с ума сошел?!
Глаза жреца сразу вспыхнули, будто пузырек содержал в себе обещание власти и золота, а не кровь, и Катарина едва сдержалась. Эта алчность, - которой не должно быть в Церкви Луны! - станет главной преградой на пути к миру между драконами и людьми.

- Ты же не отдал ему свою кровь? - хмурясь, обратилась она к Лаксу, когда Евпафий скрылся из виду, и подобрала свой футляр с лютней. - Ты же знаешь, что могут сделать маги с чужой кровью, сам говорил, что на тебя охотились некроманты...
Собственные слова заставили ее задуматься и об ином. Неужели она настолько утратила веру, что всерьез подозревает, что жрецы Луны используют кровь дракона во вред ее хозяину? Или - что под сводами Луны затаились последователи смерти?
Ей бы хотелось верить в святость и дальше. Но за последние месяцы она слишком много видела и порядком повзрослела. Теперь она не доверяла даже тому, что прежде казалось незыблемым.

***
Приют, в котором росла Катарина, разительно отличался от Великого Собора.
Простое двухэтажное здание из серого камня - ни лепнин, ни статуй, ни архитектурных красот. Строгость, аскетизм, рациональная практичность во всем. Глаз мог остановиться разве что на клумбе с сине-фиолетовыми крокусами, словно кусочками ясного осеннего неба. Катарина знала, чьи руки высаживали эти цветы и заботились о них, и поневоле ускорила шаг.
С того момента, как она покинула приют, прошло четыре года - но здесь все было по-прежнему. Это был дом ее детства - не всегда радостный и беззаботный, но по-своему горячо любимый. Она уже чуяла запах простой перловой каши на обед, слышала гимн Луне, нестройно распеваемый множеством детских голосов, а когда увидела немолодую, дородную женщину, пропалывавшую маленький огород на заднем дворе, и вовсе перешла на бег:
- Матильда!
Женщина разогнулась, подслеповато прищурилась на двоих посетителей - и, радостно охнув, распахнула юной жрице объятия.
- Катарина! - девушка влетела ей в руки, взметнув юбками, и Матильда без промедления обняла ее, гладя по длинным рыжим волосам. - Красавица какая... Хвала Ей, сохранила тебя в целости!.. Хвала Ей...
Еще почти минуту она причитала и бормотала что-то, пока Катарина боролась со слезами. Затем бессменная наставница приюта, госпожа Матильда Карен, наконец-то отпустила бывшую воспитанницу и неглубоко склонила голову перед Лаксом.
- Добро пожаловать, Маэстро, - заметила удивленный взгляд Катарины и тепло улыбнулась. - Мы наслышаны, что Маэстро взял тебя под свое крыло. Многие из нас были этим огорчены - даже посчитали, что ты оскорбила память брата Перифана.
- Оскорбила? - Катарина отступила на шаг. - Матильда, брат Перифан был убит. И я...
- Не здесь, дитя, - Матильда прижала палец ей к губам, как всегда делала это, когда хотела заставить Катарину умолкнуть.
Но прошло слишком много лет, чтобы кто-то мог заставить ее молчать.
- Тут могут услышать дети, а им незачем слышать о всяком... страшном. Идем в дом. Идемте, Маэстро, мы очень вам рады...

Отредактировано Катарина (24.07.2022 22:37)

+1

5

[indent]Кровь огненной саламандры. Существа, которое едва ли можно встретить при обычных обстоятельствах. Лаксу помнилось, что эти забавные зверьки частенько крутились у гнёзд драконов, буквально питаясь жаром их дыхания и исходящей от них магии. Поэтому едва ли сейчас кто-то заметит существенную разницу, не имея шансов сравнить образец с настоящей кровью дракона. К тому же, той крови, которую предоставил своему старому знакомому бард было далеко не одно столетие. С тех пор, как не осталось насиженных драконьих гнёзд, он не встречал огненных саламандр. Может, они крутятся вокруг джиннов, но о таком менестрель не слышал.
[indent]- Моя кровь в нынешнем состоянии не столь горяча и пропитана магией. Вспомни, ты ведь прижимала руками рану у меня на шее, - лукаво улыбнулся маэстро, решив не посвящать свою верную ученицу во все нюансы своего замысла. По крайней мере, пока.
[indent]Лакс сомневался, что найдёт союзника в лице церкви Луны даже если драконы прямо сейчас обрушатся с небес, погружая весь мир в пламя и обращая всё живое в пепел. Церковь, сколько бы ни говорило о благодетелях, нуждалась во власти и влиянии. Они не станут делиться ни тем, ни другим даже с ним - единственным, кто может предотвратить невиданную ранее беду, если ей суждено случиться. Маэстро собирался использовать церковь, заронив слух, который обязательно пойдёт дальше, вырвется за стены и разнесётся по всем приходам на всём континенте. Евпафий не имел хоть сколько-нибудь значимого влияния, но этот человек был готов идти по головам, чтобы добиться хоть чуточку больше власти, а значит, что Лакс выбрал нужного человека, придя сюда именно в тот час, когда старшим был именно этот смотрящий.

[indent]Всю дорогу до приюта сэр Монтаг сохранял мечтательную улыбку на лице. Те, кто хорошо его знали, могли точно сказать, что маэстро явно что-то задумал или даже уже привёл в действие один из своих замыслов и теперь гадает, как всё обернётся дальше.
[indent]Прежде он уже бывал в этом месте. И далеко не раз. В разных обличиях, под разными именами. Даже под тем, которое носил и ныне, но до того, как стал всемирно известным. Едва ли кто-то из местных вспомнит того музыканта-доходягу, что появился на пороге далёкой осенью. И уж тем более признает в нём теперешнего главу Калейдоскопа.
[indent]У них было ещё немало дел, но Лакс не смел подгонять свою ученицу и дал ей в полной мере почувствовать и радость, и лёгкую печаль от возвращения в место, которое когда-то было ей домом. Наверное, примерно эти чувства испытывал он сам, вступая под свод древнего заброшенного храма.
[indent]- Уверен, что досточтимый брат Перифан был бы горд, узнай то, какой стала Катарина. Плохой человек не смог бы воспитать столь прекрасную девушку, - бархатным голосом произнёс менестрель, мягко улыбаясь. - А злые языки... К сожалению, это порок, от которого не могут избавится даже самые достойные из людей. Я давно научился не обращать на них внимания. Лучше поблагодарить тех, кто искренне радуется твоим успехам, чем пытаться переубедить тех, кто сгорает от зависти.
[indent]Бард последовал за Матильдой, с интересом осматриваясь. Поразительно, насколько богато убранство в церковных приходах и насколько просты и даже невзрачны места, где церковь присматривает за теми, кто когда-то остался наедине со своим горем.
[indent]- Стало быть, все пожертвования уходят на наряды епископов? - тяжело вздохнув, произнёс бард. - Калейдоскоп регулярно отправляет немалые отчисления на благотворительность в адрес Церкви Луны. Печально видеть, что эти деньги оседают, так и не добираясь до приютов. Готов поклясться, что моя лютня стоит дороже, чем... Хотя, может это часть обучения? Смирение и довольство малым? Звучит столь же неприглядно, как и выглядит, - маэстро встретил взгляд женщины и смущённо посмеялся. - Прошу прощения, видимо, роскошь меня совсем разбаловала. Но, мне ведь нужно соответствовать статусу.

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

+1

6

Лакс пришел ей на выручку, когда Катарина, выбитая из колеи неожиданной вспышкой эмоций, даже не ожидала этого. Госпожа Матильда смутилась, впервые сообразив, что рыжая девчонка, какой она помнила Катарину, уже выросла, повзрослела и не является ребенком, которого нужно отчитывать. Какие бы слухи ни ходили о ней среди младшего церковного жречества, а высказывать их вслух - не только признак дурного воспитания, но и прямое неуважение к главе фракции, что, улыбаясь, стоял рядом с девушкой, за ее плечом.
Катарина благодарно взглянула на наставника, но ничего не сказала - проглотила комок в горле, вспомнив брата Перифана, и прошла следом за ними двумя под своды старого приюта.

Здесь все было, как в детстве - те же скрипучие полы, просторные комнаты с большими окнами, невыразительные серые стены, которые дети украшали собственными рисунками и плетеными салфетками, чтобы сделать свою обитель хоть немного уютнее. Она видела так много красоты - но почему-то только сейчас поняла, насколько хороши эти неумелые, но с любовью сделанные немудреные украшения. Возможно, где-то здесь все еще висели и ее рисунки.
- Госпожа?..
Она обернулась, отстав от Лакса и Матильды. Несколько юных воспитанников Луны в одинаковых серых платьях и рубашках, с нескрываемым восхищением наблюдали за ней. Здесь, где так мало было ярких красок, ее рыжие волосы, голубое платье и раскрашенная лютня привлекали внимание, как костер посреди ночи.
И, конечно, этим детям, лет на пять-семь младше нее самой, не представить было, что эта странная, красивая, чужеродная в приюте посетительница вышла из этих же стен.
- Вы потерялись?
Катарина улыбнулась, снимая с плеча футляр с лютней:
- Вовсе нет, - оглядела их растерянные лица, и улыбка стала еще шире. - Вовсе нет...

***
- Да, мы здесь живем не слишком богато, сэр Монтаг, - Матильда привела барда на кухню, где дышала жаром печь и вился запах свежего хлеба и каши, который так хорошо помнила ученица менестреля. - Но и не голодаем, хвала Луне... и вашим благородным пожертвованиям, конечно.
Госпожа Матильда Карен была тем редким случаем, когда пост наставницы занимала действительно достойная персона. Все полученные деньги она честно тратила на своих подопечных, но и себя, и их держала в строгости, и действительно обучала довольствоваться малым - добротной, не безыскусной едой, прочной и чистой, но не обязательно новой и красивой одеждой. Из этого вышло и воспитание самой Катарины, которой так сложно было привыкнуть иметь и тратить деньги не на что-то важное, а на безделицы, делающие жизнь чуть приятнее, лучше и слаще.
- Чаю? - дождавшись кивка важного гостя, Матильда налила чаю со смородиновым листом в простую глиняную кружку, расписанную вручную детскими руками. - Мы очень волновались за нашу Катарину, хотя она уже несколько лет как покинула нас. Но вы... я вижу, что вы о ней заботитесь. С вами она буквально расцвела, - улыбка госпожи Карен прорезала ее лицо сеточкой мелких морщинок. - Не могу выразить, как я вам благодарна...
И все же она понимала, что Лакс Монтаг вряд ли явился в скромный церковный приют просто ради того, чтобы его ученица увидела дом своего детства - это она вполне могла сделать и одна. Матильда немного поерзала, подождав, пока Лакс изложит настоящую цель своего визита, но, наконец, все же спросила:
- Мы ведь можем быть чем-то полезными вам, Маэстро? Я буду очень рада оказать вам любую посильную помощь...

+1

7

[indent]Гость явно не спешил сообщать о своих намерениях и планах и это заставляло женщину, присматривающую за приютом заметно нервничать. Лакс не хотел этого. Просто-напросто, он не имел никаких скрытых мотивов. Ему было действительно любопытно увидеть, в каких условиях воспитывалась Катарина, какие отношения остались между ней и другими церковниками и, естественно, как к ней относятся теперь, когда ни у кого уже не осталось сомнения, что первый бард крепко взялся за девчонку и не собирается отпускать её.
[indent]Маэстро получил все ответы на интересующие его вопросы. Это объясняло многое в поведении его талантливой ученицы, равно как и давало понять отношения последователей Луны к Калейдоскопу. Стоило одной из жриц переметнуться на другую сторону, как открывались истинные мысли жрецов и послушников. Предательство, оскорбление, презрение. Глава фракции творцов всей Галатэи не мог оставить подобное без внимания и теперь ему следует серьёзно задуматься над дальнейшими действиями, ведь если церковь начнёт высказывать свои недовольства во всеуслышание, дело может принять серьёзные обороты. Только этого Лаксу сейчас и не хватало.
[indent]- О, конечно, можете. Я настолько восхитился своей новой воспитанницей, что решил забрать под своё крыло всех бедных детей из этого приюта, - с обезоруживающей улыбкой на лице произнёс маэстро. Однако, увидев, как изменилось лицо Матильды, не смог выдержать смех. - Простите. Это просто неудачная шутка. Сюда меня привело любопытство, не более. Я хотел посмотреть, сильно ли поменялся приют с тех пор, как я последний раз здесь был. О нет, не подумайте и не напрягайте свою память, меня воспитали не здесь. Просто однажды, очень давно, мне пришлось побывать вашим гостем. Пускай и ненадолго. Учитывая, скольким заблудшим душам вы даёте кров, я не могу удивляться тому, что меня не помнят. К тому же, тогда я был обычным бродягой. Может быть в знак благодарности я смогу осчастливить ваших детей, исполнив им несколько баллад? Уверен, Катарина с удовольствием мне в этом поможет.

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

+1

8

Катарина вряд ли задумывалась о том, в какую политическую игру вступила, открыто поддерживая главу Калейдоскопа, его идеи и действия. Многие могли усмотреть в этом участие Церкви, несмотря на то, что речь шла всего-навсего об одной из жриц, капле в море, винтике в механизме - решить, что в лице Катарины жрецы высказывают Монтагу свое одобрение. Это заставило бы озадачиться некоторых противников древнего дракона - и в первую очередь, убийц из Левиафана. Кроме того, постоянное демонстративное появление Маэстро на публике вместе со своей новой ученицей привлекало к нему еще больше внимания аудитории именно из-за пикантности и скандальности: ушлый бард, ни дать ни взять, увел овечку из священного стада.
А она-то просто хотела, как лучше...

Возможно, эти мысли бродили и в голове госпожи Матильды - она была куда более умной женщиной, чем могло показаться на первый взгляд. И, задавая Лаксу наводящие вопросы, пыталась выяснить, какую роль во всем этом будет играть ее приют. Самые простые, человеческие, направленные на благотворительность действия разглядывались со всех сторон на предмет скрытых мотивов и интриг.
И госпоже Матильде в голову не приходило, что Катарина - не единственная ее бывшая воспитанница, нашедшая свое место рядом с сэром Монтагом.
Но отказать ему в такой малости она, само собой разумеется, не могла.

- ...а здесь была моя кровать, - Катарина, окруженная толпой разновозрастных воспитанников, по-девчоночьи плюхнулась на кровать, приподняв ноги над полом, и старые пружинки знакомо, привычно скрипнули.
- А теперь моя, - с удовольствием сообщила светловолосая девчонка лет десяти, тут же удостоившись завистливых взглядов своих товарок. Катарина почти не сомневалась, что еще до конца дня популярность обладательницы "счастливой" кровати взлетит до небес.
- Не верится, что вы тут жили... леди, - ее все еще подозревали. Слишком уж выбивались из приютской серости ее яркие краски и звонкий голос.
- Да? - бывшая жрица с вызовом прищурилась и указала подбородком в сторону дальнего угла. - Вон там, если приподнять край обоев в углу, одна доска выломана. И тайник устроен.
Недоверчивые потрясенно замолчали, а угрюмый маленький мальчишка тут же кинулся к тайнику, проверять свои сокровища.
Ей нравилось общаться с ними. Будто на несколько минут она снова очутилась в собственном детстве - о детстве всегда запоминаются самые лучшие моменты, память милосердно сглаживает все несправедливое, грубое и злое. И сейчас Катарина снова ощущала себя воспитанницей приюта куда больше, чем будущим менестрелем.
- А ваш учитель правда сэр Монтаг? - полушепотом спросила воспитанница постарше, лет тринадцати. По глазам заметно было, что, несмотря на юный возраст, она уже стала преданной почитательницей таланта Маэстро и прикидывала теперь, не нужна ли ему еще одна ученица.
- Правда. Он потом обязательно сюда заглянет, - уверенно пообещала Катарина. Она-то знала, что Лакс не упустит возможности спеть, даже если публика - всего лишь дети из церковного приюта.
Точнее, особенно если это всего лишь дети из церковного приюта. В конце концов, популярность зарабатывалась и такими методами, хотя она куда больше верила в то, что дракону доставит удовольствие сыграть и спеть для кого-то, кто искренне будет им восхищен.
- А вот и он...

Лакс и госпожа Матильда и вправду вошли в спальню, и воспитанники, под многозначительным взглядом наставницы, все, как один, вскочили на ноги, кланяясь Маэстро.
Катарина с улыбкой наблюдала за ними, за тем, как Лакс шутит с детьми, как уходит напряжение перед высоким гостем, как восторженно они разглядывают самого барда и его чудесную лютню, как постепенно глубокая морщинка на лбу госпожи Матильды разглаживается - пение главы Калейдоскопа камень могло растопить, не только такую, в сущности, добрую женщину, как она.
Но вот появление еще одной посетительницы Катарина пропустила, и заметила ее не сразу - лишь когда незнакомка оказалась практически рядом с ней.
Это была стройная молодая женщина, большеглазая, с длинными светлыми волосами - почти пепельными. Двигалась она так тихо, что Катарина вздрогнула, случайно обнаружив ее за своим плечом.
- Простите?.. - полувопросительно обратилась она к женщине, оглянувшись на нее, на Лакса и снова на нее.

Отредактировано Катарина (02.08.2022 18:18)

+1

9

[indent]Глава любой фракции всегда получал то, чего хотел. Так или иначе. И дело было не в алчности или стремлении получить всё желаемое. Всё было куда проще. Существующие и разросшиеся фракции имели колоссальное влияние, с которым невозможно было не считаться. Так глава Торговой Гильдии попросту не сможет отказать главе фракции магов или же сам сэр Монтаг постарается выполнить все просьбы той же главы Церкви Девяти. Просто потому что иначе было нельзя. Глава фракции олицетворяет могущество всех, кто с ней связан так или иначе. Чиновники, аристократия, торговцы, ремесленники - большинство из них зависят от благоволения глав самых могущественных организаций. Чего уж говорить о простой женщине из приюта Церкви Луны. Особенно после того, как маэстро прозрачно намекнул на пожертвования, которые поступают и в руки смотрителей приюта.
[indent]С тех пор, как Лакс стал главой Калейдоскопа, никто и никогда не отказывал ему в просьбе выступить для публики. Какой бы эта публика ни была. В какой-то степени, это даже огорчало первого барда, ведь пропал азарт и даже стараться не нужно было, чтобы попасть за закрытую дверь. Они сами раскрывались перед ним с целой свитой слуг, склонившихся в приветственном поклоне. Пожалуй, он смог бы встретиться и с архиепископом, если бы это было ему нужно. Власть творчества простирается повсюду, где умеют слушать и смотреть. Искусство западает в души и находит свой отклик у каждого. А с этим нельзя не считаться. Так чего же стоит простая просьба спеть детишкам, у которых в жизни не так уж много радостей?
[indent]Лакс встретил настороженную публику впервые за много лет. Эти дети, словно не верили в то, что кто-то станет петь специально для них. А уж тем более сам глава Калейдоскопа и первый бард, на выступления которого может попасть не каждый вельможа или богатей. Но менестрель умел находить общий язык даже с детьми. Приветливая добродушная улыбка не сходила с его лица. Он шутил и озарничал, точно взрослый ребёнок, подмигивая детишкам и прикладывая палец к губам, украдкой посматривая на Матильду.
[indent]Бард спел много песен, аккомпанируя себе лютней. Это были сказочные истории, в которых неизменно рассказывалось про драконов. В которых драконы если и не были главными героями, то уж точно помогали рыцарям или королям. Детям нравилось представление, они смеялись и хлопали в ладоши. Некоторые подпевали, повторяя въедливые припевы, которые ещё долго останутся в их юных головах.
[indent]На это и был расчёт. Лакс не мог сказать точно, когда придётся пожинать плоды, а среди детей приюта обязательно найдётся кто-нибудь, кто в будущем займёт высокое место. Может быть сегодня ему рукоплескал будущий архиепископ, который теперь уверен в том, что драконы - это герои и спасители. Для Лакса подобный ход мысли был чем-то естественным. Он не задумывался о ходе времени - в этом у него точно не было недостатка. Через десять, пятьдесят, сто лет, но он подготовит этот мир к возвращению соплеменников. Но за этим всем древний разум, повидавший столетия, совсем не задумывался о том, что его ученица вполне вероятно может не дождаться тех плодов, которые они заронили сегодня. Всё шло по плану и он был доволен. Чего стоит подождать ещё несколько десятков лет?

[indent]Заметив фигуру другой бывшей послушницы, что некогда росла в стенах этого же приюта, Лакс сообщил детям, что вынужден отлучиться. В ответ на разочарованные вздохи, он вручил самому проворному мальчишке свою лютню и заявил, что он за ней обязательно вернётся, а после отошёл в сторону, где уже ожидали две его последовательницы.
[indent]- Обязательно нужно было приходить сюда? - недовольным тоном спросила женщина, облачённая в одежды послушницы.
[indent]- Думал, ты будешь не против встретиться со старыми друзьями, - пожал плечами Лакс, сохраняя улыбку на лице.
[indent]- Только не в этом...
[indent]- Осторожнее. Не всем в этих стенах было также плохо, как тебе, - бард шутливо пригрозил пальцем, посмотрев на Катарину. Женщина проследила за его взглядом, но лишь закатила глаза.
[indent]- Знакомься, Катарина, это Гаэхель. Когда-то она жила в этом приюте. Быть может даже занимала твою кровать, - хихикнул Лакс, подняв ладонь в успокоительном жесте, заметив, как убийца была возмущена тем, что бард так легко раскрыл её имя. - Не бойся, я ей доверяю как себе. В общем, наша подруга убийца Левиафана и, вероятно, пришла, чтобы рассказать что-то очень важное.
[indent]Гаэхель на несколько мгновений потеряла дар речи, вылупившись большими глазами на маэстро. Очевидно, что она была не в восторге от подобной разговорчивости главного барда, но сделать с этим ничего не могла.
[indent]- Место, где вы остановились, - вернув былую невозмутимость, произнесла убийца. - Агенты Змея получили приказ отправиться туда. Видимо, вы оставили что-то, что их очень заинтересовало. Привлечены даже маги.
[indent]- А ты... - протянул Монтаг.
[indent]- Я не у дел после того случая, - бровь Гаэхель дёрнулась, но добавлять она ничего не стала. - К счастью, на меня никто и внимания не обращает. Не этого ли добивался господин первый бард?
[indent]- Всё вышло случайно, - беззаботно отмахнулся Лакс. - Это всё?
[indent]- Если кто-то увидит нас вместе, то у меня будут проблемы. А если поползут слухи... - убийца опасно стрельнула глазами в сторону жрицы.
[indent]- Вам нужно подружиться. Сделаем так. Отправляйтесь за Нирмой, а я приду, как только решу кое-какие дела, - судя по довольному лицу барда, он считал свою идею очень удачной. - Все вопросы потом.
[indent]И прежде чем кто-нибудь успел возразить, менестрель растаял в воздухе, применив свой амулет.
[indent]- Ненавижу, когда он так делает... - прошипела убийца.

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

+1

10

Песни о драконах...
Лакс сделал правильную ставку - такие истории люди любят. В них есть, кому сопереживать, есть развитие и сюжет, а добро (в лице драконов, разумеется) непременно побеждает. И воспитанники приюта - всего лишь капля в море тех, кто заинтересуется сказками Маэстро.
Главное, чтобы никто из них не разочаровался, когда сказка воплотится в реальность - а это непременно произойдет рано или поздно...

Незнакомка, подошедшая к Катарине, по всей видимости, неплохо была знакома с Маэстро. Говорила она без всякого восторженного почтения - значит, поклонницей его таланта не являлась. В окружении Лакса это было, пожалуй, редкостью.
- Ты тоже росла в этом приюте? - легко переходя на "ты", спросила Катарина, сразу проникаясь к женщине чуть большей симпатией. Возможно, раньше этого бы не произошло, но сейчас она все еще находилась под влиянием светлых воспоминаний и ностальгических чувств.
Лакс тут же подтвердил это - к вящему недовольству женщины по имени Гаэхель. Интересно, что вызвало ее большее неудовольствие - это представление их друг другу или слова о том, что она была послушницей Луны?
Впрочем, это тут же перестало интересовать Катарину, как только Маэстро небрежно, невзначай упомянул, что женщина работала на Левиафан. И не просто работала - убивала во имя Дома Змея.
- Она... что? - переспросила Катарина, не веря своим ушам. Может, он оговорился?
Нет, судя по ошарашенному лицу Гаэхель, сказал именно то, что сказал. Бард вообще не так много значения уделял подобным чужим тайнам, старательно оберегая при этом собственные.

- Агенты Змея получили приказ отправиться туда. Видимо, вы оставили что-то, что их очень заинтересовало. Привлечены даже маги.
- Нирма! - ахнула Катарина, вспомнив, что маленькая красная драконица осталась спать в гостинице под прикрытием иллюзий. - Они пришли за Нирмой?!
Казалось, ни Лакса, ни Гаэхель это не волновало. Катарина перевела взгляд с одного на другую - они продолжали говорить так мирно и спокойно, будто ничего особенного не происходило, и удивительное, разумное, преданное существо не пытались похитить убийцы. Катарина до сих пор не сталкивалась с агентами Левиафана, но слышала о них столько, что ее подсознание поневоле расчеловечило их, придало им черты почти мифических чудовищ.
Правда, та же Гаэхель, если бы Катарина встретила ее вне приюта, не вызвала бы у нее никаких подозрений.
— Вам нужно подружиться. Сделаем так. Отправляйтесь за Нирмой, а я приду, как только решу кое-какие дела.
- Что?.. Стой! - Катарина попыталась удержать его за рукав, не веря в то, что он так спокойно оставляет ее с почти незнакомой женщиной из Дома Змея решать важнейший вопрос.
Но тот уже исчез, широко улыбаясь, будто лесной кот из эльфийских сказок.

— Ненавижу, когда он так делает...
Катарина плотно сжала губы, посмотрела на нее.
- Нам срочно надо в гостиницу, - она схватила свой футляр с лютней, закидывая себе за плечи, порывисто направилась к дверям. - Спасать Нирму.
С Матильдой и воспитанниками попрощались скомкано и торопливо, пообещав вернуться при первой же возможности и принеся извинения за исчезнувшего без прощания Лакса. В другой ситуации Катарина попыталась бы сгладить впечатление, но сейчас все ее мысли были в маленькой комнатке гостиницы, где осталась спать ее драконица.
- Что произошло? - спросила она Гаэхель, когда они поспешным шагом шли по улице. - Почему он не помог, а оставил тебя? Откуда ты вообще с ним познакомилась? Левиафан же...
"Враги Лакса", - мысленно закончила она.
Но отношения между фракциями всегда были гораздо сложнее простой любви-ненависти.

+1

11

[indent]Главный бард порой так беззаботно и легко вводил всех окружающих в ступор, что порой можно было подумать, что маэстро получает какое-то извращённое удовольствие от этого. Или же просто настолько беспечный, что не следит ни за ходом своих мыслей, ни за языком, ни за реакцией собеседников. И, пожалуй, в некотором смысле всё это было отчасти правдой. Но лишь отчасти.
[indent]Маэстро оставил свою дорогую ученицу наедине с убийцей Левиафана, которая, пускай и показала свою верность, но легко могла переметнуться на другую сторону снова, если бы это сулило ей большую выгоду. С другой же стороны была та самая убийца, которой стоит показаться в обществе протеже главы Калейдоскопа, как все глаза и уши Змея обратятся на неё, суля проблемы, граничащие со смертью. А Левиафан жестоко карает предателей и шпионов, которые затесались в их рядах. И всё же, какой выбор оставил им Монтаг? Никакого. На это и был расчёт.
[indent]Лакс появился в таверне неподалёку от места, где они с Катариной оставили Нирму. Приняв облик шадд и сменив наряд на более простой и неброский, бард отправился туда, куда уже стремились агенты Дома Змея. Незамеченный никем, он занял место в первом ряду, прежде чем начнётся представление. И, кто знает, может ему придётся исполнить главную роль в этом спектакле, но ему очень хотелось верить в то, что сегодня заблистают его маленькие звёздочки, раз уж Левиафан предоставил такую чудесную возможность сделать ещё один шаг к моменту воплощения своего плана в жизнь.

***
[indent]- Кто такая Нирма? - спросила убийца, следуя за Катариной. Она прекрасно знала, где остановились маэстро со своей ученицей, но вот наличие кого-то третьего было для неё неожиданностью. А неожиданности Гаэхель не любила.
[indent]Но, выяснять подробности, похоже, придётся по ходу дела, ведь не было времени, чтобы любезно поболтать с маленькой пташкой и разузнать всю полезную информацию. Была ли Нирма каким-то влиятельным союзником Монтага, которого Левиафану потребовалось убрать с игровой доски, или же вообще это имя принадлежало любимой лютне маэстро - было не важно. Важно то, что за этим охотится Левиафан и в этот раз, похоже, он намерен одолеть легкомысленного барда. Слишком уж долго он уходил из крепких объятий Змея невредимым.
[indent]Убийца даже задумалась о том, какую сторону следует принять. Стоит ли предоставить Левиафану жрицу, а вместе с ней и "Нирму", показав преданность Дому Змея и, возможно, вернуть своё положение в иерархии убийц? Но, стоило лишь вспомнить те ощущения, которые она испытала в тот момент, когда рушила, что наконец-то прикончила надоедливого менестреля, как подобные мысли тут же пропали, а лицо побелело от жутких воспоминаний.
[indent]- Проще узнать, почему солнце встаёт на востоке, а вода в море солёная, чем то, что творится в голове у Монтага, - фыркнула Гаэхель, ускоряя шаг. - Как познакомилась? Мне поручили его убить. Как видишь, я не смогла. А ведь, поверь, я в этом деле очень хороша. За это Левиафан меня и держит до сих пор. Несмотря на мой провал с нашим бардом. Он получил шпиона в стане врага, а я до сих пор могу дышать. По-моему, сделка неплохая. Но что важнее, так это как ты планируешь противостоять агентам Змея? Если меня заметят, то тут же убьют, раскусив моё предательство. Поэтому, на меня особо не рассчитывай. Я сохраню тебя в целости. Даже если мне придётся связать тебя и затолкать в ящик. Гнева Монтага я боюсь больше, чем Левиафана. Но и умирать не спешу. Поняла? Никаких дурацких идей. Если что-то возникло в твоей святой головушке - говори сейчас же. А лучше просто забудь. Мы разведаем ситуацию и если будет уже слишком поздно, то не сунемся в таверну ни под каким предлогом. Чем бы ни была эта "Нирма".

+1

12

О том, что Лакс мог устроить ей, - и в большей степени все же Гаэхель, - такую проверку, Катарина не задумывалась. Просто потому, что она, связанная с Нирмой, не стала бы рисковать юной драконицей, в отличие от взрослого дракона в облике шадд, прекрасно осознающего реальную степени опасности. Для нее Нирма была в опасности. Для Лакса это вполне была ситуация, которую можно было отдать на откуп своей подопечной и бывшей убийце.
Возможно, будь у нее больше времени, Катарина поразилась бы тому, что учитель оставил ее в такой важный момент - прежде он этого никогда не делал и был крайне внимателен к тому, что делает, и главное, о чем думает его ученица.
Но времени у нее как раз и не было.

— Кто такая Нирма?
Катарина покосилась на убийцу, решая, стоит ли отвечать. Если сам Лакс не посвятил Гаэхель в детали, то и ей не обязательно было. К тому же жрица по-прежнему была к ней сильно предвзята: в конце концов, эта женщина пыталась убить ее учителя, и то, что она работает сейчас на него, дела в глазах Катарины не меняло. Мало ли, это уловка, и на самом деле Гаэхель по-прежнему работает на обе стороны - как оно, в общем-то, и было. И неизвестно еще, где она притворяется, а где нет.
- Моя подруга, - наконец, коротко ответила она, даже не солгав при этом. Нирма и вправду была ее подругой.
Словно уловив направление ее мыслей, Гаэхель и сама принялась рассказывать о том, как провалила покушение на Лакса, чем заработала еще один недоверчивый взгляд от Катарины.
- Левиафан уже убил одного его ученика, пытаясь добраться до него. Это была ты? - Гаэхель же не уточняла, в какой именно момент нападала на Лакса, а в свою бытность его воспитанницей Катарина никаких нападений не помнила. - Он любит рисковать и держать врагов к себе близко.
Она вспомнила всех многочисленных недоброжелателей Монтага, с которыми тот, несмотря ни на что, продолжал общаться. Преподавателей Консерватории, ставивших ему палки в колеса, эльфов, смотревших на него как на того, кто каждый год вторгается на их земли, вороша память о некогда любимой принцессе. Кто-то сказал бы, что бард слишком беспечен - Катарина знала, что это не так, но его замыслы, как и сказала Гаэхель, понять не могла.
И еще - хвастаться тем, что ты очень хороша в убийстве? Ничего более отталкивающего Гаэхель и измыслить не могла.
- Поэтому, на меня особо не рассчитывай. Я сохраню тебя в целости. Даже если мне придётся связать тебя и затолкать в ящик.
- Ты вообще можешь со мной не идти. Я на тебя не рассчитываю, - отрезала Катарина, окончательно утвердившись в своем негативном отношении к убийце. - И ты правильно делаешь, что боишься его. возможно, если б вас боялось больше, и ему, и другим людям, которых вы убиваете, спалось бы куда спокойнее.
Впрочем, в одном Гаэхель была права: соваться в таверну, предварительно не разузнав, что к чему, было глупо. И Катарина притормозила у дверей, размышляя.

Постоялый двор, на котором они остановились, носил название "Бездонный кубок" и был одним из самых роскошных заведений Рон-дю-Буша. Именно туда при помощи своего артефакта телепортировал их Лакс - там Маэстро прекрасно знали, и даже комнату для них двоих отвели замечательную. Нирме, помнится, страшно понравились флоксы на окне - когда менестрель и его ученица уходили, драконица как раз догрызала уже четвертый цветок, одновременно увлеченная этим процессом и раздосадованная тем, что в этот раз ее с собой не взяли.
- Сюда же нельзя просто пробраться незамеченным, - недоумевала Катарина, разглядывая широкий двор через кованную металлическую ограду. - Со стороны не войдешь. Значит, им нужно было, как минимум, прикинуться постояльцами, - она оглянулась на Гаэхель. - Сколько их там? Ты сказала, что даже маги есть?

+1

13

[indent]Нирма была в безопасности, но явно чувствовала что-то неладное. Лакс мог ощущать беспокойство маленькой алой драконицы даже сидя за одним из столиков и беззаботно попивая эль, оплаченный одним из постояльцев, с которым ушлый бард успел познакомиться. У шадд не было при себе ни лютни, ни арфы, ни флейты, но они ему были и не нужны. Рассказывая увлекательные и захватывающие истории умелый бард может удержать внимание и сердца публики даже без чарующих звуков музыки.
[indent]- Да ну, скажешь тоже, - отмахнулся высокий худощавый человек, который, насколько успел понять Тэнн, работал у одного из не самых последних в городе купцов учётчиком и сейчас наслаждался заслуженным выходным. - Драконы это детские сказки.
[indent]- Сказки или нет, но я слышал, как об этом шептались не где-нибудь, а в самой Цервки Луны! - бард поднял палец вверх, придавая своим словам больше значения.
[indent]- Если уж церковники об этом заговорили... - замялся более тучный и невысокий мужчина, который и оплатил выпивку шадд. - Сестра моя, которая живёт восточнее Храма Калтэя, говаривала, будто видела одного дракона. Размерами не больше пса или откормленной кошки, но точно видела.
[indent]- Да виверну она видела, - не унимался тощий.
[indent]- А как быть с тем, что говорят о маэстро? - хитро улыбнулся Лакс. - Вы же уже слышали?
[indent]- Точно, сэр Монтаг, говорят, нашёл одного дракона и ходит теперь с ним всюду, - тут же поддержал тучный постоялец.
[indent]- Вы сами это видели, сударь? - худощавый мужчина вопросительно вскинул бровь.
[indent]- Я видел, - беззатейно встрял бард, широко улыбаясь. - Серьёзно. Да прямо здесь.
[indent]Обсуждения разгорелись с новой силой, привлекая всё больше новых участников. Мало-помалу к столу с шадд стягивались посетители и завсегдатаи изысканного заведения. Все они были людьми занятыми и уважаемыми, но каждый посчитал своим долгом высказать своё мнение, поделиться личными наблюдениями и сообщить какие-то новые слухи. А за их спинами притаился один неприметный гость. Невысокая женщина, одетая слишком неприметно для подобного заведения. Не знай Лакс, что с минуты на минуту в "Бездонный Кубок" должны были заявиться агенты Левиафана, то и он бы не обратил на эту женщину никакого внимания. Но он знал. И внимательно следил за ней, позволяя разговору протекать своим ходом. Проследив за взглядом, шадд заметил ещё двух, а потом и третьего агента, один из которых подошёл к их столику и попытался разобраться, о чём идёт речь. На широко улыбающегося шадд он не обратил никакого внимания.

***

[indent]Убийца одарила Катарину пронзительным холодным взглядом. Вероятно, этот взгляд испытало на себе немало людей прямо перед тем, как отправиться прямиком к праотцам. Гаэхель не нанималась в няньки и уж тем более не собиралась оправдываться перед очередной, как ей казалось, игрушкой богатого и влиятельного барда. Всем было известно, как быстро и часто маэстро меняет свои увлечения. Кто знает, насколько его хватит в его новой игре в ответственного наставника. Учитывая, что он бросил их вот так одних, не слишком долго.
[indent]- Даже если и я, - ровным голосом ответила Хэль. - Это уже никто не изменит. Твой учитель понимает, что нужно идти вперёд, а не оглядываться в прошлое на каждом шагу. Уверена, что и по твоей вине кто-то, да отправился на тот свет. Знаешь ты об этом или нет. Хотя, скорее знаешь. О тебе многое известно. В том числе и Левиафану. Когда рядом с таким человеком, как глава фракции, появляется кто-то, первое, что ты начнёшь делать - узнавать о нём всё. Хотя, честно говоря, думала, что история с приютом не более, чем красивая легенда. Кто же знал, что в этой дыре найдётся девица, заинтересовавшая самого первого барда. Всё ли ты знаешь о его планах, касательно тебя?
[indent]Дойдя до таверны, убийца притихла. Пускай она и скрыла свою фигуру, чтобы остаться незамеченной по крайней мере, при беглом осмотре, голос её вполне могут узнать и агенты Дома Змея. Сколько их и где расположены смотрящие, Гаэхель не знала. Ей давно уже не доверяют такую информацию и то, что она сумела разузнать даже столь мало, было огромной удачей. Или неудачей, если из-за импульсивности маэстро ей придётся пойти на конфликт с Левиафаном.
[indent]- Я видела пятерых. Двух я знаю лично. Одного видела на задании, но кто ещё двое - понятия не имею, - она понизила голос, незаметно оглядываясь, чтобы убедиться, что за ними не следят. - Высокий мужчина с тонкими усами и короткой бородкой - маг очарования. Не слишком талантливый, но недооценивать его не стоит. Из тех, кого я не узнала, как минимум один маг. Я заметила амулет. Его специализацию и уровень навыков сказать не смогу. Но наверняка они привлекли боевого мага.

+1


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [60 Разгар 1059] Как создаются легенды


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно