поговаривают, мол...

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Лучше всегда носить при себе зеркальце чтобы защититься от нечистой силы и проклятий.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Администрация проекта: один, два, три.
нужные персонажи
15.11 Открыт новый прогноз астрологов.
14.11 Аукцион все еще открыт.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [15 Разгар 1055] Сыны и дочери их


[15 Разгар 1055] Сыны и дочери их

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Сыны и дочери их

https://i.imgur.com/Ngv5bwV.png

место | время Ския | Элиас | Осгит

В деревне Уилмот подле Вилмора более 90% детей умирают при рождении и тем странней, что несколько семей отличаются в ней поразительным плодородием...

Закрутить колесо Аркан?
нет

+2

2

- Скорее всего это аномалия, вызванная каким-нибудь необъяснимым природным явлением, - Ския потянулась в седле и потерла ноющую поясницу. Путь от Вилмора был вроде бы и недалеким, но дорога пребывала не в лучшем состоянии, и лошадь шла неровно, то ускоряясь под горку, то ковыляя на очередном холмике. - Что-нибудь не так с местным воздухом или водой... Взрослым нормально, а младенцы не выдерживают, вот и выживают только самые сильные... Ох! Скотина колченогая!..
Последнее относилось к лошади, в очередной раз споткнувшейся на неровной дороге. Собирающая кости изрядно устала трястись битых три часа, и успела раз десять проклясть (не всерьез) Эмму Крайстон, слезно молившую некромантку завернуть в Уилмот.

Когда Эмма, долгие годы жившая по соседству со Скией, и первое время помогавшая ей обживать старый дом, вышла замуж и уехала жить в какую-то деревню на востоке, Ския ее не поняла. Променять большой город с десятками возможностей и тысячами людей на скромное подворье и поросят? Серьезно?
Деятельная Эмма одним только переездом не ограничилась: скучавшая по старым знакомым, она регулярно присылала Ские письма, на которые некромантка отвечала, если вспоминала об этом. Поначалу письма были, в основном, однотипными: собрали урожай, корова отелилась, видели медведя на дальних выпасах. Но со временем тон посланий госпожи Крайстон становился все более мрачным, и даже настораживающим.
В Уилмоте умирали дети. В огромных количествах - из десяти новорожденных выживал, милостью Луны, один. Процветавшая поначалу деревня понемногу пустела, отчаяние жителей росло.
Когда у Эммы умер первый ребенок, она, погоревав, еще списала эту смерть на случайность. Когда смерть забрала второго - была безутешна. Но когда мертвым родился третий, женщина едва не сошла с ума от бессилия и безысходности. Свои письма она направила, как сама сообщала в послании, и в Храм Луны, и госпоже Ские, памятуя о том, как помогала "целительница" во время последней эпидемии.
На это письмо некромантка ответила. Между строк читалось, что Эмму постигло такое глухое, черное горе, что просто отмахнуться от него уже не было возможным.
Кое-что она все же должна была давней знакомой, а оставаться в долгах бывшая баронесса ох как не любила.

- Я говорила ей, незачем забираться в такую глушь... - ворчала уже не в шутку раздраженная Ския, когда день начал клониться к закату. Покосилась на Элиаса, но тот благоразумно не желал становиться мишенью ее гнева, и повода для этого не давал. - Если ты когда-нибудь женишься на краснощекой крестьянке с толстой задницей, переберешься жить к шадду на рога и позовешь меня помочь - я тебя прокляну, так и знай... Понял?
Деревня Уилмот показалась неожиданно: почти шесть десятков дворов, удобно разместившихся в лесной "подкове" среди распаханных полей и обжитых делянок. Лес окружал поселение едва ли не с трех сторон, давая и пропитание летом, и дичь зимой. Крепкие заборы, добротные дома, небольшая речка - все говорило о том, что люди в Уилмоте живут давно, и на тяготы судьбы не жалуются.
Но даже сейчас деревня встречала новоприбывших лаем нескольких собак - и только. Никто не выходил посмотреть, кого дороги принесли, никто не выглядывал в окна, а несколько попавшихся на пути людей, занимавшихся своими обычными делами, бросили на Элиаса и Скию один-два равнодушных взгляда, не отрываясь от работы. Лица у них были серые, взгляды - тяжелые.
Стоило немалых трудов вызнать у них, где живет Эмма Крайстон.

- Госпожа Ския! - Эмма повисла на шее некромантки, и та почувствовала, как намокает ткань платья на ее плече.
Эмма сильно изменилась: в этой изможденной, одетой в черное женщине сложно было признать ту жизнерадостную светловолосую девицу, что некогда с таким энтузиазмом наводила порядок в жилище бывшей баронессы. Под глазами пролегли глубокие тени, от крыльев носа к губам протянулись морщины, руки больше походили на птичьи лапки.
- Ну... что ты... - Ския неловко посмотрела через плечо Эммы на Элиаса, помедлив, погладила женщину по спине, отчего та зарыдала еще горше.
- Я так ждала вас!.. - всхлипывала Эмма. - И вас, и госпожу Осгит.
- Кого? - не поняла Ския, только сейчас сообразив, что в доме Эммы они с Элиасом не одни.

+3

3

- Сильнейшие выживают, вы правы, - согласился Элиас со Скией, когда она рассуждала, что происходит в деревне, где мрут младенцы. – Или их местный злой дух к себе таскает, чтобы питаться. Вы же знаете, что народ поверит в духа скорее, чем в какую-то болезнь, непонятно отчего случившуюся.
Сам он пока что не придерживался никакого конкретного мнения – решил не торопиться и посмотреть, что там на самом деле в Уилмоте. Поспешные выводы часто бывали неверными и Элиас привык ничего не решать заранее. Так его учили – сначала собрать факты и лишь затем делать выводы.
Про Эмму, соседку и приятельницу Скии, он и вовсе не знал – наставница о ней не вспоминала за прошедший год, а он привык к тому, что подруг у нее и вовсе нет. И поэтому очень удивился, когда оказалось, что существует некая Эмма, ради которой Ския готова бросить уют, комфорт и трястись на лошади в дальнюю деревню. 
- Если я женюсь на крестьянке с толстой жопой, то лучше вас не звать, понял, - скрывая улыбку, кивнул Элиас Ские, но заметив, что та серьезно не в духе и шутке не порадовалась, все же добавил. – Я пошутил.
А то мало ли. С юмором у госпожи Скии иногда бывало совсем плохо, особенно если она была не в настроении, как, например, сейчас. тут даже перейти к проклятьям могла…
Но впереди показались дома Уилмота, и мысли обоих путников мгновенно переключились на них – там, впереди, ждал отдых, ужин, ну и работа, конечно же, но работа шла после двух первых пунктов, и это не могло не радовать.

Эмма сама встретила приехавших, обняла Скию, начиная рыдать на ее плече, и Элиас невольно проникся этой картиной. Наверное, потому что довольно редко видел, как наставница искренне кого бы то ни было жалела. А тут вдруг даже обняла! Это было странно и удивительно. Нет, Элиас не считал, что Ския настолько черства, что не может испытывать жалость, он просто не так часто видел проявления этой жалости – все эмоции и чувства некромантка держала при себе и под таким замком, вскрыть который было невозможно практически никому из окружающих. И тут вдруг расчувствовалась…
Впрочем, благодушное настроение Скии длилось недолго. Стоило Эмме упомянуть некую госпожу Осгит, как выражение лица некромантки вновь стало жестким, а затем и вовсе непроницаемым. Она пока что не знала, кто такая Осгит, но по словам Эммы выходило, что та вполне могла бы быть конкуренткой, тоже заглянувшей, чтобы помочь. Но если так, то значит, Эмма не считала Скию единственным своим спасением! И по гордости некромантки это явно ударило.
- Пойду лошадьми займусь, - быстро откланялся Элиас, придя к выводу, что не хочет попасть под удар разгневанной наставницы. Пусть она сначала с этой Осгит сама разберется что там и к чему, а затем уж он вернется и присоединится ко всем остальным. Ну или к тем, кто выживет. - И вещи принесу.
Вышедший из дома вслед за Эммой высокий широкоплечий мужчина, вероятно, ее муж, тут же поспешил к нему на помощь:
- Я и сам бы смог, вы же гости, не утруждайте себя такой мелочью…
Но Элиас оставался непреклонен:
- Я справлюсь. Только покажите, что и куда.
- Конечно.
И они ушли заниматься лошадьми и поклажей, оставив женщин поговорить о своих женских делах, да и всплакнуть еще раз без свидетелей.

+3

4

Вызов был спешным. Обычно сестрам требовалась помощь Осгит хоть и часто, но между путешествиями ей давали отдохнуть и пополнить запасы. На этот раз ее позвали к Белой Длани, кажется, раньше, чем Осгит успела дойти до своей комнаты. Наместница, что обычно являла собой пример спокойствия и степенности, на этот раз была немногословна, сейчас была еще быстрее обычного.
Повально умирающие дети могли быть по какой угодно причине, начиная от неумелой помощи роженицам и заканчивая новой заразной болезнью. Последнего Осгит даже при всей её любви к болезням не хотелось особенно сильно - некоторые виды болезней менялись слишком быстро, чтобы можно было их изучить.
Младенцы... Это как взрослые, но еще хуже. Они не могут сказать что-то, а глупые действия за них отлично совершат родители. И - самое ужасное! - их еще сложнее контролировать!
Думала Осгит параллельно перетряхивая свою походную сумку - помимо неизменного набора на возможные случаи в пути, готовность к слишком распространившейся ранней детской смертности должна быть совершенно отлична от набора для кожных поражений, тем более оказавшимися проклятьем, которое удалось перекрыть имеющимся алхимическим запасом, кстати, который не мешало бы обновить. На одно путешествие должно хватить, но дальше надо пройтись по знакомым рядам в Рон-дю-Буш. Руки привычно собирали вещи, убирая не так нужные в пути зелья на свои места. Приостановилась и всё же капнула мятное масло на запястье и еще одну каплю распределила под носом и по щекам - лишняя собранность никогда не мешала. Да и что уж там, она просто любила мяту!

Путь до деревни не занял много времени, тем более что к ее возвращению жрецы попросили у Луны сил для Дымного, сама она смогла и перекусить по дороге, последние дни были скупы на дождь, и дорогу не развезло.

В Уилмот Осгит въехала в неподходяще хорошем настроении. В деревне вовсю светило солнце, на небе не было ни облачка, и не было столь неприятной в лето жары. Кто-то достаточно наивный мог посчитать, что в таком уютном месте не могло случиться ничего плохого.
Но плохое об этом не знало.
Жрица быстро нашла дом старосты, тот принял Дымного и приказал кому-то из селян позаботиться о животном. Староста также направил ее к одной из жертв, изможденной светловолосой женщине во вдовьем наряде. В доме Осгит дали возможность оставить часть лекарств и спуститься с более легкой походной сумкой.
Внизу к ее возвращению никого не было, так что пришлось выйти на улицу, чтобы увидеть новые действующие лица. Жрица приподняла было брови, но быстро успокоилась.
-Добрый день. Я Осгит, сестра милосердия церкви Луны, от старосты Томаса.
"А вы кто такие?" было бы хорошим вопросом. Но Осгит уже немного надоело говорить очевидные вещи.

Отредактировано Осгит (08.11.2021 10:56)

+3

5

- Сестра милосердия? - голос Скии был холоден и неприятен, как случайно выпавший летом снег.
— Пойду лошадьми займусь, - тут же сбежал Элиас, быстро сообразивший, что настроение его наставницы стремительно катится вниз. Некромантка не удостоила мальчишку взглядом, напряженно рассматривая женщину, прибывшую исцелять от имени Луны.
О, церковников Ския не любила - не без причины. Когда ты занимаешься черной магией, приходится постоянно быть наготове, иначе Церковь пришлет уже отнюдь не милосердных сестер, а немилосердных ревнителей веры и охотников-жрецов.
А эта дура-Эмма еще и пригласила в один дом и некроманта, и жрицу...
Хотя вообще эта жрица выглядела так, словно вполне могла уложить любого некроманта голыми руками - с таким-то ростом. Интересно, она о притолоку головой не бьется, когда ходит? Будучи от природы не слишком высокой, Ския привыкла смотреть на людей немного снизу, но сестра Осгит была определенно выше Элиаса, а может даже и выше де Крориума.
Словом, Ския отчего-то невзлюбила целительницу еще до того, как та произнесла первое слово.
- Ския. Лекарь из Рон-дю-Буш и подруга Эммы, - обронила некромантка, невольно распрямляя плечи, будто это позволило бы ей казаться хоть чуточку выше.
Очень цепкий взгляд был у сестры Осгит. Спокойный, расчетливый, зеленый, как дно лесного пруда, поросшего водорослями и кувшинками...
- Госпожа Ския очень помогла нам во время эпидемии семь лет назад, - залепетала Эмма, поочередно косясь то на Скию, то на сестру милосердия. - А Церковь Луны всегда помогает несчастным... Нам всем сейчас так ваша помощь нужна... хоть какая-то!..
В ее глазах снова сверкнули слезы.
О да. Помогать некромантией под боком у жрицы Луны - именно то, что нужно.
- Не плачь, - решительно оборвала ее Ския. - Давайте перекусим с дороги, а там расскажешь все подробно. Идет?

За столом собралось куда больше народу, чем ожидалось изначально. Помимо гостей и мужа, в дом Эммы пришлепал и староста Томас, и согбенная старуха, промышляющая в Уилмоте отварами от головной боли и живота, и еще несколько женщин - подруг, вероятно. Вся эта компания ждала с напряженным, неослабевающим вниманием, от которого и кусок в горло не пролезал.
Зато Эмма, наконец, заговорила - и заговорила неостановимо.
- ...за последние три года стольких схоронили, на кладбище едва ли не каждые несколько месяцев новая могилка, - крепко сцепив руки перед собой на столе, повествовала она. - У Катарины двое, у Лилии единственный сыночек, у Джаны и Кори... и наши трое с Лиамом, - она подняла взгляд на мрачного мужа.
- Мертвыми рождаются, или после рождения умирают? - Ския методично отщипывала от свежего хлеба кусочки и скатывала их в шарики.
- Ать кто ж ведь как, - подала голос бабка. Из сеточки морщин блестели черные, словно ягоды на болоте, глаза. - Некоторы в утробе помират и мертвыми рождатся, освятить не успевам. А кто уже после... Мы тут счет ить ведем: кто три дня прожил - значится, и дальше выживет.
- Три дня?
- Ну да, до трех дней умирают, - снова заговорила Эмма. - Мой-то второй, средненький... на третью ночь умер, бедняжка, а я-то уже почти обрадовалась, что пережил уже.
Ее голос снова прозвучал сдавленно от слез. Ския замерла над очередным хлебным шариком.
Три дня. Слишком уж странно для совпадения или болезни. И слишком уж похоже на проклятье или заговор...
- Зато Карин и Герта плодятся, как кролики, - с неожиданной злостью сказала одна из женщин, подруг Эммы. - И ничего их не берет!
- Так знамо дело, они-то жизнь из наших деток для своих и тянут, - поддакнула бабка.
- Кто тянет? - Ския нахмурилась, чувствуя, что теряет нить беседы, и поочередно глянула на Элиаса и сидевшую напротив сестру Осгит.

Отредактировано Ския (08.11.2021 09:42)

+3

6

Элиас с помощью мужа Эммы,Лиама, быстро управился с лошадьми, - распряг, поставил в стойло, - а затем вернулся с дорожными сумками в дом и отнес все в комнату, что выделили им со Скией хозяева. В итоге, когда он освободился, все гости, соседи и сами хозяева уже успели усесться за стол.
Элиас занял место рядом со своей наставницей и принялся за ужин из вареных овощей, яиц, пирогов и супа (с дороги он проголодался жутко), попутно слушая все те сплетни и местные небылицы, что рассказывали о ситуации с новорожденными местные. Сплетни были нерадостными: тут и на проклятья вину сваливали, и на духов, и на ведьм, и даже на вампиров, – в общем, на всех, кто приходил на ум. Но Элиаса насторожил лишь срок – три дня. Как-то уж больно по правилам все выходило – умирали дети в определенный кем-то срок, прожить дольше не получалось. На проклятье смахивало, но почему тогда под него попала не вся деревня? Ведь кто-то, говорят, рожал вполне себе нормально, и дети выживали.
- Думаете, проклятье? – Элиас обернулся к Ские. – Выборочное уж очень...
Или в деревне хранили какие-то свои тайны, в которые пришлых сходу не посвящали.
- Три года… - добавил он вслух, задумчиво, и посмотрел на Эмму. – А что произошло в Уилмоте три года назад? Раз уж беды пошли именно с того момента, значит, что-то там было… не очень приятное. И об этом либо все знали, либо никто, если нечто совершили тайно. Но все же попробуйте вспомнить все необычное и странное, что произошло в тот год, когда еще напасть не пришла в деревню.
Обращался Элиас уже ко всем присутствующим. Возможно, они задумаются, перемоют кости всем соседям, но выскажут полезную мысль, которую можно развить, чтобы понять, где искать кончик нити для распутывания всего клубка. Или они уже и так знали, что произошло, но упорно не хотели говорить об этом вслух: к примеру, забили палками какую-нибудь местную знахарку, из-за которой посевы сдохли, или коровы молоко давать перестали, вот и получили от нее проклятие перед смертью.
Но, может быть, все было и не так.
Элиас мог бы узнать точнее – вызвать призраков умерших детей и посмотреть, на какой источник опасности они укажут. А там уж вычислить, что случилось на самом деле, станет проще…
Но… «Но» всегда таилось где-то рядом, и сейчас в качестве его выступала приезжая жрица – та самая Осгит, глядя на которую Элиасу приходилось задирать голову вверх, хоть он и сам был вовсе немаленького роста.
Осгит вообще казалась Элиасу странной – в его сознании образ жрицы сложился совсем иной. Это непременно должна была быть милая, кроткая девушка, хрупкая и нежная, физически слабая, но готовая на самопожертвование ради страждущих, и великанша Осгит на нее походила мало. Ей бы не в жрицы идти, а в охотников на чудовищ! Но Элиас так лишь подумал, вслух, конечно, ничего не сказал – Осгит была вовсе не виновата в том, какой уродилась.
Но как бы она не выглядела, говорить о магии смерти в присутствии жрицы жизни, Элиас не спешил. Наверняка же будет против. О вызове духов, он решил сказать Ские попозже, а пока послушать другие варианты, что предложат на местном Совете за обеденным столом.

+2


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [15 Разгар 1055] Сыны и дочери их


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно