поговаривают, мол...

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

В деревне Уилмот подле Вилмора более 90% детей умирают при рождении и тем странней, что несколько семей отличаются в ней поразительным плодородием.

Администрация проекта: один, два, три.
нужные персонажи
27.09 Опубликован новый прогноз астрологов.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [40 Бурана 1054] Потерянный на берегу


[40 Бурана 1054] Потерянный на берегу

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Потерянный на берегу

https://i.imgur.com/9B4UErZ.png

Рон-дю-Буш | 40 Бурана 1054 Ския | Элиас

Отправляясь с торговым караваном по своим делам, Ския находит на берегу потерпевшего кораблекрушение и израненного мальчишку. Элиасу же предстоит на собственной шкуре столкнуться с милосердием некромантов.

Закрутить колесо Аркан?
нет

Отредактировано Ския (05.09.2021 19:49)

+1

2

Она надеялась, что в этот раз слухи окажутся правдивыми. Что зыбкий след приведет ее к бывшему учителю, или хотя бы намекнет, где его искать.
Но она ошиблась - снова.
Пребывая в самом мрачном настроении, Ския тряслась на телеге, кутаясь в подбитый мехом плащ и вглядываясь в наступающие сумерки. Конец зимы выдался ветреным, сырым и морозным одновременно: с серых небес то сыпалась колкая снежная крупа, не тающая на мерзлой земле, то поливал ледяной дождь, превращая дорогу в раскисшую грязь. До костей продрогнув, некромантка в который раз прокляла свое решение сломя голову бежать проверять слухи, и хоть немного примиряла ее с реальностью только скромная оплата: одного из торговцев, нанявших караван, проняла лихорадка, и Ския взялась вылечить его за дорогу обратно до Рон-дю-Буш и награду в пятьдесят серебряных фиоров.
Сейчас прихворавший лежал в крытой повозке, закутанный в одеяла и напоенный приготовленным зельем, и Ския сидела возле него, радуясь, что она хотя бы под навесом, защищенная от ветра и колючего снега.
- Ну и тванюка... словно Фэй-Ул бесоёбят! - пробормотал возница, сплюнув на землю. Копыта его громадной лошади, мохноногого серого тяжеловоза, до колен были заляпаны грязью.
- Говорят, солгардские малорослики взялись ваять такую штуку... поязд вроде бы, - отозвался его протеже, курносый парень в надвинутой на самые глаза кожаной шапке.
- И чё?
- А то! Скоро, глядишь, и лошади не нужны будут под снегопадом ехать: задницу в тепло примостил и лети себе с ветерком.
- Посмотрел бы я, как ты полетишь с ветерком на их проклятущих машинах. На жопной тяге!
- Чё сразу на жопной-то?!
- А на какой еще их махины ездить будут? И вообще, при даме того... не выражайся!
Парнишка задохнулся от возмущения - наставник его ругался куда как забористее и чаще, - но все же повернулся к Ские, блестевшей глазами из-под навеса:
- Прощения просим, гспжа... Просто холод этот собачий, до печенки пробрал!
- Скоро приедем? - спросила в ответ Ския. Разговор ее заинтересовал лишь в той части, что касалась очередного изобретения малого народца, хотя в "поязд", мгновенно перемещавший из одного города в другой без лошадей, она верила смутно. Не телепорт же это будет, в самом деле.
- Да уж темнеет, должны бы добраться до постоялого двора, - возница зябко поежился. - Не хочется по темнотище-то ехать. Эй, Гавин! Долго там еще?
- Часа за три доберемся! - крикнул в ответ мужик со второй повозки.
- А вы, гспжа, от простудного чего сварите? - снова повернулся к Ские помощник возницы.
- Кой тебе еще от простудного?! На-ка вот, - его старший товарищ всунул ему в руки полупустую флягу. - От лихоманки надо в первую очередь Пайена вылечить. Жив ли он там?
- Жив, - Ския коснулась лба спящего холодной рукой. Жар еще держался, но был уже не так силен, как день назад. - Прибудем до места, заварю трав.

Дорога в этом месте спускалась почти к самому побережью, и ветер усилился. Из-за нестабильной зимы лед на море уже сдвинулся, и холодные волны плескали о каменистый берег. Лошадей притормозили, чтобы шли тише - не приведи Луна, поскользнутся, ноги переломают.
Возможно именно поэтому свет фонаря над головой возницы и успел выхватить в стороне от дороги, среди голых кустарников и мерзлых камней, человеческое тело.
- Мать моя! - охнул он, останавливая повозку.
- Чего встали? - тут же заорал Гавин со второй телеги.
- Сам не видишь?
- Ох ты ж, Бездна... Живой?
- Корабль там разбился, - разглядел остроглазый парень. - Вон, обломки дрейфуют.
- Может, полезного чего к берегу-то прибьет?
- А с телом чё?
- Я проверю, - неохотно вызвалась Ския, подозревая, что человек, доплывший до берега после кораблекрушения, скорее всего, мертв. Пролежать на таком холоде в мокрой одежде - смерть практически стопроцентная.
Пока торговцы, спрыгнув с повозок, обшаривали берег, некромантка подобрала подол платья и, чавкая высокими сапогами по мелким ледяным лужам, наплесканным морем, подошла к телу. Перевернула его, зажгла над головой маленький магический огонек, чтобы проверить реакцию глаз на свет, склонилась ниже.
Спасшийся оказался сущим мальчишкой, худым и оборванным.
И все еще живым - Луне на удивление.

+3

3

То, «что «Медузе» не успеть добраться до цели, не угодив в шторм, подозревали с самого начала. Небо на горизонте темнело, хоть стоял день, поднимался ветер, и чем ближе становился Рон-дю-Буш, тем больше эти подозрения были очевидны. И все же Терен принял решение не сворачивать с курса, надеясь пройти как можно больший отрезок пути, но удача в тот раз ему изменила – ветер усиливался буквально с каждой минутой, тучи затягивали все вокруг с ужасающей быстротой, а сверкавшие вспышки молний прорезали темный небосвод все ближе и ближе к кораблю. И когда, наконец, «Медузу» приказано было отвести подальше в море, оказалось поздно – ее неумолимо несло к берегу, прямо на выступающие из воды острые зубцы скал.
Ветер яростно рвал паруса, что пытались убрать матросы, и Элиас отчаянно боролся с ним, направляя в другую сторону. Корабль швыряло с волны на волну, и это мешало не то что сосредоточиться, но и просто оставаться на ногах на скользкой от дождя палубе. 
- Эли, вся надежда на тебя, – донесся вместе с раскатами грома голос Терена.
Элиас понимал, что торговец прав, и на какое-то мгновение ему даже показалось, что все получится - «Медуза» действительно удаляется от опасных скал, но это оказалось лишь временной передышкой. Небо над кораблем расцветилось росчерками молний, и одна из них змеей метнулась вниз, ударив по грот-мачте. Вспыхнули паруса и державшие мачту канаты, и вскоре сама мачта рухнула на палубу, давя людей и поджигая все вокруг. Началась паника, и Элиасу стало не до колдовства – «Медузу» бросало то в одну сторону, то в другую, и он старался держаться крепче, чтобы самому не оказаться в море.
Но это было лишь началом конца.
Кто-то еще пытался тушить пожар, оттаскивал в сторону раненых… до тех пор, пока все судно не сотрясло от удара – днище чиркнуло по одной из скрытых водой скал. Скрежет ломающихся досок слился с раскатами грома, часть палубы вздыбилась острыми зубцами обломков. Элиаса бросило в сторону - он прокатился по доскам палубы, врезаясь во все подряд, и едва успел ухватиться за попавшийся под руку канат, чтобы не вылететь за борт.
Корабль развернуло и ударило еще раз.
От едкого дыма и ударов в голове Элиаса все смешалось - он с трудом понимал, что происходит. Но когда «Медуза» накренилась на бок и стала уходить под воду, он все же сообразил, что канат из рук лучше выпустить – оставаться на тонущем корабле не имело смысла.
Элиас прыгнул в воду сам, как и другие члены команды, цепляясь за призрачную надежду спастись. От холода перехватило дыхание, когда морские волны сомкнулись где-то над головой. Но он хотел жить, и это желание ни на мгновение не давало расслабиться – Элиас вынырнул обратно на поверхность и, толком не отдышавшись, быстро поплыл в сторону от пылающего и медленно погружающегося под воду корабля.
В темноте почти ничего не было видно, и он понятия не имел, выжил ли еще хоть кто-то из команды. Вернее, даже не думал об этом, пытаясь выжить сам. Ухватившись за доску, пытался грести в сторону берега, или, лучше сказать, в ту сторону, где ему казалось, что был берег. Через несколько минут понял, что замерзает, почти перестав чувствовать собственные руки и ноги, и последние силы вложил в заклинание, чтобы хоть немного себя согреть и продержаться как можно дольше в ледяной воде.

Как он доплыл до берега, Элиас не помнил. Очнулся и обнаружил, что уже лежит на камнях, а тьма вокруг рассеялась. Отполз подальше от воды, трясясь от холода, - подняться на ноги сил не было. То, что он, видимо, еще на корабле распорол себе бок, даже не заметил. Подумал лишь, теряя сознание, что умирает. 
Но не умер.
Погрузился в смесь забытья и бреда. И в следующий раз, когда открыл глаза, то увидел склонившуюся над собой женщину. Темноволосую, зеленоглазую, безумно красивую. И ничуть не напоминавшую темных эльфов.
- Кто… вы? – с трудом шевеля губами выдавил из себя Элиас на темноэльфийском наречии.
Но ответа не услышал. Мир вокруг вновь потемнел – сил оставаться в сознании критически не хватало.

Отредактировано Элиас (06.09.2021 20:13)

+3

4

Он действительно был жив: в распахнувшихся навстречу голубых глазах, мутных от боли и полубеспамятства, все еще было слишком много света, хотя певучий язык, на котором он заговорил, она признала лишь смутно. Уточнить ничего не успела - мальчишка снова потерял сознание.
Ския едва не зарычала от досады - уж лучше бы ему было оказаться мертвым. Так было бы проще и ему, и ей. С мертвыми всегда проще, чем с живыми. От них всегда знаешь, чего ждать. Да и ногти утопленника ей кое для каких зелий отнюдь не помешали бы...
- Че, живой парень-то, гспжа? - едва ли не под руку сунулся курносый помощник возницы, и некромантка окончательно распрощалась с затеей освободить себя от лишней работы: он уже успел заметить, что спасенный и вправду жив.
А и в самом деле, сколько отчаянной воли к жизни надо, чтобы сражаться с ледяными волнами зимнего моря, а потом еще Луна знает сколько проваляться на промозглом берегу. Этот хлипкий парнишка жаждет жить, словно кладбищенский терн, упрямо, год за годом прорастающий сквозь камень...
Скию, одной ногой давно уже стоявшую в могиле, подобная стойкость не могла не интриговать.
- Живой еще. Помоги перетащить к фургону! - распорядилась она, осторожно поднимаясь на ноги. Сама она со своим хрупким здоровьем, наверное, даже и не приподняла бы мальчишку, отяжелевшего от воды.
Курносый возничий тут же заорал, как заполошный, и его товарищи, бросив осматривать мокрый и холодный берег в поисках случайно прибившейся добычи, поспешили к ним. Выжившего в четыре руки подхватили и, оскальзываясь и матерясь через слово, потащили к дороге.
Ския задержалась ненадолго, внимательно осматривая линию прибоя. Слишком тоскливым был неровный шепот волн. Слишком много мертвецов они сегодня поглотили. Должно быть, корабль, с которого на берег упал мальчишка, совсем недалеко, скрытый пеленой туч, серо-черной толщей воды и скалами. И те, кому не повезло оказаться на нем, бледные и холодные, как рыбы, уже опустились на дно.
Много, много душ...
Очередной порыв ледяного ветра привел ее в чувство. Ския вздрогнула от холода, замоталась в плащ и, осторожно ступая, принялась подниматься обратно к дороге.

Уже в повозке, которая поползла дальше по дороге, некромантка задернула полог, закрывая обоих больных - и лихорадочного купца, и обмороженного парня, - от ветра и снежной крупы. Разожгла магический огонек. Вдвоем с курносым помощником раздели несостоявшегося утопленника, натянули на него запасные вещи расщедрившегося возницы, завернули в одеяло. Кожа его была бледной, губы - почти синюшными. На шее, плотно охватывая горло, красовался кожаный ошейник. Правый бок был разодран, но кровь текла медленно, неохотно.
- Еще минут десять, и он околел бы, - вынесла вердикт Ския, бесстрастно оценивая повреждения. - Повезло. Воду откашлял, не задохнулся.
- Вы-то спасете, гспжа? - участливо спросил курносый. - Помощь нужна?
- Справлюсь, - односложно отозвалась некромантка, жестом велев ему оказаться снаружи: в тряской повозке и так едва хватало места на четверых, да еще и тюками с товаром все было завалено.
Курносый исчез, а Ския принялась осматривать улов.
Он и вправду был очень худым и совсем юным - должно быть, в совершеннолетие еще не вошел. Пользуясь тем, что боли он пока не чувствует (еще взвоет, когда кровь начнет приливать к замерзшим конечностям!), Ския наскоро промыла рану на боку лечебным настоем, зашила одной из своих кривых игл, забинтовала натуго. Похоже, пару ребер мальчишка тоже сломал, но его везение спасло его и здесь: до легких обломки не достали.
После этого усилила колдовской огонь, чтобы в повозке стало еще потеплее, вновь замотала белобрысого одеялом. Встряхнула флягу с зельем, приготовленным для купца, вздохнула. Разжала утопленнику губы и по капле принялась вливать в рот терпкий, согревающий изнутри настой. Тот рефлекторно глотал, разболтавшийся ошейник ходил ходуном на горле вместе с костлявым кадыком, и с лица парня мало-помалу исчезала синеватая бледность.
Выпоив все без остатка, Ския поморщилась, только сейчас ощутив, как отчаянно болит собственное немощное тело, растревоженное холодным ветром и долгим сидением, скрючившись, над больным. Со стоном распрямилась - голова кружилась от усталости. Бросила взгляд на обоих своих пациентов, подоткнула одеяла, словно заботливая мамка.
Бездна, за этого белобрысого ей ведь даже и не заплатят! И чего старалась?..
Окончательно на него разозлившись, Ския оперлась ноющей спиной о тюк, полуприкрыла глаза. Дальше уже воля Луны. Или любого другого божества, в которое верит мальчишка. Повезет - выживет. Не повезет - что ж...
Ские его тело тоже пригодится.

Отредактировано Ския (06.09.2021 22:07)

+3

5

Сон уходил медленно, в голове не прояснялось, и Элиас какой-то время просто лежал с закрытыми глазами, даже не пытаясь понять, что происходит. Затем он почувствовал движение, – мерное покачивание, - и удивился. Это не было похоже на покачивание корабля, когда тот кидает с волны на волну, скорее напоминало…
Он вспомнил, как плыл к берегу, и открыл глаза.
И не понял, где находится. Темно. Рядом какие-то вещи, люди…
Элиас попробовал сесть и тут же скорчился от боли, резанувшей бок. Со стоном ухватился за него рукой, нащупав наложенную повязку. А сесть сил так и не хватило.
- Лежи, если не хочешь уничтожить все мои старания за последний час.
Голос был женским, хрипловатым, слова - произнесенными на общем.
Сама женщина склонилась над ним в мерцающем свете магического огонька: бледная, черноволосая, кутавшаяся в тяжелый теплый плащ. Под глазами пролегли усталые тени, но взгляд был цепким и оценивающим.
- Кто вы? – на это раз Элиас задал вопрос на общем. Говорил он на нем не очень хорошо, тренироваться особо было негде. Но все же надеялся, что, несмотря на акцент, его поймут.
- Лекарь, - ответила она после короткой паузы. - А ты? Раб?
Ее глаза остановились на его горле.
- Да, - Элиасу не пришло в голову это скрывать. Рабы в его мире были обычным явлением. – Где я?
- В Рон-дю-Буш. Это торговый караван, мы направляемся в Керноа, - пояснила женщина. - Нашли тебя на берегу. Как ты себя чувствуешь? Дышать нормально можешь? Что случилось с твоим кораблем?
- Что? Нет, я не могу! – он рывком попробовал вновь подняться. – Мне нужно вернуться! - если его не будет рядом с «Медузой», это легко расценят как побег.
- Лежать! - она бесцеремонно надавила ему на грудь, укладывая обратно. - Если твои хозяева уцелели, то Керноа - ближайший город, в который они пойдут. Но кроме тебя никого выжившего на берегу мы не нашли.
- Совсем никого? – мысли Элиаса лихорадочно метались – он не знал, что делать. – В наш корабль попала молния, и он задел скалы. Там было много…
Он замолчал. На «Медузе» находились не только члены команды, но и рабы, которых везли по заказу - спастись у них не было ни единого шанса. А ведь работорговлю на Галатее не одобряли, так что стоило ли говорить об этом незнакомым людям? Элиас решил, что нет.
- Что со мной будет? – спросил он, сменив тему.
- Не знаю, - в ее голосе прорезалось усталое раздражение. - Если твои хозяева мертвы, то за твое спасение мне даже никто не заплатит. Досадно. Так что можешь делать что захочешь. Я бы на твоем месте бежала подальше, пока снова не загремел в рабство.
Она не проявила ни капли сочувствия по поводу погибших товарищей Элиаса.
- Куда? – в его голосе послышалась горечь. – Я ни разу не был нигде в вашей стране дальше портового кабака.
Конечно же, иногда Элиасу приходили в голову мысли о побеге и свободе, но сейчас, когда он внезапно ее получил, то понятия не имел, что с ней делать. Все его старые планы были фантастичны и бредовы. Сейчас он понимал насколько. У него не было ни еды, ни вещей, ни денег, чтобы купить даже самое необходимое. Он не знал местности и обычаев тех, кто жил на этой земле.
- Я всегда могу продать тебя обратно, - она уставилась на него с новым интересом. - Откуда ты вообще? С Эльпиды, судя по ошейнику?
- Нет, не надо, только не обратно, - Элиас мотнул головой. Мгновение назад он готов был рвануть к обломкам корабля, но чем сильнее прояснялось в голове, тем больше понимал, что обратного пути у него нет. Он, раб и маг, управлявший ветрами, оказался единственным выжившим. Так кого потом обвинят во всем произошедшем? Конечно же его, а вовсе не Терена, в погоне за деньгами не сумевшего правильно оценить опасность и гнавшего «Медузу» к цели до последнего. – Да, я с Эльпиды. Если все погибли, то меня теперь тоже убьют.
- За что? Это ведь не ты потопил корабль? - она наклонилась, чтобы положить руку на лоб еще одного человека, спавшего в повозке, и сосредоточенно хмурилась.
- Не я, - Элиас прикрыл глаза. Голова кружилась, его бросало то в жар, то в холод. – Мой хозяин торопился доставить товар… Я - маг. Воздушник. Теперь все скажут, что корабль разбился из-за меня. То, что я выжил, а мой хозяин погиб, мне не простят.
- Маг? - вот теперь она точно была заинтересована. - Раб-маг у темных эльфов?
- Да. Я был рабом еще до того, как у меня вообще нашли эти способности.
- Любопытно, - целительница задумалась о чем-то, затем достала из мешка возле себя маленькую бутылочку. - Выпей-ка. Тебе полезно поспать подольше и болтать поменьше. Как тебя, говоришь, зовут?
- Элиас, - он покорно выпил зелье. Сознание почти сразу же поплыло, веки налились свинцом, в сон потянуло со страшной силой.
И сопротивляться всему этому Элиас был не в силах.

Отредактировано Элиас (11.09.2021 14:15)

+3

6

Ския еще долго смотрела на лицо спящего - от ее магического огонька по бледной коже мальчишки гуляли резкие, глубокие тени. Элиас точно выживет. По всей видимости, он слишком живуч, чтобы умереть так просто.
Она сама тоже цеплялась за жизнь слишком крепко. Не странно ли для некроманта, чья стихия - небытие?
Наверное, все живое жаждет продолжать жить вопреки всякому здравому смыслу. И она - ходячая развалина, что держится лишь усилием воли. И он - мальчишка-раб, у которого вообще нет и не должно быть никакого будущего.
Наверное, ей будет выгоднее сохранить эту его тайну при себе. Всегда полезно знать что-то, чем можно зацепить человека.
Вновь зарывшись в свою сумку, она извлекла длинный тонкий крючок и, изрядно повозившись и с десяток раз выругавшись себе под нос, расковыряла замок на ошейнике Элиаса. Спрятала его в свою сумку - на горле спасенного остался старый след от кожаной полоски, но вряд ли ее наниматели заметят его в суматохе.
Какое-то время она еще смотрела на мальчишку остановившимся взглядом - не видя его, но видя нечто за покрытым ссадинами лицом. Затем постепенно смежила веки, проваливаясь в беспокойный сон, пока телега тряслась до постоялого двора.

В "Приюте дворфа" им пришлось задержаться: Гавин и его товарищи не желали продолжать путь, пока горящий в лихорадке Эрвин не пойдет на поправку. Зелья некромантки делали свое дело - уже наутро больной пришел в себя и почувствовал улучшение, но непогода за окном становилась все сильнее и, посовещавшись, торговцы приняли решение остановиться на день или два. Тем более, что хозяин "Приюта", редкий в этих местах дворф, был давним их знакомым.
Ския отнюдь не возражала: от холода жестоко ломило кости и ныли старые раны, и некромантка, чувствуя себя невероятно старой и уставшей, грелась у натопленного очага в общем зале, почти сливаясь с темнотой и поднимаясь с места только для того, чтобы проведать обоих пациентов.
Тролль их обоих задери, что вообще приходится вставать!..
Элиас уже на следующий день выглядел значительно бодрее - его живучесть Ския не переоценила. Но вот его сообразительность...
- Не распространяйся о том, кто ты и откуда, - посоветовала она мальчишке накануне, когда осматривала его срастающиеся ребра под повязкой. - Будет лучше, если об этом буду знать только я.
Сама она не вполне понимала того, с какой силой он цеплялся за свою рабскую жизнь: окажись она на его месте - припустила бы бегом и не оглядываясь. Но он и вправду был почти ребенком, и к тому же всю жизнь провел в своем ошейнике. Она подозревала, что он попросту не умел жить иначе.
Что ж, разве это, в конце концов, было ее делом?

+3

7

В следующий раз очнулся Элиас уже на постоялом дворе – сначала не понял где, но те люди, что подобрали его на берегу, быстро все объяснили. Они и о себе рассказали, не таясь, а Элиас промолчал – назвал лишь имя и то, что корабль шел из Эльпиды. Так посоветовала лекарка, что осматривала раны, и он согласился. Она назвалась Скией, приходила несколько раз осматривать рану и приносила лекарство от лихорадки: лихорадило Элиаса тоже знатно – то ли больной, которого везли в повозке, заразил, то ли он сам простыл от ледяной воды, пока плыл до берега. Сам Элиас думал, что все же от простуды, но думалось мало – большинство времени он спал или лежал в полудреме, пока через день жар не отступил, и сознание не прояснилось полностью. 
На утро второго дня он потихоньку поднялся с постели – в комнате, не смотря на раннее утро, уже не оказалось никого, кроме его самого и больного Эрвина, который еще спал. Обувшись, добрался до окна, выходящего на небольшой двор - из-за сильного ливня абсолютно пустой. Надо было начинать что-то думать и делать дальше. Элиас понимал, что так, как есть, продолжаться не может – пока что его кормили, поили и лечили чисто по доброте душевной. Даже рубаху со штанами выделили. Но нужно было и самому искать какую-то работу и устраиваться в новом мире… и лучше подальше от того селения, где он сейчас пребывал. Чем больше времени проходило с того момента, как «Медуза» разбилась, тем сильнее Элиас понимал, что его связь с кораблем только его погубит: для темных эльфов он будет предателем, так как выжил, а для галатейцев – преступником, так как на судне везли рабов, которых непременно выловят, когда осмотрят разбитый корабль, или их трупы банально выкинет на берег вместе с трупами команды. Значит надо было уходить подальше от этого берега и молчать о том, что сам оказался спасшимся после кораблекрушения. Да и о том, что раб, тоже.
Элиас прикоснулся рукой к шее – ошейника не было, но он никак не мог до конца в это поверить. Привык к подобному обозначению собственного статуса с детства и теперь надо было привыкать к другому, но в голове все еще не укладывалось радоваться этому при подобных обстоятельствах или нет.
Эрвин еще спал, и Элиас решил его не будить – потихоньку отошел от окна, прокрался к двери и вышел из комнаты. Жилье для постояльцев в трактире располагались на втором этаже – почти весь первый занимал общий зал с расставленными столами, кухня и комнаты для самих хозяев. Вверх тянулись запахи свежей выпечки и пива, и Элиас остановился на лестнице, принюхиваясь. Сейчас, когда болезнь отступала, он чувствовал себя очень голодным. Да что уж там – голодным он чувствовал себя всегда! Но в карманах не нашлось ни медяшки – у него не было вообще ничего своего, кроме оловянного магического кольца, абсолютно бесполезного для окружающих.
- Эй, не свались с лестницы! – внезапно раздался окрик Гевина - высокого толстоватого мужика, командовавшего торговцами.
И Элиас, крепко вцепившись в перила, - голову все еще немного кружило, - увидел, как тот спешит к нему навстречу.
- Куда тебя понесло?
- Во двор…
- А горшок не устраивает, - доперло до торговца.
- Ну я же не при смерти, - смутился Элиас. Голос у Гевина был громким, и теперь на них с интересом уставились все десять человек, что были в зале, включая трактирщика и девчонку подавальщицу.
- Ладно, я тебе помогу.
- Да найду я все сам, не заблужусь.
- А если поскользнешься? На улице ливень… Потревожишь рану, и зря, значит, госпожа Ския тебя лечила.
Элиас взглянул в сторону лекарки, завтракавшей за одним из столов и тоже с интересом смотревшей в их сторону, и до него наконец-то дошло, почему Гевин так к нему прицепился – выслуживался перед красивой женщиной. Хотел показать, какой он внимательный, заботливый и добрый. Ну и щедрый – как понимал Элиас, кормили, поили и одевали его сейчас тоже за Гевинов счет.
- Ладно, идем, спасибо, - легче было с Гевином согласиться, чем отвязаться. 
Тот тут же подхватил мальчишку под руку и действительно проводил, невзирая на ливень до расположенного во дворе нужника и обратно. А вернувшись, усадил за один стол со Скией и добавил, обращаясь уже к ней:
- Я заплачу за ваш заказ, не беспокойтесь. Эрвин поправляется, и мы теперь вам многим обязаны.
И лишь когда Гевин отошел к трактирщику, Элис тихо вздохнул:
- Я думал, что самый большой идиот здесь – я.

+3

8

- Ты о чем? - усмехнулась Ския, неторопливо, размеренно помешивая ложкой свою кашу. - О его попытке закрутить интрижку со мной? Плохо старается, ему стоило быть щедрее. Но попытку я оценила...
Она отложила ложку и в упор уставилась на Элиаса.
- Как твое самочувствие?
- Все хорошо, - кивнул мальчишка, убирая рукой со лба мокрые волосы. Он не привык жаловаться, да и не ценил бы его жалобы никто и никогда. – Спасибо вам. За все.
- Когда-нибудь я возьму с тебя за этот долг, - пожала плечами Ския. - А сам-то ты что теперь намерен делать? Куда пойти? Чем заниматься?
- Поищу работу. Я ее не боюсь, может доберусь до порта и устроюсь на какой-нибудь корабль – все же три года я в плавании провел, - Элиас подозрительно на нее покосился. – Как вы меня найдете, чтобы потребовать долг? Я же сам не знаю, где буду. Но возможно я и сам его отдам… Где вы живете? И сколько хотите?
- Разве я сказала что-то о деньгах? - ухмылка на красиво очерченных губах Скии стала еще шире. - Дай-ка мне руку.
- Тогда о чем? – не понял он, но руку протянул.
Она цепко обхватила его за запястье длинными пальцами, а в следующий миг что-то больно укололо Элиаса в подушечку большого пальца.
- Не дергайся, - Ския спрятала в рукав крохотное острое лезвие и слегка сжала его палец, выпуская несколько капель крови. Подставила маленькую бутылочку, позволяя его крови стечь внутрь. Затем выпустила его и запечатала бутылочку пробкой.
- Ну, вот как-то так я тебя и найду, - она покачала бутылочкой и спрятала за пазуху.
- По крови? – на его лице не отразилось ни капли испуга, скорее, удивление. – Вы – маг? – простая лекарка разве что лекарство бы приготовила, но большего бы сделать с кровью не смогла.
- Маг, - подтвердила она. - Не целитель, правда. Медиум. Тебя, смотрю, это не слишком пугает...
На самом деле добровольно отдать свою кровь магу - любому магу, не только некроманту, - было чревато последствиями. А уж некроманту в особенности.
- Я видел достаточно магов в доме моего хозяина, некромантов и медиумов в том числе, - кивнул Элиас. – Он же темный эльф – в его доме подобное не запрещалось. Но говорят, что здесь, в Галатее, такое практиковать нельзя, - он замолчал. Слышать-то слышал, но мог и ошибиться, раз сидящая напротив женщина вовсе не скрывала, что общается с духами.
- Конечно же нет, упаси меня Луна! - Ския осенила себя благословляющим жестом, словно даже думать о некромантии было оскорбительно. Но глаза ее, в самой зеленой глубине, смеялись. - Одно дело - разговаривать с духами, угодными богам и позволяющих заклинать себя по доброй воле. И совсем другое - осквернять покой мертвых. Не так ли?
Ей уже случалось общаться с некромантами с Эльпиды. Высокомерные ублюдки, считающие себя истинными последователями культа смерти. Теобальд разнес бы их в клочья...
Но если мальчишка жил среди них и ничему не удивляется, он мог бы что-то знать о них и об их ритуалах.
- А тебя они чему-то учили?
- Нет, - отрицательно мотнул головой Элиас. – Брали на ритуалы, когда вызывали духов, чтобы помогал, но учить не учили. И боевым заклинаниям тоже – я не знаю ни одного, - он немного слукавил. Знать – знал, выучил самостоятельно, но вот испробовать на практике пока нигде не удалось: рядом всегда находился кто-нибудь из посторонних, и Элиас боялся использовать при них то, что было для него запрещено.
- Но все же ты маг, - Ския долила молока в деревянный стакан. - И что-то уже знаешь об этом. И, несмотря на это, ты хочешь вернуться в море, которое едва тебя не убило, и служить на корабле?

+3

9

- Куда меня еще могут взять? – пожал плечами Элиас. – Если бы к вам пришел нищий с улицы, вы бы взяли его в свой дом? – он грустно усмехнулся. – Хорошо еще если на корабль возьмут, пусть даже простым матросом. С чего-то надо начинать.
- Зависит от того, чем этот нищий может быть мне полезен, - Ския отправила в рот ложку каши и поморщилась: та уже успела слегка остыть. - Если это достаточно образованный нищий, который умеет читать и писать и смыслит в магии - толку от него может быть поболее, чем от десяти матросов.
- Читать и писать я умею, - пробормотал Элиас, но быстро замолчал, так как вернулся Гевин.
- Госпожа, Ския, все заплачено, не волнуйтесь! – объявил тот, усаживаясь рядом с женщиной на скамью. – И я еще винца нам заказал. Погода вон какая… Чтобы не простудиться. И тебе купил пожрать, - он мельком глянул на Элиаса. – Поможешь моим ребятам потом товар сторожить.
Следом за торговцем подошла девчонка-подавальщица, поставила на стол кувшин с вином, нарезанный сыр, копченое мясо, вареные яйца и тарелку каши, сунув ту под нос Элиасу.
- Да, в такую погоду подогретое вино - лучшее средство от хворей, - Ския обезоруживающе улыбнулась и тут же взяла кусок копченого мяса, не заставляя просить себя дважды. - Ваша жена тоже больше любит красное, господин Гевин?
- Да она пьет все, что найдет, - махнул рукой торговец, разливая вино себе и Ские. – Уже прячу от нее и прислуге наказываю, чтобы не давали. Выдрать бы надо, но все жалею. Так что не будем про нее, давайте про нас, - он поднял кружку. – За наше знакомство. И вашу помощь.
- Всегда пожалуйста, господин Гевин, - врачевательница отсалютовала собственной кружкой.
Утро, несмотря на непогоду, становилось вполне уютным: в очаге потрескивали поленья, еда, принесенная щедрым торговцем, была куда как вкуснее каши, а его неприкрытые ухаживания можно было и пропустить мимо ушей. А можно было и не пропускать, если бы ей вдруг захотелось.
Интересно, как бы он отреагировал, увидев ее без кольца? Обожженное лицо, поврежденную плоть, кожу, сморщившуюся от воздействия некромантической магии... Собственная пристрастившаяся к алкоголю жена показалась бы ему первой красавицей в сравнении с женщиной из ночных кошмаров, восставшим полумертвецом, пугающим снаружи и пустым внутри.
Отвечать на его незамысловатые комплименты ей расхотелось.
Но Гевин ни о каких магических кольцах не подозревал, так что знай тянул свою песню:
- Вот вы путешествуете одна, госпожа Ския, а это ведь так опасно! Лихие люди на дорогах подкарауливают беззащитных путников - в последнее время, особенно. Да что люди! Монстров полно развелось. То загрызут, то кровь высосут, а то и хуже что-нибудь сотворят. Вот если бы меня спросили, то я бы сказал, что одной женщине никак - надо чтобы рядом всегда было крепкое мужское плечо, - торговец при последних словах приосанился, явно намекая на себя самого. 
- Вы совершенно правы, господин Гевин, - мурлыкнула Ския, решив, что стоит позволить ему приосаниться, особенно на фоне мальчишки, на которого торговец поглядывал косо. - Но где ж его взять-то, мужское плечо? У меня в доме и крыша прохудилась, а починить-то и некому...
Она развлекалась, прощупывая, насколько далеко он еще может зайти, петушась.
- Вот и я про то, - Гевин расплылся в улыбке. - Мужчина рядом нужен. И для здоровья полезно, и для хозяйства. Я вот например часто езжу в Рон-дю-Буш. Были бы мы с вами в других отношениях, заехал бы и все починил.
- Отношениях, господин Гевин? - Ския вздернула бровь. Вот сейчас ситуация перейдет в самое ее любимое русло: отвергнутый ухажер придет в ярость. В таких случаях некромантка всегда чувствовала прилив сил, чужое бешенство и возмущение подпитывали ее. - О каких таких отношениях вы говорите? Разве я похожа на женщину, которая... даже слышать о таком возмутительно! Да для починки крыши я бы лучше наняла вот этого милого мальчика, нежели вступила в отношения за деньги!
- Я могу вам все починить, - поддакнул Элиас, оторвавшись от каши. - Я умею, и жизнью вам обязан...
- Ты, болван, мне еще еду и одежду отрабатывать будешь! - в сердцах рявкнул на него Гевин и поднялся на ноги. - Что ж вы обо мне такого плохого мнения! - он осуждающе глянул на Скию. - Ничего я и не предлагал... такого. Пойду делами заниматься.
Хмурясь, что его ухаживания не подействовали, торговец отошел от стола и направился к лестнице. 
Ския издала тихий, довольный смешок. В течение поездки она рассчитывала еще несколько раз сменять гнев на милость и обратно, чтобы интерес господина Гевина не остыл окончательно. На таких эмоциональных качелях мужчина мог стать ведомым, словно телок, если вовремя не догадывался об этом.
- Что, правда умеешь крышу починить? - она стрельнула зелеными глазами в сторону Элиаса.
- Конечно. Я много чего умею, раньше приходилось часто помогать то в одном, то в другом, - даже если бы он и не умел, то никогда бы не сознался. В доме Терена такого никто бы из рабов не сказал: если не умеешь, то бесполезен, а значит, можно и в расход пустить. Больные и ленивые долго у темного эльфа не задерживались - их отправляли на опыты, разбирали на ингредиенты, и использовали в магических ритуалах в качестве жертв.
Ския смотрела на него с задумчивым интересом, и осторожность в ней боролась с жаждой знания.
- Ты говоришь на языке темных эльфов, - проговорила она. - А читать на нем ты умеешь? У меня есть один трактат, который надобно перевести, а моих познаний в этом не хватает.
- Умею, он для меня родной, - кивнул Элиас и опрометчиво пообещал. - Переведу все, что захотите.
- Ну что ж... - Ския помедлила и подняла стакан. - Может быть, на какое-то время я предоставлю тебе приют. Поедешь со мной в Рон-дю-Буш.
Это был не вопрос.

+3

10

До столицы они добрались три дня и восемь часов спустя, и Рон-дю-Буш был погружен в глубокую, промозгло-зимнюю ночную темноту, не позволяющую мальчишке как следует разглядеть город и должным образом впечатлиться. Свет фонарей мелькал в окнах наемной кареты короткими всполохами. Ския полудремала на сиденье, изредка бросая на свое новое приобретение пристальный зеленый взгляд.
Приобретением Элиас, честно сказать, был рискованным: юнец отлично разбирался в языке темных эльфов, а это значит, что кое-что из того, что она хотела поручить ему перевести, наведет его на мысли, какой магией она занимается на самом деле. Если он, разумеется, не полный дурак.
С другой стороны, если он не дурак, то может и в самом деле пригодиться. Как бы пренебрежительно Ския не относилась к темным эльфам, и какими бы жалкими позерами их не считала, а некромантией они занимались намного раньше юной людской расы, и многие секреты хранили при себе. А эти секреты ей были нужны. Она и без того раздобыла эту книгу при таких обстоятельствах, о которых лучше не рассказывать в приличном обществе - во избежание приступов тошноты у слушателей.
Словом, если мальчишка будет полезен - это хорошо. Если опасен и болтлив...
Что ж, формально этот маленький раб погиб еще при крушении корабля.

- Приехали, - Ския сумрачно взглянула через узенькое окно наружу и, вздохнув поглубже, распахнула дверцу кареты. Стылый воздух тут же ворвался внутрь, проморозил до костей. Зимы в Рон-дю-Буш были несравнимыми с эльпидийскими, и если даже ей, урожденной жительнице севера было холодно, то про Элиаса, одетого с чужого плеча общими усилиями караванщиков, и говорить нечего.
Хотя за мальчишку она не заплатила и монеты, некромантке пришлось изрядно повертеться и потомить господина Гевина резкой сменой манящей зазывности на пронзительное высокомерие. В итоге судьбу Элиаса предоставили решать ей - кто-то из торговцев заикнулся было о том, что мальчонке и впрямь было бы неплохо отработать лечение, хлеб и одежду, но Гевин и его исцеленный от хвори товарищ были убеждены в том, что госпожа целительница сама еще осмотрит пострадавшего после кораблекрушения и вылечит его за свой счет.
Добрая она душа, госпожа целительница, отзывчивая...

Кутаясь в меховой плащ, Ския взбежала по обледеневшему крыльцу, стащила с онемевшей левой руки перчатку, нащупала невидимую простым человеческим глазом охранную руну. На охрану дома бывшая баронесса де Энваль не скупилась, на собственной шкуре познав, как легко потерять собственное убежище: ее защитные чары не просто остановили бы любого вора, но вполне могли бы его испепелить, а снимались только ее личным прикосновением. Разумеется, история знала не один циничный случай, когда подобные руны были обмануты, скажем, отрубленной рукой владельца, но для этого нужно было очень сильно желать попасть в дом. А что было брать в доме обычной горожанки, пусть и далеко не бедной, такого, ради чего стоило рубить ей руки?
- Заходи, - некромантка закрыла за Элиасом дверь и щелкнула пальцами, зажигая маленький огонек, разгоревшийся возле ее головы. Огонек послушно облетел закрепленные в стенах светильники, возвращая дому уютный теплый свет, и под конец нырнул в давно погасший очаг.
Фахверковый дом Скии был узким, втиснутым между соседними, двухэтажным. На первом она готовила и продавала лекарства, принимала посетителей, вела записи и канцелярию. На втором, под крутой остроконечной крышей - жила сама и собирала свои многочисленные записи и книги.
- Как только согреешься, наверху есть ванна. В моем доме проложены трубы, вода нагреется быстро, - трубы были предметом ее особого удовольствия, поскольку не просто подавали горячую воду, но сохраняли тепло. - А я пока подумаю, где тебя пристроить...
В маленькой второй комнате, отведенной под библиотеку, был узенький диванчик, и ничего кроме ей в голову не приходило.
А ведь его и кормить чем-то надо!
Связалась же на свою голову...

Отредактировано Ския (17.09.2021 20:27)

+3

11

В Рон-дю-Буше Элиас не был ни разу в жизни, так что ему очень хотелось посмотреть город, хотя бы из окна кареты, пока едут к дому Скии, но слабость после ранения и привязавшаяся следом простуда давали о себе знать – он банально уснул, прислонившись к спинке сиденья. Спать Элиас умел в любом положении, так что мерно покачивающаяся карета лишь ускорила процесс – он проспал все дорогу и проснулся, когда уже до дома оставалось рукой подать. Так что рассмотреть ничего толком не удалось, но мысли Элиаса быстро сменились другими, когда карета остановилась.
- Приехали, - объявила Ския, распахнув дверцу и предлагая выйти.
Ворвавшийся холодный воздух быстро пробрал до самых костей, и Элиас поежился, обхватив себе за плечи, а затем выбрался из кареты вслед за лекаркой. О теплой Эльпиде здесь оставалось лишь вспоминать, но пока что, даже несмотря на холод, туда не тянуло совершенно.
- У вас хорошая защита, - заметил Элиас, пока Ския расколдовывала замки на входных дверях. – И дом тоже…
Он прошел следом, когда дверь открылась и нерешительно замер у порога, гладя как зажигается светильники на стенах. Для него все здесь было ново. Но Ския вроде как относилась по-доброму - предлагала и погреться, и даже ванну принять, так что Элиас не стал заставлять ее повторять дважды – скинул подаренную торговцами куртку и прошел к камину, вспыхнувшему от магического заклинания своей хозяйки. Заклинание несложное – Элиас так тоже умел, но промолчал, лишь присел рядом с огнем, чувствуя, как окутывает волной тепла все больше и больше по мере того, как сильнее разгоралось пламя.

Пока он грелся, Ския куда-то отлучилась по своим делам – может переодеваться, может отдыхать, может готовить ужин. Элиас не знал, но бегать за ней по дому и спрашивать, что ему можно тут делать, а что нельзя, не решился. Приставать с лишними вопросами в доме Терена было не принято, так что оставалось заняться тем, чем ему уж точно разрешили – отправиться в ванную. На второй этаж – это Элиас запомнил.
Он бесшумно и быстро поднялся наверх и остановился в раздумьях. Дверей несколько. И которая верная? Ясновидением Элиас не владел, так что решил открывать все двери по порядку. За первой оказался кабинет с книжными шкафами, за второй послышались шаги, значит там была Ския, так что эту дверь даже открывать не пришлось. За третьей наконец-то обнаружилась большая мраморная ванна, отгороженная цветастой ширмой. Ванна выглядела настолько шикарно, что Элиас опять замялся, не зная, что делать. Ванна явно была хозяйской. И ему, значит, можно в нее залезть, раз Ския его отправила именно сюда? Дома его бы за такое убили. Вот уж лучше бы он помылся из тазика, чтобы не ломать голову над такими загадками!
Но с другой стороны…
Ския – не его хозяйка. Он многим ей обязан, - жизнью в том числе, - но это вовсе не значит, что он не может уйти из этого дома в любой момент. Да и отправила его сюда она сама. Так что, быть может, следовало пользоваться тем, что подкидывала судьба, без всяких рассуждений и опасений? Ну выгонит его Ския из ванны, если он не так ее понял, но не убьет же! А ругань он переживет – ругали его не единожды, да и влетало тоже не раз и не два.
Так что Элиас помялся еще несколько минут, а затем закрыл за собой дверь, зажег магические светильники, копируя Скию, когда та только вошла в дом, и занялся набором в ванну воды. Горячая шла по трубам, как говорила Ския, и это было увлекательно! Элиас и в обычной ванне не мылся, не то что в такой шикарной! Он покрутил краники, разбираясь, где там эта горячая вода, а затем плюхнул в ванну немного ароматного мыла, что стояло рядом в банке. Надпись на банке отсутствовала, но жидкое мыло было похоже на жидкое мыло, так что Элис не думал, что ошибся.
От воды пошел пар, сверху ванну затянуло пушистой пеной. Элиас разделся, аккуратно сложив одежду стопкой на лавке, развязал волосы и забрался в воду. Единственное, что побоялся снять – это повязку с раны. Пусть за неделю шов и подзатянулся, не кровил, за него все равно было боязно. Да и нитки Ския еще не сняла, так что купание это было такое – на свой страх и риск.
Но все равно блаженство.
Элиас откинул голову на мраморный бортик и закрыл глаза, наслаждаясь теплом и цветочными ароматами, что шли от воды, благодаря мыльной пене.

+3

12

Он рассматривал ее дом так, словно был беспородным уличным щенком, впервые попавшим под крышу. Наблюдать за его реакцией было даже по-своему забавно.
Ския позволила себе это маленькое удовольствие несколько минут, но затем усталость, головная боль и необходимость решать что-то с этим свалившимся на голову переводчиком навалились на нее разом, как подушка. Она прошла в свою комнату - оставлять мальчишку в одиночестве не боялась, поскольку покинуть дом тот все равно бы не смог, да и за те дни, что Элиас ехал рядом с нею, Ския убедилась, что характер у него кроткий и вполне управляемый, как и подобает урожденному рабу, - и решительно распахнула дверцы огромного, до потолка, шкафа.
Страсть к красивым нарядам бывшая Саския де Энваль не растеряла: гардероб был забит платьями, накидками, рубашками из тонкого сукна с кружевами, но вот незадача - вряд ли хоть что-то из этого подходило для юноши, пусть и вчерашнего ребенка, пусть и временно.
Хотя и нарядить его в платье было бы занимательно...
Прислушиваясь к плеску воды, Ския встряхнула головой, отбрасывая эту мысль, и поморщилась от нового укола боли в затылке. Помытый Элиас вонять не будет, чего не скажешь о его одежде. Некромантка вытащила из шкафа длинный теплый халат, отороченный мехом, перебросила через руку, затем сгребла со столика возле кровати пузырек с тоником, жадно глотнула. Освежающее магическое зелье обожгло вены огнем, прояснило зрение, вернуло бодрость, даже боль в затылке слегка утихла.
Хорошо оказаться дома.
В ванную Ския вошла без всякого стука - еще чего не хватало! Мальчишка тут же ушел по шею в воду, плавающая по поверхности пена спасала его от пронзительного взгляда некромантки.
Дитя! Да что она там не видела...
- Вот, - Ския положила халат на полочку возле купальни и бесцеремонно облокотилась на бортик. - Долго не сиди, мне тоже нужно, просто ты вонял сильнее. Не забудь вымыть все это за собой, чтоб блестело и набрать воды для меня. А потом спустись вниз и приготовь нам чего-нибудь на ужин, продукты в ящике, а я терпеть не могу с ними возиться.
Здесь, в собственном доме, напускную доброту и любезность уже не нужно было изображать. Да и о своем приказном тоне она ни на миг не задумывалась: баронесса привыкла отдавать приказы, бывший раб привык их исполнять. Все честно, все так, как и было завещано Луной. К тому же Элиасу действительно стоило отработать все усилия, которые она на него затратила. От привередливой Скии как раз незадолго до поездки сбежала кухарка, приходившая раз в день возиться с обедом, и питалась некромантка, по большей части, хлебом, маслом, сыром и вином - тем, что не требовало особых приготовлений.
- Что? - она проследила его взгляд до халата. - Может, ты жаждешь надеть платье? В моем доме мужской одежды не водится. Мойся и одевайся. И не жалей мыла, тебе оно точно пойдет на пользу. После ужина покажу книгу, о которой я говорила.

Отредактировано Ския (18.09.2021 22:26)

+3

13

- Конечно, госпожа Ския, я недолго, - тут же согласился Элиас, когда лекарка внезапно ввалилась в ванную комнату с халатом в руках. Она не ругала и не выгоняла, так что он решил, что все сделал верно. – И все вымою.
Но пока женщина стояла рядом, из воды, щедро покрытой пеной, Элиас вылезать не спешил. Он не стеснялся наготы, но не любил, когда его начинали рассматривать, чем Ския и занималась, пока отдавала приказы – ее взгляд был настолько пронзительным, словно она спокойно могла видеть сквозь пену или даже сквозь стену.
- Я не очень-то хорошо готовлю… - начал было Элиас, когда услышал про ужин. В его старом доме нанимались специальные повара, и он разве что помогал им иногда, но никогда не готовил самостоятельно без чужого присмотра.
Однако Ския на его лепет не обратила ни малейшего вниманий и переключилась на халат. Оказалось, что тот тоже был для него, и Элиас кивнул – раз пока нет ничего другого, то он оденет то, что дадут. В конце концов, своей одежды у него вообще не было.

Из воды он выбрался, когда Ския наконец-то покинула комнату. Раз его впереди ждало много дел, то валяться в ванне долго было бы непозволительной роскошью. Халат, отороченный мехом, что оставила лекарка, едва доходил до колен, и хорошо, что еще был довольно объемным – хоть Элиас полнотой и не отличался, все равно был крупнее худенькой и невысокой женщины.
Обуви другой лекарка не предоставила, так что сапоги пришлось натягивать свои, чтобы не идти босым. Да и Элиас, если честно, даже был этому рад. Вдруг бы она ему и туфли придумала надеть? Вряд ли бы, конечно, подобрала размер, но кто ж знает! Так что хорошо, что не додумалась – хоть здесь можно было вздохнуть с облегчением.
А дальше следовало заняться делами.
Воду из ванны Элиас сливать не спешил. Взял сначала свою старую одежду, хорошенько ее выстирал (когда высохнет, ходить в ней все равно будет лучше, чем в халате, что бы там Ския не говорила!), и лишь затем отдраил ванну и наполнил ее снова. В итоге два дела были сделаны разом. Но Элиас застрял на том, что абсолютно не знал, где сушить постиранную одежду. Он не заметил никаких веревок во дворе, когда выглянул в окно. Но ведь где-то же Ския развешивала простыни и свои платья после стирки! Или она все делала с помощью магии? Узнать это можно было разве что у нее самой.
- Госпожа Ския, - Элиас осторожно постучал в дверь ее комнаты, держа в руках таз со своими мокрыми пожитками. – Вода для вас готова… И вы бы подсказали, где белье развесить можно? И еще мне бы что-нибудь сухое, чтобы рану перебинтовать.  Я сам все сделаю, правда, только не знаю, где взять.
- Белье... развесить? - Ския открыла дверь, вскинула брови и задумалась. Она уже настолько давно не занималась домашними делами самостоятельно, что даже не задумывалась об этом. С тех пор, как награбленные в захоронениях сокровища дали ей начальный капитал, она предпочитала отдавать испачканные вещи приходящей прачке. - Развесь на стуле у очага, только отожми как следует. Перевязку дам. И да...
Она окинула Элиаса пристальным взглядом с головы до ног, и в глазах ее заплясал смех.
- Тебе очень идет халат.
- Спасибо, госпожа Ския, - он понял, что лекарка лишь смеется и, смутившись, поскорее ретировался от нее подальше – на первый этаж, где жарко пылал камин.
Там же в комнате нашлись и стулья, и Элиас развесил мокрую одежду, немного недоумевая, что в доме лекарки сушат белье таким странным образом. Впрочем, недоумение его продолжалось недолго – следующим пунктом надо были приготовить ужин, и он занял собой все мысли Элиаса.
Печь он растопил быстро: печь везде печь – хоть у людей, хоть у темных эльфов. А вот с продуктами вышла заминка. Вест хлеб, что был у Скии в запасе успел засохнуть. Молоко прокисло, а крупы… их Элиас вообще не нашел. Нашел лишь кусок мяса, сыр, яйца, репу, морковь, лук и вино. Целый винный погреб! Но ужин из вина не приготовишь, так что Элиас малость приуныл. Слишком с тем, что есть, не разбежишься. В итоге он просто пожарил мясо с овощами и отдельно отварил яйца. Никакого изыска, но есть можно. Для него самого вообще прекрасно, но вот Терен бы не оценил – блюда для его стола готовили несколько поваров, что-то там настаивая, выпаривая и замачивая сутками с кучей специй, чтобы придать определенный вкус. И хорошо, что Терен на данный момент кормил собой рыб - Элиас из-за того, что случилось с кораблем, испытывал некоторое чувство неловкости, но совсем не испытывал жалости по отношению к своему бывшему хозяину.
- Госпожа Ския, идите ужинать, - крикнул он, подойдя к лестнице, после того, как накрыл на стол.
В ванную к ней, конечно же, вваливаться не стал.

+3

14

И хорошо, что не стал: утомленная дорогой и холодами Ския почти задремала, откинув голову на бортик ванной. Горячая вода была из тех немногих вещей, что действительно помогали ее искалеченному телу - успокаивала боль в напряженных мышцах, снимала судороги усталости, возвращала подобие румянца на бледное лицо. Не лекарство, конечно, но хоть что-то.
Из этого расслабленного состояния вырвал звонкий голос, звавший ужинать. Совсем как когда-то давно, в прошлой жизни, когда она еще носила громкий титул и пользовалась всеми благами своего положения, какими только хотела.
И пусть сейчас от этих благ осталось не так много радостей, отказываться от них Ския не собиралась.
Прополоскав длинные волосы и высушив их простыней, некромантка облачилась в теплое домашнее платье (старое небрежно оставила скинутым в угол, как привыкла) и, непривычно разрумянившаяся и даже оживленная, спустилась вниз.

Мальчишка постарался, как мог: видно было, что стол сервировать умел. Тарелки чистые, свечи горят, даже вино подобрал под немудреный ужин. Ския попробовала кусочек, пригубила, покосилась на Элиаса - в слишком коротком для него халате с мехом найденыш выглядел забавным. Взгляд ожидающий, плечи невольно ссутулились, чтобы поместиться в тесную для него ткань. Смешной...
А ведь это, пожалуй, так приятно, когда о тебе есть, кому позаботиться. Пусть даже таким немудреным способом.
- Сколько тебе лет? - неожиданно спросила Ския, сообразив, что до сих пор не поинтересовалась этим.
Семнадцать. И уже обучен основам. Ей тоже было семнадцать, когда она, наконец, принялась за обучение не исподтишка, не скрываясь от зорких отцовских глаз, позволив себе эксперименты и практики, которые не могла позволить прежде.
Иногда для раскрытия магического дара самое главное - вовремя получить свободу.
- Рану не растревожил? Не кровит? Ну и чудно, - Ския поднялась из-за стола, опираясь кончиками пальцев, когда тарелки и бокалы опустели. - Тогда кое-что тебе покажу. Идем.
Голубовато-белый огонек летел следом за ней, освещая и лестницу наверх, и полутемную библиотеку, в которой некромантка намеревалась временно поселить своего найденыша. На узкий диванчик в углу она уже бросила шерстяное покрывало в клетку, какие ткали женщины малого народца, и маленькую подушку. И даже если Элиас хотел сразу прилечь, у Скии были на него иные планы.
Книг здесь было не то чтобы слишком много - в ее сгоревшем доме, в поместье де Энваль, осталась куда более внушительная библиотека, поскольку книги подбирались и хранились поколениями, и касались не столько магии, сколько прикладных наук, истории и искусства. Здесь же, в ее кабинете, не было ничего лишнего: пухлые справочники полезных свойств растений, минералов и грибов, тома по устройству человеческого тела, несколько трактатов по теории магии.
Ския заметила, как заинтересованно заблестели глаза мальчишки. Тяга к магии в нем была, не отнять. Темные эльфы начали огранку его таланта, но она была грубой, небрежной - учили только тому, что было необходимо им, а не тому, что позволило бы наилучшим образом его развить...
С другой стороны, она-то с чего об этом печется? Она же не его учитель.
- Вот, - книга, которую некромантка положила на стол, была не такой уж толстой, но кожаный переплет был потрепанным и растрескавшимся настолько, что прочесть изначальное название было невозможно. Поэтому Ския хранила книгу обернутой в плотный шелк.
А еще - ей совершенно не хотелось, чтобы фолиант попадался на глаза кому-то постороннему. Даже если название было не разобрать, умельцы сообразили бы, что потертая кожа, обтянувшая обложку, была отнюдь не свиной и не телячьей. Опытные некроманты прошлого использовали для своих трудов только человеческую или эльфийскую...
- Это книга об... исцелении некоторых проклятий, - Ския перелистнула несколько страниц, замелькали изящные руны темноэльфийского. - Кое-что я перевела, - она кивнула на выписки первых глав, сделанных ее собственной рукой, - но это отнимает у меня слишком много времени. Темноэльфийский непривычен. Но если ты с детства говоришь и читаешь на нем, то сможешь расшифровать вот эти формулы... здесь, и вот здесь... и эту главу, - она вопросительно взглянула на Элиаса.
Если он и вправду умеет читать на темноэльфийском, то довольно скоро поймет, что книга посвящена некоторым запрещенным ритуалам, позволяющим продлить собственную жизнь ценой других и, что самое главное - их побочным эффектам.
И что он тогда станет с этим делать?
- Мой интерес чисто теоретический, - свободно солгала Ския, небрежно опираясь на спинку стула. - Просто сделай как сумеешь и когда сумеешь. Хочу проверить, действительно ли темные эльфы настолько выдающиеся маги в этой области, как о себе хвастают.

+1


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [40 Бурана 1054] Потерянный на берегу


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно