поговаривают, мол...

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

В деревне Уилмот подле Вилмора более 90% детей умирают при рождении и тем странней, что несколько семей отличаются в ней поразительным плодородием.

Администрация проекта: один, два, три.
нужные персонажи
25.10 Аукцион открыт.
25.10 Луна дарит чудеса в прогнозе астрологов.
21.10 Стартовал ивент в честь дня Черной Луны. Не упустите свой шанс поделиться самой жуткой историей из жизни!

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Архив у озера » Сокровищница » [37 Разгара 1058] В погоне за белой ланью


[37 Разгара 1058] В погоне за белой ланью

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

https://i.ibb.co/Y3YGwbk/1.jpg

Винсент III Арабэтт х Маркиз Лускан

Солгард | Вечер

"Отказаться от посещения званного вечера есть проявление вопиющего неуважения к его хозяину. Игнорировать приглашение на охоту значит выставить самого себя трусом."

- Отрывок из книги "Этикет для чайников"

❝Я слишком много думал, но меня это не спасло
https://i.ibb.co/qMSkNZf/3.jpghttps://i.ibb.co/kQ6Rz2S/2.jpghttps://i.ibb.co/zn4kH0d/5.jpghttps://i.ibb.co/3h6pQML/1.jpghttps://i.ibb.co/ts7bfsM/4.jpg

Закрутить колесо Аркан?
нет

+3

2

Винсент ненавидел собак. Всеми фибрами своей души. Он считал их вонючими тварями, ждущими от тебя только подачки. Они отвратительно пахли и еще... Ассоциации были с ними так себе.
Еще Винс не очень долюбливал лошадей. Они были с трудом управляемы для человека, у которого одна нога все время какая-то не такая. Хотя, по правде говоря, это такое себе оправдание, но Винсент убеждал себя в том, что такое оправдание имеет место быть.

И тем не менее, когда солгардский граф Пашар, не то чтобы далекий герцог от правящего рода (по крайней мере гораздо ближе, чем сам Третий), который искренне считал Арабэтта своим товарищем, позвал его на дружескую охоту в окружении юнцов и старых мужей в компании пары сотен собак и нескольких десятков коней, отказываться - настоящее преступление. И Винсент не отказался. Он знал, что любая охота заканчивается большой попойкой, женщинами и мясом, даже если охотник так никого и не поймает. Разве он откажется от внимания дев и мужских сплетен?

Но пока что его спутники упрямо делали вид, что охота происходит ради охоты. Мужье на конях разбилось по группкам, держа друг дружку в поле зрения. Они вслушивались в собачий лай и наблюдали за охотниками, что ходили своими ногами - помощь графу Пашару.
Винсент тоже глядел. Борзые были достойны уважения. Несмотря на то, что Винс псов не любил, у этих была какая-то грация. Их волнистая шерсть серая или коричневая, очень здорово терялась в ветвях и на фоне земли, а их длинные лапы ступали с какой-то по истине звериной ловкостью. Арабэтт мог бы очарованно наблюдать за ними хоть до самого вечера, если бы ему не мешал конь.

Конь под ним был существом нервным и, как думал Винс, очень тупым. Он все время ржал, дергал головой, нервничал из-за кончика трости, что касался его брюха, натягивал повод, хотел съесть траву, тормозил из-за нескончаемого количества своего помета и... В общем, был собой, и это безумно раздражало.
В группе Винсента были какие-то юнцы, что хвастались делами своих отцов, явно стараясь выслужиться. Винсент старался отвечать им не слишком едко, а магию очарования использовал, чтобы заглушать их петушиные порывы. Увольте старика от юношеской прыти.

Еще немного, как думалось Винсенту, и собаки точно кого-нибудь найдут. И прогулка наконец превратится в охоту.

+1

3

Негромкие разговоры, шелест листвы и лай собак - охота, ставшая поводом собраться здесь паре десятков едва знакомых друг с другом людей ещё не успела толком начаться, и многие пользовались возможностью узнать поближе своих товарищей. Не столько желание разбавить время ожидания занятным разговором, сколько возможность обзавестись связями, которые в будущем могут здорово выручить. Конечно, речь, по большей части, идет о людях молодых, полных хвастовства и самодовольства, но подающих большие надежды. Каждый рассчитывает стать достойным преемником дела своего отца, и торопится сообщить о том если не всему миру, то хотя бы соседу. Умудренные опытом господа постарше смотрят на них с насмешкой, но осадить никто не спешит. Были и среди юнцов “темные лошадки”.

Маркиз Лускан - один из них.

Приглашение на охоту стало большой неожиданностью, ведь о том, что по наследству Карбьеру отошел не только скромный капитал, но и статус, знали, как ему тогда казалось, разве что недовольные таким положением вещей родственники маркизы. Но нет, письмо от графа Пашара нашло своего получателя. Отказаться - моветон, особенно если каждый второй подозревает тебя в убийстве супруги, а каждый первый пребывает в сомнениях на этот счет. Но ведь новоиспеченному маркизу скрывать нечего, правда? Дебют должен произвести на них хорошее впечатление.

К тому же, к охоте он всегда питал особую слабость. “Не нужда, а призвание” - как любил говорить его любезный наставник.

Восседавший на, как это иронично, вороном коне всадник притягивал к себе взгляды  гостей, но до недавнего времени держался особняком. Сейчас же, имея нужду прибиться к одной из групп, он наугад выбрал одну. Галдящие, словно стая сорок, молодые люди заставляют его меланхолично улыбнуться. Когда-то он и сам был таким. Лет эдак шестьдесят назад, может, чуть меньше. Начинать с парнями даже самый пустой разговор не хотелось, но была и среди них фигура, достойная внимания.

- Как думаете, граф Пашар затеял эту охоту, потому что рассчитывает пополнить личные запасы мяса и меха, или же понаблюдать, как стая гончих псов разорвет на куски одного несчастного зайца? - Пристроив коня по правую руку от Винсента, Карбьер начинает с темы, бессовестно подслушанной у других гостей. В его голосе звучит насмешка, и только это, пожалуй, может выдать двойное дно заданного вопроса - лицо маркиза скрывает вуаль. Ольдемор имел чудаковатые традиции, которыми очень удобно прикрывать собственную нелюбовь к солнечному свету - В любом случае, он оказывается в плюсе. Кажется, мы не были представлены друг другу лично, господин Арабэтт. Маркиз Лускан, к вашим услугам.

+2

4

Юнцы были похожи на собак, бегающих вокруг старого волка и гавкающий в надежде его напугать. Но волк не боялся, а псы остерегались подойти ближе. Да и в какой-то момент это им наскучило, и юноши сцепились языками друг с другом. Будущие предприниматели, графы и управленцы. Элита Солгарда. Но пока что щенки. В их возрасте Винсент обчищал карманы глупцов своим очарованием и карточными талантами. И в их же возрасте оказался в переулке,где его ногу раздробили, как котлету из плохого мяса. А они, сильные и бравые мужчины, даже не подозревают об ужасах, что им приготовил мир.

В конце концов, они чуть отделились от старого графа. Им было не слишком интересно. В них проснулась детскость - один погнал коня галопом, крикнув что-то оскорбительное, а остальные ломанулись следом. Собаки разлаялись, будто увидели стадо оленей. О, они такими темпами сорвут всю охоту! И наконец будет повеселее.

От чужого голоса Винсент чуть вздрогнул - ему казалось, что ускакали все, так что огромного вороного коня и его всадника Винс заметил не сразу. И кто знает, когда заметил бы, не подай он голоса.
- Будучи графом, он получает мясо от своей деревни, а мех закупает у северян. Как и всякий граф, он только притворяется, что дичь вкуснее нежного теленка.
Арабэтт обернулся. Перед ним был человек разительно отличающийся от парней, которых видел Винсент. Темная вуаль на лице в глаза бросалась первой - и казалось непривычной даже для ольдемарца. Хотя, ольдемарского в Винсенте столько же, сколько талантов к бегу.
Не одной вуалью был он примечателен, но и бледной кожей, оттенок которой нетрудно было разглядеть даже через ткань. Просто Винс узнает этот цвет кожи везде - он и сам мертвецки бледен, немного даже похож на труп, но это всего лишь благородная старина.
- Что ж, рад познакомиться, маркиз. Не накладно ли было ехать из Ольдемара в Солгард ради лесной прогулки? Или у вас тут и другие дела? - Винс улыбнулся доброжелательно, однако внешний вид мужчины не вызывал у Винсента никакого доверия. На солгардском мероприятии среди солгардских мужчин да с ольдемарскими замашками?

+1

5

Вдалеке раздается топот и ржание несущихся вперед лошадей, почти заглушая довольное хмыканье Карбьера. Уголок рта дергается, изображая на бледном лице кривоватую полуулыбку - не размыкая губ сделать её более добродушной не получалось. Тем не менее, ответ Арабэтта явно пришелся ему по душе, не давая разочароваться в выбранной компании. Это давало повод приглядеться к нему более внимательно. Не к внешнему облику, пусть примечательная черта герцогского рода - белые волосы - определенно бросалась в глаза, но к словам и жестам.

Из людей поблизости - всё такие же небольшие группки господ, не разделявших веселье молодых. Они находятся на почтенном друг от друга расстоянии, и услышать чужой разговор не прислушиваясь теперь представлялось непростой задачкой. Карбьер расценивает это преимуществом, потому как пересекаться с другими участниками охоты все ещё не горит желанием.

- Вы проницательны - Отвечает он простодушно, поправляя шляпу на голове. Чем глубже они уходят в лес, тем сложнее солнцу достать до него сквозь густую крону деревьев - В Солгарде я оказался проездом, направляясь в Хельдемор. Понимая негодование родственников своей почившей супруги, не хочу излишне раздражать их своим присутствием. Да и мне горестно видеть их после череды бессмысленных обвинений. Я планировал отбыть тремя днями ранее, но приглашение графа настигло меня прямо на выходе из гостиничного номера. Сами понимаете, отказ стал бы невыносимым оскорблением.

Улыбка его делается более тонкой, загадочной. Карбьер замолкает на пару мгновений, прислушиваясь к крикам впереди. Минута-другая, и громом средь ясного неба прокатится рев охотничьего рожка.

- Разумеется, я совру, если скажу, что не имел иных поводов прибыть сюда. Псы графа обучены ловить только зайцев и лисиц, но ходит слушок, что каждую свою охоту он затевает в надежде увидеть белую лань. Тонконогую, неуловимую. Видение или явь? Хочу проверить это самостоятельно.

Слова маркиза звучат как бред умалишенного, но он и не старается убедить Арабэтта в том, что не сочинил этой истории на ходу. Прикрытие? О, отбывшему из Ольдемора столь срочно, ему определенно было что скрывать.

Отставшие от основной массы участников, охотники постарше пришпорили коней, имеея намерение сократить увеличивающийся с каждой секундой отрыв. Карбьер, в противовес им, медлит, планируя остаться в самом хвосте, а после, когда лай собак становится невыносимо громким, легко уводит лошадь в сторону, к тропинке, проторенной, но почти незаметной. На этом пути он оказывается не единственным, ведь тут красуются свежие следы от копыт.

- Кажется, кто-то уже знает, куда будут гнать дичь - Комментирует маркиз, уверенно ступая в тень, так, будто бы уже делал это раньше - А я не горю желанием бешено гнать коня. Составите мне компанию?

+1

6

Гнедой конь под Винсентом тоже хотел поучаствовать в гонке - он навострил уши, вздернул голову и коротко заржал, дернув передней ногой - он тоже смертельно хотел побегать с другими, и не был доволен тем, что ему необходимо быть с Винсентом. Арабэтт же подумал о том, что в следующий раз на подобные вылазки он не поленится и пригонит своего коня. Мерина. А лучше кобылу. В общем, что угодно, только не это юное необъезженное чудовище. Быть может, он кому-то не понравился, что ему достался такой конь?

Арабэтт внимательно слушал собеседника. Если точнее, начал вслушиваться в тот момент, когда его конь немного поутих. Он говорил что-то о своей недовольной родне. Вдовец? У них много общество. Родственники тоже не хотели видеть Винсента в своем доме - они были уверены, что это именно Винсент виновен в смерти Алисии. А Арабэтт не сказать, что старался доказывать всему миру, что это неправда. Потому слухи до сих пор ходят. И он до сих пор не вхож в дом своих когда-то почти что родителей.
- Я вас понимаю.

На рожок Винсент обернулся - и повернул своего коня. Кто знает, кого погонят прямо сейчас. Но следом за рожком последовали и крики возбужденных охотой мужиков. Винс с горечью думал о том, что ему нужно погнать коня в ту же сторону. На его счастье, маркиз начал рассказывать о местной легенде - и Винсент оправдал отсутствие голопа внимательным выслушиванием.
Белая лань. В мире было много удивительных вещей. Так много, что белая лань Винсента совсем не удивляла. Разве что удивляло, как она могла выжить в таком лесу - ведь ее видно за километр, если речь не идет о зиме. Быть может, она волшебная? Или крайне удачливая. Так что Арабэтт, проявив наигранный интерес, двинулся вслед за маркизом - и пока тот был к нему спиной, положил руку на рукоять трости, а второй рукой погладил лошадиную спину - его зверь стал все меньше беспокоиться из-за табуна коней вокруг себя. То, что нужно, и не более.
- Разумеется. Я не горю желанием толпится вокруг зайца. Это целиком и полностью добыча графа.

Винс повернул послушного коня в сторону тропинки, поглядывая на землю. Один всадник? Такой же любопытный, как эти двое? Винсент уже начинал подумывать, что если они встретят эту лань, то просто спугнут ее количеством. Но пока они ее ищут, можно и поговорить ни о чем.
- Не против ли вы рассказать мне о случившемся с вашей женой? Я, к своему стыду, не наслышан о трагедиях ольдемарской аристократии - слишком давно среди нее не был.

+1

7

Понимание - последнее, на что рассчитывает овдовевший не далее как в прошлый сезон маркиз. Не наслышанный о подробностях жизни солгардской аристократии, равно как и его спутник - об ольдемарской, он слегка качает головой. Вокруг таких историй всегда ходит куча пренеприятнейших слухов. Мертвым уже все равно, а вот тем, кто ходит по этой грешной земле...

- Мне очень жаль, что мы нашли схожесть меж нами на этой почве - Он звучит вполне искренне, но не оставляет попыток припомнить хоть что-нибудь, что мог слышать об этой истории. Как на зло, на ум ничего не приходит, ведь в свое время Карбьер не был заинтересован в том, чтобы вернуться в родные края. Вообще-то он в принципе не хотел возвращаться сюда, вороша память о том, что никогда не вернется. Обстоятельства вынудили, только и всего.

В тени спокойно, все шумы слышатся чуть более приглушенными, далекими. Их перебивает пение птиц - звук этот нравится Карбьеру куда больше лая собак, и потому он не упускает возможности блаженно прикрыть глаза. От этого гомона с непривычки можно порядком устать, да и охота им воспринималась как занятие более личное, почти интимное. Устраивать из охоты балаган - дурной тон, то признавали даже хозяева Рон-дю-Буша.

Заметив неспокойный нрав коня Винсента, вампир немало удивляется, когда явно темпераментный жеребец становится вмиг более покладистым, стоило только отвернуться, чтобы рассмотреть получше дорогу, что вела глубже в лес. Неожиданная перемена, она зажигает новые искорки интереса в зеленых глазах.

- В том нет ничего предосудительного, я полагаю - Взявшись ответить на поставленный вопрос, Карбьер вновь поравнялся с Винсентом. В противовес спокойному тону голоса, хитрый прищур выдает намерение маркиза немного развлечься - Слишком мало в последнее время событий, достойных внимания, а те, что есть, редко выходят за пределы столицы. Есть ли большее удовольствие, чем лишить соседа повода посудачить о собственных проблемах?.. Я, разумеется, утрирую. И, могу сказать вам, моя супруга так абсолютно точно не считала. Иначе как бы ей было завести дружбу с графом Пашаром? О, в свое время они часто охотились здесь вместе. Но возраст, увы, взял свое. Он же стал причиной, по которой она ныне идет по тропе, сотканной из лунного света. Всё до обидного просто.

Все время своего небольшого монолога, маркиз старается поймать взгляд Винса, а когда это у него выходит - улыбается, украдкой потирая перстень на большом пальце. В его планах не было совершить что-то более серьезное, чем небольшая шалость. Ничего ведь не случится, если его благодарный слушатель попросту забудет все, что услышал?

Раздается негромкий треск. Карбьер резко отводит глаза, не успев закончить начатое, и едва слышно цокает языком. Поблизости никого нет, но взгляд его продолжает бегать от одного ствола дерева к другому.

- Могу ли я теперь просить о том, чтобы услышать вашу историю? Если вы не горите желанием ворошить прошлое, то настоять было бы грубостью.

+1

8

Арабэтт поглаживал шею своего жеребрца, когда Лускан снова обернулся на него. Он так успокаивал то, что больше не нужно было успокаивать.

Рассказ Карбьера вызвал ощущения слишком смешанные. Во-первых, она ушла в мир иной из-за возраста, но ее вдовец молод. Разница между ними должна была быть слишком сильной. Или, быть может, он был для маркизы милым мальчиком, что развлекал ее на старости лет?
Именно так и подумал бы Винсент, если бы не внезапная головная боль. И в этой боли было что-то специфические - Арабэтт ощущал такую боль всего несколько раз в жизни. Боль, сопряженная со странным чувством опасности.

Магия. Его дядя любил такие трюки. Едва у Винса что-то стало получаться, как он специально очаровывал его, вырабатывая привычку эту магию распознавать. Но даже он в те годы не был так силен, чтобы вызывать такую боль.
Больших трудов Винсенту стоило не схватиться за голову - разве что улыбка сошла на мгновение с его лица, а он сам обернулся, якобы наслаждаясь лесными видами. Теперь от его собеседника несло... Игрой? Что это? И почему вообще Винсент не понимает? Он тоже маг? Но откуда столько силы в столь юном возрасте?

Магия отпустила, как только они услышали треск - и Винсент дрогнул слишком сильно. Он был далек от охоты, и очарование еще сильнее сбило с толку.
"Рейнард сказал бы поворачивать."
- Моя жена была основательницей компании, что ныне принадлежит мне. Наш успех вызывал зависть у конкурентов. И конкуренты свято верили в то, что без Алисии компания рухнет, потому и отравили ее.
Конечно, если Лускан спросит об этой истории любого другого разбирающегося, то тот, скорее всего, скажет, что Арабэтт лжет. Что он сам отравил жену. Кто-то считает, что она умерла из-за какой-то болезни. Кто-то верит Винсенту, но таких не очень много.
Сам Винсент не понимает, зачем наполнять слухами историю, которой уже не одна пятилетка.

Арабэтт вздохнул. Будто бы настраивался. И снова обернулся на маркиза, вернув зрительный контакт. Это опасно для них обоих. Ведь если сейчас Лускан снова очарует его, то даст возможность и Винсенту сделать тоже самое.
Герцог снова улыбнулся.
- Компания так и не рухнула. Но зато дала повод людям обвинить меня в ее смерти.

+1

9

Сорвавшаяся шалость не сильно огорчает Карбьера, но дает повод оглядеться по сторонам. Что бы там ни было, явился он сюда вовсе не за разговорами, хотя те неплохо скрашивали его пребывание здесь. Ещё несколько пройденных метров, и маркизу удается заметить то, что было искомо им изначально - небольшая засечка на дереве, поросшая мхом. Они на верном пути.

На лице Винсента Карбьер видит тень смятения и не может тем не польститься. Смутная догадка, основанная ранее лишь на мимолетной детали, которую запросто можно было упустить из виду, сейчас превращалась во что-то гораздо более убедительное. И это вызывало почти детский восторг, будто найденное совершенно случайно сокровище - давно ли он встречал достойных соперников, способных сопротивляться его чарам? Среди людей таких можно было сосчитать по пальцам. Магия школы очарования оставалась ремеслом порицаемым.

Арабэтт больше не прячет взгляд, и маркиз принимает это как согласие на безмолвную дуэль.

- Но так ли важно мнение людей, когда компания вашей жены продолжает оставаться на плаву? - Карбьер улыбается, осторожно убирая вуаль с лица, а после - очки. Все должно быть честно. Напротив серо-голубых глаз Винсента - два зеленых огня, все так же весело прищуренных. Новой вспышки головной боли не следует. Очередь ныне не за маркизом - В людях, как мне кажется, есть очаровательная черта полагать, что вычеркнув из хорошо налаженного механизма одну деталь, они безнадежно его испортят. Они забывают, что незаменимых деталей не существует. В этой уверенности есть свои плюсы - ожидания таких людей легко обмануть. Вы замечательно с этим справились, господин Арабэтт. Но не хотелось ли вам когда-нибудь большего? Станет мнение людей таким уж неважным, когда подозрение станет обожанием? Спрашиваю из любопытства, не более.

Мужчины, тем временем, уже проходят мимо отмеченного странной насечкой дерева, следуя дальше, к развилке. Куда свернуть?

Налево

Направо

С этой стороны тени сгущаются только сильнее и совсем непохоже, что тропа ведет к тому месту, куда прямо сейчас гонят дичь. Здесь тихо, пустынно, с маркизом вы окажетесь наедине. Он предлагает игру, а вы достаточно азартны, чтобы согласиться, не зная правил.

Через несколько десятков метров густой лес сменится редким прилеском, а вдалеке можно будет без труда различить мчащихся во весь опор всадников, увлеченных охотой. Игра окончится, так и не начавшись. Все это было весело до поры, но сейчас пора закругляться.

+1

10

Вуаль была снята. Неестественно бледная кожа, яркие зеленые глаза. И самодовольство человека, что по возрасту совпадал с Винсентом или... был старше? Он пережил так много или годы опыт так на нем сказались?
Впрочем, откуда у Винсента такая уверенность в том, что он говорит с человеком? Быть может, это шадд или эльф? Или...

Винсент опустил взгляд на землю. Солнечный свет, пробирающийся через деревья, рисовал на земле рисунок - из двух коней и всего одного всадника. Арабэтт сглотнул, но пока что не собирался убегать. Он не был уверен в том, что его пытаются убить. Он не чувствовал ничего подобного. Впрочем, чувства вампиров вещь извращенная. И эти чувства могут оказаться совсем не тем, за что себя выдают.
- Алисия не хотела, чтобы "Ингредиенты и травы" были косой лодкой, плывущей по течению. Она хотела, что они были кораблем, преодолевающим шторм. И очень красивым, всеми любимым кораблем. Женщины, - Винсент пожал плечами, - им важно создавать нечто красивое. Теперь и я вынужден делать компанию красивой и очаровывающей всякого гостя.

Арабэтт остановил коня и осмотрелся. Они могут выйти к другим охотникам, на солнечный свет. И закончить игру, которую начали. Или уйти во тьму, продолжать поиски белой лани. И подвергнуть себя серьезной опасности, продолжая путь с вампиром. Мало ли, что взбредет в его голову.
Или что взбредет в голову самого Арабэтта. Он снова улыбнулся. На этот раз мечтательно и коварно. Подогнав коня почти вплотную к лошади маркиза Лускана, Винсент продолжил говорить.
- Мне всегда нужно нечто большое. Но большее не имеет смысла, если его некому оставить. А моя дочь, к сожалению, еще не готова.
Арабэтт не смотрел на маркиза - он смотрел на его коня. Смотрел прямо в глаза, улавливал хоть малейший интерес к себе - и закреплял его, вынуждая коня обращать на Винсента внимание снова и снова. До тех самых пор, пока внимание не превратилось в неосознаваемое беспокойство. А затем появился и новый страх - страх солнечного света. Страх золотого тигра в желтую полоску. Тигра, который с громким рыком погнал перевозбужденного коня в темную сторону леса.

Посмотрим, сколь хороший из Лускана всадник.

+1

11

Понимание настигает Винсента неумолимо, неизбежно, и его спутник совсем не противится этому, уверенный в своем выборе. Вся опасность, что могла бы быть заключена в бессмертном существе, сейчас плещется напополам с весельем в глубине малахитовых глаз, но не стремится выйти наружу одним рывком, резким и смертоносным, как это обычно бывает. Дает ли он Винсенту фору или же просто недооценивает своего оппонента? Ответ на этот вопрос остается загадкой для обоих. Пока что.

Карбьер смеется, слегка запрокидывая голову.

- Как тонко подмечено! - Приближаясь к небольшой развилке, маркиз сбавляет скорость и высматривает в кроне деревьев новый, одному только ему ясный знак. Несмотря на внешнюю расхлябанность, двигался он четко в одном направлении. Двигался почти инстинктивно, на оставленные давным давно подсказки обращая внимание лишь по старой привычке.

У вампира вполне конкретные цели, и убийства аристократа среди них точно нет. Право, нужна ли ему такая шумиха? Нет, Винсент мог предложить куда больше минутного насыщения вечного голода, а Карбьеру было что предложить взамен.

Препятствовать задуманному Арабэттом маркиз не пытается, согласный на игру в поддавки: делает вид, что все нормально, в то время как сам покрепче перехватывает поводья вышколенного жеребца. Иные в его присутствии ощущают себя неспокойно, а тратить лишние силы на возню с животным Карбьер не хотел. Глупо, неинтересно. То ли дело люди? Сознание их было устроено до того сложно, имело столько рычагов давления, что это стало главной его слабостью.

- Это разумно. Не всякая юная леди готова взвалить на свои хрупкие плечи ответственность за целую компанию. А что же до преемника извне?..

Конь маркиза беспокойно храпит и бьет копытом оземь, на что получает не способное более успокоить поглаживание по массивной шее. Плотнее прижав стремена к бокам лошади, Карбьер напрягается всем телом, предугадывая следующую реакцию - та становится на дыбы, громко заржав, и срывается с места. Тень накрывает их с головой, но стук копыт и смех всадника легко выдают направление, в котором они скачут.

Шепот, не громче дуновения ветра, касается ушей Винсента:

Отличный ход, мой друг! Но инициатива снова переходит в мои руки. Взгляните под ноги.

Ровно на том месте, где не далее как минуту назад стоял маркиз, лежит сложенный вдвое листок бумаги. Обрывок, если быть точнее. На нем, начертанная чьей-то дрожащей рукой, находится подобие карты: пунктирная линия соединяет три знака. 

Первый вы уже прошли.

Информация

Винсенту нужно четыре раза бросить 1д10 на внимательность, чтобы отыскать обозначенные на карте знаки. На два знака - две попытки.

+1

12

Что же до преемника извне? Маркиз об этом так и не узнает. А жаль - это интересная история надежды одного перспективного мужчины и мага очарования, что кормит его завтраками и очаровывает. Жестокая и грустная история, если посмотреть на нее внимательно. Но на нее ведь нужно смотреть. А очень сложно смотреть, если твой конь уносит тебя вперед на полном ходу, боясь остановиться. И он не остановится, если снова не успокоить его при помощи магии. Пока что он будет бежать вперед со всех ног, боясь чего-то неведомого.

Они еще и мысли умеют читать? Или просто в них влезать? Хотелось бы верить, что только второе, иначе вся жизнь Винсента окажется на чьей-то ладони. На очень подозрительной ладони.
Арабэтт опустил взгляд на землю и нехотя спешился, сморщившись от приземления на больную ногу. Будь его воля, он не слезал бы с коня до последнего. А теперь еще, скрипя костями, приходится нагибаться..

Это была карта. Очень специфическая карта. На ней были нарисованы кресты, соединенные пунктиром и образующие тропу. Винсент осмотрелся. Один он, кажется, заметил - на стволе дерево, укрытый кроной, знак в виде креста своей удлиненной частью указывал на направление. То самое, в которое и унесся его новый друг.
"Еще не поздно повернуть и вернуться в безопасное место" - говорил голос Рейнарда в его голове. Но Винсент не слушал.

Он снова сел на коня и повел его вперед, внимательно всматриваясь в деревья. Второй знак он тоже нашел, пройдя не менее десятка деревьев, и он приказывал повернуть. Винсент послушался, хотя тропинка становилась все менее подходящей для лошади. Или подходящей, но когда-то очень давно. Что же скрывают леса Солгарда?
О, вот и третий знак. Тоже на дереве. Винсент громко заговорил - пусть он и не видел маркиза, но был уверен, что тот где-то поблизости
- Преемник извне - это оскорбление для моей семьи, маркиз Лускан! И что вы такого интересного нашли в этом лесу?
Винс спрашивал без сарказма, только с искренним интересом.

0

13

Карта была очень специфичной, небрежно набросанной, но все же интуитивно понятной. Вот знаки, а вот приблизительно очерченное пунктиром направление, в котором Винсенту предстояло двигаться, если он решил следовать за столь подозрительным человеком. Лес расступается перед ним, не намереваясь скрывать таящиеся в себе секреты: ищущий всегда найдет, и с маркизом в том они были солидарны. Исчезнув в тени, Карбьер, кажется, вовсе не намеревался возвращаться, потому как всякий намек на его присутствие поблизости исчезает до той поры, пока нехитрая загадка будет разгадана.

У Винса полно времени, чтобы уйти, однако, предоставленной возможностью он не пользуется. Ветер ласково перебирает листья деревьев, обращая их шелест в отголоски чужого смеха. Не стоит забывать, происходящее - игра.

Последний, третий знак, никуда не указывал. Крест как крест, выведенный каким-нибудь гостем, дабы не заплутать в охотничьих угодьях графа Пашара. Но засечки были старыми, и находились достаточно высоко от земли: вполне вероятно, что оставили их ещё на совсем молодом деревце.

Ответ на вопрос следует практически незамедлительно.

- Нечто достаточно интересное, раз уж вы решили пойти за мной следом, господин Арабэтт - Беззаботно отвечает Карбьер. Он бесшумно выходит из-за спины Винсента и так же бесшумно шагает вперед, демонстративно отряхивая ладони и верхнюю одежду. Коня при нем уже не было, а голос звучит нарочито расстроенным - Ну вот, кажется, поймать я его смогу только у самой опушки. Что за невезение! Впрочем, цели я своей все же достиг.

Подойдя вплотную к отмеченному дереву, маркиз беззастенчиво присаживается на корточки у самых его корней. Они выпирали из-под земли, что было заметно даже несмотря на то, что сейчас корни были присыпаны жухлой листвой.

- Тут придется поработать руками - Проконстатировав сей факт, Карбьер принимается за дело, поддерживая меж тем беседу, так легко, будто и не копался прямо сейчас в земле и корнях, а находился на званном вечере - И все же на вашем месте я бы не был столь категоричен. Дочери всегда можно отыскать достойного мужа, достаточно надежного, чтобы тот мог управляться с делами компании. Хотя бы первое время! Но, должен признать, есть в этом варианте развития событий какая-то… вторичность. Ах, нашел!

С радостным возгласом маркиз резко поднимается на ноги, держа в руках нечто, напоминающее коробку. Поскольку оборачиваться к Арабэтту лицом он не спешит, то сказать точно, что же это такое нельзя.

Веселость в голосе вампира сменяется задумчивостью.

- Я ведь не солгал вам, когда сказал, что желаю лично увидеть белую лань. И бесконечно рад, что вы разделили это стремление вместе со мной. Раз уж мы вместе зашли так далеко, скажите мне, господин Арабэтт, готовы ли вы оставить точку невозврата позади? Я открою вам один маленький секрет и буду вынужден просить о небольшом одолжении, а взамен отдам вещь, которую более не могу иметь при себе, увы.

+1

14

Теперь Винсент не удивлялся. Вполне в вампирской природе тихо подкрадываться сзади. Теперь куда яснее было видно, что тени вампир не отбрасывает. Досадно, наверное, и жутко непривычно. Будто бы ты летаешь в воздухе. И как к этому можно привыкнуь? Можно ли вообще остаться после этого человеком? Ведь это только звери живут, не зная, как выглядят. И боятся собственных отражений, будто видят в них кого-то другого.

Пока маркиз копался в земле, Винсент неспешно слез с коня. Помогать ему он, разумеется, не собирался - не барское это дело рыться в земле. С вторичностью Винс был согласен. И после того, как сам же настоял на выращивании дочери в ольдемарской среде, он был уверен, что она не позволит себе опустится до такого - брака по недостатку ума. Это станет для нее личным оскорблением. А Винсент и так достаточно согрешил в отношениях с ней, чтобы подставить ее так сильно. Не в этой жизни.
Мужчина отряхнул подол своего походного костюма, ловко выудил трость и подвязал поводья лошади к ближайшему дереву. На земле,  да еще и с оружием, он ощущал себя гораздо спокойнее. А лошади ему все также не нравились.

- Господин Лускан, это молодые и неокрепшие юноши до последнего мгновения терзают себя сомнениями. Я же принял решение еще тогда, когда услышал охотничий рожок. Так что не стоит больше и спрашивать. Встреча с существом, подобным вам, вынуждает думать с самого начала.

Арабэтт прогулочным шагом двигался к маркизу и остановился рядом с ним, глядя на загадочную коробочку. Неужели белая лань это какое-нибудь украшение или артефакт?

+1

15

Карбьер кивает своим мыслям, мягко проводя пальцами по одной из граней небольшой коробки, проведшей в земле достаточно долгое время, чтобы внешне показаться трухлявой. Стоит немного надавить, и дерево тут же промнется.

- Я знал, что не ошибся в вас - Вампир коротко улыбается уголками губ, оставив веселье и спесь где-то там, меж деревьев. Сейчас он настроен вполне серьезно, пускай замечание Винсента кажется ему забавным - Звучит довольно опасно, но, уверяю, в планах у меня не было причинить кому-либо вреда. Только забрать то, что оставил здесь довольно давно, дабы это не попало в неумелые руки.

Достаточно небольшого усилия, и поддетая пальцами верхняя стенка коробки легко отделяется от остальной её части, демонстрируя содержимое - серебряную шкатулку. Она маленькая, но сделана очень искусно, а с одной из сторон торчит заводной ключик.

- Когда-то это шкатулка была последним воспоминанием, что связывало меня с прошлым. С прошлой жизнью, если говорить совсем уж точно - Начинает Карбьер свой небольшой рассказ, проворачивая тот самый ключик. Раздаются характерные щелчки, а после воцарившуюся тишину нарушает несложная механическая мелодия. Кажется, колыбельная - Нашел на собственной могиле, но так и не смог припомнить, кто бы мог оставить её там. Это, конечно, лирическое отступление. Прознав про белую лань, граф Пашар понял одну из баек своих крестьян слишком буквально. “Следуй за белой ланью, и она приведет тебя к самому настоящему сокровищу” - кажется, так она звучала. Ха! Несусветной глупостью было бы предположить, что все было так просто. Скажите, господин Арабэтт, вы любите музыку?

Вопрос, само собой, риторический. Маркиз не ждет ответа, уверенно проворачивая ключ до упора. Слышится новый, отличный от прочих щелчок, а стоит вампиру нажать на ключ, как на кнопку, и плотно прижатая крышка шкатулки отворяется, словно по волшебству.

- “В погоне за белой ланью”, эту мелодию, если память мне не изменяет, разучивают дети на уроках музыки, одной из самых первых. Все гораздо проще, чем кажется, и это по своему иронично.

Из открытой шкатулки Карбьер достает кольцо - перстень с красным камнем, внешним видом более всего напоминающим гранат. Отблески солнечного света скользят по отполированной поверхности, и она пылает, готовая обжечь одним прикосновением.

- А вот и сокровище! Уверен, граф был бы жутко разочарован - таких безделушек у него навалом. Но мы-то с вами не можем быть обманутыми первым впечатлением, не так ли? Это кольцо - артефакт, которым я не могу воспользоваться… по ряду причин. Основная из них - плата, которую не могу воздать в силу своего весьма специфического состояния. Вы же, не обремененный столь досадным недостатком, вполне могли бы воспользоваться возможностью обезопасить себя от судьбы, настигшей вашу любезную супругу.

Повернув перстень, маркиз демонстрирует Винсенту крохотные иглы, торчащие изнутри толстого ободка.

- Они не коснутся вашей кожи, но лишь до той поры, пока в организме не окажется яд. И тогда придется заплатить кровью, чтобы вывести его с наименьшими потерями. Не так уж плохо, правда? Создатель заявлял, что эта вещица может избавить от любого яда, не требуя взамен антидот. Даже укус оборотня будет нипочем, но это я уже не имел чести проверить. Я отдам вам его, не смея претендовать на возврат, а взамен попрошу совсем немногое - сохраните шкатулку. Как свидетельство нашей небольшой сделки. Ну что, по рукам?

Карбьер протягивает ладонь и заискивающе улыбается.

Информация

Соглашаясь на сделку, Винсент платит 10 имеющихся у него фиоров и получает артефакт "Багровая слеза", способный дать иммунитет к ядам.

+2

16

К удивительным вещам приводят лесные встречи. Казалось бы, он только что начал разговор с человеком, который мог бы его развлечь, и вот он уже почти что держит в руках артефакт, способный спасти его от смерти. А солгардцы любят яды. Крича о технологиях и свободе, они сами порой боятся этой свободы. Боятся, что однажды не смогут прятать тайны за бумагой, сожженной в камине. Или в отравленных людях.

Вампир не может платить кровью. Быть может, дело в том, что у него нет своей собственной? Наверняка. Об этом вампир и сказал, и звучало это достаточно занятно. Платить кровью за жизнь - какая мелочь!

Эту колыбельную Винсент и сам когда-то слышал. О, ее пели всем ольдемарским детям их няньки-простолюдинки. Ее пели и Винсенту. Она напоминала о годах, проведенных в семейном гнезде. О счастливейших годах. Годах безмятежных и безответственных. Тогда все было игрой, а все вокруг любимой семьей. Какое прекрасно было время... И он его давно лишен.
- Это очень щедрый подарок смертному, маркиз. Я мог бы оплатить большей кровью, чем просто принять шкатулку. Для меня это ничего не стоит.
По улыбке Арабэтта сложно было понять, говорит он о плате или о хранении шкатулки.

Винс улыбнулся и пожал вампиру руку. А затем, не теряя времени, принял в дар и шкатулку, а кольцо надел на палец левой руки. Любопытно, какие дары могут делать нелюди, лишь бы почувствовать себя хоть немного человечными. Они в самом деле ощущают пустоту от того, что от их прошлой, настоящей жизни, осталась лишь оболочка. По крайней мере так хотелось думать Винсенту.
Он все еще думал о собаке, что лает на отражение в зеркале. Вампир не будет лаять - ведь отражения нет.

- Благодарю вас.

+2

17

От ладони мертвеца исходит холод, который ледяной дрожью пробегается по руке Винсента, от запястья и до локтя. Это неприятно, почти болезненно. Мнительность или нечто большее?

Они пожимают друг другу руки, и на душе Карбьеру становится гораздо легче - он отпустил нечто, что терзало его очень долгое время, легко, без сожалений и чувства вины. Собственный поступок кажется ему действительно правильным, впервые за последние лет пять с того момента, как он покинул Рон-дю-Буш. С того момента, когда отказавшись от пира на чужих костях, принял свою человечную сторону.

- Я не могу взять больше, чем было обозначено изначально - Маркиз склоняет голову набок, будто хищная птица, и возвращает прежнее веселье своему взгляду - Однако же, ежели предложение ваше остается в силе даже после моих увещеваний…

Подступая к Винсенту на максимально допустимое рамками приличий расстояние, Карбьер смотрит тому прямо в глаза. Два зеленых огня напротив серо-голубых глаз - им обоим впору было испытать чувство дежавю.

- Я поставлю вам одно условие - Не дожидаясь дозволения, он снимает перчатку с правой руки и мягко касается ею лба Арабэтта - Все произошедшее останется для вас не более чем сном, мой друг.


Сознание Винсента погружается в темноту, резко, как будто кто-то выключил солнце, и так же резко возвращается обратно. Арабэтт находится на опушке леса, верхом на коне и может наблюдать, как с веселыми возгласами с охоты возвращаются приглашенные графом гости. Удача сегодня благоволила им, а это значит, что вина в этот вечер прольется в два раза больше, чем положено. Маркиза поблизости не наблюдалось, и стоит Винсу спросить кого-то из празднующих, не видели ли они вдовца графини Лускан, как те округлят глаза: о таком тут слыхом не слыхивали. Зато нашли ладного вороного жеребца на другом конце поля. Бедняга был жутко напуган.

О произошедшем в чаще леса Винсенту напомнит только шкатулка, перстень и едва уловимая ноющая боль в шее.

Квест успешно завершен!

Волею случая, Винсент получил достаточно сильный артефакт, взамен заключив сделку с вампиром. До тех пор, пока шкатулка находится у Винсента, их договор в силе, но что произойдет, если условиями его решат пренебречь? Время покажет.

+2

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»


Сегодня в мире Разгар 1059 года.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Архив у озера » Сокровищница » [37 Разгара 1058] В погоне за белой ланью


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно