03.09. Я календарь переверну и снова третье сентября.... 05.06. Доступ к гостевой для гостей вновь открыт. 14.05. Временно закрыта возможность гостям писать в гостевой. Писать сообщения можно через профиль рекламы (Ворон), либо зарегистрировавшись. 14.04. Регистрация на форуме и подача анкет возобновлены. 07.04. Можно ознакомиться с итогами обновления, некоторые мелкие детали будут доработаны.

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Лучше всегда носить при себе зеркальце чтобы защититься от нечистой силы и проклятий.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Архив у озера » Сокровищница » [60 Безмятежье 1054] Напролом и ни шагу назад


[60 Безмятежье 1054] Напролом и ни шагу назад

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

https://i.imgur.com/yuMZYg0.gif

Винсент де Крориум х Элиас х Саския де Энваль

Рон-дю-Буш | 60 Безмятежье 1054

"Штурм будет стоить дорого, так поведем же осаду некромантской крепости."

Закрутить колесо Аркан?
да | нет

Отредактировано Винсент де Крориум (12.11.2021 18:42)

+2

2

Винсент был чертовски зол. В таком состоянии проклятый пребывал крайне редко и этому всегда была веская причина. Например, когда пользовались им, как веником для чистки сора под чужими ногами.
Беда подгонял коня, не позволяя последнему потерять высокий темп. И воину было плевать, что все это происходило в городе, где под копыта могло броситься все что угодно. О, сейчас Винсент был не прочь задавить парочку черных зеленоглазых кошек и размазать их тушки по камню.
Проклятый выглядел не свежо, был несерьезно ранен, но руки его, как и шея с торсом, были в подсохшей крови. Но пока воин не приказал долго жить, и не планировал это в ближайшее время.
- «Берега попутала совсем, стервы кусок!»
Винсент с грохотом опрокидываемых ящиков и бочек ворвался в тесный переулок, срезая путь. Ни секунды лишней больше он не потратит на ЭТО.
- Понукать мной вздумала, соплячка! – с выдохом взревел Беда, вырываясь из переулка на площадь с хорошо знакомыми бессмертному фонтанами.
По крышам и камням настукивали весенние капли, провожая последние солнечные лучи и прогоняя в здания людей. Прекрасно и в ярких красках вечерело, но Винсенту и его «сентиментальности» было на это начхать.
- Иди сюда, баронесска! - выкрикнул Беда, порывисто поднимаясь по ступенькам "обмельчавшего замка" не безызвестной целительницы и теряя с сапог прилипшую мокрую грязь.
Не просто так бывшая баронесса сторонилась проклятого последние несколько сезонов – она точно готовила эту ПОДСТАВУ!

Перед глазами Винсента была красная пелена, а жилы на шее и висках вздулись от стискивания челюстей. В жилище некромантки воин собирался войти ни разу не с благими намерениями, он ведь предупреждал черную волшебницу и не раз.
И случилось следующее.
Как только проклятый стиснул между покалеченных пальцев ручку, желая толкнуть створку и ворваться под крышу, охранная магия здания пришла в действие. Щелчок предвещал опасность, но понял это Винсент слишком поздно – волна боли и иррационального кошмара ворвалась в сознание воина и отшвырнула массивное тело прочь с крыльца, ступенек и прямо в собирающуюся между камнями и неровностями воду и грязь.
- Я тебя закопаю! – вновь взревел Беда, справляясь с болью и пересиливая мистическое желание бежать прочь от этого дома и никогда в него не возвращаться.
Винсент подскочил на ноги и бросился вновь по ступенькам на крыльцо с одним единственным намерением ворваться внутрь, как врывались в осаждаемую крепость солдаты.
Но вот нюанс – ни Беда, ни тот, кто находился в жилище целительницы сейчас, открыть дверь были не способны, по крайней мере не в данные минуты.  Непродуманность, оплошность или охранные заклинания перекосило от встречи с проклятием бессмертного?
- Открывай я сказал, змея ты поганая!

Отредактировано Винсент де Крориум (03.12.2021 01:57)

+2

3

Ския ушла из дома с самого утра – у нее были запланированы встречи с какими-то своими приятельницами, и Элиас не уточнял с какими. Ее дела его лично не касались – были и свои. Прибраться в доме, закончить перевод очередного фолианта и что-нибудь почитать – ненапряжное, ненаучное и не по магии. К своему удивлению, подобные книги он тоже обнаружил в домашней библиотеке – суровая, ненавидящая весь мир некромантка тайно от всех и любовные романы на досуге почитывала. 
В общем, дел на день у Элиаса намечалось много, и он уже успел почти все переделать - и даже проводить кухарку на рынок (та решила, что вырезку на ужин должна выбрать именно сама), и сесть за перевод, как вдруг у входных дверей нарисовался довольно странный посетитель.
По началу Элиас, выглянув в окно библиотеки, решил, что это один из местных пьянчуг-оборванцев попутал спьяну дома и стал ломиться куда попало. И уж хотел его было прогнать… Но пока спускался по лестнице, произошел очень неуместный и необъяснимый факт – сработало наложенное Скией на дверь защитное заклинание. Элиас почувствовал включившийся магический заслон, едва успел подойти, но он точно знал, что сама некромантка его не активировала, когда ушла, да и кухарка до этого вышла из дома вполне себе свободно.
Почти одновременно с озарением насчет заблокированной двери с крыльца донеслись забористая ругань и грохот скатившегося по ступенькам тела. Ну или наоборот – грохот, а затем ругань. Элиаса этот факт настолько ошеломил, что он пропустил очередность событий. Хорошо было то, что мужика не размазало по мостовой насмерть, плохо – что он до сих пор не оставил свои попытки попасть в дом и вернулся на крыльцо.
Что ж, дальше можно было пойти двумя разными путями – прикинуться, что дома никого действительно нет, и промолчать, затаившись, или узнать, что надо дебоширу, заодно сообщив, что госпожи Скии все равно дома нет. В первом случае поорав на крыльце, человек рано или поздно поймет, что орет скандалит впустую, и уйдет восвояси сам по собственному желанию. Во втором, возможно, внемлет тому, что опять же хозяйки нет, или он вообще ломится не туда.
Но при все этом таилась опасность, что ранило мужика сильно и серьезно, – Элиас до сих пор так и не видел защитные заклинания Скии в действии, - и если он сейчас помрет прямо на крыльце дома некромантки, то у властей города может появиться много ненужных вопросов.
Значит, поговорить все же стоило. И на мужчину взглянуть тоже. Но так как снимать защиту Элис не умел, то он просто вернулся в библиотеку, открыл окно, откуда открывался прекрасный вид на крыльцо и входную дверь, и высунулся наружу, рассматривая гостя Скии. Выглядел тот не лучшим образом – в грязи, крови, и хрен знает, его это кровь или чужая, - но на закрытую дверь пер с упорством молодого барана. 
Элиас поморщился, когда представил, как оборванца шарахнет магией еще раз, - больно ведь, наверное! – а затем все же решил того окликнуть. Мужик стопроцентно пьян, и если не вмешаться, убьется же нахрен! Так что да, Элиас твердо намерен был отвлечь внимание барана от новых ворот и остановить происходящую самоэкзекуцию, пока не стало слишком поздно.
- Эй, у дверей! – крикнул Элиас, облокотившись о подоконник. – Там защита стоит, так что не советую больше ничего трогать, если хоть немного жаль свое здоровье. К тому же хозяйки нет дома, и вам все равно никто не откроет… Если вы, конечно, вообще стремитесь попасть именно в тот дом, в который нужно, - сам Элиас в подобном очень сильно сомневался. – Вы ранены?
К Ские часто приходили искать помощи именно в лечении, но ни разу при Элиасе посетитель не заваливался с подобной агрессией – обычно люди шли притихшие, потерянные, умоляющие о помощи и всячески выказывающие свою симпатию, реальную или наигранную, чтобы эту помощь получить.

+2

4

Нужно было всем раз и навсегда признать, что черная некромантка использовала все свое окружение в собственных целях и точка. Она играла в собственную игру с проклятым, союзником по несчастью, с преступными змеями и с собственным бывшим рабом, который безропотно выполнял все поручения бывшей баронессы и прилип к ней, как котенок к мамке-кошке.
Без некромантки мир не станет лучше в сто раз, но многие могли вздохнуть спокойнее и самое главное – свободнее.
Боль, которую Беда испытывал прямо сейчас, как остаточное явление от защитного заклинания, только подливала масло в огонь. И вопило о виновности черной волшебницы во всех самых низких грехах этого мира.
Но в глубине своего сознания Винсент еще не определился, что он желал от черной волшебницы больше: объяснений или крови. Его воображение во всех красках рисовало, как из поломанного воином носа некромантки стекает красная кровь и побитые чувственные губы наливаются краснотой, еще больше контрастируя на белой коже.
Она определенно точно это заслужила, на разок так точно, приятель!
- «Гадюка, использовала меня!»
Именно так, как это сделал ее наставник – не с таким результатом, но по сути являло собой одно и то же. Плод падал всегда рядом с плодоносящим деревом и не отскакивал!
Винсент пораненным плечом приложился к окаменевшей, окрепшей непонятно каким образом створке, но та упрямо не поддалась. Тихий треск защитных переклинивших заклинаний по косяку был ответом без собственно ответа.
- Там защита стоит, так что не советую больше ничего трогать, если хоть немного жаль свое здоровье.
Проклятый замер, определяя направление незнакомого голоса и отступил от «осаждаемых ворот замка». Воин поднял свое перекошенное гаммой эмоций лицо. Он скалился и сипел, как бешеный пес, и слюна забрызгала губы и грязные волосы на лице.
- Ты кто такой, умник? – огрызнулся в ответ Винсент.
- Спустился и открыл мне эту сраную дверь по-хорошему! – зло выкрикнул воин, не пытаясь справиться с потряхиванием собственного тела.

- К тому же хозяйки нет дома, и вам все равно никто не откроет.
- Ты мне в уши не заливай! – рыкнул Винсент, прожигая между глаз юноши глубокую, тлеющую дыру.
- Она тебя использует, пацан!
- Вы ранены?
- Ранен стараниями этой гадюки! – выкрикнул Беда, пиная с силой створку и слыша, как треск магии усилился, именно так шипела змея, предупреждая о своем готовящемся нападении.
Но проход не собирался открываться, поэтому воин решил действовать иначе. Он направился в заднюю часть дома, заглядывая в окна и ища то, которое выходило из жилой части дома.
Вот и ведущая на второй этаж лестница показалась. Винсент оскалился и снял с пояса меч в ножнах, собираясь разнести стекло и залезть внутрь, как самый настоящий варвар и бандит.
- Если ее там нет, то я подожду внутри и пока повеселюсь от всей своей широкой души!

Отредактировано Винсент де Крориум (08.12.2021 21:19)

+2

5

Нет, никакие доводы на ломившегося в дом оборванца не действовали. Явно перепил – Элиас все больше приходил к этой мысли. Ну или головой сильно стукнулся – тоже имеющая право на жизнь догадка. Дед Афран как-то рассказывал, что один его приятель по молодости поскользнулся и приложился головой о край комода – пролежал без сознания несколько дней, а после нес чушь и своих не узнавал. Вот и тут бедолага мелет какую-то глупость и бьется в закрытые двери – точно головой повредился. 
Но при всем этом «бедолага», что упорно ломился сейчас в дом Скии, являлся вполне себе крупным кабанчиком, а безумный здоровенный верзила натворить может кучу бед, начиная с того, что самому Элиасу без всякого разрешения по щам навесит.
В общем в таком состоянии в дом чужака лучше было не пускать.
- Да не могу я открыть эту дверь, - попробовал его все же еще раз вразумить Элиас. – Вы же ее сами сломали! Теперь тут никто не зайдет и не выйдет!
Но слова его действия не возымели, или возымели, но совсем обратное. От входной двери оборванец все же отошел, но владения Скии покидать не собирался – пустился в обход дома, заглядывая в окна и ища как бы проникнуть внутрь по другому.
Да еще и меч с пояса снял.
Вот на меч Элиас сразу внимания не обратил и теперь понимал, что ситуация становится все хуже и хуже. Мало того, что в дом ломится псих, так еще и вооруженный! И пока этот псих шел внизу, ища любую лазейку, Элиас следил за ним сверху из окон, перебравшись в соседнюю комнату.
- Лучше подождите на улице, - твердо заявил он, когда заметил, что бродяга собирается вынести стекло, чтобы после забраться в окно. Ему может и будет весело громить все внутри, но Элиаса подобное вынужденное соседство пугало до мурашек. С психом в одном доме сидеть? Ну уж нет.
Он перегнулся черед подоконник, плетя заклинание. Если уж когда-то мог направить ветер в паруса огромного корабля, то что стоило сдуть с ног какого-то оборванца? Против ветра даже меч не поможет.
Потоки воздуха вились вокруг бродяги, поднимая с земли прошлогоднюю листву, мелкие камни, щепки и капли воды из ближайшей дворовой лужи. Ветер усиливался до тех пор, пока не закружил его воронкой и не уволок от дома, приложив спиной о каменный забор. Затем стих, словно его и не бывало.
- Эй, я не дам портить чужую собственность! – предупредил Элиас, присев на подоконник. – Я здесь тоже, между прочим, живу.
За прошедшие недели он и впрямь уже стал считать дом своим – он тут сколько времени все прибирал, выносил накопленный хлам, старался придать комнатам более-менее жилой и комфортный вид после того завала и заброшенности, что устроила Ския, так что совсем не хотел, чтобы некто внезапно ввалился и все заново разнес.
- Так что лучше уходите. Или ждите во дворе. Я все равно не пущу внутрь без разрешения хозяйки, а ее пока что нет, - настроен Элиас был решительно. Он поднял руку, собирая вокруг пальцев ветер и готовясь сдуть бродягу еще раз, если тот снова попробует пробиться к окну. – И никакая госпожа Ския не гадюка! И никого не использует. Она мне жизнь спасла, хоть могла бы плюнуть и пройти мимо. 
А еще подарила свободу.
И дом. И работу.
Как он вообще мог ее в чем-то обвинять?!
- Обзовете ее еще раз, я вам мозги вышибу, - Элиас нахмурился и мстительно поджал губы. С мозгами он, конечно, переборщил – держать на расстоянии от дома бродягу он мог сколько угодно, но убивать его даже в планах не было.
Но ведь надо же было хоть как-то припугнуть!

Отредактировано Элиас (11.12.2021 14:18)

+2

6

В те моменты, когда Винсент перепивал, напивался в зюзю, до зеленого змия и поросячьего визга, он становился совершенно не таким, как сейчас. Каждая его застарелая, зажатая тисками проклятия и тяжелыми мыслями клетка тела размякала, и голова благостно пустела. И кулаки начинали чесаться только в те моменты, когда на него наезжали, но и в такие секунды голова воина была совершенно пустой. И все было весело и задорно, но, возможно, так было только для Беды и не для его оппонентов.
А сколько раз Винсент прикладывался головой о разнообразные предметы разной степени остроты можно было не пересчитать и за всю обычную, человеческую жизнь.

- Да не могу я открыть эту дверь.
- «Не, меня не проведешь, пацан.» - едко подумал Беда, не собирающийся прислушиваться ни к словам незнакомца, ни к собственному голосу разума. С последним у воина тем более были проблемы и разногласия слишком давно.
- Лучше подождите на улице.
Винсент понял что происходит не сразу, неожиданно окрепший ветер подхватил бродягу и с силой поднял в воздух. Проклятый готов был отдать зуб, что обычные порывы воздуха так не могли.
- Эй, я не дам портить чужую собственность!
- Щенок, так ты еще и магией балуешься! – выкрикнул в ответ проклятый, перекрикивая свист ветра в полете и пытаясь в последний момент зацепиться за землю.
Приложился Винсент о забор не больно и не такое бывало терпеть, но совершенно обидно. На голову посыпался песок и мелкие камешки, неприятно попадая в покрасневший глаз. Беда моментально завозился на земле, подскакивая на ноги.
Его это все только больше злило, заставляя вены очерчиваться под кожей сильнее на морде и шее.
- Я здесь тоже, между прочим, живу.
- Неужели она пустила тебя к себе? Смотри, она вот-вот сварит из тебя суп! – выкрикнул Беда, сплевывая на землю и оценивая свои шансы при открывшихся магических обстоятельствах.
- И не подавится! – продолжил Винсент, бешено ворочая глазами.

- Я все равно не пущу внутрь без разрешения хозяйки, а ее пока что нет.
- А я у тебя разрешения, щенок, и не спрашиваю! – огрызнулся проклятый, скаля зубы.
- Она мне жизнь спасла, хоть могла бы плюнуть и пройти мимо.
- Я ей тоже жизнь спасал, но это не остановило ее от подлости! – выкрикнул Винсент, наконец соображая, что делать дальше.

- Обзовете ее еще раз, я вам мозги вышибу.
- Или я тебе! – ответил воин и неожиданно замахнулся. Подобранный с земли крупный камень со свистом взлетел в воздух, направляясь ровно в голову юноши в окне на втором этаже. За ним полетел второй и третий – Винсент меткость свою не пропил, как ни старался.
Беда коротко свистнул и направился к главному входу, но в него он и не собирался врываться больше. На звук отозвался конь, оставленный на площади, и Винсент запрыгнул на него – подымит ли магический ветер всадника на скакуне. И станет ли этот юноша наносить вред животному. Более того ему необходимо было для контрудара перебежать из комнаты в комнату.
Винсент направил коня к стене дома и окну, выходящему из приемной. Несколько быстрых мгновений, прыжок и стекло окна встречает его без радости, но как есть.
Бьется окно с шумом, распадаясь на осколки. Но последние не разлетаются в разные стороны брызгами воды - каждый осколок впивается в тело и одежду вероломного варвара, продолжая защищать жилище черной волшебницы до последнего.
О, вот это больше чем неприятно, приятель, это чертовски больно.

Отредактировано Винсент де Крориум (13.12.2021 03:21)

+2

7

Как и подозревал Элис, договориться миром с бродягой не получилось, слишком уж тот был зол не некромантку и уперт в своих убеждениях. Интересно, почему? В городе ее все же уважали, немного боялись, но заискивали, чтобы полечила. Элиас не мог припомнить никого, кто бы так вот пытался вломиться в дом – с ором, руганью, круша все на своем пути.
И мало того, что с ором, так еще и с камнями. Как дите малое! Разве стал бы взрослый мужчина камни в окна запускать? Несерьезно все это выглядело, по мнению Элиаса… Но бродяге было все равно, так что пришлось тратить магию, чтобы отбить метко брошенные им камни. Не отбил бы – угодили бы прямиком в лоб, а если бы отклонился - в оконную створку. Может мужик и был пьян и неадекватен, но меткости ему было не занимать даже в подпитом состоянии. 
И хорошо, что стекла все же не побились!
Элиас порадовался этому факту, но недолго. Дебошир поднялся на ноги и поспешил обратно к главному входу с таким деловым видом, словно снова решил в дверь побиться.
Или гадость задумал.
Элиас бы не удивился ни первому, ни второму, а потому сначала высунулся было в окно:
- Эй, и куда мы там идем? - а затем перешел обратно в библиотеку, чтобы видеть вход.
Вот только на этот раз бродяга его перехитрил, подозвал лошадь и рванул к дому уже на ней. Да так браво и споро, что на мгновение могло показаться, словно прямо на лошади в окно и въедет!
- Зараза, - выругался вслух Элиас и, бросив свой пункт наблюдения, рванул к лестнице, что вела вниз, на ходу думая, как бы этого навязчивого мужика сдуть подальше от дома вместе с конем. Или хотя бы с коня!
Но он опоздал. Стоило шагнуть на деревянные лестничные ступени, как снизу раздался громкий звон разбитых стекол – нарушитель все-таки ввалился в дом, выбив окно своим собственным телом. И хорошо еще что без коня!
Элиас на мгновение замер на лестнице, замешкавшись и не зная, что предпринять. Воздушную магию на незнакомца он теперь обрушить не мог – это ж он по пути таким образом половину дома вынесет! Из оружия у него был разве что нож, но что делать с ножом против меча? А мечом пришлый бандит орудовать умел – Элиас по его выправке это уже заметил. Оставалось единственное – вырубить бандита, пока тот не расчухался и не поднялся с пола.
И пожертвовать чем-то малым… Ну, к примеру, вот той напольной вазой, что стояла ради украшения возле лестницы.
Вазу Элиас подхватил легко и быстро – особо думать ему вообще было некогда. И в следующее мгновение обрушил ее на голову нарушителя чужой собственности:
- Извини.
План был донельзя прост: вырубить, связать. И оставить в таком виде дожидаться хозяйку дома – пусть дальше Ския сама с ним разбирается. Если надо стражу вызывает, отрабатывать выбитые стекла заставляет или развязывает и отпускает с миром на все четыре стороны. 
Единственное, что не пришло в голову Элиасу, что ваза может быть довольно ценной штукой.
Возможно, даже старинной.
Редкой или памятной.
Для него она была меньшим злом и меньшей потерей: если ею не пожертвовать, то бродяга тут половину дома может разнести, а значит, пострадает не только ваза, но и множество других вещей.
А возможно еще и собственные здоровье и жизнь.

+2

8

Договориться миром, ха - это как было в понимании бывшего раба? Понятие «мира» было настолько разносторонним и многогранным, что под него подходили: и мир, вырванный путем сотен повешенных и замученных тел; и мир, полученный от полного бездействия.
Так какого мира желал именно ты, приятель, не знающий что такое свобода на самом деле во всех ее проявлениях, гранях и остротах?
Винсент ни боялся, ни заискивал перед черной волшебницей. Он воспринимал ее опасной смертельной змеей, которую нужно было выпускать из мешка только ровно в лицо собственного врага. В противном случае можно было легко угодить под острые полые зубы самому. И до этого момента воину это делать удавалось, по крайней мере он так размышлял.
Но что пошло не так, к чему была эта подлость, устроенная бывшей баронессой; в отместку за бессмертие ли? Вопросы жалящим роем кололи проклятому затылок и злили его еще больше, и как он выглядел в глазах чужих было последним делом. Как и попорченное чужое имущество – это были всего лишь вещи, и в долгосрочной перспективе они значили ровным счетом ничего.
Прекрасные и сильные цивилизации превращались в ничто, их великолепные города становились мрачными кладбищами былой славы или распадались до каменного песка совсем. И только человеческие ноги из поколения в поколение продолжали топтать эту землю. Вещам придавалось слишком много значения, в особенности золотым.

- Эй, и куда мы там идем?
- К победе, бля! – выкрикнул Винсент зло, не поворачиваясь к крикливому незнакомцу. С этим лозунгом проклятый, кажется, шел по своей жизни – сплошная, плохая шутка, ей богу.
Конь, как самый умный из собравшихся, поспешил отскочить без седока от здания, прижимаясь боком к каменному забору и прижимая уши. Ну и правильно, приятель!

А напольная ваза манила взять ее в руки, блестела эмалью, она казалась совершенно подходящей для всего этого. И имела ценность, известную только самой черной волшебнице.
- Извини.
Извиняться было странно в данной ситуации, но глубоко поразмыслить над этим Винсент не успел. Предмет интерьера опустился на его голову звонкими осколками (и прахом ли?), выбивая из глаз сноп разноцветных искр и вбивая в голову и шею имеющиеся осколки от стекла еще глубже.
Кровь закапала на пол, попала на ноги бывшего раба. И воин затих, но только на мгновение.
- Ща как извиню! – взревел Винсент, вытягивая в осколках руки по направлению к юноше. И сразу же потянул резко на себя, заставляя принять горизонтальное нежеланное положение.
Завязалась потасовка на полу. Беда, сверкая осколками в коже, как мадам своими украшениями на важном приеме, навалился на незнакомца. И сразу же нанес скользящий удар под дых, вскочил на ноги, потянул на себя бывшего раба и принялся «танцевать» с ним по комнате, снося все на своем пути и махая кулаками.
В какой-то момент проклятый не заметил высокого шкафа и врезался в него сам, мебель задрожала. И с самого верха, покачнувшись, свалился круглый тяжелый серо-белый шар.
И пришелся этот гадальный инструмент ровно на и так поврежденную голову Винсента.
Это было больно и чертовски неудачно. Беда замер и моментально обмяк, под конец зацепившись пальцами за мебель. И та под тяжестью воина жалостливо скрипнула и повалилась на него, сбрасывая разные приспособления и книги на пол. Звон разбивающихся предметов разнесся по дому. 
Не предугадал, приятель! Но у юноши появился шанс спасти остальную часть дома от разрушения, которую вызывал шторм по имени «Потасовщик фигов». Правда, времени на все про все у бывшего раба было совсем ничего.

Отредактировано Винсент де Крориум (17.12.2021 03:29)

+2

9

Это был какой-то совсем неправильный бродяга! Вот нет бы ему вырубиться от удара по голове, так нет ведь, он даже не подумал это сделать! Вместо того, чтобы смирно растянуться на полу, он вцепился в своего обидчика и дернул его на себя. Последнего Элиас никак не ожидал – бил он мужика вазой со всей силы, чтобы как раз последнего не допустить, но просчитался, а потому тоже растянулся на полу, перемазавшись в чужой крови, да еще и огреб люлей от своего противника.
Элиас прекрасно знал, что в рукопашной схватке ему не выстоять – он воином не был, хоть теоретически и знал, куда бить, да и в весовой категории явно проигрывал. От удара под дых перехватило дыхание, сознание спуталось от боли, и он сам не понял, как снова очутился на ногах – отбивался уже чисто машинально, боясь, что может и вовсе в этой драке не выжить.
И, возможно, так бы все и случилось, не врежься они с бродягой в один из шкафов. И не скатись откуда-то сверху этого шкафа массивный гадальный шар… прямиком на голову нападавшего дебошира. Тот окосел, обмяк и завалился на пол, выпустив из хватки Элиаса и попутно попытавшись ухватиться за шкаф, тем самым обрушив на себя этот шкаф сверху вместе со всеми вещами, что там хранились.
Элиас успел отскочить назад достаточно далеко, чтобы его не задело рухнувшей мебелью и на несколько секунд выжидающе замер, прикидывая прибило там его противника насмерть, или тот как ни в чем ни бывало сейчас снова вылезет и бросится в драку.
Но тот не вылезал. И Элиас, подхватив с пола шнур, которым Ския перевязывала тяжелые темные шторы, осторожно подошел к шкафу.
- Ты там жив? – он вытер тыльной стороной ладони стекавшую из носа струйку крови и склонился ниже. – Послушай, я правда не хочу начинать свою новую жизнь с чьей-то смерти.
Даже если виноват в ней косвенно.
Реальным-то виновником был все же шкаф, которым бродягу припечатало!
Но ответа не последовало, и Элиас, покрепче ухватившись за деревянную стенку, приподнял шкаф и сдвинул его в сторону, освобождая своего противника, заваленного книгами, безделушками, что некогда украшали полки, разбитыми флаконами и лепестками засушенных цветов, хранившихся в шкафу ради красоты.
Бродяга что-то пробурчал и зашевелился, приходя в себя, и в этот раз следовало поспешить – Элиас присел рядом, откинув книги, и ловко стянул запястья нападавшего плетеным шнуром. Уж что-что, а узлы он вязать умел хорошо.
А после этого отопнул подальше меч, отошел чуть в сторону сам и присел на корточки:
- Что бы ни произошло у тебя с госпожой Скией, теперь я даже предположить боюсь, что она с тобой сделает после всего этого погрома… Что у вас действительно-то произошло? - раз уж мужчина был настолько зол, то и причина для оправдания его действий должна была быть достаточно весомой. - Наверное, лучшим вариантом будет, если я вызову стражу, и тебя арестуют… Только не вздумай окочуриться прямо здесь.
Выглядел дебошир как-то очень уж плохо. И по чести, Элиас на его месте, наверное, умер бы уже раза два-три точно, так что с этим тоже надо было что-то делать, чтобы не объяснять тем же стражникам и Ские, откуда в доме труп.
– Если будешь вести себя тихо, я тебе голову перевяжу... – предложить-то Элиас это предложил, но не особо рассчитывал, что к его словам прислушаются – до сих пор бродяга их игнорировал, так что вполне мог предпочесть истечь кровью или помереть от кровоизлияния в мозг, если снова попытается освободиться и начнет махать кулаками.

Отредактировано Элиас (19.12.2021 15:59)

+2

10

Проклятый, закаленный в тысячи боях воин и толстый, плетеный шнур для интерьера – ха, достойные противники!

- Ты там жив?
Живее всех живых, несмотря на потребность подыхать, как собака, и возрождаться ни с чем, как младенец. Но ответа естественно не последовало – окосел Беда знатно от круглого, тяжелого гадального шара, который должен был по идее предсказать и это. Поэтому тишина была ответом пацану и позывом к действию.
Вот черная волшебница тебя похвалит за смекалку, юный приятель. Нет конечно!

- Что бы ни произошло у тебя с госпожой Скией, теперь я даже предположить боюсь, что она с тобой сделает после всего этого погрома… Что у вас действительно-то произошло?
- Она мне еще должна осталась после этого погрома! – сипло, тяжело произнес Винсент, поднимая гудящую голову и медленно проверяя свои путы за спиной. Чертовски крепко, силы разорвать шнур не было. Беда был бессмертным, а не всесильным.
- Наверное, лучшим вариантом будет, если я вызову стражу, и тебя арестуют… Только не вздумай окочуриться прямо здесь.
- Скорее запрут за решетку тебя, пацан, чем меня. – Беда зашевелился, подхватил оставшимися зубами длинную грязно-серую цепочку и вытащил кулон наружу. На нем болтался знак ордена белого меча. И он в городе встречался часто. - …но если ты скучаешь по мокрой соломе и каше, вперед.
– Если будешь вести себя тихо, я тебе голову перевяжу...
Того порыва злости и ярости у проклятого, который был снаружи, не осталось, кажется, он понимал свое положение или ему на пользу пошла эта потасовка. И все что ему оставалось это тихо скалить зубы и корчить морду.

Потасовщик заморгал, пытаясь прочистить глаз от крови, которая задорно потекла вниз из рассечённой шаром раны. Не получилось, И Винсент прижал морду к раскрывшейся под ним книги, в стремлении вытереть кровь и пачкая страницы. На обложке было написано «зельеварине, том 2».
- …он пылко обнял ее загорелыми, сильными руками, и внизу живота она ощутила скручивающийся прилив тепла, доселе ей неизвестный… это, бля, что за чухня? – медленно прочитал Беда, зависая над книжкой, и после поднял выпученные глаза на бывшего раба. Винсент замер, шестеренки его мозгов скрежетали, но они все еще РАБОТАЛИ!

Отредактировано Винсент де Крориум (24.12.2021 19:30)

+2

11

Кулон бродяги несколько обескуражил Элиаса. Он видел такие в городе, а когда поинтересовался у Скии, что обозначает знак, то получил ответ, что это знак Ордена Белого Меча. А Орден, в свою очередь, отвечает за правопорядок.
Но тогда получалось, что человек, который должен был блюсти закон и бороться с преступностью, сам вломился в чужой дом, разнося чужую собственность вдребезги!
В голове Элиаса одно с другим не сочеталось никак.
- Госпожа Ския говорила мне, что обозначает этот кулон, но с чего мне верить, что он твой? – развел руками Элиас. – Спер где-нибудь. Для рыцаря у тебя слишком замызганный вид, да и разве стал бы служитель закона вламываться в дом, ломая все на своем пути? Не-а, не верю я тебе. Обычный местный грабитель. Ну может не совсем обычный – бывший военный, к примеру. А может ты даже был в этом Ордене, но тебя оттуда выперли за пьянство и такие вот выходки, типа сегодняшней. И перевязать тебя все же надо…
Кровь ручейком стекала из раны на голове, и бродяга сунулся лицом в раскрытую книгу, что выпала из шкафа и сейчас лежала рядом на полу, чтобы вытереться.   
— …он пылко обнял ее загорелыми, сильными руками, и внизу живота она ощутила скручивающийся прилив тепла, доселе ей неизвестный… - прочитал он одну из строк. - Это, бля, что за чухня?
- Это… - Элиас тоже склонился рядом. Явно не «Зельеварение». Он перевернул книгу на заглавную страницу, читая название, сильно отличавшееся от того, что было на обложке. – «Несравненная Анжелика». Мм-м… Это, наверное, роман, который госпожа Ския читает. Вернее, читала. У нее много таких, но про приключения интереснее… - признался он. – И теперь ты вывозил все в крови… Как она читать будет?
Тут до Элиаса дошло, что бродяга-то еще и читающий, значит, явно не обычный простолюдин и какое-то образование получил. И видимо, допился, раз так плохо сейчас выглядит. Вариант, что его выгнали из Ордена, становился очень даже реалистичным.
- Полежи здесь тихонько, а я принесу тебе рану обработать, - решил все же Элиас. Он же хотел быть добропорядочным жителем Галатеи? Хотел. Но развязывать своего пленника не спешил – пусть этим Ския занимается. Если мужик, и впрямь из Ордена, пусть даже был там когда-то, а не сейчас, то бросать его с разбитой головой точно не стоило, а связанным может немного и полежать. – Не вздумай упрыгать куда-нибудь со связанными руками. Хуже себе сделаешь… Помрешь еще.
Элиас подумал немного и все же подошел к окну, снимая с уцелевшей шторы еще один шнур. Упрыгает ведь, как пить дать! Шустрый слишком. И еще что-нибудь по пути разнесет.
- Я совсем ненадолго отойду, - он стянул бродяге шнуром еще и ноги. – Я несколько лет на корабле плавал, узлы вязать меня научили, - похвастался, не удержавшись. – Так просто не развяжешь.
Ну да, вот хоть что-то полезное из этих плаваний Элиас все же для себя вынес.
Он дошел уж было до двери, ведущей в кухню, но остановился на пороге:
- Госпожа Ския много денег тебе должна? – недавние слова бродяги вспомнились сами собой. Некромантка не была бедной женщиной, деньги у нее водились, иногда и немалые, но если этот человек, говорил, что и после разгромленного добра она ему все еще должна, так сколько же она могла занять?
Или украсть?
Да откуда у него вообще могут быть деньги?!

- Ладно, почитай пока Анжелику, - посоветовал Элиас своему пленнику. - Я быстро, - и бегом бросился на кухню за водой, бинтами и зельями.

+2

12

Правопорядок и Потасовщик – как два магнита с одинаковыми полюсами, надоевшие один одному по самые яйца. Бывшая баронесса могла это подтвердить. От рыцаря в сияющих доспехах и на бравом коне от проклятого осталось мало, по крайней мере внешне. Все это ему ой как остервенело, в особенности расшаркивания и ТАНЦЫ! О, воин мечтал смачно наступить на белые ноги и не раз, и отдавить их к псам подзаборным. Жаль в тот далекий раз он просвистел с такой возможностью.
Но первая и вторая, и третья волны гнева пообтесались, перемещаясь во внутрь. Прочные узлы были в том числе тому причиной, хей хоп.

- Госпожа Ския говорила мне, что обозначает этот кулон, но с чего мне верить, что он твой?
- Ну ты всегда можешь проверить, пацан, ставку делать будешь? Не за бесплатно естественно. – огрызнулся-осклабился Винсент, замечая настороженность юноши и наличие у него какой-никакой, но головы на плечах. Шестеренки со всей мощи и с жутким скрипом в мозгу крутились не только у воина, оценивая происходящее. 
И где черная волшебница такого нашла-то?

- «Несравненная Анжелика».
- Что ты только что сказал, у нее их навалом? – не веря своим ушам сипло произнес Винсент. Его глаза все ширились, стремясь выскочить, как пробки. И он неожиданно замер в неудобной позе на полу, головой наверх.
Но только на секунду. И после принялся гоготать, как стая гусей.
- Не-несравнен-ная Анже-же-лика! – и продолжил отрываться по полной, отпуская нечленораздельные грязные слова и стараясь не задохнуться от приступа веселья.
- А скромной Матильды у нее нет? Ей не помешает зачитать ее до дыр! – воин выдумал название, широко раскрывая пасть и продолжая ржать.
Теперь внимание Потасовщика было всецело поглощено открытием на миллион золотых монет!
- Полежи здесь тихонько, а я принесу тебе рану обработать.
- Боюсь что-что сейчас пупок развяжется! – он продолжал сильно гоготать, не способный справиться со спазмами живота.
- И мои кишки заговнят все ее будоражащие низ-низ живота книги-и! – комедия, высшая степень несуразности. Но настроение Винсента молниеносно изменилось, он нашел возможность сладко, нет, приторно сладко отомстить! Царапины, раны и перебитые, ничего так и не понявшие разбойники – все отошло на десятый план.

- Не вздумай упрыгать куда-нибудь со связанными руками. Хуже себе сделаешь… Помрешь еще.
- Не упрыгаю, пацан, ты только страницу переверни! – взмолился Винсент, скалясь во весь рот и подползая к раскрытой книге. Ноги свои он позволил зашнуровать без сопротивления, это все было не важно, ха.

- Госпожа Ския много денег тебе должна?
- Не в деньгах, пацан, дело, а в пренебрежении и использовании. – коротко и неожиданно отозвался Беда, отпуская изо рта несколько страниц, которые пытался перевернуть. Глаз от строчек Потасовщик так и не оторвал.
- Но это теперь не важно. – Винсент гоготнул, не веря своим глазам и не понимая с какой целью незнакомец выдал все, как на исповеди. Не видел в этом ничего плохого? Тогда откуда он свалился и что он знал о некромантке на самом деле.
О, нет, не до этого сейчас! Анжелика горела и звала, ха.

Отредактировано Винсент де Крориум (28.12.2021 03:02)

+2

13

Элиас вздохнул и вернулся к своему пленнику. Перевернул ему страницу книги, как просил. Раз уж так ему эта Анжелка нравится, то разве жалко? Пусть читает, а пока читает, хоть лежит спокойно. Надо ж как его книжка про постоянно ныряющих в постель к мужикам голых баб увлекла! Элиаса бы тоже, наверное, увлекла, будь там картинок побольше, а то так после каждых десяти страниц повторение и ахов-вздохов явный перебор. Скучно, в общем, читать – с картинками, может, веселее бы пошло.
А пока бродяга читал, Элиас сбегал на кухню, налил в таз воды, прихватил бинты и кровоостанавливающее и вернулся обратно. Торопился, как мог, боясь, что пленник как-нибудь освободится, или даже связанным еще что-нибудь порушит. Но тот никуда не сбежал – читал. Ржал правда не хуже коня, - видимо, так забавно было ему узнавать, как Анжелика перекочевывала из одной постели в другую.
- Не надоело? – Элиас пристроил таз с водой рядом с бродягой. Ну не получалось у него представить этого грязного и пьяного мужика в виде доблестного рыцаря Ордена Белого Меча, что бы он там ни говорил! – Тогда читай пока, - он перелистнул ему еще одну страницу (зубами же совсем неудобно), а сам намочил в воде чистую тряпицу и принялся смывать кровь у него со лба и волос, чтобы рассмотреть, что там за рана получилась.
И на деле, все оказалось не так страшно, как выглядело. Магический шар вдарил бродягу ровно по темечку, – шишка вспухла знатная, - но порез образовался не от него, а, скорее от сломавшейся полки. Да и порез бы неглубоким, просто кровоточил сильно. В общем, умереть бродяге от шара для предсказаний и рухнувшего шкафа явно было не суждено.
- Рана неглубокая, если зашить – стежка три будет. А на шишку что-нибудь холодное положить надо, - вынес свой вердикт Элиас, берясь за нож. – Ну это волосы немного сбрить, - пояснил он насторожившемуся пленнику, - иначе что я там зашью? Не видно же нихрена. 
Он и правда сбрил немного – только вокруг раны. Промыл ее, смочил кровоостанавливающим, наложил стежки и забинтовал. Затем сбегал на кухню, спустился в подвал и вернулся с ощипанной куриной тушкой, которую тут же пристроил бродяге на голову – прямиком на шишку.
- Холоднее ничего нет, а замораживать воду я не умею, - объяснил он, оставив пленника лежать на полу с «Анжеликой» под носом и курицей на голове. – Побудь так, пока госпожа Ския не вернется, а я пока что приберу все, что ты разломать успел. Скоро еще наша кухарка придет с рынка – вообще испугается.
Он отошел в сторону и осмотрелся, оценивая убытки. Получалось, что прибираться ему тут не один час придется. А еще ведь ломаный шкаф и выбитое окно…
В общем, отпускать «господина рыцаря» точно было нельзя – ему еще все оплачивать. А то, что бродяга сам пугал наказанием от Ордена, то тут Элиас волновался мало. Даже если так, то он ему шкаф поднял? Поднял. Рану обработал? Обработал. Вон даже курицу пожертвовал. Получается, почти жизнь спас! Так что теперь бродяга ему, Элиасу, еще и обязан остался за доброту и помощь, а не наоборот.

+2

14

Незнакомый пацан неожиданно шел на контакт и казался самым искренним и правильным человеком. Обычно это означало, что стоило внимательнее поискать скелеты под полом, под кроватью и в прочих щелях. Но сейчас было не до этого. Винсент готов был ровно отреагировать на вынесенный нож вместо бинтов, которым юноша по-мясницки рассчитывал перерезать горло воину.
В любом случае это было не в первой, приятель.

Винсент часто имел дело с бумагами, бланками, прошениями и разъяснениями, и никогда не читал женской литературы, как в прочем и не военной. Все это казалось ему в новинку и кошмарно забавным. Воин никак не мог взять в толк зачем о таком писать, проще и приятнее было заняться этим в реальности с женой, шлюхой или желающей пощекотать себе зад барышней. И Беда определенно точно знал, что у прекрасного пола проблем с этим тоже не было, кроме всеобщего порицания, конечно же.
Но это была не простая женщина, страшная и пугающая черная волшебница. И из-за этого стандартная ситуация становилась совершенно нестандартной.
- Не надоело?
- Нет, ты, точнее владелица этой книги, для меня новый мир открыли. – произнес Винсент, отводя взгляд от написанного и продолжая размышлять о том, как сюда могла попасть эта книга и стопка еще таких же.
Закрытость и робкое, душимое желание превратиться в кого-то иного по волшебству пусть и ненадолго, например, до полуночи - вот что, приятель.

- Тогда читай пока.
- Она прыгнула в его объятия, как птица в силки, не способная больше терпеть их телесную разлуку, как только он вошел… – прочитал Беда и остановился. - …в ее покои.
- Что это еще такое «телесная разлука»? – спросил Винсент, не обращая никакого внимания на прикосновения к ране и полившуюся по морде воду, он поднял темные глаза на юношу. Окрашенная кровью вода закапала в том числе и на страницы, принимаясь пожирать своим телом текст и разъедать вульгарность и пошлость.

- Ну это волосы немного сбрить, иначе что я там зашью? Не видно же нихрена.
- Делай с волосами как считаешь нужным. – коротко отозвался Беда, выражая все свое наплевательское отношение к незапланированной стрижке. Ведь воин внутри себя прекрасно знал, что отрасти они не поспеют – он откинет копыта намного раньше и все повторится «как в старь».
Винсент тихо, теперь без гоготания и с кучей мыслей, не нарушая спокойного дыхания читал книгу, пока незнакомец занимался его головой. И Беда ни разу не поморщился, когда кривая иголка протыкала его кожу и стягивала между собой куски кожи. К телесной боли столетний воин относился как к старому приятелю и знал, что рано или поздно она пройдет. В отличии от боли истязаемого, наполненного черным пламенем разума – эта штука ныла, щипала, тянула и крутила всегда, и привыкнуть к ней, затупить было просто не по силам Винсента.
- Холоднее ничего нет, а замораживать воду я не умею.
- Вот это сейчас был перебор, пацан! – изрыгнул Беда, скидывая тушку со своей головы и перекашивая морду.
- Мне эта курица как мертвому припарка! – продолжил ругаться Винсент, но быстро остыл.

- Побудь так, пока госпожа Ския не вернется, а я пока что приберу все, что ты разломать успел.
- Не, почитай мне, иначе я свалю нахер. – произнес воин, неожиданно поднимаясь на колени.
- И тогда обвинить тебе будет некого, и она тебя сварит с овощами и этой тушкой. - своим телом Беда владел мастерски, этого было не отнять. После он сильным рывком-подпрыгиванием поднялся все еще связанный на ноги и попрыгал к креслу возле камина, пошатываясь и находя баланс.
- Ты идешь, книжку не забудь.
О, приятель, ножей много не бывает, в особенности в неожиданному плену. И складной все еще оставался спрятанным при проклятом.
И к большому разочарованию юноши жизнь-то он Винсенту не спас и при всем своем желании не смог бы. Жизнь Потасовщика была в руках совершенно иных людей, если язык мог повернуться назвать их так.

Отредактировано Винсент де Крориум (07.01.2022 01:41)

+2

15

— Что это еще такое «телесная разлука»? – интересовался бродяга, пока Элиас обрабатывал ему рану.
- Не тискал ее давно никто, - по простецки объяснил Элиас. – В книгах всегда пишут, как покрасивее. Хочется девке обниматься. Всего лишь о своем мужике соскучилась.

Курица пленнику внезапно не понравилась (ой какие мы капризные!) – скинул ее и упрыгал связанным в кресло. Теперь еще и кресло испоганил – со всей уличной грязью в него плюхнулся!
Вот же зараза!
Но вел бродяга себя настолько уверено, словно являлся лучшим другом некромантки, и твердо знал, что она ему простит все выходки. Тогда почему же Ския его не упоминала за все прошедшие месяцы? Или упоминала?
И тут до Элиаса дошла простая истина – он же имени бродяги не знает, чтобы судить о том, насколько тот вхож в дом некромантки. Говорила она как-то про одного…
- Надеюсь имя у тебя есть, и это не великий секрет? – поинтересовался Элиас у своего пленника, бросив тушку курицы перед ним на маленький столик, чтобы на полу не валялась. – А то госпожа Ския как-то рассказывала об одном чокнутом рыцаре… - Элиас на мгновение задумался. Вроде бы и этот рыцарь, по его словам. Но совсем уж какой-то бешеный и неухоженный. Мог ли он быть тем самым? – По ее словам, он головой стукнутый, но безобидный.
А тут…
Элиас вновь окинул взглядом устроенный погром и вздохнул. Не, явно рыцарь там был другой.
И он бы может и почитал книжки, как бродяга просил, - это ж не работа, а ерунда! - но кто ж тогда прибирать все будет?
Если только совмещать.
Книга про Анжелику все еще лежала среди высыпавшихся из шкафа вещей. Часть страниц успела слипнуться от крови, и когда Элиас поднял роман с пола, то его пальцы тоже окрасились красным.
- Ладно, почитаю, - согласился он, перелистнув страницу. – «Алебастровая кожа прекрасной Анжелики покрылась мурашками, когда его мощный жезл проник в ее тайную пещерку», - произнес Элиас вслух.
Он услышал похрюкивание со стороны кресла и, оставив пленника переваривать прочитанное, принялся поднимать шкаф - хорошо еще, что тот был не слишком массивным, как стоящий рядом: упал бы соседний, голова бродяги раскололась бы непременно, да и одному соседний шкаф с пола было бы не поднять. А пока Элиас возился с рухнувшей мебелью, расставляя все по своим местам, книга болталась в воздухе, подвешенная магическим воздушным потоком.
- …она стонала, поглощенная неизведанной ранее страстью, и кусала темно-красные, как черешня, губы, пока он уверенно двигался, погружаясь в нее все глубже и глубже…» - читал Элиас дальше, расставляя на полки все, что с них ранее свалилось.
Пещерки… погружения...
Не знал бы, что «Анжелика» - дамский роман, подумал бы, что про шахтеров!
У темных эльфов ему попадались подобные книжки, но там все было просто и своими именами, а в Галатее, видимо, мода была другой – чем больше прекрасных образов вставлено, тем моднее.

+2

16

- Что. Здесь. Происходит?!
О, когда Собирающая кости этого хотела, она умела двигаться очень и очень тихо.
Но, видит Луна, ради сохранения собственного разума было бы лучше, шуми она чуть больше и успей отвлечь этих двоих от увлекательного чтения...

Возвращалась Ския в прекрасном расположении духа - для нее это было редкостью. Она посещала "Золотую нить", заказывала себе новое парадное платье, и примерки и выкройки вновь мысленно возвращали ее в то благодушное время, когда она вообще не думала о том, где достать денег и что завтра надеть.
Но уже на подходе к собственному дому некромантка заметила неладное.
Во-первых, было выбито окно - чисто подметенный двор был усеян осколками стекла, ярко блестящими на солнце.
Во-вторых - и это она заметила даже раньше, чем окно - к забору нервно жался здоровенный конь. Весьма знакомый ей конь - именно это несчастное животное Ския возвращала в конюшни Ордена.
А значит, его хозяин...
Какого хрена он разбил мне окно?!
Медленно переполняясь праведным возмущением, Черная баронесса осторожно, не скрипнув ни единой доской, поднялась на крыльцо, вслушиваясь во все звуки, доносившиеся изнутри. Два голоса: Элиас и... Беда. Ну само собой.
Возмущение перешло в гнев. Ския толкнула дверь - и изумилась еще больше: та была заперта ее защитными чарами.
Да что за херня?!
Привычным жестом сняв чары, она бесшумно открыла дверь - и замерла на пороге.
Ее аккуратно убранные комнаты представляли собой сущий хаос: пол был щедро посыпан обломками стекла и фарфора, в воздухе кружилась пыль и мелкий серый пепел, повсюду летали выдранные страницы книг и ее записи и списки, скрупулезно составляемые на аптекарском столе. Кое-где на полу виднелись свежие, еще не высохшие пятна крови.
Убили кого?..
Она прошла еще несколько шагов - и окончательно застыла на месте, не зная, как реагировать на открывшуюся взору картину.

В ее любимом кресле, связанный по рукам и ногам длинным витым шнуром с позолотой, сидел Винсент, гогоча, как гусь по весне - окровавленный и грязный. На маленьком столе перед ним лежала сырая ощипанная курица. Элиас, растрепанный, с подбитой скулой и расквашенным носом, прилежно собирал рухнувший шкаф, параллельно зачитывая вслух из висевшей перед его носом книги:
- "...и вот, когда она уже готова была рухнуть в пучину наслаждений, и пронзавший ее клинок наполнился горячим, сжигающим ее изнутри светом..." - вдохновенно звенел голос ее ученика.
Всегда бледные щеки некромантки вспыхнули, а гнев превратился в подлинную ярость.
Они добрались до "Анжелики"! Сволочи!
- Клянусь, я сегодня кого-то убью... - прошипела некромантка, переводя взгляд с Элиаса на Винсента и обратно.

Отредактировано Ския (07.01.2022 23:21)

+2

17

- Не тискал ее давно никто. Всего лишь о своем мужике соскучилась.
- Так у нее на предыдущей странице был какой-то пират, гроза морей, который слишком большого о себе мнения. – кривясь в непонимании ответил Винсент, переваривая информацию. О, с простыми разъяснениями незнакомца стало намного понятнее. Неспокойная, взбалмошная особа, у которой все время чесалось и не только от желания. И от ее розовых нежных соскок тоже нужно было бежать куда глаза глядят. Потом ведь чесаться начнет не только у нее. Ох, этот противный, надоедающий зуд. 
Видать, приятель, черная волшебница не первый раз пытала юношу этими идиотскими рассказами. И именно поэтому он так легко находил ответы в нагромождении нелепых, неподходящих слов и НИКАК иначе.

Кем являлся Винсент для бывшей баронессы и почему он себя так вел – вопрос был на миллион монет. И воин иногда желал получить ответ во вред их сотрудничеству, но только иногда. Все-таки он еще находил в себе силы на то самое, зыбкое и шаткое под словом «вера», которое можно было проявить к поднимающей мертвецов.

- Надеюсь имя у тебя есть, и это не великий секрет?
- В обмен на твое. – коротко отозвался воин, пытаясь найти себе место в кресле с завязанными конечностями.
- Беда. – прямо и без секретов произнес Винсент, опираясь затылком о край кресла и выжидающе переводя взгляд на все еще незнакомца.
- По ее словам, он головой стукнутый, но безобидный.
- Она тебе соврала, но не во всем. – воин оскалился противно, изрыгая из глотки звуки похожие на бульканье варева.
- «Безобидный значит, неужели расслабилась или забыла, что моя сталь режет мясо, как масло.» - или это был признак той самой зыбкой, шаткой «веры». Кто же разберет эту чародейку, пес ее побрал.
- Продолжай со второй страницы, ну.

- Ладно, почитаю.
- Премного благодарен, молодец, правильное решение! – отозвался сразу Беда, продолжая гоготать с разной громкостью.
- Ха, пещерка, писака значительно приуменьшил. Небось там целый морской канал! – не отвесить такую себе шутку Винсент не смог. Тревожные мысли спрятались в глубины сознания, так как читал пацан еще веселее, чем это звучало в голове у воина. К его неожиданному удивлению, Беда понял, о чем пошла речь – о таком было трудно не догадаться.
Незнакомец принялся все-таки прибираться, видимо преисполнившись почтения к черной волшебнице или и, правда, боясь стать частью наваристого супа.
- Будет не весело получить тебе полкой по голове, придется тогда читать самому! – позвал Винсент, вытягивая шею и контролируя процесс.
- Возьмись повыше, ну!

- и кусала темно-красные, как черешня, губы, пока он уверенно двигался, погружаясь в нее все глубже и глубже…
- черешни чего-то захотелось! – проквакал Беда со своего места, негромко гогоча и размазывая по морде скупую мужскую слезу плечом, когда юноша отвлекся от строчек, поднимая с пола целые и не очень предметы. Правда, пока их было слишком много и в комнате творился срач.

- Клянусь, я сегодня кого-то убью...
Винсент неожиданно подавился собственным гоготом и выгнулся в кресле, ноги его соскочили со второго кресла, и он поспешил вернуть их на их законное место.
- Кто эта женщина, ты ее знаешь? – обратился Потасовщик к помощнику и невольному соучастнику почти искренне.

И после, выждав несколько мгновений и реакции от пацана, он прямо и выжидающе посмотрел на вошедшую бывшую баронессу и рот его медленно растянулся. Темные глаза блестели очень нехорошо среди всего этого переполоха.
Безобидный значит, ха…
- О, подожди только с убийствами, пока у нас низ живота скрутит в сладострастный жгут и пещер-КА наполнится водой! – неожиданно выдал Беда, приподнимая густые брови. И после приветственно и издевательски помахал рукой, насколько позволял шнур.
Тебя поймали за потную ладошку на месте преступления, приятельница.
Естественно, чародейка растеряла все свое прекрасное расположение духа, но вот Винсент приобрел и еще какое! Ну и что, что здоровенный конь выдал его с потрохами заранее, от этого удовольствие было не меньше. Более того животное было хорошим, выносливым и правда крупным, способным таскать на себе много веса, пускать за это на мясо четвероногого приятеля Винсент не собирался. Не свалил и то прекрасно.
Беда пошевелился в кресле, подпрыгивая, как гусеница и пытаясь поменять положение – стать пальцами ближе к ножу, на всякий. Неожиданно ножка любимого кресла бывшей баронессы взвизгнула и к чертовой матери поломалась, запрокидываясь назад вместе с воином под его неожиданно вырвавшийся гогот.
Еще плюс один в копилку разрушений, приятель, сегодня ты в ударе!

+2

18

- Элиас, - пришлось представиться, раз уж бродяга хотел узнать его имя взамен своего.
Да и не скрывал Элиас то, как его зовут, не говорил разве что по Эльпиду, но южный акцент его все равно сдавал сам по себе.
- А «Беда» - это не имя, а прозвище, - добавил Элиас, когда бродяга наконец-то назвал себя. Для рыцаря, которым представился пленник чуть раньше, тем более. Ну как можно себе представить рыцаря с подобным именем? Хотя… с другой стороны имя-то говорящее. – Но в общем, - Элиас развел руками, намекая на разгромленную комнату, - «Беда» тебе соответствует. Фамилия случаем не Всекрушащий? Или Вклочьяразносящий? Совсем было бы шикарно!

Когда пришла Ския, шкаф был почти собран, даже магический шар Элиас затолкал обратно на верхнюю полку. Пленник, как и прежде, восседал к кресле, комментируя процесс уборки и похождения Анжелики, которые иногда Элиас зачитывал вслух - благодаря книге Беда не рвался сбежать и разнести еще что-нибудь на своем пути, так что прочитать для него пару страниц для ученика некромантки было совсем несложно.
Вот только Ския прокралась в комнату настолько тихо, что никто ее приход не заметил, пока она не заявила о себе сама.
— Клянусь, я сегодня кого-то убью...
Прозвучало это настолько неожиданно, что Элиас вздрогнул и рассыпал палочки для благовоний, которые до этого битый час собирал с пола, а книга о прекрасной Анжелике, уже не поддерживаемая заклинанием, шлепнулась на пол к его ногам.
- Госпожа Ския… - пробормотал он, чувствуя, как начинает краснеть до самых кончиков ушей. Почему-то читать лютый бред перед бродягой ему было не стыдно, а вот перед некроманткой очень даже да. Быть может потому что это была ее книга, а они над ней ржали? И Ския это явно слышала.
- Извините, - Элиас тихонько поддел злосчастную книгу ногой и запнул ее под шкаф от греха подальше.
— Кто эта женщина, ты ее знаешь? – выдал тем временем Беда.
И пока Элиас пытался понять шутит он или нет, продолжил:
- О, подожди только с убийствами, пока у нас низ живота скрутит в сладострастный жгут и пещер-КА наполнится водой! – бродяга завозился в кресле, меняя положение и каким-то образом умудряясь причинить убытки даже в связанном состоянии – ножка кресла подломилась, и он, гогоча, кувыркнулся на пол.
- Я не хотел пускать его в дом, - робко произнес, опешивший от всего происходящего Элиас. – Но он выбил окно и залез сюда сам… Очень хотел вас видеть, госпожа Ския, и совсем меня не слушал. Мебель разворотил… а после я его связал. Хотел было вызвать стражу, но он говорит, что из Ордена Белого Меча. И что вы ему что-то должны… Вот я и оставил его здесь до вашего прихода, чтобы вы сами решили, что с ним делать. Но он сидел спокойно только тогда, когда ему читали «Анжелику»… Я и не думал, что она ему так нравится – без нее рвался еще что-нибудь разрушить, якобы, в счет вашего долга.
Элиас постарался сократить свой рассказ, как мог, чтобы не обременять наставницу деталями и в то же время донести смысл происходящего.
- Вы его знаете? – уточнил он в конце своего монолога. – Он и впрямь рыцарь?
Элиас взглянул было на свалившегося на пол гогочущего пленника, но его взгляд выцепил еще и тушку курицы на столе. Вот ведь незадача! Объяснить, откуда она тут взялась, было сложнее, и он решил просто ничего не объяснять, а то придется рассказывать, что бродяга-рыцарь-Беда чуть не помер от удара магического шара и рухнувшего шкафа, а это было долго, да и звучало неправдоподобно.

+2

19

Ее появление произвело фурор: Элиас, вздрогнув, уронил и книгу, и благовония, а Потасовщик, прекратив ржать, замер в кресле. Связанным. И почему Элиас не вставил ему кляп?
— Госпожа Ския…
— Кто эта женщина, ты ее знаешь?
Еще и смеется, зараза...
— О, подожди только с убийствами, пока у нас низ живота скрутит в сладострастный жгут и пещер-КА наполнится водой!
- Что вы устроили в моем доме? - прошипела Ския, пытаясь не реагировать на его издевательский тон. Видит небо, это было сложно. Кончики ее пальцев налились угрожающей колдовской зеленью. Но прежде, чем она хоть что-то еще сказала, кресло под Винсентом с грохотом подломилось, и рыцарь тяжело повалился на пол, вновь взрываясь хохотом.
- Мое кресло!.. - охнула некромантка, борясь с желанием совершить убийство прямо сейчас и немедленно.
Положение спас Элиас. Ученик, виноватый, бледный, слегка подбитый, выглядел настолько извиняющимся, что Ския и вправду решила подождать с убийствами - по крайней мере, до тех пор, пока не услышит от него ответ.
- У тебя минута, чтобы все объяснить, - отчеканила колдунья, скрещивая руки на груди.
— Я не хотел пускать его в дом, но он выбил окно и залез сюда сам…
- Это на него похоже, - Ския метнула испепеляющий взгляд на хохочущего Винсента, пытавшегося подняться с перевернутого кресла.
- Очень хотел вас видеть, госпожа Ския, и совсем меня не слушал...
- Надо же, какое рвение! - в голосе некромантки слышался яд.
В ее голове постепенно начинала складываться картина. Легковоспламеняющийся гневом Беда попытался штурмовать ее дом, уверенный, что это у него получится без труда, но он никак не мог знать об Элиасе - сама некромантка рыцаря видела в последний раз несколько месяцев назад, после происшествия с Бланкой и, конечно, про ученика еще не рассказывала. Испуганный мальчишка защищал жилище, как умел - просто не подозревал, на что способен безумный рыцарь, отчаянно рвущийся к своей цели.
- И что вы ему что-то должны…
- Я?!
Ския обернулась к Винсенту, и только теперь заметила, что, несмотря на вульгарный хохот, настроен он вполне себе серьезно. В глубине темных глаз притаилась злость, но что ее вызвало...
Неужели ее последнее послание?
Но это была совсем несложная просьба... для такого-то, как Беда. Его это так сильно обозлило?
- Кажется, я начинаю понимать, - протянула Ския, дернув уголком рта. Винсент был покрыт кровью и, насколько она его знала - не своей.
Что ж, значит, банду Вершника он все же разнес. Одной проблемой меньше. А одной больше - кажется, это вправду его выбесило.
— Вы его знаете? Он и впрямь рыцарь? - Элиас растерянно вскинул на нее голубые глаза.
- О да, знаю. Позволь представить: Винсент де Крориум, господин Исполняющий Ордена Белого Меча, - тщательно проговаривая его титул, сообщила Ския. - А это Элиас, мой ученик и воспитанник. Элиас, можешь развязать господина Исполняющего...
Некромантка подвинула уцелевший стул и опустилась на него, закинув ногу на ногу.
- Так как там поживает Вершник? Или, вернее сказать, помирает?

Вершник был скользким и пронырливым типом, с недавних пор пытавшимся собирать с лавочек района некую "дань". Кого-то запугал, кого-то его ребята избили, кого-то и вовсе по кругу пустили - в назидание прочим. Платить ему Ския не собиралась. Она могла бы стереть его с лица земли и собственной силой, но, во-первых, он был осторожен, и нигде не ходил в одиночку, а в открытом бою против всей банды некромантка, при всех своих колдовских умениях, не выстояла бы.
А во-вторых - применять некромантию в центре Рон-дю-Буша, даже ради самообороны... Она все еще не сошла с ума для этого.
Ее послание, доставленное Винсенту на прошлой неделе, гласило, что некий Вершник, обосновавшийся в районе Красных Кирпичей, был поставщиком для их общего знакомого Некроманта, и не желает ли господин рыцарь потолковать с Вершником один на один?
О том, что Вершник понятия не имел о Некроманте, равно как и о том, сколько именно человек насчитывала его банда, Ския не сказала. О последнем - Луна свидетель! - даже точно и не знала.
Она знала, что Беда легко клюет на такого рода информацию, но даже не рассчитывала, что он в одиночку полезет разбираться со всей шайкой. Она думала заручиться его поддержкой и выкосить банду потихоньку, возможно, выманив куда-нибудь за пределы города. Или и вовсе прищучить силами Белого Меча. Но обратись она к Винсенту просто так, он, вероятно, поднял бы ее на смех - как сейчас гоготал над "Анжеликой": жуткая некромантка, способная одним движением поднять кладбище мертвецов, и не способна расправиться с какими-то отморозками...
В том и дело, что способна, но не в условиях города.

- Я-то думала, ты перед этим заглянешь сюда - по-человечески, через дверь и не разбирая на части мою мебель. И уж тем более не разрывая мои книги, даже если "Анжелика" вызвала в тебе такую бурю эмоций...

Отредактировано Ския (08.01.2022 18:26)

+2

20

- Элиас.
- И откуда ты такой красивый взялся? – спросил Винсент без большого интереса, но с внимательностью. Воин почесал шнуром зачесавшийся висок.
- А «Беда» — это не имя, а прозвище.
- В этой части мира прозвища говорят куда как громче, чем имена. – произнес Потасовщик, прищуриваясь.
- Имя, полученное при рождении, - это только начало. – Винсент мог перечислить по пальцам прекрасных, страшных, свирепых воинов, которые встречались у него на жизненном пути, как на его стороне, так и на противоположной. И порой прозвище было способно вселить кошмарный трепет и заставить намочить штаны, в особенности перед схваткой.
Но Беда не испытывал таких сильных чувств перед противником давно – столетняя жизнь притупила все. И только сама возможность в очередной раз откинуть копыта и сойти с ума – вызывали нечто крайне похожее и сильное.
- «Беда» тебе соответствует. Фамилия случаем не Всекрушащий? Или Вклочьяразносящий? Совсем было бы шикарно!
- Вот и до тебя дошло. – оскалился Винсент, показывая крепкие, желтоватые зубы, которые приходилось иногда пускать в бой вместо клинка когда потная рожа противника оказывалась рядом с его и они катались по земле, как черви.
- А фамилию можешь дать какую угодно, возможно, приживется.
Несмотря на ранее учиненный погром, Потасовщик свое отданное юноше слово не забирал. Пока последний читал, Винсент никуда и не собирался.
Не юли, приятель, ты и так никуда не собирался, ты засел во взятой «крепости» в ожидании королевы и владелицы.

- Извините. Я не хотел пускать его в дом.
- Никаких яиц. – выплюнул Беда негромко и закатил напоказ глаза, не способный наблюдать за зардевшимся знакомцем.
- В казарму тебя надо, а не пыль протирать! – громче произнес Винсент со своего места в горизонтальной плоскости.
- Я и не думал, что она ему так нравится – без нее рвался еще что-нибудь разрушить, якобы, в счет вашего долга.
- О, великолепное открытие в особенности в таком доме! – неприятно щерясь ответил Беда, совершенно не стесненный ни шнуром, ни поломанным креслом. И кровь, стремительно наполняющая голову в этом положении вниз головой, была не помехой.
– Интересно, что за книженцию я найду у тебя под твоей мокрой подушкой, а, страшная волшебница!

- Это на него похоже.
- Безобидные так не поступают! – встрял в разговор протестующе Винсент, все-таки сползая с побитого жизнью кресла и располагаясь на полу рядом со столиком с тушкой.
- О да, знаю. Позволь представить: Винсент де Крориум, господин Исполняющий Ордена Белого Меча.
- О, моя верная подруга, к чему эти титулы. – в голосе неожиданно прорезалась злость, которая вновь показалась изнутри. Нет, прочитанное о похождении героини из книжки ничего не поменяло.

- А это Элиас, мой ученик и воспитанник. Элиас, можешь развязать господина Исполняющего.
- Так в тебе больше благородства, чем в исполняющим! – выплюнул Беда, протягивая к воспитаннику перевязанные шнуром и немного посиневшие, покалеченные пальцы.
- Но видимо это распространяется только на юнцов! – Винсент перекосил морду.

- Так как там поживает Вершник? Или, вернее сказать, помирает?
- Вот сама съезди и посмотри! – опасно произнес воин, рывком поднимаясь на ноги.

- Я-то думала, ты перед этим заглянешь сюда — по-человечески, через дверь и не разбирая на части мою мебель.
- По-человечески, сука! – взревел Винсент, пиная со всей силы столик, на котором все еще покоилась тушка, и отправляя предметы в полет.
- Не понимаю зачем ты за нее, пацан, держишься! – обратился он к воспитаннику, не поворачивая головы. Сейчас воин готов был прожечь несколько огненных отверстий в черной волшебнице.
- Знаешь, у меня есть идиотская привычка оставлять парочку бандитов в живых! – продолжил Беда, нависая над присевшей чародейкой.
- И знаешь, когда одному из них отрезаешь пальцы поочередно, а он корчится, визжит как собака, то второй становится резко СЛИШКОМ разговорчивым! – Винсент перешел на низкий голос, поднимая покалеченные пальцы и начиная загибать их.
- Ты мне соврала, воспользовалась мной, как цепным псом! – изрыгнул воин, сжимая кулак, он ожидал «предательства». Вот и оно, много ждать не пришлось. Это было пустяком, но какое предательство могло последовать после.
- Они исключительно досаждали тебе, крышевали район. И все что тебе следовало это и правда по-человечески меня об этом попросить, сразу! А не писать вранье и небылицы! Твои враги, ставящие под угрозу нашу основную цель – мои враги, и НАОБОРОТ!
- Или я и этого не заслужил, а? – неожиданно сокрушенно выдохнул Винсент.
- Ты понимаешь с кем ты живешь, и что ты не больше, чем расходный материал. – обратился вновь Беда к Элиасу.
Потасовщик желал сорваться с места, покинуть это жилище и на этом поставить жирную точку. Но его на месте все еще держало нечто – наверное, осознание той самой «надежды», которую воин ощутил там, в городе мертвых за саванами иллюзий и когда все кончилось, тоже.
Но было ли на самом деле все это или Винсент вбил себе это в голову, обманул сам себя – это он надеялся понять в следующие мгновения по эмоциям черной волшебницы и по ее словам.
Но сколько стоили ее слова, приятель, сколько.

Отредактировано Винсент де Крориум (08.01.2022 21:15)

+2

21

На подколки Беды Элиас внимания не обратил. Как его только раньше не называли – он давно привык. Да и ни в какую казарму он не собирался – ему и в доме Скии было хорошо.
Но дальше…
Дальше оказалось, что Беда все же имеет имя, да еще и взаправду рыцарь. Элиас покосился на него с некоторым подозрением, но все же отметил про себя, что поступил правильно, не добив после шкафа и магического шара, – этот Винсент оказался действительно знакомым некромантки, и действительно принадлежал к довольно могущественной организации, чтобы отправить его на тот свет так запросто и без последствий.
И видимо, со Скией Винсент был настолько дружен, что она тут же приказала его развязать, не смотря на все те разрушения, что он устроил в ее доме. Да и сама спокойно уселась в кресло, словно и не было перед ней здоровенного воина, пышущего гневом и злобой.
- Простите, господин Винсент, - Элиас быстро распутал узел на шнуре, стягивающем запястья Беды, а затем развязал ноги.
На его лице не промелькнуло и тени раскаяния – сказанная фраза была вполне себе дежурной.
Он забрал шнуры от штор и отошел с ними в сторону. Но стоило отойти, как Винсент уже оказался на ногах и направился в сторону некромантки, явно ей угрожая. И на мгновение Элиасу даже показалось, что вполне серьезно – он выпустил шнуры из рук и потихоньку достал из-за голенища сапога нож. Беда этого заметить не мог, - он стоял к Элиасу спиной, нависая всей своей массой над некроманткой, - но вот Ския заметила и слегка мотнула головой. На ее лице не было и тени страха, да и голос звучал спокойно, словно никаких угроз рыцарь не произносил.
Элиас помедлил несколько секунд, пытаясь как-то осмыслить то, что происходило, а затем убрал нож обратно. Рыцарь вреда некромантке действительно не причинил – поорал, да и все. Она сама его, судя по сказанному о каком-то Вершнике, обманула, не сказав правды. И, видимо, Беду именно это и заело – факт обмана, а вовсе не то, что он по ее желанию кого-то там вырезал.
Элиас в их разговор не встревал, - ему вообще казалось, что он тут немного лишний, - так что ему оставалось лишь наблюдать за происходящей ссорой со стороны. Он быстро понял, что та была у Винсента со Скией далеко не первой, и, видимо, не последней. Даже показалось, что они ею в какой-то мере наслаждаются, взаимно друг друга оскорбляя. Или… хотят поговорить по иному, но не могут пересилить себя и собственную гордость, ведь шаг навстречу первым ни сделает ни он, ни она.
— Ты понимаешь с кем ты живешь, и что ты не больше, чем расходный материал, – внезапно вспомнил про присутствие Элиаса рыцарь.
- Вы ничего обо мне не знаете, - ответил он Винсенту. Объяснять про то, что дом Скии просто чудо в сравнении с тем, где он жил раньше, было долго, да и вспоминать Эльпиду совсем не хотелось.
И чтобы сменить тему, Элиас предложил:
- Господин Винсент, госпожа Ския, не хотите выпить?
Вот так вот внезапно.
Вино – всегда хорошо, если в меру. Настроение Скии от вина всегда улучшалось – это Элиас уже успел заметить. Про Винсента он не знал ничего, но предполагал, что, как и любой рыцарь, от выпивки тот не откажется. Это поначалу Элиасу показалось, что Беда перепил, поэтому и ломился в дом так отчаянно - позже понял, что ошибся, рыцарь просто был жутко зол. Так может с вина подобреет?
- Я могу накрыть на кухне, а пока вы там беседуете, приберу здесь, - продолжил Элиас.
Он прекрасно понимал, что Ския может упрекнуть его в разбазаривании вина, а Винсент опять потыкать отсутствием яиц. Но может они все же успокоятся и поговорят друг с другом нормально?
Ведь хотят же…

+2

22

Она видела, что Винсент зол - видела прекрасно, еще до того, как он дал волю своей вспышке гнева. И все-таки велела его освободить.
Не потому, что считала его "безобидным" - слово, которое, по всей видимости, выбесило его еще сильнее, - но потому что так было правильно. Ему она всегда оставляла выбор: напасть или отступить, спасти жизнь преступника или забрать, остаться или уйти.
И, разумеется, рыцарь тут же взвился.

— По-человечески, сука!
Столик вместе с невесть как на нем оказавшейся куриной тушкой взмыл вверх, с грохотом ударился о стену. Ския оставалась сидеть на месте, даже не вздрогнула. Она не впервые наблюдала чужую ярость - подобные яркие эмоции заставляли ее холодную кровь течь быстрее, пробуждали в ней ответные живые реакции. Именно поэтому некромантка в какой-то мере наслаждалась тем, как кто-то злится возле нее - это заставляло ее чувствовать себя более живой.
Краем глаза она заметила, как Элиас медленно достает из-за голенища нож, - Винсент, в своей ярости отвлекшийся на стол, не видел этого, - и едва заметно покачала головой. О да, рыцарь действительно мог напасть на нее, но они оба знали, что это может иметь последствия: начиная от того, что Собирающая кости и сама никогда не была безобидной, и заканчивая тем, что их дальнейшие поиски Теобальда больше не будут совместными.
Или уже не будут?
— Ты мне соврала, воспользовалась мной, как цепным псом!
Она молчала, не сводя с Винсента пронзительных зеленых глаз. Выражение бледного лица было бесстрастным, даже когда он, рыча, навис над ней. В этом лице не было страха - но на миг мелькнуло сомнение.
- Все что тебе следовало это и правда по-человечески меня об этом попросить, сразу! А не писать вранье и небылицы! Твои враги, ставящие под угрозу нашу основную цель – мои враги, и НАОБОРОТ!
Его враги?
В это Ския не верила. Она считала, что их с Винсентом связывает общий Враг, один-единственный Враг - Некромант, приведший их обоих в ту точку, где они сейчас находились. Все остальные ее проблемы - это ее проблемы, и с чего бы ему откликаться на них?
Но сама она спасла де Венгаро, хотя он был для нее никем. В эту самую минуту Ския не могла вспомнить, что именно заставило ее это сделать. Только то, что он был ее заказчиком?
Или все же то, что Беда попросил ее об этом? Попросил отчаянно, назвав ее имя.
Должно быть, это колебание было заметным со стороны - Винсент перестал кричать, голос его стал глухим и сдержанным, словно от боли:
— Или я и этого не заслужил, а?
Почему для него это так важно?
- Я не знала, что ты согласишься, - просто отозвалась Ския, впервые разомкнув губы и по-прежнему глядя ему в глаза.
Черная Баронесса не умела просить о помощи. Она умела приказывать - отлично умела, как живым, так и мертвым. Умела манипулировать, чтобы заставить более сильных выполнить ее прихоти. Умела угрожать - чтобы принудить к этому более слабых. Но - просить?
Любого человека, который вот так заявился бы к ней и принялся уличать ее во лжи и подлоге, Собирающая кости просто развоплотила бы, сожгла в пепел. Но Винсент не был ни слабее ее, ни сильнее - он был равным, и ответить на его злость, ей непонятную, Ские было нечем. Даже если бы она убила его сейчас, он просто возродился бы вновь, но ни о каком дальнейшем разговоре больше речи бы не шло.
Но почему это его так задело? Она использовала его в своих целях - как и он ее. Они оба знали, что так будет, еще когда шли на этот негласный договор. Почему именно сейчас Беда решил об этом вспомнить?

— Господин Винсент, госпожа Ския, не хотите выпить?
Голос Элиаса отвлек ее от этих мыслей. Некромантка посмотрела на своего ученика из-за спины Винсента - Элиас выглядел напряженным. Все еще думал, что некромантка и рыцарь могут сразиться?
Не пытайся привлечь мальчишку на свою сторону, Винсент. У темных эльфов его уже сломали так, что тебе его не выправить. Не методами казармы, побоев или подчинения - это точно.
- Принеси вина, - сказала она Элиасу и снова подняла глаза на рыцаря.
Останется он или уйдет, нападет или отступит - решать только ему.

Отредактировано Ския (09.01.2022 12:00)

+2

23

- Простите, господин Винсент.
- Было весело. – коротко ответил Беда, тоже не сильно вкладывая «веселость» в голос, так как все его внимание теперь было сосредоточено на его раздражающей, не знающей, как поступать с союзниками, наставнице. Но юноша от этого плохим не становился, это и правда были минуты так сказать «разнообразия» в жизни столетнего воина. 
И, как это было не парадоксально, именно пацан понял Винсента лучше могущественной, много знающей некромантки. Вся соль была в весах вранья и правды. И сейчас первая чаша склонилась не в сторону истинны.
Истинна – была константой. И она всегда, как говно, всплывала и несла с собой только отвращение и сильное разочарование из-за того, что стала неприятным сюрпризом и успела начать нестерпимо вонять, испортившись под налетом лжи.
- Вы ничего обо мне не знаете.
- Нет, но я знаю из какого теста слепили ее. – предела совершенства не было, и нахождение подле некромантки, как рядом со «спасительницей», этим самым пределом не было и более того могло обернуться большой бедой. И не важно, как плохо было раньше. Но видимо юношу все это устраивало, ну и пес с ним.  Винсент не нес ответственности еще и за эту потерянную душу.

Выбор, который оставляла бывшая баронесса воину, был не прост и, кажется, никогда таковым не станет. Винсенту казалось, что он погряз в топком болоте и выбор, который он выбирал, то выкидывал его на несколько сантиметров из пучины, то наоборот загонял еще глубже. Оставался вопрос – так, когда же он наконец, наглотавшись мутной земляной воды, погрузится по голову.
Стоило ли это сотрудничество всех этих «страданий», приятель, кто подскажет.
Но в этом мире даже с конем необходимо было работать, тратить большое количество сил и времени, и только тогда из этого «сотрудничества» можно было вывезти максимум пользы. И самая большая проблема была в том, что с конем-то Винсент прекрасно знал, как поступать, но не с черной волшебницей.
О, Беда не наслаждался происходящим, ни капли, но чувствовал бурлящую кровь все еще текущую по венам. Это чувство заполняло все тело до кончиков волос и самое главное – вымещало все остальное, не оставляя времени на иные мысли. Нечто похожее приносил запой, но на более продолжительное время.

Собирающая кости вовремя остановила своего протеже, прекрасно понимая во что это может выльется. У Винсента было неограниченное количество попыток свети счеты с каждым, кто поднял на него оружие. И в том числе с юным, по-человечески правильным, пока ни в чем перед воином не виноватым магом воздуха. Его верность чародейке поражала и была губительна, как медленная отрава. Но это была его жизнь, и ему было выбирать, как ее закончить и как скоро. 

В этой «беседе» Беда злился еще больше, натыкаясь на равнодушное и бесстрастное выражение лица бывшей баронессы. Ни капли сожаления о содеянном, и не в отношении порубленных разбойников, но в отношении к своему «союзнику».
Сомнение чародейки, которое выпрыгнуло наружу на несколько мгновений, воин расценил, как запоздавшее разочарование в том, что она согласилась на всю эту авантюру.
Что касается их врагов – все было именно так, по крайней мере так считал Винсент. Им было необходимо расчистить путь от мелких и крупных преград к некроманту и точка. Беде было нужно все внимание черной волшебницы и все ее силы. Ведь ставку он совершал именно на нее, и, возможно, ошибся, опять. И это жгло внутренности еще сильнее.

- Я не знала, что ты согласишься.
- И поэтому все что тебе пришло в голову – это наврать! – выкрикнул воин, и злость вновь перекосила его морду, заставляя напрячь плечи и спину. – Как это похоже на твоего наставника!
О, просить о помощи у кровного союзника было, видать, приятельница, зазорно. И глаза вытекут из глазниц и кровь остановится, но нет же.
Винсент, не шевелясь, смотрел на бывшую баронессу и ждал тех слов, которые могли позволить ему выбросить все, что произошло, и пойти дальше по этому совместному пути. О, он предполагал, что для этого чародейке необходимо совершить над собой огромное усилие
Но без жертв здесь было никак с обеих сторон.
Беда был согласен быть использованным и использовать. Но на вранье и манипуляциях, как считал воин, они далеко не продвинутся и в самый ответственный момент все пойдет прахом.
Слишком силен был некромант и слишком разобщены были его заклятые «выкормыши».

- Господин Винсент, госпожа Ския, не хотите выпить?
- Я тебе не господин! – выругался Беда, взмахивая рукой, и наконец задвигался, переставая стоять, как каменный.
- Принеси вина.
- Надеюсь ты поперхнешься им, чародейка, и в самый последний момент кое-что, но наконец ПОЙМЕШЬ! -  просипел Винсент в сердцах, вены на его морде вздулись и глаза болезненно блестели. Вместе с тем воин с силой прибил сжатый кулак к своей грудной клетке и моментально отступил.
- … а пока вы там беседуете, приберу здесь.
- Беседуй с ней сам! – рявкнул Беда, срываясь с места и за несколько быстрых, широких шагов выбираясь из дома прыжком через разбитое окно.
Единственно и истинно преданный союзник-конь моментально отозвался на свист, сближаясь с Винсентом. Беда пустил коня в галоп, не оглядываясь. 

Больше здесь было нечего обсуждать. Слова, стоящие в нужный момент так много и не стоящие ничего в ненужный, застряли в глотках воина и некромантки. Конь и то больше и правильнее говорил, не умея по-человечески.
На вранье и предательстве к цели не поскачешь, приятели.

Отредактировано Винсент де Крориум (09.01.2022 22:50)

+2

24

По ходу некромантка и впрямь согласна была выпить, и Элиас уже даже собрался сорваться за бутылкой вина, как Винсент, выругавшись в последний раз, все же решил покинуть дом. Через окно. Что было довольно странно, ведь Ския прошла обычным путем, а значит и входная дверь уже не барахлила.
- Я ничего не понял, - Элиас сам не заметил, как произнес фразу вслух. – Он все-таки ваш друг? Или…? - он обернулся через плечо.
Винсент казался Элиасу очень и очень странным. Накричал, все поломал, и Ския так спокойно его отпустила на все четыре стороны, при этом не подумав остановить или хоть как-то уладить скандал. Складывалось чувство, что эти скандалы у них двоих вообще были в порядке вещей.
Элиас в раздумьях подошел к отброшенному к стене столику, перевернул его, как полагалось, и поставил на место.
- Господин Винсент, - он взглянул на некромантку. – Он вам кто? В следующий раз впускать его в дом?
Или он опять устроит погром!
- И почему он так зол из-за какого-то Вершника? – последний вопрос Элиас задал с большой осторожностью. Это было не его дело, и Ския вполне могла послать подальше с подобной заинтересованностью.
Он отвел взгляд от некромантки, подобрал с пола несчастную куриную тушку и поднял ее на высоту глаз, рассматривая и приходя к выводу, что на суп, если помыть, та еще сгодится.
Если чувствуешь себя неловко в какой-либо ситуации, всегда легче сделать вид, что занят делом.
Дел же у него после прихода Беды было навалом – уборка грозила затянуться до темноты, а перевод вообще, скорее всего, откладывался на ночь. Так что если господин рыцарь и доставил кому-то проблем, то только ему, Элиасу.
А госпожа Ския…
А что она?
Закажет вина и заляжет в ванну. С бокалом в одной руке и «Анжеликой» в другой.

+2

25

Ничего он не понял.
Ничего она не поняла.
В какой-то момент ей все же показалось, что Винсент ударит ее, и мысленно она уже готова была ударить в ответ - не кулаком, разумеется, магией. Но он сдержался. Еще несколько мгновений ждал от нее чего-то? Чего? Извинений? Но он и сам поступил бы с ней так же - она к этому была вполне готова.
Но неподдельное разочарование и боль в темных глазах Беды сбивали ее с толку.
Ския не стала его удерживать, когда рыцарь, снова разъяренный, перемахнул через подоконник и исчез так же внезапно, как и появился. Она достаточно хорошо успела его узнать, чтобы понимать бессмысленность этой попытки. Тот момент, когда можно было разрешить все словами, некромантка упустила - да и вовсе не говорила никогда таких слов.

- Когда я сказала, что он "безобидный" - это была шутка, - не сводя глаз с окна, проговорила Ския и вздохнула. - Он один из самых опасных людей, которых ты можешь встретить.
Как ни странно, в ее устах это прозвучало почти что комплиментом. Некромантка не могла не уважать тех людей, которых не была способна подавить или сломать.
— Я ничего не понял, - отозвался Элиас, по-прежнему ошарашенный происходящим. - Он все-таки ваш друг? Или…?
- Он? - Ския встала и задумчиво оглядела разгромленную комнату. Слава Луне, - или, вернее, Элиасу! - что Беда не добрался до второго этажа. - Он мой заклятый друг. И враг моего Учителя, такой же, как и я.
- В следующий раз впускать его в дом?
- Впускай, сам видишь, что будет, если не впустить, Ския наклонилась и подобрала осколок древней урны. - С-сука... Главное: не пытайся его убить. Никогда. Все равно ничего не выйдет.
Она обернулась, чтобы убедиться, что Элиас ее услышит.
- Он бессмертен. Его нельзя убить. Даже если сжечь его тело, он воскреснет вновь - таково его проклятье, от которого он хочет избавиться. Но сам подумай, как он после этого будет к тебе настроен.
Элиас, загруженный всей этой информацией, с куриной тушкой в руках, кажется, понял. Если и не поверил - а в такое нелегко поверить, пока своими глазами не увидишь, - то воспринял.
— И почему он так зол из-за какого-то Вершника?
- Понятия не имею, - Ския отбросила осколок и выпрямилась. - Возможно, я что-то где-то не учла...
Не учла обычных человеческих взаимоотношений, которые так долго воспринимала через искривленное стекло.
- Я над этим подумаю еще. Буду в ванной, - некромантка отыскала на полке новый том "Анжелики", провела пальцем по корешку. - И вина принеси, будь добр.

Отредактировано Ския (09.01.2022 17:14)

+2


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Архив у озера » Сокровищница » [60 Безмятежье 1054] Напролом и ни шагу назад


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно