поговаривают, мол...

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Прогуливаясь по улочкам Солгарда, вы натыкаетесь на старуху. Ее уродливое лицо на миг мелькает в свете фонаря, она хватает вас за руку и кричит что-то невнятное. На следующий день все начинают сторониться и избегать вас.

В деревне Уилмот подле Вилмора более 90% детей умирают при рождении и тем странней, что несколько семей отличаются в ней поразительным плодородием.

Администрация проекта: один, два, три.
нужные персонажи
25.07 Открыт набор в новый квест.
18.07 Объявлен новый прогноз астрологов.
Переход на Разгар состоится 1 августа.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [4 разгар 1047] Into the fire


[4 разгар 1047] Into the fire

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Into the fire

https://sun9-34.userapi.com/CakH8oq8Y1KFN72mWdrGp1RElzW3KM4gXZ8hXA/VMraDDNf8Gw.jpg

где-то в бескрайней пустоте региона Большого Рва и за ним | 4 разгар 1047Конрад Валлион и бесславные ублюдки

Ну разве война не ад?

Закрутить колесо Аркан?
да

Отредактировано Конрад Валлион (16.07.2021 23:45)

0

2

Третья декада.
Именно столько времени тянется с тех пор, как нас перебросили сюда, в этот покинутый всеми силами и богами лагерь посреди тоскливой, пожухлой травы да тощих деревцев где-то далеко на горизонте. Можно ли придумать судьбу более жалкую и бессмысленную, чем  сидение под палящим солнцем в большой деревянной коробке, благоухающей ароматами сотни немытых тел и выгребного оврага за частоколом?
Ох черт, еще как можно. Хотя еще две декады назад я сомневался - но капрал Штосс быстро показал, чего стоят эти сомнения. Поверьте, держа в руках большие вилы и вычищая этот самый овраг, разницу осознаешь быстро. Особенно если делаешь это в кольчуге и шлеме.

И все же иногда я думаю о том, что представлял службу несколько иначе. Иногда. Когда не могу уснуть под храп в казарме и подвывание койотов в где-то вдалеке.
Да, на плакатах, развешанных по стенам в моем родном Солгарде, все выглядело иначе. Алебарда, доспех, красивые речи, слава... рыцарский титул, на который я втайне и надеялся - напрасно, ох напрасно не послушал дядьку, да куда уж там. Сидел бы в цеху да горя не знал.
День за днем, конечно, делая одно и то же - но разве здесь как-то иначе? Хотя бы воздух, пусть и смердящий.
И ожидание. С каждым днем одного и того же - да хотя бы чего-то, кроме очередной муштры и хозработ - только куда уж нам. Воюют настоящие солдаты.

Вчера приезжал комполка - зрелище, конечно, то еще. Я-то его лично не видел - моя вахта на юго-восточной башне, в заехал он, конечно, через ворота, которые с запада - но пацаны ведь врать не будут. Влетел в штаб, едва выскочив из кареты, даже дверь не успев захлопнуть да шпагу подобрать. Интересно, для чего бы. Неужто наконец-то мы готовы, и нас распределят по нормальным гарнизонам? Или еще куда - да куда угодно, лишь бы не здесь.
Спросил у Рика, он дежурит перед штабом - тот поднял на смех. Какая, говорит, тебе разница - сиди на жопе ровно. Ну или приходи не менее чем во свиной ногой. Жирный ублюдок, чтоб ему подавиться.

И все же было бы очень интересно. Наверняка же все это не просто так. Наверняка что-то назревает. Не может не назревать.
Было бы неплохо.

[icon]https://i.pinimg.com/236x/92/3e/dc/923edca231493987308519f61aae47d4.jpg[/icon][path]<div class="lz"><div class="lzR">Надежда и Опора Страны</div><lz>На самом деле нет, задолбали, дайте поспать.</lz></div>[/path][nick]Рядовой Томас Браун[/nick][status]1-я пехотная бригада[/status]

+1

3

Мы идем уже девятый день.
Хвала богам, в этом районе солнце режет глаза уже не так ярко, пропекает спину не до костей, а только до мяса, да и по пути кое-где, да попадаются редкие древесные массивы, иначе санитарные потери нашей роты превысили бы все допустимые нормы уже декады через полторы. Интересно, кто вообще придумал гнать новобранцев маршем в такой сезон? Не иначе, как в высоких кабинетах додумались, что орки тоже будут страдать от жары, а мы - да что мы, мы ведь и должны умирать. Только мальчишки этого не знают.
Ха. Я помню, как они чуть ли не выли, пока мы мариновались в форте, и с какой радостью орали, когда этот жирный уродец объявил, что завтра мы выступаем на марш. А уж как некоторые болтали, рассуждая о тактике и перспективах...  Малолетние идиоты.
Крикнул на них, одному - тощему, а уже с бородкой, как сейчас помню - перетянул палкой поперек спины для соблюдения дисциплины.  Как потом узнал - добровольцы из Солгарда.
Лучше бы не узнавал. Впрочем, нет худа без добра: кандидат в мастера по сортирам в моем взводе  нашелся. Не люблю добровольцев. И городских. Особенно с Солгарда. Альдемерских тоже ненавижу, ну да таких сюда не посылают. Но добровольцы - хуже всех. Наглые щенки, решившее, что плохо живут и погнавшиеся за острыми ощущениями - я вижу их насквозь, насмотревшись на таких за свой десяток лет, что тяну лямку без всякого на то согласия. У меня не было выбора, когда староста за подгон вписал мое имя в рекрутерскую книгу. Никто не спрашивал меня, хочу ли я уходить в эту чертову пасть бездны даже без неясных перспектив.
Нет, я не жалуюсь - хоть и не пожелаю и врагу оказаться здесь. А эти... В самом лучшем случае в первом же бою они бегут в обосранных портках на своих тощих ножках к ближайшей канаве, падают в нее и зовут маму, чтобы забрала их домой. Герои, чтоб их. Каждый раз - одно и то же.

Вот и сейчас. Хоть и боев не было, но марш по разбитым дорогам под разгарными лучами - удовольствие ниже среднего. И неплохо очищает от иллюзий. У меня-то их не было никогда, а вот некоторым - не помешало бы. Вот и сейчас, сидя в телеге, которую тащит пара замученных жизнью ослов, я смотрю на медленно, мучительно бредущую колонну сопляков, один за другим растерявших весь свой лоск и пыл. Пыль облаками вьется из-под копыт и скрипящих, едва ли не разваливающихся колес, летит прямо в их лица, забивается в глаза и в рты. Неприятно, понимаю - но кто сказал, что война это легко?

Время уходит за полдень - и солнце, пусть даже несравнимое с тем, что висело над этим чертовым фортом, протягивает к нас свои загребущие лапы, припекает и подпаливает все, что смеет показаться под его взглядом. Случайно задеваю рукой пузатый шлем, лежащий сбоку, и с шипением отдергиваюсь, выбрасывая вместе с болью остатки тревожного полуденного сна: до сих пор удивляюсь, как может нагреться, казалось бы, самое обыкновенное железо. Солдаты уже давно сняли свои шлемы, а кольчуги, хвала небесам и благоразумию командиров, на марше надевать их и не заставляли: в противном случае потери выросли еще сильнее. Усмехаюсь, слыша неодобрительное ворчание в свой адрес; особо ретивым и громким, загнув правую руку, показываю средний палец. Терпят - а что они сделают, щенки, если от меня зависит, кто и что будет сегодня вечером есть? Если, конечно, в такой жаре еда доживет до привала.


Определенно, время привала определяется лишь одним: когда же замордованные насмерть ослы и кони устанут передвигать свои копыта. Потому что люди, в отличии от них, кажется, способны идти на убой едва ли не целые декады кряду - по крайней мере, как-то так считает командование, потому что когда один из рекрутов наивно попросил капитана остановиться, дабы он мог облегчиться - звон оплеухи и отборные маты был слышен, кажется, до самого Большого Рва. Интересно, долго ли этот капитан проживет на линии фронта? Надеюсь, что дольше пяти дней: мы с Ральфи, сержантом из второго взвода, поспорили на эту тему, и я поставил не менее шести дней. Не думаю, что у солгардских белоручек хватит духу намного раньше.
И  все же - привал. Неожиданно, как всегда, и на этот раз - даже возле реки. Хотя, конечно, называть этот грязный ручей рекой довольно сложно.   Все хоть что-то  - и именно здесь, на фоне ора взводных и капитана, ржания уставших лошадей и гудения не менее уставших солдат, начинается моя работа. Мои "помощники", рядовые Пупа и Лупа - черт уж знает, кто додумался их так назвать, но одинаковые мысли приходят, похоже, совсем не только в умные головы - принялись разворачивать "кухню", с грохотом и матами вытягивая из обитых ржавыми ободами бочек черствые сухари да куски просоленного до состояния деревяшки мяса. К воде бойцов не пускали - по крайней мере, так звучал приказ, предлагавший довольствоваться тем, что несли в ранцах; на деле же даже часовые, приставленные к речке-вонючке дабы отгонять нарушителей, давно махнули рукой, и самые нетерпеливые пили прямо там, рухнув коленями в грязь рядом с ослиной мордой и жадно загребая мутную жидкость немытыми руками.
Вакханалия. Казалось бы, еще позавчера эти люди рассуждали о подвигах, медалях и красивых мундирах - а уже сегодня они готовы поставить что угодно ради глотка грязной воды. И это даже не фронт: что же будет там?
Хотя откуда мне знать, ведь я там не бывал. Да, история про испачканные штаны и прячущихся в канаве солдатах - плод моего воображения, вдохновленного рассказами товарищей и сослуживцев - но ведь это действительно так. Я видел немало людей, метаясь из гарнизона в гарнизон, и еще больше слышал...

Ночь опускается на нас - и как всегда я очень рад ее видеть, словно вместо природного явления ко мне приходит ядреная баба с большой жопой. Сегодня я не один: Руфус из второй умудрился добыть бутылку хорошего самогона - не иначе как обменял у проезжавших мимо поселян на что-нибудь острое и ценное - и сейчас в этой палатке у меня с ним и Ральфи намечается весьма благородное провождение времени. На темно-синем, похожем на полотно небе - ни облачка, и блестящие сверху звезды, кажется, смотрят на нас с немым укором - но кто они такие, чтобы судить? Нам осталось не так уж и много до границы - так разве мы не люди, чтобы проводить свою прошлую жизнь? Ну, или не свою. Мы-то вернемся. Всегда возвращались, оставив очередную партию мяса на забытой Луною заставе до самого скончания времен. Или скончания мяса, замену которому мы повезем спустя пару месяцев. Война, что с нее взять?
Война не меняется.

[icon]https://i2.paste.pics/bc3c85988021f3f04de97787c268372f.png[/icon][nick]Квартирмейстер Штерн[/nick][status]1-я пехотная бригада[/status][path]<div class="lz"><div class="lzR">Старый солдат</div><lz>Герой свиньи и бутылки</lz></div>[/path]

Отредактировано Конрад Валлион (24.07.2021 15:57)

+1

4

Как же я хочу умереть.
Если я вообще могу что-то хотеть после полутора дней... вот этого. Не так, совсем не так я представлял себе службу, уходя с цехового подворья. И гибель тоже представлял иначе: в славном бою, окруженный убитыми врагами, а вовсе не здесь, и не в таком состоянии и совсем не по такой причине. Но даже если так - хоть так, лишь бы это закончилось. Я уже с трудом передвигаю ноги, а сил моих хватает разве что на то, чтобы перекатиться со спины на правый бок да спустить штаны. На "побочный ущерб" я даже не обращаю внимание, как и на презрительные взгляды - пошли бы все к черту и провалились там к нему в самую глубокую бездну со своим осуждением.

Толстый Боб умер вчера ночью. Весь день его беспрерывно полоскало, так сказать, с обоих концов, под вечер - мелко трясло, и он почти не реагировал на удары по щекам и на крики, ходил под себя, а наутро просто не проснулся. Тело унесли лишь часов пять назад, наверное - смотреть на взводные часы, как вы понимаете, у меня не было ни сил, ни времени. И хотя сейчас мне все еще кажется, что в мой живот выстрелили подожженной стрелой, а силы рук не хватает и на то, чтоб подтереть задницу - я рад, что чувствую хотя бы эту боль. Это значит, что я жив. Пока что. К сожалению.
Нет, мне страшно умирать. Но жить после такого еще страшнее. И еще... я ведь никогда ранее не видел смерть так близко. Нет, не подумайте, на улицах Солгарда случалось всякое - но все же не так близко, не так долго и не в таких подробностях. Я представлял смерть как нечто такое, подобное вспышке, разрыву, резкому свисту или наваливающейся темноты; потоком, из которого ты выныриваешь до последнего - а смерть оказалась совсем иной. Тихой, медленной. Холодной. Такой же холодной, как лоб моего друга.
Друга, как же. Мы, конечно, болтали с ним еще в форте и сейчас, на марше - но считать это дружбой... В другое время я бы не использовал столь громких слов - но смерть, как выяснилось, очень сближает людей.
Боба этого не заслужил. Как и я не заслужил этих мучений. Мы ведь ничего не сделали! Мы просто пошли защищать свою страну.
Если я выживу, то напишу письмо его дедуле. Боба часто рассказывал про него, очень его любил. Уверен, что ни сержанты, ни уж тем более кэп не станут заморачиваться над этим. Что им до одного солдата, к тому же не самого лучшего? Что мы, если не просто человеческий материал?
Напишу. Обязательно напишу. Если выживу. И совру с три короба, конечно. Пускай хотя бы в моем письме мой друг останется героем, отдавшим жизнь за свободу Хельдемора, а не скончавшимся от поноса неудачником. Правда? Ну так ведь и нам ее не сказали...


Я пережил ночь, как ни странно. Было сложно проснуться даже от пинка под ребра - и все же я сделал это, едва разлепив холодные, словно вылитые из свинца, глаза. А вокруг было тихо. Даже солнце, кажется, не спешило донимать нас, несчастных горе-вояк, своими убийственными лучами. Ну, хоть что-то.

В расположение приходил капитан - приходил и громко матерился, вспоминая о сорванных сроках и темпе наступления. Грозил трибуналом, смачно всек по морде взводному, а напоследок посоветовал ему поторопиться в возвращении нас в строй, если тот не желает лично жрать дерьмо из наших задниц до самого дембеля. На нас и не взглянул - ну об этом, в общем-то, кто как, а я и не сомневался.  А взводный был не в духе, поглядывал на часы и ругался сквозь зубы.

Ближе к полудню прибыл и лекарь - судя по одежде, с гражданки. Уж не знаю, откуда он взялся так быстро, но прибыл - и на том спасибо. Нет, по штату у нас есть и свои лекари, и даже маг - да только штат оказался не совсем штатным. Прибыл, осмотрел, переговорил. Ругался. Не как капитан, а прямо, хлестко. А еще он сказал : "холера". Слово-то знал давно, а теперь, стало быть, выяснил, что это такое. На своей жопе выяснил, хаха.
Вообще, мне уже лучше. Лекарь велел срочно набрать чистой воды, прокипятить и поить всех страдальцев, а кто не может и не хочет - тем заливать в глотку силой. Ну, кипятить-то Штерн уже догадался, хоть на что-то он сгодился. Именно в этот первый котел доктор высыпал какого-то серого порошка, оттуда мне дали пить, и мне - удивительно - полегчало. Не то чтобы сильно, но между двумя и одним десятком эпизодов неукротимой диареи - разница колоссальная.
На следующее утро кэп пришел еще раз, матюгнулся и махнул рукой. На самом деле, взводный мог не бояться: некоторые из нас более-менее пришли в себя и могли идти, хоть и штаны предусмотрительно не надевали, прикрываясь длинными кольчугами. Я, увы, таким похвастаться не мог - в животе все еще горело и пульсировало нечто напоминающее о пылающем стальном сердце. Помню, о таком писали в газетах в Солгарде: якобы одному богатющему гному вместо живого сердца, проткнутого в переулке бандитами, пересадили металлическое, работающее на мана-моторе. Уж не знаю, насколько это правдиво - но именно такое, кажется, сейчас поселилось у меня внутри кишок.
Квартирмейстер позаботился о том, чтобы взять с собой и нас. По его команде с нескольких телег - кроме, разумеется, той, на которой ехал он сам - сгрузили все, что на них было, и забросили туда нас, неходячих. Грузы, конечно, никто не оставил - их потащили "здоровые", и сейчас, трясясь по убитой дороге, я отчетливо слышу все их добрые пожелания подольше не сдыхать и покормить червей живьем.
Не такой представлял я армейскую службу и воинское братство.
Но сейчас мне было все равно. Я смотрел в небо, усыпанное сотнями звезд, и гадал - сколько еще моих наивных представлений будет сломано, прежде чем мы доберемся до фронта...

[nick]Рядовой Томас Браун[/nick][status]1-я пехотная бригада[/status][icon]https://i.pinimg.com/236x/92/3e/dc/923edca231493987308519f61aae47d4.jpg[/icon][path]<div class="lz"><div class="lzR">Надежда и опора Страны</div><lz>На самом деле нет, задолбали, дайте поспать.</lz></div>[/path]

+1

5

Очередной марш по гиблым землям. На этот раз - пешком. Чертов капитан приставил за мной своих личных головорезов и пообещал, что если я еще раз лягу на телегу, пока бойцы будут тащить тяжести и идти пешком - следующим моим домом будет тополь. Проклятый уебок, будто сам шагает пешком. Я харкнул ему вслед, получилось громко - видимо, летящая сквозь выбитые зубы кровавая слюна резко меняет аэродинамические свойства; слишком громко - так, что он обернулся и окинул таким жутким взглядом, что мне, тертому уже калачу, стало очень не по себе. Он ничего не сказал, лишь презрительно усмехнулся - но я не сомневался, что свое обещание он выполнит.
Вот Ральфи не верил. Несчастный ублюдок до последнего сомневался, даже когда на его тощей шее затянулась петля, глаза полезли из орбит, а портки окрасились бурым.  Шутка, ха. Такие вот шутки.
Ненавижу.
Все же он был моим другом - каким-никаким, но был. Разве он заслужил смерти, да еще такой? Разве мы заслужили позора просто за то, что напились? Никогда не забуду, с каким лицом на нас смотрел чуть ли не весь батальон, когда капитан и этот чертов лекарь зачитали обвинения. Ральфи не рассказал, на что обменял самогон - это оказались какие-то порошки от заразы, они как раз понадобились местным. Кто же мог знать, что здесь, в глубоком тылу, можно будет поймать заразу? Уверен, что Ральфи не хотел делать плохо. Он вообще был добрым парнем. Глуповатым слегка. может, но не плохим.
Хотя парней жаль. Тринадцать трупов за одну только ночь - это страшно. Если бы мы только знали.

Ноги гудят, словно влетевший в кувшин пчелиный рой. Хвала богам, пересеченная местность не позволяет набрать скорость, и время от времени мне удается отдохнуть: в этих чертовых лесах, переходящих в болота и овраги,  не разгонишься при всем желании. Почему их вообще до сих пор не спилили и не вырубили?
Это долго. Дольше, чем я ожидал, чем было все прошлые разы; мне оставили мою должность и обязанности - но это обстоятельство, как и два мордоворота рядом, меня нисколько не радовали. Этому выродку, кажется, нравится надо мной издеваться.
Чертова война. Я еще не увидел ее глаз, но уже чувствую ее дыхание.

[nick]Квартирмейстер Штерн[/nick][status]никак вы не научитесь[/status][icon]https://i2.paste.pics/bc3c85988021f3f04de97787c268372f.png[/icon][path]<div class="lz"><div class="lzR">Старый солдат</div><lz>Герой свиньи и бутылки</lz></div>[/path]

0


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [4 разгар 1047] Into the fire


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно