03.09. Я календарь переверну и снова третье сентября.... 05.06. Доступ к гостевой для гостей вновь открыт. 14.05. Временно закрыта возможность гостям писать в гостевой. Писать сообщения можно через профиль рекламы (Ворон), либо зарегистрировавшись. 14.04. Регистрация на форуме и подача анкет возобновлены. 07.04. Можно ознакомиться с итогами обновления, некоторые мелкие детали будут доработаны.

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Лучше всегда носить при себе зеркальце чтобы защититься от нечистой силы и проклятий.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Архив у озера » Сокровищница » [10 Расцвет 1058] Не подавай некроманту руки


[10 Расцвет 1058] Не подавай некроманту руки

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Не подавай некроманту руки

https://i.imgur.com/Q3OveBU.gif

Рон-дю-Буш | весна 1058 Лакс Монтаг | Ския

Левиафан любезно просит Скию об услуге: устранить давно мешающего им знаменитого менестреля, который как раз дает выступление в Рон-дю-Буше.

Закрутить колесо Аркан?
нет

Отредактировано Ския (23.12.2021 12:29)

+3

2

[indent] Праздники, подобные тому, который устраивали в самом сердце Рон-дю-Буш всегда привлекали множество внимания. Даже если веселье предназначалось исключительно для высшего общества, все слои общества стремились урвать себе небольшой кусочек праздника. Посмотреть одним глазком, послушать доносящуюся из-за стен благородных домов музыку, устроить себе собственный праздник.
[indent] Но также, как нежелательные гости на вычурных вечерах стремились почувствовать себя чуточку счастливее, так и богачи из соседних земель желали прикоснуться к прекрасному, даже если это означала встреча с теми, кого видеть хотелось бы в самую последнюю очередь. Это было время не просто веселья, музыки и песен. Это было время самых свежих сплетен, самых страшных тайн и самых сочных скандалов. А такое не мог себе позволить пропустить уже сам Лакс Монтаг, получивший приглашение одним из первых.
[indent] Глава Калейдоскопа редко появлялся на публике, выбирая только самые особые случаи, подобно тому, который намечался в Рон-дю-Буш. Он знал, к чему готовиться и что станут от него требовать. Слава была одновременно и благом, и проклятием, ведь свободолюбивый и крайне независимый менестрель негативно относился, когда кто-то пытался украсть его время и внимание. А пытались слишком многие. Проще было дать то, что желают все, и испариться. Исчезнуть, скрывшись под иной личиной и веселиться со всеми так, словно он был одним из бесчисленного количества гостей. В этот вечер Монтаг собирался поступить также.
[indent] - Напомни, что ты будешь говорить, когда все зададутся вопросом, куда же я подевался, - крутясь у большого зеркала и подбирая наиболее подходящий ярко-зелёной рубашке шарф, спросил Лакс у юного менестреля, которого в этот раз взял вместе с собой.
[indent] - У мастера Монтага появились срочные дела. Он искренне просит его простить и передаёт наилучшие пожелания, - монотонно повторил в очередной раз юноша.
[indent] - Побольше жизни, Ронни, ты же не на похоронах, - с лёгкой усмешкой произнёс Лакс.
[indent] Молодой Ронар был весьма одарённым бардом и ещё более великолепным танцором. Присоединившись к Калейдоскопу всего несколько лет назад, мальчишка привлёк внимание Монтага своим старанием и целеустремлённостью. Он был добр и отзывчив. Пускай ему трудно давались расспросы с целью получить свежие сплетни, Лакс видел, что парень далеко пойдёт. Глава Калейдоскопа даже раздумывал, а не сделать ли из малыша Ронни своего преемника. Когда-нибудь в будущем.
[indent] - Но ведь мне придётся остаться со всеми этими людьми наедине... А все они будут искать Вас, - юный менестрель опустил плечи.
[indent] - И это послужит тебе отличной практикой. Пообщайся с людьми, дай понять, что ты открыт для беседы и попытайся узнать как можно больше грязных сплетен, - Монтаг хихикнул, увидев кислое выражение лица Ронни. - Довольно часто в этих сплетнях попадается весьма ценная информация. Мы же это обсуждали.

[indent] Закончив с приготовлениями, Лакс взял своего подручного и пошёл вместе с ним представать перед восторженной публикой. Маэстро был одет, как всегда, вызывающе ярко и броско. В этот раз он предпочёл наряд в жёлто-зелёных тонах, чтобы подчеркнуть приход весны и оживание природы после долгой зимней спячки. Ронар же был одет куда скромнее, но не был лишён вкуса. Как бы там ни было, наряд ему подбирал сам Монтаг, учитывая предпочтения молодого барда. Слишком скучные по мнению мастера.

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

Отредактировано Лакс Монтаг (25.12.2021 15:48)

+3

3

Благородный лорд Джаспар де Мартен слыл большим ценителем искусств.
Без его присутствия не обходилось ни одно значимое событие в мире музыки или живописи - по крайней мере, в Рон-дю-Буше. Он с удовольствием помогал деньгами Калейдоскопу, и при его доме часто звучали голоса многих начинающих певцов и менестрелей, он скупал скульптуры и картины художников, и хотя сам не умел ни петь, ни играть, ни рисовать - его имя среди творцов было распространено и популярно.
Нередкое явление среди знати...
Некогда и Саския де Энваль, зная об отсутствии у себя выдающихся талантов к музыке и живописи (ее исполнение и в том, и в другом было, в лучшем случае, оригинальным и чистеньким), тем не менее, увлекалась изящными искусствами. Могла себе позволить.
А вот Ския, хоть и зажиточная горожанка, пользующаяся определенным уважением в городе - не могла.
Но, тем не менее, была здесь, цепко оглядывая собравшихся нарядных зрителей и слушателей и потягивая вино.

Кому мог помешать менестрель, пусть и обладающий таким влиянием? Помешать настолько, чтобы полностью уничтожить его?
Нет, к легендам о певцах, которыми в одночасье поднимали народ на восстания или влюбляли в себя прекрасных принцесс, Ския относилась с изрядной долей скептицизма. Дело, разумеется, было не в одних лишь песнях: в подходящей политической обстановке, в шальных гормонах, в личном обаянии - музыка и тексты являлись только, как сейчас стало модно говорить в Солгарде, спусковым крючком. Краем уха и сама Собирающая кости слышала о Лаксе Монтаге, но кому могло помешать его существование?
Левиафан не отвечал на такие вопросы, а она их не задавала. Змей спас ей жизнь, когда она находилась на грани, помог обустроиться в Рон-дю-Буше, который был к ней холоден, и с тех пор почти не трогал. Но бывшая баронесса знала достаточно, чтобы понимать: в должниках у этой рептилии лучше не ходить, и если уж она о чем-то просит - постарайся сделать все быстро и тихо.
Незаметно.
Без следов яда.
Не впервой, в конце концов...

- Он будет сегодня петь? Господин Монтаг? - Ския широко раскрыла глаза, нетерпеливо привстала на цыпочки, когда слушатели, чинно дегустировавшие блюда и снисходительно слушавшие других музыкантов, тихонько, фоном игравших на сцене, примолкли и заволновались, в едином порыве подаваясь чуть ближе.
Незнакомый мужчина, которого она об этом спросила, обернулся к ней и улыбнулся:
- Конечно, госпожа. Наш любезный лорд де Мартен решил доставить нам удовольствие и пригласил лучшего менестреля из живущих, - он оценивающе окинул некромантку взглядом, и улыбка его стала мягче. - Любите музыку, госпожа?
- Разве есть человек, который ее не любил бы? - мурлыкнула в ответ Ския, в смущении заправляя за ухо прядь волос.
Лучший менестрель из живущих...
Какая ирония!
Если бы Винсент де Крориум увидел сегодня Черную баронессу, то точно не поверил бы своим глазам. Зная о своей эффектной внешности, колдунья сделала все, чтобы "приглушить" ее, сливаясь с красочной публикой. Никакого черного шелка, гривы блестящих волос и головокружительных декольте: волосы собраны на затылке, нежное кружево на воротнике и манжетах украшает легкомысленное зеленое платье, длинные ресницы прячут цепкий, холодный блеск глаз. Красивая молодая женщина - не более, но и не менее, чем все прочие, собравшиеся послушать великого барда. Никакого ледяного, высокомерного, сбивающего с толку очарования черной волшебницы.
Элиас тоже не поверил. Вряд ли он что-то понял - Ския нередко отлучалась по своим делам, вовсе не сообщая ученику, куда ушла и когда вернется, - но смена излюбленных цветов некромантки заставила его приподнять брови.
Впрочем, после черного зеленый был ее любимым цветом, что ж поделать...

- Вы слышали его "Зимнюю балладу"? - не унимался невовремя выдернутый ею любитель музыки. - Как она вам?
- Великолепна, как и все прочие... - отозвалась некромантка, не сводя глаз со сцены.
- Я почти научился играть ее сам, хотя, разумеется, не так эффектно, как маэстро.
Сейчас еще предложит послушать его исполнение...
- ...хотите послушать?
- О!..
- Впрочем, что это я... рядом с господином Монтагом я ворона возле соловья. А вот и он!
Музыканты, игравшие на сцене, почтительно расступились, пропуская к публике их любимца, главу Калейдоскопа Гармонического Созвучия.
Ее сегодняшнюю жертву.

Отредактировано Ския (24.12.2021 16:42)

+3

4

[indent] Лакс Монтаг предстал перед публикой во всём своём великолепии, невольно затмив своего протеже, который на фоне маэстро казался блеклым и зажатым. Но ему действительно не мешало бы чувствовать себя более свободно на сцене. Долгое время собравшиеся зрители рукоплескали, а зеваки, облепившие высокую ограду поместья лорда де Мартена, решившие послушать знаменитого барда, начали свистеть и радостно кричать. Это стало уже привычкой на подобных праздниках, от которой никуда не деться. И Лаксу не оставалось ничего другого, кроме как наслаждаться, одаривая благодарную публику улыбками и меткими взглядами.
[indent] В руках Монтага была лира, а его напарник уже подготовил изящную свирель. И в преддверии первой ноты толпа погрузилась в полнейшую тишину. Казалось, никто не смел даже дышать. Все смотрели, широко раскрыв глаза и ждали того самого момента.
[indent] Зазвучала мелодия, плавно переливались ноты, выстраиваясь в лёгкий, даже воздушный ритм. Мягкие звуки сменяли друг друга, заставляя вспоминать шелест молодых листьев на ветру, плеск воды, журчание ручьёв. Когда же бард запел, то тут, то там послышались восхищённые вздохи. Но никто не смел сказать ни слова, чтобы не прервать чудесную песню.
[indent] Бард пел о лесной королеве фей, о её царстве, скрытым от любопытных взглядов сплетением волшебства и природы. Он пел о том, как феи пляшут под луной, о том, как их магия витает в небе, создавая причудливые узоры. Он пел о весне и о том, как всё вокруг радуется рождению чего-то нового. Когда лира издала последний звук, публика взорвалась овациями.
[indent] - Благодарю, благодарю вас всех, мои друзья! - кричал Монтаг своим сильным голосом, чтобы его было слышно даже тем, кто столпился по ту сторону изгороди. - В этот поистине чудесный день я рад находиться здесь! Я, также как и вы все, ощущаю приход весны! Волшебство природы! Оно завораживает меня, вдохновляет, дурманит лучше самого крепкого вина! Я признаюсь вам, друзья! Я влюблён! Влюблён без ума! В эту жизнь, в этот мир! Так пусть сегодняшний день пройдёт под девизом новой зарождающейся жизни!
[indent] Толпа радостно закричала, скандируя имя барда. А он продолжил своё представление. Монтаг исполнил ещё несколько известных баллад и одну совершенно новую. И все они так или иначе были связаны с приходом весны. Ронар со временем стал чувствовать себя уверенно. Он пел дуэтом с маэстро и исполнил одну песню самостоятельно, пока Лакс играл на флейте. Последняя композиция прошла под чарующий звук арфы, рядом с которой ярко разодетый бард выглядел немного нелепо. Но мастерство, с которым он играл на струнах заставляло совершенно выпустить из головы столь незначительную деталь. И вот, наконец, сцена освободилась, предоставляя шанс другим менестрелям.
[indent] - Ты был великолепен, - Монтаг дружески похлопал младшего товарища по спине. - Если бы ты был так уверен в себе всё время, то эта толпа уже кричала бы твоё имя вместо моего.
[indent] Ронар залился краской, не зная, что ответить. Вначале он хотел попытаться избежать знакомство с гостями и хозяевами, как собирался сделать Монтаг, но после выступления, которое, безусловно, разгорячило молодую кровь, юный бард был твёрдо уверен, что сможет завести новые знакомства и быть может встретить какую-нибудь очаровательную поклонницу. От этих мыслей на лице паренька засияла широкая улыбка.
[indent] - Уже уходите? - спросил юноша, подавая изрядно вспотевшему маэстро свой платок.
[indent] - Что? Нет. Разумеется нет, - ответил Лакс, машинально спрятав платок во внутренний кармашек жилетки. - Джаспар позвал меня не столько ради моего пения, сколько ради того, чтобы похвастаться дружбой со мной. Так что, ещё некоторое время мне придётся потерпеть. Ты не представляешь, как утомляет всеобщее обожание.
[indent] Монтаг произнёс последнюю фразу столь бесстыдно, что Ронар не сдержал смешка. Все знали о том, что Лакс Монтаг получает истинное наслаждение, находясь рядом со своими обожателями. Только вот быстро устаёт от этого.
[indent] - Но если кто-нибудь будет спрашивать, где я...
[indent] - Знаю-знаю... - отмахнулся юноша.
[indent] Улыбнувшись напоследок, маэстро поспешил навстречу своим поклонникам.

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

Отредактировано Лакс Монтаг (25.12.2021 15:48)

+3

5

А он действительно был хорош. Даже более, чем хорош...
Прекрасен.
Если музыка и была магией, то Лакс Монтаг был в этом магистром. Свои мелодии, простые и легко ложащиеся на память, он играл с такой виртуозной небрежностью, что они казались сложными и витиеватыми - и в то же время их могли напеть, насвистеть или даже промычать люди, начисто лишенные слуха. Красота, одновременно изысканная и простая, завораживала. Даже ее.
Ския прикрыла глаза, забыв про настойчиво крутившегося рядом поклонника и наслаждаясь музыкой. Она увлекала, нашептывала, звала, вкрадчиво рассказывала о приходе весны. Пробуждала к жизни душу и тело, задевая потаенные струны, казалось бы, уснувшие много лет назад.
Странно, что такое воздействие музыка оказывала даже на нее, некроманта, чья сущность была полностью противоположна весенней легкомысленной радости и жажде жизни. Странно, что даже ей, Черной баронессе, хотелось надеяться на лучшее, вслушиваясь в чарующие звуки.
Наваждение...
Подумав это, Ския коротко улыбнулась. Она может позволить этому наваждению овладеть ею на какое-то время. Недолгое время.

- Госпожа моя... - настойчивый любитель музыки все пытался приобнять ее за талию, склониться к шее - выдергивал из состояния приятной расслабленности.
Уж не проклясть ли и его? Ночь мучительного выворачивания наизнанку пошла бы ему на пользу...
Нет. Не сейчас. Нельзя позволять себе всплески темной силы здесь и сейчас. Нельзя себя выдавать.
Поэтому она заученно хихикнула, рассеянно отодвинула его прочь, разглядывая Лакса Монтага. Такой человек просто не мог остаться незамеченным в любой толпе: высокий рост, по-птичьи яркие одеяния, странным образом не перекрикивавшие его собственную внешность, а лишь подчеркивавшие достоинства худощавой, гибкой фигуры, непринужденное изящество. Не красив - в классическом понимании мужской красоты, - но странным образом привлекателен...
Рядом с ним его юный протеже с глубокими глазами оленя, чем-то напомнивший ей Элиаса, совершенно терялся - воробушек на одной ветке с райской птахой. Впрочем, свою толику славы он ухватил, и теперь, раскрасневшийся, сияющий, ловил заслуженное внимание, тонул в шквале оваций и всеобщего обожания, отблеск которого падал на него от учителя.
- Я послушаю вас в другой раз, - Ския по-змеиному вывернулась из цепких объятий незадачливого поклонника и мгновенно юркнула в толпу, собравшуюся поприветствовать менестреля, уже спускавшегося со сцены.

Вблизи она явственно ощущала энергию, окружавшую этого человека. Она била через край, освещала его живое, подвижное лицо, сквозила в движениях. Он и вправду был влюблен в жизнь, как и говорил. Ну или мастерски заставлял всех в это верить.
Такие люди всегда кажутся проще, чем есть. Обманчиво открытый - вот он я, душа компании, такой же, как вы, смотрите! - сияющий, искрящийся от собственной силы и таланта...
Кто знает, какие омуты скрываются в Лаксе Монтаге, раз уж Левиафан так озадачился его устранением.
- Сэр Монтаг! - Ския дождалась, пока толпа поклонников вокруг менестреля слегка поредеет и пробилась к нему вплотную. - Сэр Монтаг... ох, Луна!..
Она прижала ладони к щекам в смущении, часто и глубоко дыша. Вскинула ресницы, на миг обжигая музыканта блеском ярких зеленых глаз, и тут же опустила их снова. Такие фокусы некромантка научилась проворачивать еще в свою бытность прелестной юной баронессой, и вовсю пользовалась ими и сейчас.
- Поверить не могу, что вижу вас прямо здесь, перед собой... - Ския никогда не испытывала всепоглощающего восторга, но не раз наблюдала, как ведут себя влюбленные девушки, и анализировала своим холодным разумом каждый поворот головы, трепет ресниц, взволнованно приоткрытые влажные губы - чтобы потом детально повторить.
Вот только ни настоящего трепета, ни истинных эмоций она при этом не ощущала. Ее действия были актерством, лицедейством, которое мог разгадать только другой по-настоящему талантливый актер.
- Я... я пыталась петь некоторые ваши песни, но моего таланта на это не хватает. Прошу вас, примите в знак моей... бесконечной любви к вам!
И, еще раз очаровательно порозовев, некромантка интимным, нежным жестом вставила в петлицу барда маленький яркий цветок. Весеннюю маргаритку.

Отредактировано Ския (27.12.2021 10:56)

+3

6

[indent] Появление барда среди гостей вызвал всеобщее волнение. Сложно было не заметить кого-то в столь ярких одеждах. А когда кто-то известный и столь недосягаемый с высокой сцены появляется вживую так близко, что можно прикоснуться, у многих срывает голову. Лакс привык к подобному поведению. Начинающие и зачастую откровенно бездарные артисты стремятся поговорить с ним, показать свои работы. Некоторые даже считают, что прикосновение к маэстро позволит им переступить через свой предел и стать такими же всемирно известными. Не стоит забывать и про поклонников. В частности, поклонниц. Монтаг не понаслышке знает, насколько ужасны могут быть последствия девичьих споров. Пугающее зрелище. Особенно, если предметом спора являешься ты сам.
[indent] Бард всегда старался уделить внимание всем, никого не обделить. Ведь нет ничего ужаснее, чем видеть, как любители прекрасного искусства ссорятся между собой из-за всяких глупостей. Поэтому он улыбался, обнимал любого желающего, учтиво целовал женские руки и крепко пожимал мужские. А когда какая-нибудь леди позволяла своим чувствам вырваться на волю и дарила маэстро страстный поцелуй, он лишь хитро улыбался, подмигивая и постоянно говорил о том, что его ждут в другом месте. Никто не смел задерживать менестреля.
[indent] Когда столпившиеся поклонники оставались позади, становилось немного полегче. Люди, желающие получить толику внимания оставались более чем довольными. К счастью, чаще всего совесть не позволяла им мешать своему кумиру своей навязчивостью и редко кто стремился столкнуться с бардом в зале. Возможно, во многом благодаря тому, что за пределами сцены и толпы поклонников, Лакс всегда находился рядом с весьма влиятельными людьми, которые также были не прочь поболтать не столько с бардом, сколько с главой Калейдоскопа.
[indent] Но сейчас казалось, спасение никак не наступит. В такие моменты Монтаг думал, что пора бы уже начать выступать плохо, чтобы не срывать такие овации и не вдохновлять людей. Но подобная мысль всегда вызывала улыбку на лице маэстро. Едва ли он смог бы. Даже если действительно пожелал.
[indent] - Сэр Монтаг! - прозвучало вновь и задумавшийся бард едва ли заметил, как одна прекрасная девушка оказалась прямо перед ним, заставив остановить своё шествие и устремить всё внимание на неё.
[indent] Она была мила. Все смущённые поклонницы казались Лаксу до безумия милыми. Он не мог удержаться от тёплой располагающей улыбки.
[indent] - Что за чудесный подарок от столь прекрасной леди, - мягко произнёс менестрель с благодарностью принимая подарок. Он склонился, чтобы позволить очаровательной незнакомке закрепить прелестный цветок, который отлично дополнил его образ. - Ваша бесконечная любовь греет моё сердце сильнее, чем весеннее солнце. Я непременно запомню этот щедрый жест, госпожа...
[indent] Монтаг наклонился чуть вперёд, ожидая, пока дама представится. Он был воистину очарован. Столь скромные, но искренние жесты были для него дороже, чем всё то золото, что сулили высокородные дамы, желавшие обладать им. Бард был очарован и поэтому совсем потерял бдительность.

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

+3

7

Если бы когда-нибудь Черную баронессу попросили дать один-единственный совет, который, без преувеличения, подошел бы всем, совет этот был бы в духе самых благонравных церковников Луны.
Остерегайся тщеславия...
Воистину, сама сгорев в этом пламени, она бы знала, о чем говорила. Жаль только, что никто у нее советов не спрашивал.

И потому, когда при виде своей очередной влюбленной поклонницы сэр Монтаг расплылся в улыбке, Ския незамедлительно заулыбалась еще более обворожительно. И, кстати, почти что искренне.
Мужчине, ослепленному собственным успехом, всегда проще поверить в искреннюю заинтересованность женщины. Некромантка пожирала его глазами - на деле не столько запечатлевая в памяти яркие черты подвижного лица, сколько отыскивая слабые места.
Конечно, она могла бы передать проклятье и через цветок, но Ския не слишком верила в надежность этого метода. Цветы слишком быстро умирают, особенно под воздействием черной магии. Да и вероятность того, что менестрель долго продержит ее сентиментальный подарок у себя или заснет с ним в обнимку - ничтожна.
Куда лучше заполучить что-то от него. В идеале - его кровь.
- Я непременно запомню этот щедрый жест, госпожа...
- А... я? Маргарита, - улыбнулась Ския, заправляя за ухо прядь волос. - Как цветок...
Забавно. Ей ведь даже никогда не нравились маргаритки. Собирающая кости находила их слишком простенькими и недолговечными. Банально, но куда больше она любила розы - темно-бордовые осенние розы, упрямо цветущие до самых последних холодных дней, пока их лепестки не почернеют и не опадут.
- Вы... не пройдетесь со мной немного? - она огляделась по сторонам, подмечая, что на них - вернее, на Лакса, - вновь стали обращать внимание. - Мне кажется, они разорвут вас на кусочки, задержись вы тут еще ненадолго, - заговорщицки шепнула она, наклоняясь к уху менестреля. - Я знаю, где можно спрятаться...
Она и вправду знала. Поместье Джаспара де Мартена было ей знакомо.

Весенний сад благоухал, шелестел, мерцал разноцветными фонариками, едва заметно светящимися в едва намечавшихся сумерках. Экстравагантный де Мартен устроил возле своего дома настоящий лабиринт из живой изгороди, причудливых форм и силуэтов, оплетенных цветами, закутков, беседок и маленьких фонтанов. Здесь легко дышалось и легко мыслилось. Ския готова была дать голову на отсечение, что видела этот лабиринт фоном не для одной и даже не для двух картин начинающих художников Калейдоскопа. Юные творцы любили живописные зеленые арки.
- Наверное, сложно постоянно находиться в центре внимания? - Ския присела на резную скамью, закинув ногу на ногу и не сводя глаз с барда. - Утомительно? У вас, должно быть, немало обожателей...

Отредактировано Ския (31.12.2021 00:18)

+3

8

[indent] Бард выглядел беспечно. Да и чего было бояться такому, как он? Его любили, его обожали. Ну, или в худшем случае терпели. Ведь Калейдоскоп Гармоничного Созвучия был не просто кучкой творцов, которые собираются раз в год и хвастаются перед другими своими творческими достижениями, бессовестно привирая. Нет, это была цельная организация со сложной структурой, строгой(в меру необходимости) иерархией и вполне конкретными целями. Лакса Монтага уважали не только потому что он хорошо пел и умело управлялся со множеством инструментов. Он знал многое о многих и умел раскапывать тайны, как бы глубоко их не прятали. Он был нужен и полезен, а ради такого можно потерпеть и несколько выступлений перед восторженной публикой.
[indent] - Что же, ведите, моя госпожа, - менестрель учтиво склонил голову, хитро осмотревшись. Ему нравились подобные игры. Они выглядели так невинно и по-детски, что Монтаг просто не мог устоять против такого соблазна.
[indent] К тому же, ему нравились ухоженные сады. Безумно нравились. Он любил блуждать в лабиринтах. Желательно подальше от прочих людей. Уединяться в каком-нибудь укромном уголке, окружая себя зеленью кустарников и россыпью разноцветных бутонов. И музицировать, погружаясь в фантазии и истории давно минувших веков.
[indent] Лакс с восторгом ребёнка смотрел по сторонам, широко улыбаясь. Он заговорчески смеялся, прикрывая рот рукой, когда их провожали взглядами другие гости. Так и не скажешь, что разодетый в зелёное и жёлтое бард является главой хоть чего-нибудь. Даже когда они остановились, отыскав укромное место, бард мечтательно оглядывался по сторонам.
[indent] - Постоянно? О нет, моя дорогая, - бард обратил свой взгляд на девушку, представившуюся Маргаритой. - Всё это и вправду утомляет. Мне было больше по душе скудные выступления в трактирах и кабаках. Когда люди, глядя на меня недоумённо переглядывались. Когда шептались о том, какой недотёпа выскочил на сцену и вот-вот опозорится. Знаете, видеть как ухмылки на лицах исчезают с первыми звуками лютни, а под конец баллады глаза краснеют от слёз... Это самое лучшее в жизни барда и творца. Проявить себя, показать, чего стоишь. Поделиться своими чувствами и переживаниями с другими. Затронуть струны их душ, завоёвывать сердца. Награда наиболее ценна, когда её сложно добиться. Верно?
[indent] Лакс присел на скамью рядом со своей спутницей. В такие моменты он любил брать свою лютню и наигрывать какую-нибудь красивую мелодию. Эльфийские мотивы на его взгляд подходили куда лучше для подобных ситуаций. В минуты уединения как физического, так и духовного. И бард пожалел о том, что оставил свой инструмент, решив, что он будет только мешать при общении с гостями вечера.
[indent] - А обожатели это лишь одна сторона монеты, которую даёт всеобщая известность. У меня немало завистников и многие готовы пойти на подлость, чтобы насолить мне. Как у главы Калейдоскопа, у меня также есть и враги, которым не нравится то, как я веду дела или же хотят получить что-то, чем я владею. Будь то информация или... - Монтаг запнулся, виновато посмотрев на Маргариту. - О, услада для моей души, я нижайше прошу меня простить. У меня не было намерений утомлять Вас скучными разговорами. Позвольте лучше спросить, Вы здесь одна? Очень сомневаюсь, что столь прекрасное создание может находиться на таком чудесном вечере без сопровождения. И зачем Вы здесь? Многие пришли сюда, чтобы послушать моё выступление, бесспорно. Но едва ли найдётся хоть один человек, который обречёт себя на неминуемое общение со скучными снобами только ради нескольких песен.

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

Отредактировано Лакс Монтаг (31.12.2021 13:23)

+3

9

Ския слушала внимательно, не перебивая - это она умела. Неторопливая и смертоносная магия, которой она владела, приучает к терпению и вниманию и не прощает ошибок. Торопливые и рассеянные некромантами не становятся.
О своих врагах он знал - но не воспринимал их всерьез. Вероятно, попросту не думал, что кто-то может на него покуситься.
Фатальный просчет. Враги есть у всех, просто у крестьянина это сосед, завидующий тому, что у него две коровы вместо одной, а у королевы - соседи-властители или собственные вассалы, желающие видеть на троне своего сына или брата. У любого успешного человека есть кто-то, кто искренне желает ему смерти, и глупо надеяться, что этот кто-то однажды не решит нанести удар.
Или - Ския едва заметно напряглась, - Лакс Монтаг давно уже раскусил ее и ведет свою игру? Собирающая кости во всем привыкла видеть двойное дно.
- Это прекрасно: быть искренне влюбленным в свое ремесло... - проговорила некромантка, глядя сквозь барда. Лицо его оживленно светилось, глаза горели. После выступления многие музыканты ощущают небывалый духовный подъем. Многие некроманты после завершения сложного и успешного опыта - тоже. - Я по-хорошему вам завидую. В нашем мире далеко не каждый может заниматься тем, к чему у него лежит душа, и посвятить этому всю свою жизнь. Должно быть, в этом и есть настоящая свобода. Впрочем, - она лукаво улыбнулась, - вы, как мне кажется, больше любите борьбу...
Поэтому его и хотят устранить? Перешел дорогу кому-то из Левиафана? Или - как он сам сказал, - имеет что-то, необходимое Змею? Тогда почему просто не забрать это?
Бард некстати перевел разговор на нее саму. Ския-Маргарита моргнула, вспомнив о собственном образе, одарила Лакса задумчивой улыбкой.
- Я? О, что вы, я нисколько не скучаю в вашем обществе, - горячо заверила она. - Сказать по правде, я даже не ожидала встретить вас здесь. Просто хотела пойти на праздник, а от друзей услышала, что вы будете выступать здесь. Знаете, ваши песни...
Она замялась.
- То, что вы говорили. Я много лет слышала ваши баллады в разном исполнении, и мне казалось, будто... то, как вы сказали... Ваши чувства слышатся в этих песнях. Слышатся очень отчетливо...
Ския помолчала немного, вслушиваясь в шелест ветра, шевелившего листья - затем запела, негромко, отбивая ритм пальцами по скамье:

Мой милый муж построил дом
И весь его увил вьюнком,
И краше не было в стране,
Чем дом, что он построил мне.

Но кто-то раз в полдневный час
Услышал песнь, увидел нас
И в тот же день привел солдат -
И был мой дом огнем объят.

Мой муж убит в своем дому,
И все добро в огне, в дыму,
Сбежали слуги, ночь темна,
С убитым милым я одна.

Вдыхая холод мертвых губ,
Я в саван обрядила труп
И причитала день и ночь,
И не пришел никто помочь.

Я тело на плечах несла,
Сидела я и снова шла,
И лег он в земляной чертог,
И дерн зеленый сверху лег.

Но не понять вам, каково
Мне было хоронить его,
Как было мне дышать невмочь,
Когда я уходила прочь.

Не улыбнусь я никому
С тех пор, как он ушел во тьму, -
Сумела сердце мне связать
Волос его златая прядь.*

Пела она неплохо - голос у баронессы был поставленный, грудной, с легкой вибрацией, хотя и слишком тихий, чтобы состязаться в красоте и чистоте пения с леди из Калейдоскопа. Но здесь, в тишине лабиринта, одна из баллад Лакса Монтага звучала ровно так, чтобы грустной мелодией вплестись в шум весенних листьев, отдаленного звучания музыки где-то в доме, едва различимого шума города за воротами.
- Простите... - Ския прерывисто выдохнула, пряча от барда покрасневшие глаза. - Я слишком... переживаю каждый раз, когда мою эту песню, да и исполнение мое оставляет желать лучшего. Просто она... так близка моей душе...


* английская народная баллада "Вдова с границы"

Отредактировано Ския (02.01.2022 14:22)

+3

10

[indent] Выслушивая прекрасную Маргаритку и оценив её пение по достоинству, бард внимательно следил за ней. За её мимикой, жестами, эмоциями. Он пытался проникнуться к девушке всей своей душой, чтобы понять, что она чувствует и что её гложет. Ведь она вовсе не была похожа на легкомысленную девицу, безумно влюблённую в сладкоголосого менестреля. Нет, она что-то искала в нём. В общении с Монтагом. Что-то, что ускользало от понимания Лакса. Что-то, что, казалось, лежало на поверхности, но было так недостижимо. Как часто такое бывает.
[indent] Вероятно, ответ крылся в песне. Горечь потери, печаль, вероятно, одиночество. Как часто встречались люди, которые видели отражение собственных судеб в песнях и балладах. Каждый мог найти что-то своё. Частичку собственной души. Будто менестрель, исполняющий произведение, столь похожее на пережитую человеком трагедию, может в полной мере понять его и помочь.
[indent] Монтаг понимал и искренне желал помочь. Порой простого разговора, короткого вечера, проведённого с определённым человеком, было достаточно, чтобы некоторые раны затянулись. Это он испытывал и сам далеко не один раз. И пускай песня, исполненная Маргаритой, была написана не лично им, бард не редко исполнял её, вкладывая в слова и музыку всю свою душу, всю схожую боль, которая переполняла его. Это главный секрет хорошего менестреля - переживать каждый момент так, словно это случилось с тобой.
[indent] - Не стоит извиняться, - мягко улыбнулся бард, взяв ладонь Маргариты в руку и накрыв её второй. - Ваше исполнение просто чудесно. Уверен, Вы можете посоревноваться со многими из бардов, состоящий в Калейдоскопе. Возможно, я бы нашёл Вам местечко в наших рядах, если это Вас заинтересует, разумеется.
[indent] Он тихо посмеялся. Как бы ему ни хотелось остаться в этом тихом местечке и проговорить с новой знакомой всю ночь напролёт, Монтаг всё же понимал, что его давно ищет хозяин поместья и едва ли он обладает неисчерпаемым терпением. Каким бы безответственным прохвостом не зарекомендовал бы себя глава Калейдоскопа, он всегда делал то, что необходимо для фракции и благополучия всех, за кого он несёт ответственность.
[indent] Поднявшись со скамьи, Лакс выпустил ладонь девушки из рук и виновато ей улыбнулся. У него было на примете несколько баллад, которые могли бы скрасить этот вечер, но даже знаменитый Монтаг был хоть сколько-нибудь ответственным главой.
[indent] - Прошу меня простить, о прекраснейшая. Боюсь, что долг велит мне окунуться с головой в толпу этих скучных и жадных людей. Как бы неприятно это ни было. Если пожелаете, то мы можем встретиться после и пообщаться более спокойно. Мне бы хотелось узнать о Вас побольше, услышать Вашу историю, - менестрель посмотрел на подаренную ему маргаритку и вдохнул аромат цветка. Это напомнило ему о том, что он не может уйти просто так. Нащупав во внутреннем кармане жилетки батистовый платок, украшенный кружевной вышивкой по краям, бард вручил подарок Маргарите. - Чтобы Вы не забывали этот вечер.
[indent] Подмигнув на прощание с обворожительной широкой улыбкой, Монтаг удалился, чтобы выполнить то, зачем и был приглашён на праздник на самом деле.

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

Отредактировано Лакс Монтаг (02.01.2022 15:26)

+3

11

Ския не знала, действительно ли ее исполнение взяло барда за душу, или же он, как и подобает истинному королю вечера, просто стремился быть вежливым и учтивым с дамой. Но его улыбка была доброй и понимающей, а пальцы, коснувшиеся ее всегда холодной руки - теплыми.
- Ох... благодарю вас, - Ския по-простому шмыгнула носом, словно сама смутившись собственного порыва. - Для меня такая честь услышать от вас эти слова. Спасибо за то, что выслушали...
Она сжала его ладонь чуть дрогнувшими пальцами. Она чувствовала, что ее время уходит - конечно, он же не может весь вечер просидеть с ней здесь! - а цель еще очень, очень далека.
Уколоть его? Выкрасть один из перстней? Рискованно, заметит. Попытаться снова подобраться к нему в течение вечера? Сочтет подозрительным.
Как раз тогда, когда она почти уже решилась плюнуть и разыграть еще более душещипательную сцену, менестрель поднялся и, помедлив, вдруг протянул ей свой платок.
Вот это удача!
- О, - дрогнувшим голосом проговорила лже-Маргарита, крепко стискивая тонкую кружевную ткань. - Я не забуду эту встречу, сэр Монтаг. И обязательно найду вас позже в Калейдоскопе... Спасибо вам, что выслушали меня сегодня, спасибо...
Она провожала взглядом его удаляющуюся спину, и с лица ее медленно сползало восторженно-одухотворенное выражение. Она никогда не была великолепной актрисой, и то, что он поверил в ее маскарад и наивную влюбленность - не более, чем удачное стечение обстоятельств. Уникальное совпадение.
- Спасибо и простите меня, сэр Монтаг... - промурлыкала она и поднесла платок к носу. Вышитый батист пах дорогими духами - а еще менестрелем, его силой, его энергией, его телом.
Вещь, столь интимная, столь близкая владельцу и столь часто контактирующая с ним.
Ския аккуратно свернула платок и встала, чтобы незамеченной покинуть прием.

***
Вновь достала платок она лишь поздней ночью.
Да иссякнут силы твои и жизнь твоя...
Элиас давно уже спал на своем диване в библиотеке, не задавая никаких вопросов наставнице, которой верил всем сердцем. Блистательный прием отгремел, и вряд ли бард, окрыленный успехом и окруженный поклонниками, вообще вспомнил снова о влюбленной глупышке, и уж тем более - о платке, подаренном ей.
Да не коснутся тебя исцеляющие лучи Луны...
В лаборатории некромантки горели длинные черные свечи, и круг силы - не начерченный, как обычно, мелом, но вплавленный в пол тончайшими серебряными нитями, - поблескивал, отражая их пламя. Платок - крохотная, неуместно нарядная в этом подземелье тряпочка, - лежал в центре, окруженный рунами, обломками костей и молочно-белыми, как слепые глаза, опалами.
Да не услышит никто твой голос, взывающий о помощи...
Ския стояла возле круга на коленях, сцепив руки перед грудью, словно в молитве. Глаза ее были закрыты, губы не шевелились. Проклятье не нуждалось в словах - у истинных проклятий, идущих от самой души и сердца, нет языка. Они немы - и потому убийственны. Все образы рождались в мыслях некромантки, и легкая ткань платка темнела, словно пропитываясь черной кровью.
Да обратятся в прах кости твои, и почернеет кожа твоя, и иссохнет кровь. Да будет темная сила глодать твое тело и разум за единую ночь...
Голова ее клонилась все ниже - проклятью Ския щедро отдавала свои силы. Некромантия всегда требует жертв - но, к слову, почти никогда не требует истинной ненависти. Некромантия холодна и расчетлива, и если заклинающий замахнулся на цель, которая ему не по зубам - может и его самого выпить досуха.
Но Лакс Монтаг был ей по зубам. Под опущенными веками Ския ощущала пульсирующую тонкую нить жизни своей цели, тепло ее образа, хрупкого и легкого.
Даже странно, что такая фигура, как Глава Калейдоскопа, была столь уязвима для проклятий...
Да будешь ты в боли терзать плоть свою, но ничто в целом мире не избавит тебя от нее. Ослепнут глаза твои и оглохнут уши, ослабнут ноги, и иссохшие руки не смогут остановить мое проклятье...
Скрепляю его силой своей, и словом, и именем.
Умри.

Вся в испарине, она тяжело выдохнула и оперлась на руки, опустив голову. Черные свечи погасли - все разом, словно их задул порыв невидимого ветра. Платок почернел и истончился - когда Собирающая кости вновь коснулась ткани, та рассыпалась невесомым пеплом.
Ей даже было немного жаль обаятельного менестреля.
Умри...

Отредактировано Ския (02.01.2022 16:46)

+3

12

[indent] - А потом Вы просто ушли? - с сомнением в голосе Ронар вскинул одну бровь, покачав головой. - Не поверю.
[indent] Праздник уже отгремел, гости успели разойтись, а одинокий экипаж не спеша тянулся по тракту к постоялому двору, что находился неподалёку от городских стен, у первой же развилки. Лакс не хотел оставаться в городе после такого ошеломительного успеха на прошедшем выступлении. Извести о том, что знаменитый бард в городе, лишит сна и покоя. А ведь сейчас, вопреки своему обыкновению, именно это и требовалось маэстро.
[indent] - О, мой юный друг, ты ничего не понимаешь в женщинах, - с улыбкой на лице вздохнул Лакс. - Их душевная природа... Она как хрупкий нежный цветок, - бард осторожно взял пальцами подаренную ему маргаритку, продемонстрировав её партнёру. - Одного неловкого движения хватит, чтобы нарушить эту красоту. Госпожа Маргарита таит в себе много секретов, которые её гложут. Для простого смутьяна это станет отличной возможностью, чтобы вторгнуться в хрупкое девичье сердце. Слишком грубо и бесчестно, на мой взгляд.
[indent] Юноша не сдержал усмешку. Он скептически смотрел на маэстро, ожидая от него очередной триады насчёт возвышенных чувств, непременно искренних и чистых, которые он, без сомнения, испытывал к каждой встречной особе, с которой удавалось вступить в диалог.
[indent] - Ведь скорбью опечален лик прекрасный,
И вскружит сердце чувств водоворот.
Но маргаритка в этот день ненастный,
На небо глядя, солнца робко ждёт...

[indent] Монтаг ударял изящными пальцами по струнам, рождая прямо здесь и сейчас новое произведение. Молодой Ронар лишь улыбался, глядя на своего учителя и друга. Он всегда поражался, с какой лёгкостью в голове маэстро рождались строки. В них чувствовалась жизнь, душа, которую самозабвенно вкладывал творец. Он смотрел и надеялся, что когда-нибудь он станет таким же. И юноша верил, что так и будет. Ведь в конце концов, его приметил лично Лакс Монтаг. Лично взял под своё крыло и делился мудростью и опытом. А если человек, подобный ему, говорит, что у кого-то есть талант, то эти слова принято принимать всерьёз. И Ронар чувствовал груз ответственности на своих плечах от той веры, которую вкладывал в него глава Калейдоскопа.
[indent] - ...и не утратить сердца красоту... - погрузившись в музицирование, пропел бард, вдруг резко прервавшись.
[indent] Последние ноты лютни прозвучали так резко, что возничий, слышащий и беседу, и рождавшуюся новую песню, замедлил ход лошадей и окликнул своих пассажиров. Было в том звуке что-то зловещее и пугающее. С таким звуком, должно быть обрываются струны людской души, когда кто-то грубо и беспристрастно обрывает их.
[indent] Отбросив инструмент в сторону, перепуганный бард бросился к юному Ронару, который внезапно стал сам не свой. Его тело неестественно изгибалось, кожа стала стремительно темнеть. Бедняга пытался хватать ртом воздух, но не мог сделать ни единого вдоха. Монтаг не знал, что делать. Он кричал возничему поворачивать назад, в город и стегать лошадей. Лишь бы успеть. Но в глубине души уже тогда Лакс понимал, что это бесполезно. Они одни, за пределами городских стень, ночью. Никто не мог им помочь. Вероятно, никто не смог бы помочь, даже будь они в черте города. Ведь наверняка юный и многообещающий менестрель, который произвёл свой первый фурор, был отравлен... Или проклят.
[indent] Всё произошло слишком быстро. Даже несмотря на то, что обратный путь не занял и полу часа, к городским стенам они подъехали с бездыханным молодым телом, искажённым в предсмертных муках. Стража и представители власти заверили Лакса в том, что они позаботятся о его безопасности, предложили укрыться в безопасном месте и, естественно, настаивали на проведении расследования. Но все эти слова прошли мимо ушей Монтага. Поражённый произошедшим на его глазах, бард не мог думать ни о чём другом, кроме как о том, кто мог так поступить с совсем ещё мальчишкой. Снова и снова он прокручивал в голове всё, что происходило на званом вечере. Кому мог помешать Ронар? Почему Лакс не заметил ничего? Почему он был так уверен в том, что ничего не случится?
[indent] На ум приходило лишь одно слово - Левиофан. Но почему юнец? Было ли это послание или предупреждение? А может он просто оказался на пути? Своих врагов Монтаг знал. Но что, если он успел нажить новых? Более радикальных и менее терпеливых?
[indent] Он пришёл в себя лишь стоя в дверях чужих покоев в каком-то богатом особняке. Перед ним стоял один из представителей городской стражи - кто-то из высших чинов, и инструктировал по поводу того, как бард должен себя вести, чтобы избежать повторения покушения. Все, похоже, были уверены, что целью был именно Монтаг. Дослушав стражника с непривычно каменным лицом, Лакс закрыл дверь и коснулся своего амулета. Ему предстояло многое обдумать. И многое сделать. Но чего он уж точно не собирался делать, так это сидеть на месте сложа руки.

[icon]https://i.imgur.com/O1WmCGk.png[/icon]

+3

13

- Не он..?
Собеседник Скии медленно покачал головой из стороны в сторону.
- Но платок был его, он достал его из своего кармана, я была уверена... - некромантка подалась вперед, сверкнув глазами, но осеклась. - Если только... платок действительно был его.
Проклятье.
Какая, казалось бы, мелочь - платок! С его помощью она могла убить Лакса Монтага, если бы не одна досадная случайность: хозяином вещицы, постоянно с ней взаимодействующим, был не менестрель.
- Но кто тогда?
- Его ученик, - человек, пришедший в лавку Скии под видом нуждающегося в лекарстве, говорил тихо. Невыразительно, скучно - так мог бы звучать монотонный осенний дождь.
Подручные Левиафана, вопреки общепринятому мнению об убийцах и шпионах, не ходили в подозрительных черных плащах с капюшонами и не прятали лиц. Более того, конкретно этот человек, невысокий, немолодой, с солидным пивным брюшком, был настолько обыденной и непримечательной внешности, что и вовсе не нуждался в маскировке. По нему в толпе можно было скользнуть взглядом и уже через мгновение забыть, как он вообще выглядел.
Такой вполне мог бы прийти к скромной целительнице за лекарством от срамной болезни, которую надо пугливо спрятать от жены, чтоб не убила.
Такой вполне мог бы убить сам и остаться вне подозрений.
Ския вспомнила юношу с карими оленьими глазами, раскрасневшегося, довольного своим первым успехом, и досадливо вздохнула. После этой ночи сама Собирающая кости тоже выглядела не лучшим образом: осунулась, устала, не восстановила силы.
И то плюс - теперь в ней невозможно было узнать ту юную и наивную Маргаритку с ярким макияжем, в легкомысленно-зеленом платье.
- Что теперь?
Ее лавку заливал солнечный свет, и Ския болезненно щурилась, когда золотистые лучи скользили по ее лицу. Некромантия всегда требует платы, даже за такую незначительную маленькую талантливую жизнь, которую баронесса забрала накануне.
- Ничего, - отозвался ее посетитель. - Денег, конечно, не будет, сами, госпожа, понимаете... Затаитесь и не высовывайтесь, пока все не закончится и расследование не утихнет. Мы подкинем пару ложных улик.
Она, разумеется, это понимала. Время от времени подбрасывая ей подобные заказы, Левиафан не скупился на оплату, но Ския знала, что она ходит по лезвию ножа. Некогда Змеи спасли ей жизнь - как раз для того, чтобы использовать ее силу в своих интересах. И до тех пор, пока их интересы совпадали, она была им полезна.
Но она предпочитала не думать, что случится, когда им станет выгодно подставить ее.
- А сэр Монтаг?
- Потрясен, раздавлен, насторожен. Теперь к нему не подобраться, особенно вам. Не нужно снова светиться перед ним.
- Оставите его в покое?
Посетитель, деловито выбравший грудной сбор от кашля, встряхнул мешочек с травами в руке, положил перед некроманткой монетку и улыбнулся - улыбка была быстрой, резкой, как удар клинка.
- Мы подождем. Мы умеем ждать.

Отредактировано Ския (02.01.2022 19:34)

+3


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Архив у озера » Сокровищница » [10 Расцвет 1058] Не подавай некроманту руки


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно