поговаривают, мол...

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Прогуливаясь по улочкам Солгарда, вы натыкаетесь на старуху. Ее уродливое лицо на миг мелькает в свете фонаря, она хватает вас за руку и кричит что-то невнятное. На следующий день все начинают сторониться и избегать вас.

В деревне Уилмот подле Вилмора более 90% детей умирают при рождении и тем странней, что несколько семей отличаются в ней поразительным плодородием.

Администрация проекта: один, два, три.
нужные персонажи
16.06 Открыт набор в новый квест.
11.06 Продолжаются торги на аукционе, сделка будет заключена 18.06.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [5 Опочивальня 1055 года] Восстановитель репутаций


[5 Опочивальня 1055 года] Восстановитель репутаций

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Восстановитель репутаций

https://cdn.discordapp.com/attachments/849753007000518658/850498727209599036/natalie-bernard-darkcastle-nataliebernard.png

Вотчина семьи Флобелль, неподалеку от границы Хельдемора и Рон-дю-Буша| 5 Опочивальня 1055 года Лукреция Флобелль | Винсент III Арабэтт

Аристократы довольно часто любят тратить свои деньги на мимолетную блажь – драгоценности, предметы искусства, иногда даже откровенно запрещенные артефакты, и всё это самого факта владения этими вещами. Однако благородная семья Флобелль, чья скромная вотчина находиться на границе между их родным королевством Хельдемор и землями Рон-дю-Буша, имеет довольно странное «увлечение», которое старательно скрывает.

Уже на протяжении нескольких поколений подпольным мастерам и торговцам периодически поступают заказы на различное медицинское оборудование и инструменты, а также алхимические реагенты, часть из которых достать можно лишь нелегально. Посему у этого семейства имелись кое-какие контакты с дельцами Левиафана, которые были только рады предоставить клиентам желаемое. Пока те платили звонкой монетой, разумеется.

В этот раз, похоже, отдающие себя научным изысканиям вельможи запланировали нечто глобальное, а посему, через третьих лиц связавшись со своими поставщиками, она изъявили им желание пригласить ко двору эксперта в области различных алхимических приблуд и инструментов для консультации. Хотя дорога до родового замка Флобеллей была не близкой, но аристократы обещали щедрую плату, к тому же, необходимость подобного визита наверняка предвосхищала прибыльный заказ, а посему компетентный специалист отправился в путь. Однако вряд ли тот подозревал, что за время в дороге в доме семьи Флоббель произошел крайне неприятный инцидент.

Закрутить колесо Аркан?
да | нет

-

+1

2

Путешествие явно выдалось непростым, ибо хоть вотчина славного семейства аристократов и располагалась неподалеку от основных путей, ведущих прямо в святые земли Рон-дю-Буш, однако назвать эти края кроме как провинциальным захолустьем было никак нельзя. У впервые оказавшегося здесь путника могло сложиться впечатления, что кроме густого и, казалось, нескончаемого леса тут ничего нет, но все же на своем пути можно было встретить несколько небольших городков, где за вполне приемлемую сумму можно было переночевать в постоялом дворе и пополнить запасы для дальнейшего пути. Правда, легко было заметить, что народ тут был под стать окружению – все какие-то угрюмые и немногословные.

Силуэт замка показался на горизонте уже ближе ко второй половине дня, а знаит явно стоило поспешить – позади уже слышались раскаты грома, и быть застигнутым грозой в ночном лесу было малоприятной перспективой. К тому же, давно ходили слухи, что в этих землях неспокойно – иногда пропадали одинокие путники, а среди местных жителей ходили легенды о страшных тварях, которые днем прятались где-то в чащах, а ночью выходили на охоту. Хозяев, видимо, подобные байки не сильно заботили, или же те не могли собственными силами справиться с этой проблемой, а запрашивать подмогу не позволяла гордость и страх перед репутационными издержками.     

Винсент III Арабэтт прибыл к воротам как раз в тот момент, когда вспышка молнии озарила сумеречное небо ярким светом, а после дождь хлынул словно из ведра. Одинокий часовой ворчливо спросил кого это нелегкая принесла на ночь глядя, однако стоило ему показать пригласительное письмо, как расслабившийся страж поспешно извинился, встав по стойке смирно, и пропустил гостя во внутренний двор.

Буквально сразу Винсента «перехватил» лакей, который после стандартного любезного приветствия, пригласил пройти за ним внутрь замка. Следуя по коридору, гость мог сразу услышать звуки какой-то перепалки – мужской и женский голос о чем-то яростно спорили, но Винсент мог разобрать лишь отдельные слова и фразы вроде «тётушка в ярости» и «позор семьи». Но стоило ему и его провожатому оказаться в холле, как к ним сразу же поспешил навстречу мужчина, одетый в дорогой костюм по самому последнему слову столичной аристократической моды. Махнув лакею рукой, он приступил к знакомству:

— Приветствую вас, уважаемый, кхм, господин... – он замялся,  но через мгновение вспомнил и назвал фамилию визитера – вернее псевдоним, которым тот изъявил желание представиться на время этого назначения. - Мы несказанно рады вашему прибытию! Позвольте спросить, как вы добрались, была ли легка ваша дорога? Ах, прошу прощения, куда делись мои манеры?! Я – граф Моррис Флобелль, очень приятно познакомиться.

В приличном обществе людей, выглядящих как граф, назвали бы «обладающий специфической внешностью», а в простонародье бы нарекли просто уродцем. Этот худощавый маленький человек, который к тому же был еще слегка горбат, был ниже Винсента почти на две головы, и оттого его будто бы раздутое лицо, смотрящее маслянистыми глазенками снизу-вверх, выглядело одновременно забавно и отталкивающе. При виде такого «чуда» можно было начать верить, что слухи о том, что местные дома связывает нечто покрепче чем просто родственные узы, были чуть большим чем наветом недоброжелателей. 

Впрочем, граф словно сиял дружелюбием – похоже, что шанс поболтать с кем-то потусторонним ему выпадал не часто и упускать его он не собирался, даже если для этого приходилось слегка нарушить правила этикета.

— И все же, легок был ли ваш путь? Надеюсь, вас не настигла непогода! И позвольте поинтересоваться, какие впечатления у вас сложились о нашем крае?

Отредактировано Лукреция Флобелль (05.06.2021 14:20)

+2

3

Не сказать, что Винсент был настоящим экспертом в делах алхимии, зельеварения, медицины и оборудования. Однако, он был отличным связующим звеном между настоящим профессионалом и миром.

Таман почти не выходил из своего подземелья. Он все время что-то там варил, над чем-то эксперементировал, проверял качество полученных ингредиентов, создавал новые, занимался написанием какой-то книги... Он был, безусловно, гением, но что касается дел торговли, то был полным нулем, и ему необходим был Винсент. А Винсенту нужен был он.

Даже сейчас, в экипаже, он что-то написывал в своем блокноте с лицом таким озабоченным, будто он вот-вот совершит величайшее научное открытие. Винсент иногда и правда думал, что перед ним вершится история, поэтому с любопытством наблюдал, как сводятся его брови в задумчивости, как подергиваются усы и как он грызет карандаш, почти что доходя до грифеля. Арабэтт все ждал, когда Таман почувствует разницу во вкусе между деревом и грифелем. Вот, последняя щепочка, зубы зельевара окрашиваются в черный и... Ничего не происходит. Первые пару минут. Потом Таману будто бы что-то умнейшее пришло в голову, он облизнулся и продолжил писать с еще большим рвением.

- Мы приехали, господин! - подал голос извозчик. Таман бы не очнулся от изысканий, не похлопай Винсент его по коленке. Тот тут же тенью скользнул за хозяином, спрятав блокнот в огромную сумку. От спутника Арабэтта за километр несло запахами лаборатории.

Место, в которое они приехали, было специфическим. Народ тут был безрадостный, как часто бывает при плохой власти или всеобщей трагедии. Что, частенько, бывает одним и тем же, или одно становится причиной другого. Судя по спорам буквально за стенкой, все, о чем подумал Винс, было сущей правдой.
Господин Аль, как представлялся Винсент время от времени, учтиво кивнул Флоббелю, но не изъявил более ничем своего уважения. Которого, в общем-то, и не было к подхалимам. Да и дело у них сейчас такое, что Винс нужен им больше, чем они ему, так что можно пока не утруждать себя ненастоящими улыбками. Но от маленькой светской беседы все же не убежать.

- Мои кони доставили меня в срок и вполне комфортно, как и всегда. Надеюсь, ваш конюшенный о них хорошо позаботится, - Винс сказал вовсе не строго, а скорее между делом - он пока не собирался давить на странного мужчину. Ему казалось, что хоть капля магии, и тот тут же упадет перед ним на колени.
Пальцы оглаживали рукоять трости. Пока можно было держать змею на поводке.

- Ваш край напоминает мне мой собственный дом, - Винс не удержался и все-таки улыбнулся. Он был забавным в своем желании угодить. Даже очаровательным. Винсенту такие нравились - те, кто и без магии его почти что боготворит за факт всего лишь присутствия.
- Путь был долгим, и мы бы не отказались от ужина. За ним и обсудим дела, что нас сюда привели.
По правде говоря, плохая погода выворачивала Винса наизнанку. Его бы спасло мягкое кресло и бокал вина. О, какое тут должно быть вино...

+2

4

Граф Флобелль истрактовал высказывание Винсента как искренний комплимент, а от того его одутловатое лицо расплылось в широкой улыбке - не самое приятное зрелище. Впрочем, он сразу же подозвал одного из лакеев и нарочито наставительным голосом проинструктировал того хорошо присмотреть за скакунами их дорогого гостя. В этих напоминаниях наверняка не было нужны, но таким образом дворянин хотел, похоже,  продемонстрировать всю свою заботу.

— Конечно-конечно! – закивал он, - Вам не о чем беспокоиться. Наш род славиться своим гостеприимством, и я искренне надеюсь, что вы оцените его по достоинству! Прошу вас, пройдемте, вы окажете мне честь, отужинав в кругу моей семьи, господин Аль.

Следуя по извилистым коридорам за довольно бодро вышагивающим графом нельзя было не заметить, что интерьеры замка все-таки были довольно бедноваты. Хотя низкорослый дворянин не упускал случая выразить свою оценку редким картинам и другим предметам искусства, которые попадались на пути, а также поведать какой-то «крайне интересный» факт из истории подобной вещицы, голые стены вкупе с довольно откровенной нехваткой освещения навеивали какую-то тоску.

В итоге граф привел своих гостей к массивной деревянной двери, за которой наверняка и располагался обеденный зал, и уже было собирался отворить её, как из соседнего коридора послышались шаги. Прибывающий ранее в приподнятом настроении дворянин сразу помрачнел, когда оттуда показалась тучная дама в роскошном платье, сопровождаемая двумя лакеями.

— Господин Аль, я рад вам представить свою супругу…
— Леди Элин Флобелль, - абсолютно беспардонно перебила женщина своего мужа. Голос её был полон высокомерия, и Винсент мог его узнать – именно она была одним из тех спорщиков, чью перебранку он случайно мог услышать ранее. – Мы благодарим вас за визит. 

Не одарив «господина Аля» больше никакими любезностями, супруга графа подала знак слугам, и те открыли двери, пропуская представителей семейства Флобелль и их дорогих гостей в зал. Что же, судя по всему, про гостеприимность болтливый граф не преувеличивал – стол буквально ломился от всевозможных блюд на любой вкус. Из напитков было представлено несколько сортов вин, включая местного изготовления, которое Моррис Флобелль конечно же не преминул всячески нахваливать, уверяя, что оно пользуется особой популярностью в соседних владениях и ничем не уступает знаменитым винам Ольдемора.

— Надеюсь, мы угодили вашим вкусам, - со вздохом сказала Элин, когда её муж было вновь попытался завязать разговор уже о местной истории, - Если вдруг вы бы хотели чего-то особого, то будьте добры, не стесняйтесь, обратитесь к кому-то из прислуги – с большой вероятностью наш повар сможет в кротчайший срок приготовить ваши любимые яства.

Служанки и вправду смиренно ждали любых указаний, буквально по щелчку пальца доливая вино в пустые бокалы, унося опустошенные тарелки и возвращаясь уже с десертом.

Впрочем, от Винсента явно не могла ускользнула одна довольно необычная, даже странная особенность обеденного зала. Он был словно разделен надвое – та часть, где находились граф, его супруга, а также приглашенные гости озарялась светом больших канделябров, стоящих у входа, и нескольких поменьше, поставленных прямо на стол. Противоположная часть зала была лишена вообще какого-либо освещения и находилась в полумраке.

— Господин Аль, - внезапно обратился к Винсенту граф. Видимо, хороший перекус, а ел он чуть ли не за двоих, и несколько бокалов алкоголя предали тому уверенности, если не сказать наглости, и тот сейчас пребывал навеселе, - Мы тут живем довольно изолированно, новости из большого мира до нас доходят не сразу. Может, вы бы рассказали нам что-то интересное? А то вы, как я понимаю, постоянно в разъездах. Если не секрет, то как идет торговля, мне тяжело представить, как трудно наверно разбираться во всех этих алхимических приблудах,  склянках, травах…

Отредактировано Лукреция Флобелль (05.06.2021 19:09)

+1

5

Ну что ж, не всем дворянским родам жить в роскоши. Семья Винсента, конечно, не королевский дом, но вставали они из пепла долго и на вершине не продержались. Крепкие землевладельцы, как бы сказали крестьяне. Единственное, что спасало их дом - это безупречный вкус дам Арабэттов.

Он слушал все внимательно, но думал только об ужине. То и дело принюхивался, надеясь уловить нотки запеченого картофеля, сочного жареного мяса в масле, горячий пористый хлеб с хрустящей чуть передержанной корочкой, вкусные овощи, хотя бы маринованные. Не отказался бы Винс сейчас от маринованных грибов или огурцов...

Таман думал примерно о том же. Хотя он, в отличие от хозяина, все же немного больше думал о работе. Он все оглядывался, ища в этом доме хоть какие-нибудь признаки проживания врача, алхимика или травника-зельевара, но не находил ничего кроме посредственных предметов искусства и иных сомнительных поводов для гордости хозяина дома.

Праздное созерцание Таманом очередной картинки на стене (маленький и невзрачный пейзаж с речкой и равниной) и мечты о еде прервала тучная дама, явно не испытывающая никаких проблем с едой. Возможно, она съедала всегда полторы порции - и лишь одна половинка дай бог перепадала ее мужу. Ну или хотя бы треть.
И все было бы здорово, но она поздоровалась с Винсентом так холодно, что он оторопел. И даже расстроился! Он уже размяк в нежных речах ее мужа, а она оказалась холодной кабанихой, что упорхнула в залу. Теперь единственной целью на ближайшее время для Винсента было вызвать в ней любовь к себе. Любыми способами. Давненько толстушки не вешались ему на шею.

Все, о чем мечтал Арабэтт, было на столе. Он пытался сохранять аристократские манеры, но делал о это с явной неохотой. Он просто желал наброситься на еду. Но уже чрез четверть часа это желание пропало и он всего лишь потягивал вино, осматривая обеденную комнату внимательнее. В темноте явно что-то сокрыто. Раньше там был детский стол? Поначалу Винсент подумал, что там могло быть место, где кушают лишь дамы, но дама растекалась по стулу вместе с ними за одним столом.
- Мои разъезды, по правде говоря, явление исключительное, граф Флобелль, но кое о чем я наслышан. Хотя самое главное для вас и для меня то, что мои дела и дела нашего Дома идут прекрасно.
Винсент говорил о Левиафане без страха - он был отчего-то уверен, что всеми делами на самом деле заведует жена. Да и имя у него явный псевдоним. Еще один глоточек местного вина - посредственно, но в целом неплохо.

Ужин подходил к концу. Зельевар заметил это по тому, что Арабэтт перестал есть все подряд, а выедал лениво только самые вкусные кусочки. И все чаще тянулся к салфетке, чтобы утереть губы. И вино заканчивалось - его единственный бокал, который он попросил вновь не наполнять.
- Господин граф, ваше гостеприимство впечатляет. Наверняка гостить у вас одно удовольствие, однако... - Нилеф поправил очки и бегло посмотреть на Арабэтта - тот почти что равнодушно покачивал бокал в руках и поглядывал на графиню, надеясь зацепить ее взгляд в свои же глаза - этого было достаточно для того, чтобы начать попадать в его ловушку. К тому же, Арабэтту не давал покоя инцидент, что он услышал.. Ой, то есть, как красиво вино переливается в бокале, загляденье!
- Мне не терпится обсудить оборудование и посмотреть на ваш арсенал. С позволения моего господина, конечно же, - Винс отвлекся от своего интереснейшего занятия и коротко кивнул.

+1

6

Похоже, у Винсента получилось осуществить задуманное, тем более, в этом ему усердно «помогал» сам граф Флобелль – чем больше тот нес откровенную околесицу, описывая все достоинства своих владений, а также долгую и славную историю своего рода, тем чаще его супруга обращала свой взор в сторону дорогого гостя.

— Арсенал? – удивленно спросил дворянин Винсента, - Но мы ведь не военные, право слово!

Граф захихикал, видимо, посчитав, что очень удачно пошутил. Но его вторая половина явно не поддержала подобное чувство юмора, грозно насупившись на своего супруга, после чего глава семейства недовольно зыркнул в сторону слуг, которые, видимо, забыли, что когда их господин шутит, то стоит хотя бы улыбнутся.

— Ладно, - выдохнул Моррис Флобелль, - Однако, я полагаю, что время уже позднее, не будет ли разумнее перенести…

Граф не договорил, поскольку в неосвещенной стороне зала послышался противный скрип. В самой дальней и темной части помещения отворилась дверь, и все присутствующие могли ощутить приятный аромат мускуса. Более искушенный спутник Винсента же мог почувствовать и оттенки других запахов – спирта, некоторых растений, которые преимущественно применялись во врачевании, а также  один какой-то странный, но все же знакомый аромат, который также как-то ассоциировался с медициной.

В дверном проеме показался некто облаченный в полный латный доспех, полностью скрывающий его тело. Латник нес за пазухой какую-то шкатулку, а в руках держал тускло горящую свечу, которую он вскоре поставил на небольшой стол, стоявший прямиком напротив   того, за которым восседали хозяева и их гости.

Через пару мгновений в зал словно тень проскользнула еще одна фигура. Казалось, гвардеец только-только успел отодвинуть стоявшее рядом со столиком роскошное кресло, как в него тут же уселась женщина. Даже в тусклом свете можно было заметить, что вид у неё был довольно болезненный – впалые глаза, слегка заостренный нос, бледная кожа, которая ярко контрастировала с рыжими волосами. Одета она была в дорогое платье, правда, от истинного аристократа не могло ускользнуть то, что подобные одеяния были уже давно не в моде. Незнакомка ожидающе поглядывала то на графа и его супругу, то на Винсента и Тамана, в свете свечи казалось, будто её глаза  хищно поблескивают.   

Появление этой барышни странно повлияло на чету Флобеллей – граф, до этого бывший явно навеселе, словно в мгновение ока протрезвел, и теперь, поправив камзол, нелепо пытался сделать вид, словно он все это время тут вел серьезные переговоры. Элин, последние минуты уже откровенно таращившаяся на Винсента, вновь примерила маску горделивой неприступности, впрочем, было легко заметить, что этот визит был ей явно не по душе и заставлял нервничать.

— П-приветствую вас, дорогая тётушка, - выдавил из себя граф.
— Я также рада видеть тебя, мой любимый племянник. Вижу, ты уже принял наших дорогих гостей.  -  голос женщины был слегка хрипловатый, но тем ни менее имел приятный слуху тембр. – Ты просил меня напомнить написать письмо нашим уважаемым соседям. Дело не терпит отлагательств, так что на смотря на непогоду, гонец должен быть отправлен сегодня.
— А-а… - замешкавшись, пробубнил граф, но затем, собравшись с духом, бодро ответил: - Благодарю вас, тётушка, пожалуй, вы правы – это действительно важно. Я хотел бы попросить вас, что бы в моё отсутствие ввести этих двух господ в курс дела.
— Конечно, - женщина улыбнулась графу краешком губ, - На моего дорогого племянника столько всего свалилось в последнее время, самое меньшее, что я могу сделать – это хоть как-то помочь ему.

Моррис Флобелль быстренько встал из-за стола, кивнув на прощанье  Винсенту и Таману, а затем поспешно удалился. Его супруга же растеряно смотрела то на седовласого гостя, то на родственницу своего суженого, однако когда последняя якобы невзначай постучала длинным ногтем по поверхности столика, Элин судорожно сглотнула и сказала:

— Похоже, мне следует сделать выговор нашему повару – уже второй раз после ужина у меня сводит живот. Прошу прощения, господа, но я вынуждена вас покинуть.

Тучная дама проявила неожиданную для своей комплекции резвость и быстро покинула зал, а вместе с ней и оставшаяся прислуга. Винсент и его компаньон остались одни в компании тётушки графа и её телохранителя.

— Я извиняюсь за поведение своего племянника. Не сочтите подобное поведение скверностью характера, он недавно унаследовал свой титул и в ведении подобных дел у него просто не хватает опыта.

Женщина щелкнула пальцами, и её сопровождающий быстро подал ей ключ, которым она открыла ларец и достала оттуда небольшую книжку, а также письменные принадлежности.

—  Полагаю, нам стоит перейти к делу. Наши общие знакомые рекомендовали вас как компетентных специалистов, но мне интересно, как часто вы сталкивались с решением чисто медицинских задач. И... знакомы ли вам труды Фебеля Вейера?

Таман мог знать о данном деятеле, хотя больше не по результатам его научных трудов, а скорее из-за довольно жуткой истории его кончины. Подающий надежды солгардский врач и изобретатель, которому пророчили мировую известность, в какой-то момент сошел с ума, уверяя всех вокруг, что его преследуют «ночные демоны», и в конце концов свел счеты с жизнью, спрыгнув с крыши здания. Вся эта история произошла лет двадцать назад, и единственным напоминанием о данной персоне были лишь несколько книг, посвященных лечению кровопусканием, а также передающимся по наследству недугам. Рецепты лекарств, предлагаемые Вейером, были довольно сложны, возможно, для зельевара было бы небольшим вызовом взяться изготовить нечто эдакое, но реагенты были довольно дорогими, а покупателей на подобный товар было не найти.

+1

7

Винсент не терял не минуты - он невзначай оглаживал кончиками пальцев рукоять своей трости, напуская на даму флер откровенной влюбленности - издевательства ради, не более. На фоне мужа она выглядела, конечно, достойнее, но это вовсе не означало, что она выглядит достаточно достойно, чтобы Винсент воспринимал ее как свою ровню. Ему очень хотелось, чтобы его краткие ответы и порой многозначительное молчание очаровывали даму сильнее, чем праздная беседа ее мужа.

Но ни одно баловство не могло сравниться по силе с настоящим страхом. Страхом, который невозможно было скрыть. Страх они почувствовали, когда отворилась дверь, когда пустой человек со шкатулкой и свечой прервал ужин, когда бледная дама скользнула за отдельно стоящий стол и пронзила их сначала взглядом, а затем словом. Испугался, кажется, даже Таман. Этот старик увидел в ней вампиршу еще до того, как Винсент стал задумываться о деталях. Но он молчал, потому как понял сразу - именно с ней они будут иметь дело. Ведь именно она пахнет лабораторией. Почти также, как сам Таман.
Очередной взгляд на хозяина. Винсент был также равнодушен, как и прежде, но на этот взгляд ответил. Легкой полуулыбкой.

Он никому не позволит навредить своим людям. По крайней мере, пока в его руках его славное оружие.

Затем Арабэтт снова уделил внимание очаровательной беседе. Тетушка? Сразу представляется пожилая дама, но Арабэтт знает, как порой коварн родственные связи - и тетки могут быть младше своих племянников на десятки лет, если так сложится судьба. Но они ее слишком боялись.
Либо она была очень одаренным колдуном, либо давно уже не была человеком. Но это даже для Винсента звучало очень сказочно.

Вейер. Какая-то знакомая фамилия. Кажется, Винсент ее уже слышал раньше. Только где же, где...?
- Я почти не знаком с его медицинскими трудами, - Таман прокашлялся в кулак, поправил очки и свел руки вместе на столе. Он наконец-то оказался в своей тарелке и говорил о вещах, в которых понимал. Смертельная скука, которую наблюдал Винсент в течение ужина, постепенно испарялась.
- При немалом участии моего хозяина, у меня были опыты воспроизведения его лекарств.
Ах, вот откуда!
- Некоторые увенчались успехом, для некоторых я до сих пор ищу подходящий ингредиент. У меня вызывает особое любопытство его лекарство на основе чеснока с добавлением серебряных крошек, пропитанных кровью фэй-ул, для улучшения кровопусканий. По правде говоря, это один из самых простых его рецептов, так что с их воспроизведением не возникло трудностей.
Таман поморщился, сделал глоток вина и протер пальцами усы. Скорее задумчиво. Винсент же вспоминал, как же его порой раздражает Таман, вдохновленный очередными найденными в паутинных библиотеках книгами.

+1

8

Высказывания зельевара, похоже, развеселило благородную даму, поскольку если ранее она была скупа на эмоции, то сейчас её бледное лицо расплылось в широкой улыбке.

— Вы довольно эрудированный человек, - сказала она Таману как-то совсем уж покровительским тоном, будто говорила не с почтенным старым ученым, а похвалила студента за правильный ответ, - Но  в наши темные времена это скорее тяжкое бремя. Столько хороших людей бесславно сгинуло, желая донести простые истины до окружающих! Иногда кажется, что сама судьба благоволит тем, кто умеет держать рот на замке.

«Тётушка» оценивающе посмотрела на старика, однако затем откинулась на спинку своего кресла. Сложив руки в замок и вновь ухмыльнувшись обоим гостям, она продолжила:

— Прошу меня простить, я уже уподобляюсь своему племяннику, отвлекаясь от насущной темы. Вейер, хотя так и не раскрыл своего таланта, несомненно, был выдающимся человеком. Но мало кто знает, что даже в годы, когда его разум помутился, остроты тот не утратил.

Внезапно опять послышался лязг доспехов и в комнату вошел еще один облаченный в латы гвардеец, который нес небольшую стопку книг, которую положил на стол перед «тётушкой» и, не промолвив ни слова, покинул обеденный зал.

— Мне стоило определенных усилий заполучить эти записи. Конечно, научными текстами это не назвать, но выводы, идеи, предположения – все это осталось и имеет немалую цену.

Достав одну из книг, женщина передала её своему телохранителю и указала на Тамана. Стоявший до этого словно статуя латник уверенным шагом двинулся к ученому и положил ценные записи перед ним на стол, при этом латной рукавицей случайно задев одну из тарелок. Раздался неприятный треск, но телохранителя аристократки это, похоже, вообще никак не побеспокоило, и тот словно заведенный вернулся на место и замер чуть позади своей хозяйки.

— Я ценю услуги вашего Дома за то, что вы хорошо умеете хранить секреты своих заказчиков. Вы наверняка заметили определенные… изъяны моих родственников, и от вас не имеет смысла скрывать, что наш род страдает от череды определенных наследственных недугов. Однако в свои последние годы Вейер плотно занялся изучением подобных заболеваний и добился больших успехов. Пожалуйста, взгляните.

Книжка на проверку оказалась кучей исписанных пожелтевших листов в переплете, которые кто-то попытался выстроить хотя бы в подобие порядка. Чтение подобного текста усложнялась еще тем, что часть бумаг содержала в себе откровенный бред – бессвязные и повторяющиеся фразы вроде «ОНИПОЗАДИМЕНЯОНИПОЗАДИМЕНЯ», какие-то каракули, видимо, изображающие страшных чудовищ, порожденных больным сознанием.

— Я все же не решилась избавиться от, скажем так, «несодержательных» страниц. Кроме научной, эти очерки несомненно представляют и историческую ценность. Вейер пришел к выводу, что хвори, которые передаются по линии наследования, в теории могут неразрывно быть связанным с кровью, а посему предложил простое, но, казалось бы, нереализуемое решение – необходимо просто очистить её  от вредоносных субстанций. Страница номер двадцать восемь.

Судя по всему, несчастный безумный лекарь обладал еще и талантами художника, поскольку на оговоренном листе можно было бы увидеть настоящую гравюру – человек, лежащий на койке, и от чьего правого запястья исходит трубка, ведущая к диковинного вида механизму, который напоминал вытянутую бочку. На следующей странице эта бочка уже была показана в разрезе и становится видно, что внутри неё находится разбитая на несколько секцией колонка, которая заполнена различными алхимическими реагентами. После процедуры «очистки», как её сам называл автор, кровь должна была заливаться обратно в тело пациента и подобная процедура должна была повторяться несколько раз. Вейер утверждал, что хоть эта процедура не лечила самой болезни, но в перспективе её регулярное проведение могло полностью избавить больного от симптомов.

— Интересно, не правда ли? Проблема заключается в получении некоторых описанных веществ, которые должны заполнять сегменты под номерами два, три и семь, а также подбора некоторых материалов – все, разумеется, должно быть стерильно и непроницаемо, но не мне вам об этом рассказывать.

«Тётушка» дала какое-то время Таману быстро пробежаться глазами по записям так плохо окончившего свой жизненный путь врача-изобретателя, но Винсент мог заметить, как буквально с каждой секундой её нетерпение нарастает . В конце концов она поднялась со своего кресла и на чуть более повышенных тонах обратилась к своим гостям на слегка повышенных тонах, словно делала какое-то заявление:

— Вы должны найти способ получить недостающие вещества и описать методики их получения, и первая машина Вейера будет собрана здесь, в замке Флобеллей. Я предоставлю вам доступ к моей лаборатории, всё оборудование и нужные реактивы уже находятся там, а если чего то не будет хватать, поверьте, я достану это в кротчайшие сроки.

+1

9

C каждой секундой огонек в глазах Тамана разгорался с новой силой. Он с большим интересом смотрел то на женщину, то на книгу, то на Винсента - будто бы благодаря его взглядом за то, что он взял его в эту увлекательнейшую поездку.

Многие ученые сходят с ума. Многие ученые оставляют после себя дневники - усыпанные размышлениями, горем, нытьем и любви и очерками о разработках и идеях. Кто-то ведет структурированные журналы и пишет книги, но этого недостаточно. Прогресс - он в наметках, в нереализованных мечтах.
До нужной страницы Нилеф дошел не сразу, почти что нарочно издеваясь над терпением женщины. Редко в его руки попадают такие уникальные вещи, и ему хотелось хотя бы краем глаза увидеть каждую страничку.
- Подумать только, за двадцать лет страницы почти не испортились... - воодушевленно прошептал старик, сглатывая слюну. Арабэтт сделал маленький, почти что неохотный глоточек вина. Для него больший интерес представляли слуги. А если точнее - их глаза, спрятанные за шлемами. И страх, страх...

Таман осторожно, едва касаясь, водил пальцами по изображению, примечая, какое оборудование есть у него. Затем он отвлек от увлекательного занятия Винсента, который теперь тоже вынужден был заглянуть в книгу. И то, что он увидел, его совсем не радовало, но он совершенно не подавал виду - слушал о том, что говорил Таман:
- ...А это я точно упрятал где-то в складах, помнишь? Ты ведь так и не дал добро на продажу из-за нестабильности при перевозке. Но один раз то можно рискнуть, а?

Он очень быстро перешел на торг, даже не спрашивая, заинтересован ли в этом Винсент. А он, ощутив прилив нетерпения, вдохновения и требования со стороны женщины, потерял окончательно всякое желание играть по таким правилам.
Винсент прокашлялся в кулак. Ему было даже жаль Тамана, правда. Тот был так воодушевлен идеей продолжить начатое Вейером практически лично, что не замечал никакого подвоха. Но Винса многое смущало. Можно ли излечить дефекты плоти кровью? И что еще заключено в крови? Не станет ли это опасным оружием? И на ком будут эти реактивы тестировать?
- Мне неловко вас прерывать, леди... Флобелль, я полагаю, хотя вы не представились, но есть несколько вещей, меня смущающих.
Винсент встал из-за стола и, опираясь на свою трость, стал сокращать расстояние между ними. Ему была интересна реакция ее слуг, но с женщины он глаз не спускал. Ему нужно было, чтобы она не отводила взгляда от его очаровательных глаз.
- Я бы даже сказал, что прежде чем мы продолжим, у меня есть несколько требований и вопросов. Во-первых, я требую возможности рассмотреть ваших слуг внимательнее, чтобы я убедился бы в том, что они очарованы или нелюди, ибо я не чувствую от них ничего в течение нашей встречи, будто бы их тут нет.
Винсент остановился в паре метров от стоящей изобретательницы. Тамана слова Винсента скорее расстраивали и, что уж говорить, беспокоили, но он, пользуясь моментом, изучал страницы после двадцать восьмой, то и дело поднимая серьезных взгляд на собеседников и слуг - он боялся, что из-за слов хозяина они оба останутся тут навсегда. 
- Во-вторых, даже если, предположим, мы предоставим вам все необходимые реактивы и оборудование, зачем нам может понадобиться доступ к вашей лаборатории? Неужели вы хотите, чтобы мы принимали в ваших научных игрищах непосредственное участие? И в-третьих - на то, чтобы убедиться, правильно ли получены препараты и работает ли ваше устройство, нужно будет найти добровольцев - психов, которые согласятся, чтобы в их кровь лилось что-то неизвестное. Или вы рассчитываете, что Дом в дальнейшем предоставит вам и рабов для этого? Или вы способны своими силами... убедить людей посодействовать?
Арабэтт уперся в трость обеими руками. Так было легче стоять... и колдовать.
- В любом случае, наше участие будет ограничено лишь поставками ингредиентов и материалов. Собирать из них нужные растворы вам придется самостоятельно и без участия моего зельевара. И наконец, ежели все мои требования будут удовлетворены, а на свои вопросы я получу ответы, я бы хотел поговорить об оплате - ваше поместье не выглядит способным потянуть такие расходы.

+1

10

Леди Флобелль, упершись руками об столик, слушала речь Винсента без особого энтузиазма. Хотя женщина и пыталась скрыть своё раздражение, но было легко заметить, что кто-то не привык, что бы ему отказывали, а уж тем более ставили какие-то условия.

Слуга даже не шелохнулся, когда мужчина начал приближаться к тётушке графа, да и сама благородная особа, видимо, не особо волновалась. Когда тот остановился, она улыбнулась ему и посмотрела прямо в глаза, словно принимая вызов.  В её улыбке было что-то потусторонние и привлекательное, но явно не настолько, что бы как-то задеть чувства опытного мага очарования.

Однако под взглядом обаятельного негоцианта выражение лица женщины начало меняться, хотя явно не так, как мог на то рассчитывал сам Винсент. Женушка нерадивого графа в последние минуты до того, как тётушка своим появлением заставила всех удалиться,  поглядывала на него с вожделением, во взгляде же своей текущей «жертвы» он тоже мог увидеть желание, но явно не то, на которое расчитывал. Ухмылка женщины почему-то все больше начинала походить на какой-то оскал, её длинные ногти заскрипели по столу. Могло возникнуть ощущение, что должно было произойти что-то нехорошее, как закованный в латы слуга сделал уверенный шаг вперед, но, похоже, громкий и противный лязг доспеха привел его хозяйку в чувство.

— Спокойно, - отведя взгляд, сказала леди Флобелль своему подручному, хотя в этом не было нужды, поскольку тот вновь замер мгновение назад. Недовольно хмыкнув, женщина вновь уселась в своё кресло и принялась рассматривать свои ногти, в этом жесте читалась даже какая-то легкая обида.

— По сравнению с вашими коллегами вы задаете слишком много вопросов и, как по-моему, излишне драматизируете. Скромность – не признак бедности, наша семья, подобно нашим благородным соседям из города-собора, не видит смысла тратить средства на излишние предметы роскоши. Но наши земли приносят доход, мой племянник наверняка уже успел вам об этом множество раз рассказать, если у вас, конечно, хватило терпения его выслушивать. Мы всегда платим по счетам, о чем свидетельствует плодотворное сотрудничество с вашим Домом.

«Тётушка» отвлеклась на жадно изучающего врученные ранее бумаги зельевара и, кажется, вид этого явно более сговорчивого и увлеченного делом старика вернул ей бодрость духа.

— Конечно, этот механизм не единственное, над чем работал Вейер. Если мы с вашим компаньоном придем к определенным договоренностям, то я подарю вам копию этих рукописей. В конце концов, сам автор наверняка хотел, что это знание было доступно большему количеству его коллег, - сказала она, а затем вновь обратилась к Винсенту, - Ах, про «добровольцев»… Что же, это никогда не были спокойные края. Сколько не прилагай усилий, всегда будут охочие до легкой наживы, особенно учитывая количество паломников. Грабители, убийцы… Их должна ждать смертная казнь, но я сторонница более практичного подхода. Правосудие, так или иначе, свершиться, но сначала эти негодяи смогут послужить благому делу. По-моему это гораздо полезнее, чем дурацкие представления, где толпы мужичья улюлюкают, когда в петле ломается очередная шея.

Леди Флобелль над чем-то задумалась, а затем достала из принесенного ранее ларца небольшую книжечку. Пролистав несколько страниц и, видимо, оставшись довольной увиденным, она продолжила:

—  Реактивы, которые требуются для получений недостающих для завершения машины, дороги, но что более важно, довольно редки. «Научные игрища», как вы смели выразиться чуть ранее, пробы и ошибки сильно затянут дело. В вопросах алхимии и зельеварения я больше теоретик, чем практик, а ваш компаньон, судя по всему, довольно компетентен в обеих сферах. Страница семьдесят шесть, - последнее было сказано уже Таману.

Этот раздел рукописей по идее должен был повествовать о том, как получить нужные вещества, которые использовались в процессе «очистки» порченной болезнью крови, но, похоже, к этому моменту разум несчастного Вейера уже окончательно утратил связь с реальностью. Нормальные методики приготовления соседствовали с откровенным бредом, кое-где обезумевший ученый пускался в метафоры и даже поэзию, также в тексте внезапно встречались нарисованные символы Лунной Церкви и строки из молитв, в которых автор просил огородить его от являющихся к нему в ночи чудовищ. Не смотря на все это, из наличествующего связного текста, толики фантазии и подходящего оборудования специалист уровня Тамана сможет воплотить формулы Вейера в жизнь.

— Я бы хотела, что бы была изготовлена небольшая пробная партия, которую я смогу в короткие сроки проверить и убедиться, что идея Вейера работает. Конечно же, это будет соответствующе вознаграждено. Думаю, это не займет много времени, во время которого вы можете наслаждаться гостеприимством Флобеллей. А что до моих слуг… - женщина впервые вновь бросила взгляд на Винсента, ухмыльнулась краешком губ, а затем посмотрела на своего телохранителя, - У каждой благородной дамы должна быть своя загадка. Скажу вам лишь то, что вы почти угадали – эти слуги верны мне и только мне, являясь гарантом того, что кто-то из редких посетителей не вздумает омрачать меня недостойным поведением… или какими-то дешевыми фокусами.Если они вас смущают, то не беспокойтесь, кроме как во время личных встреч со мной вы будете избавлены от их присутствия. Вам нечего опасаться, ибо как приглашенные гости, вы находитесь под протекцией графа, а значит и моей.

+1

11

Она ему не нравилась. И дело было даже не в том, что она увиливала от вопросов, окружила себя куклами-охранниками и ни о что не ставила Винсента, думая, что решение здесь принимает старик, которого достаточно увлечь в нужной степени, чтобы он повлиял на герцога.
Дело было в том, что она посмела рассчитывать на то, что Винсент смиренно останется здесь погостить вместе с Таманом и будет наблюдать, как его собственного зельевара используют для открытия те, кто не в праве распоряжаться им и его знаниями. В конце концов, у "Ингредиентов и трав" своя хорошая лаборатория, есть деньги, возможность доставить любые ингредиенты и закупить любое оборудование. У них нет только это книги - и это легко поправимо. Все карты на стороне Винсента, так какого старого бога она не отвечает на простые вопросы, которые могли бы вызвать у Винсента желание подсобить имени Флобеллей? Пока что он вполне не прочь прославить имя Нилефа, который совершит великое открытие при поддержке своего доброго друга Винсента Арабэтта Третьего!

Мужчина положил обе руки на свою трость и продолжил - он говорил спокойно и, кажется, чуть более мягко. Как говорил бы с неразумной женщиной. Неразумными он, к слову, считал почти всех женщин - Ольдемар не сумел вбить в его голову иные мысли.
- Если бы ваша семья не видела смысла в тратах на предметы роскоши, то ваш племянник не рассказывал бы мне с таким упоением о тех малых сокровищах, что сумел расставить в коридорах. Или он, на самом деле, не является самым старшим представителем рода и следовательно не он решает, чего хочет или не хочет ваша семья?
Эта особенность аристократических домов Винсента очень забавляла. По закону главенство в доме принадлежит старшему в семье - а что делать, если твой старший бессмертен? Вечно жить в страхе перед ним без какой-либо возможности удрать кроме как вступить в брак с аристократом из другой семьи? Да только кто этого немощного возьмет в мужья?

- Помимо научного удовлетворения Тамана и крупицы средств, что вы наскребете по вашему замку, я получу что-нибудь достойное? Или более вы ничего не способны мне предложить?
Таман продолжал читать книгу, и читал ее куда внимательнее, будто бы стараясь все запомнить - он уже знал, что Винсент склонен отказаться от этого щедрого предложения, и даже понимал почему - ему ли не знать, как Винсент ненавидит делиться. Ничем и никем.

+1

12

Казалось, пару раз женщина уже была готова вскочить со своего места, полная решимости высказать всё, что думает о своем посетителе и даже более, но усилием воли ей удавалось сдерживать эти неблагородные порывы, видимо, осознавая, что сейчас преимущество явно на стороне её гостя. Впрочем, упоминание родного племянника слегка приободрило её – похоже, сказ о том, как тот бахвалился «своими» сокровищами показался ей крайне забавным.

—  О, мой дорогой Моррис… - как-то восхищенно сказала она, словно говорила не про родного ей человека, а о любимом домашнем питомце, - Он  унаследовал свой титул согласно завещанию его недавно почившего отца.  В нем еще хватает ребячества и восторга перед различными яркими безделушками, он еще совсем молод. К счастью, мой племянник это сам хорошо понимает, а потому он во всем прислушивается к моим советам, когда дела касаются управления нашим доменом, и также всецело поддерживает благородные начинания по поиску лекарства, осознавая, как это важно для нашего рода. Разумеется, я не занимаюсь всеми делами лично, иначе у меня бы не хватало время на научные изыскания, но моё слово как старшего члена семьи решающее.

«Тётушка» взглянула на оставшиеся две книги, которые ранее были принесены одним из слуг, и аккуратно положила обе перед собой. На первый взгляд они выглядели абсолютно также, как и та, которую сейчас взахлеб изучал зельевар.

— Вижу, дух первооткрывательства вас переполняет не так сильно, как вашего компаньона. Впрочем, и деньги вас также сильно не волнуют, а посему, возможно, заинтересует нечто более… уникальное, - женщина постучала ногтем по двум рукописям перед собой, - Это более ранние записи Вейера, в которых он увлечен, как по-моему, более тривиальными, но все же интересными случаями, а также они не так пропитаны всем этим параноидальным бредом. После смерти этого достопочтенного ученого все его имущество досталось его единственному дальнему родственнику, который не имел к медицине никакого отношения. Я бы сказала, даже наоборот.

Она отвлеклась и недовольно взглянула на Тамана. Её слуга тут же двинулся вперед и, остановившись перед стариком, протянул руку, явно недвусмысленно намекая вернуть ему рукопись.

— Итак, к чему это все? Этот глупец явно не понимал ценность этих бумаг, открытий, которые так и не увидели свет, скорей всего он бы в один день просто выбросил рукописи словно мусор. Оплатив долги этого невежды и получив рукописи, я почерпнула из них все, что было необходимо, но никогда не искала научной славы, а уж тем более не пыталась как-то на них заработать, поддерживая наш небольшой семейный секрет. Но вы могли найти этим знаниям более широкое применение, явить их миру. Или же… - «тётушка» заговорщицки улыбнулась Винсенту, - Вейер явно  не пришел бы в восторг, если его открытия присвоил кто-то другой, но, полагаю, он не сможет высказать вам каких-либо претензии, не так ли, господин Аль?   

+1

13

Все постепенно вставало на свои места. Старший член семьи все-таки она - любопытно, как же так вышло, что выглядит она значительно моложе? И явно не инвалидность тут играла роль. И к тому, возникало ощущение, что за непослушание его не просто пожурят... Но это было Винсенту совершенно неважно. Можно сказать, ему было плевать на жизнь таких, как Моррис. Больше его волновала жизнь собственная и Тамана.

Винс коротко глянул на две новые книги, но почти не проявил к ним интереса. В нем самом деле не было никакого первооткрывательского духа. Он вообще не ученый. Он так, торгаш, ему подавай деньги, причем побольше и сразу. И с минимальными потерями. А идея оставить тут Тамана в чужих лапах и дать ему его любимое дело звучала как почти что оскорбление.

Сам же Нилеф, будто ребенок, у которого забрали игрушку, нехотя отдал книгу и опустил голову на стол, чуть его осмотрел и утянул из тарелки поодаль закусочный сыр, пока папа со всем разбирается.
- Прежде чем я приму решение, я хочу взглянуть на вашу лабораторию.

Винсент до сих пор не был доволен условиями, что выставила женщина. Быть может, его обрадовал бы Аванс... И Нилеф, который вернулся бы с ним домой, а не остался бы здесь тратить свой ценный ум на чужие успехи. Он ведь мог много дать этой женщине, а продажа своего работника в планы Винсента не входила.

Тамана же предложение хозяина обрадовало. Неужели Арабэтт смягчился и готов ради желания своего подопечного делать открытия согласиться на эту не самую выгодную для него сделку? Но Нилеф был смертельно наивен...

0


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [5 Опочивальня 1055 года] Восстановитель репутаций


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно