14.05. Временно закрыта возможность гостям писать в гостевой. Писать сообщения можно через профиль рекламы (Ворон), либо зарегистрировавшись. 14.04. Регистрация на форуме и подача анкет возобновлены. 07.04. Можно ознакомиться с итогами обновления, некоторые мелкие детали будут доработаны.

В день Чернолуния полагается завесить все зеркала и ни в коем случае не смотреть на собственное отражение.

Лучше всегда носить при себе зеркальце чтобы защититься от нечистой силы и проклятий.

Некоторые порождения дикой магии могут свободно проходить сквозь стены.

В Солгарде все желающие могут оформить заявку на тур по тавернам, включающий в себя 10 уникальных заведений со всех уголков мира, и посещение их всех в один день!

Дикая роза на крышке гроба запрет вампира внутри.

В центре опустевшей деревушки подле Фортуны стоит колодец, на бортиках которого грубо нацарапана фраза на эльфийском: «Цена должна быть уплачена».

Старый лес в окрестностях Ольдемора изменился. Звери изменились вместе с ним. Теперь их нужно убивать дважды.

В провинции Хельдемора не стихает молва о страшной угрозе, поджидающей путников на болоте, однако... всякий раз, когда туда прибывали нанятые охотники, они попадали в вполне себе мирную деревеньку.

Беда! Склеп мэра одного небольшого города возле Рон-дю-Буша едва ли не полностью ушел под землю после землятресения. Лежавшие там мирно тела... пропали.

В окрестностях Рон-дю-Буша есть примечательный город, главная особенность которого — кладбище. Поговорите с настоятелем местной церкви и он непременно отыщет для вас могилу... с вашим именем.

Известный мастер ищет бравого героя, дабы увековечить его благородный лик в камне.

Тролль, которого видели недалеко от деревни на болотах, говорит на общем языке и дает разумные советы напуганным путешественникам, встречающих его на пути.

Книги в большой библиотеке при ольдеморской консерватории начали разговаривать, и болтают они преимущественно друг с другом.

В Керноа кто-то повадился убивать горожан. Обнаруживший неизменно замечает, что из тел убитых растут... зеленые кусты.

В Эльмондо обрел популярность торговец, раз в период заглядывающий в столицу и предлагающий всем желающим приобрести удивительно умных зверей. Правда все чаще звучат голоса тех покупателей, которые утверждают, будто иной раз животные ведут себя странно.

Если в Новолуние поставить зажженную свечу на перекресток - можно привлечь Мертвого Феникса, который исполнит любое желание.

Некоторые представители расы шадд странным образом не нуждаются во сне - они вполне могут заболтать вас до смерти!

Эльфы просто обожают декорировать свое жилье и неравнодушны к драгоценностям.

Дворфы никогда не бывают пьяны, что говорится, «в зюзю». А вот гномы напиваются с полкружки пива.

Бросьте ночью 12 Расцвета в воду синие анемоны, подвязанные алой лентой, и в чьих руках они окажутся, с тем вас навек свяжет судьба.

Оборотни не выносят запах ладана и воска.

В Сонном море существуют целые пиратские города! Ничего удивительного, что торговые корабли никогда не ходят в этом направлении.

Хельдемор не отличается сильным флотом: портовые города в гигантском королевстве ничтожно малы!

Положите аркану Луна под подушку в полнолуние чтобы увидеть сон о будущем!

Благословение Луны, которым владеют представители Фэй-Ул, способно исцелить от любого проклятия в течении трех дней после его наложения.

Джинны огня дарят пламя, закованное в магический кристалл, в качестве признания в любви.

В Маяке Скорби обитает призрак водного джинна, который вот уже пятьдесят лет ждет свою возлюбленную и топит каждого, чья нога ступит в воды озера, окружающего маяк.

Фэй-Ул пьянеют от молока, а их дети не нуждаются в пище первые годы жизни - главное, чтобы ребенок находился под Луной.

Самой вкусной для вампиров является кровь их родственников.

Свадьбы в Аркануме проводятся ночью, похороны - днем. Исключение: день Чернолуния, когда ночью можно только хоронить.

В лесу Слез часто пропадают дети, а взрослый путник легко может заблудиться. Очевидцы рассказывают, что призрачный музыкант в праздничной ливрее играет всем заблудшим на флейте, и звук доносится со стороны тропы. А некоторым он предлагает поучаствовать в полуночном балу.

Не соглашайтесь на предложение сократить дорогу от незнакомых путников.

На острове Чайки стоит роскошный особняк, в котором никогда нет людей. Иногда оттуда виден свет, а чей-то голос эхом отдается в коридорах. Говорят что каждый, кто переступит порог, будет всеми забыт.

Озеро Лунная Купель в Лосс'Истэль полностью состоит не из воды, а из лучшего вина, которое опьяняет сладким вкусом!

Утеха стала приютом целым двум ковенам ведьм: неужто им здесь медом намазано?

В языке эльфов нет слова, обозначающего развод.

По ночам кто-то ошивается у кладбищ подле Руин Иллюзий.

В Фортуне дают три телеги золота в придачу тому, кто согласен жениться на дочери маркиза.

В Белфанте очень не любят культистов.

Не стоит покупать оружие у златоперого зверолюда, коли жизнь дорога.

Кто-то оставил лошадь умирать в лесу Ласточки, а та взяла и на второй день заговорила.

Храм Калтэя называют проклятым, потому что в статую древнего божества вселился злой дух и не дает покоя ныне живущим. Благо, живут подле статуи только культисты.

В Озофе то и дело, вот уже десять лет, слышится звон колоколов в день Полнолуния.

Жители утверждают, будто бы портрет леди Марлеам в их городке Вилмор разговаривает и даже дает им указания.

Чем зеленее орк, тем он сильнее и выносливее.

У водопада Дорн-Блю в Ольдеморе живут джинны воды и все, до единого - дивной красоты.

На Ивлире ежегодно в период Претишья происходит турнир воинов. В этом году поучаствует сам сэр Александер Локхард - личный охранник ее Величества королевы Маргарет!

Все аристократы отличаются бледностью кожи, да вот только в Рон-Дю-Буше эти господы будто бы и вовсе солнца не знают.

В мире до сих пор существуют настоящие фэйри, да вот только отличить их от любого другого существа - невозможно!

Фэй-Ул настолько редки, что являются настоящей диковинкой для всего Аркануме. А на диковинки большой спрос. Особенно на черном рынке...

18 Бурана дверь королевского дворца Хельдемора распахивается всем желающим, бал в ночь Первой Луны.

В 15-20 числах в Лосс'Истэле происходит Великая Ярмарка Искусств - это единственный день, когда эльфы позволяют пройти через стену всем.

10 Безмятежья отмечается один из главных праздников - самая длинная ночь года. в Рон-дю-Буше проводится Большой Маскарад.

42 Расцвет - день Солнцестояния, неофициальный праздник Пылающих Маков в Ольдеморе, когда молодые люди ищут цветок папоротника и гадают.

22 Разгара отмечается Урожайный Вал в Фортуне.

Каждую ночь спящие жители Кортелий подле Утехи выбираются из своих постелей, спускаются к неестественно синему озеру и ходят по его песчаному дну. Поутру их тела всплывают, а селяне всерьез боятся спать.

Арканум. Тени Луны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [44 Безмятежье 1059] Монстр под кроватью


[44 Безмятежье 1059] Монстр под кроватью

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Монстр под кроватью

https://i.imgur.com/FgEusVx.jpg

церковь | 44 Безмятежье 1059 Джакомо Леру | Доротея

Поможет ли греховному викарию нож под подушкой от монстра, которого подкинули ему под кровать?

Закрутить колесо Аркан?
нет

+1

2

[indent]— Леру, я же тебя еще с — считай — послушничество знал. И вот как ты обо мне думаешь?
[indent]— Я лишь думаю, что ты мог заметить что-то необычное.
[indent]— Ага, заметил. Ваше Преподобие сегодня совсем без аппетита.
[indent]Орк с седыми бакенбардами в поварском фартуке сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что вменяемое и невменяемое ему суть есть дудки и вообще поклеп. Да, его внешний вид мог вызывать удивление, но попробовали бы вы его глазунью! Этого разговора могло бы и не состояться, если бы Джакомо не обнаружил в миске лукового супа ингредиент, который совершенно не подходил — отрубленный мизинец с аккуратно обрезанными ногтями.
[indent]— Ты прав, мой старый друг. Это все тоска по ушедшей юности, — медленно вытерев салфеткой губы, викарий бросил ее на стол, — Возвращайся на кухню. Слуги! Передайте Доротее, что я жду ее в малом зале. И подайте мне уже кто-нибудь рвотный камень.
[indent]В малый зал Джакомо спустился спустя четверть часа, когда привел себя в порядок после неудавшегося обеда. Настроение стремительно портилось. Убийцы — это не новость, их в любом краю мира с достатком. Но этот! Этот смел издеваться. С пятнадцать лет Леру не сжимал в руках дуэльной шпаги, но — как и прежде — готов был ответить на вызов кровью. Чьей? Покажет время.
[indent]«Где носит эту девку?», — Джакомо опустился за стол, все еще ощущая подрагивания желудка. Когда-то малый зал служил для встречи организаторов, совместно работающих над не самыми важными службами или праздниками в городе. Теперь же он превратился в сыскной штаб, целью которого был поиск убийцы. Всюду лежали записи, зарисовки художников, карты и улики, которые уместно при свете дня держать на столе. Началось все с месяц назад, когда трактирная служка неожиданно исчезла. В этом не было ничего удивительного. Если бы она только не начала возвращаться в город по кусочкам. Потом новые пропажи. И…
[indent]— Госпожа Доротея. Рад вас видеть в добром здравии. Надеюсь, вы мудро распорядились своим свободным временем и успели пообедать. Нас ждут дела.
[indent]Длинные рукава скрывали запястья, но Леру знал — там следы кандалов. Лишь сутки назад он повелел их снять, уверившись, что Доротея не представляет для него опасности. По крайней мере сейчас или пока сама того не захочет.
[indent]«О, Луна, не лишай меня своего света. Посмотри до чего ты докатился. Якшаешься с убийцами», — добавить к кандалам сообщающийся ошейник, бросить в казематы, забыть. Такой была первой мысль викария, когда капитан стражи приволок женщину, гордо сообщив, что вот он, убийца. Сущий бред. Не считая того, что за ее спиной и в самом деле хватало преступлений. Не только в Ильмерии. Но к этому делу она не имела никакого отношения. Тогда Леру казалось забавным дать ей возможность пройти путем искупления. Послужи Луне и Луна не забудет тебя. Но сейчас жрец ловил себя на мысли, что первичный план был не так плох. Кандалы, ошейник, казематы, забвение. Простой и испытанный сценарий.
[indent]— К карте. Сейчас же, — придвинув упомянутую карту к себе, Джакомо угольным карандашом обвел собор, — Сегодня мне подкинули мизинец. Его должны уже были отнести в катакомбы, к холоду. Я не смог определить чей он, поэтому будем считать, что у нас все та же ситуация: тринадцать пропавших, о которых мы знаем. И части тела трех из них обнаружены.
[indent]Первую отсеченную ладонь нашли на молитвеннике коменданта отделения Ордена. Срезанные губы — в садах. Палец у судьи, ухо в казармах. Убийца не торопился, но и этот суповой набор у себя не хранил. Скоро стали попадаться головы, ноги, вырванные грудные клетки… Безумие, которое только чудом пока удавалось сдерживать в стенах клириков и городских чинов. Сомнительная тайна, о которой уже начали шептаться. Доходило до того, что младшие жрецы обсуждали призыв паладинов.
[indent]— Когда-то, когда мир еще был мал, народы додумались до некоторой хитрости. Они приручали волков для того, чтобы истреблять зверье, — уронив лицо на ладонь, викарий выдохнул. Угрозами ничего не добиться. Не от нее. Не от тех, кому угрожали уже не раз. Волков приручали не побоями, — Я не забыл о твоей просьбе. Более того, лично контролирую ход дела. Но я обижен. Мне начинает казаться, что ты куда меньше заинтересована в поимке убийцы, чем я. Он должен занять место, которое с неделю назад пророчили тебе. И быстро.
[indent]Кандалы, ошейник, казематы, забвение.
[indent]Поиски изувера почти лишили сна Леру, он сильно побледнел и никакие снадобья не могли скрасить выступающую синеву под глазами.
[indent]— Луна светит каждому. И я хочу, истово всем сердцем хочу, чтобы ты прошла этот Путь. Но это невозможно, если ты не желаешь мне помочь. Если бы ты знала прекрасно город и у тебя на руках было — предварительно — тринадцать мертвых тел, где бы ты пряталась?

+1

3

Уж лучше была бы стража.

Но она ни слова не говорит. Слишком хрупкая, что боятся коснуться? Слышится шумный выдох, как только Доротея становится не их заботой. Вот и ответ.
Церковь встретила давящими со всех сторон стенами, душными запахами, косыми (это уж точно можно пережить) взглядами. Пробивается ли сюда свет?

Доротея всегда избегала богов, религии и путей, которые обязательно приведут к "свету". Она не разрешала себе прощения и уж тем более не позволяла другим отпустить содеянное. Загонять себя глубже и глубже всегда приносило какое-то болезненное удовольствие.
У каждого свой способ искупить вину.

Она ест в кандалах, спит в кандалах. Начинается казаться, что это никогда не закончится. К этому зуду можно привыкнуть (нет, пускай этот новый чертов хранитель ключа снимет их).
Доротея получает "свободу" быстрее, чем планировала. Интересно, его подкупили честные глаза, прямая осанка или осознание, что при большом желании пара металлических колец на запястье совершенно не останавливают.

Им обязательно собираться в такую рань? Казалось, для Доротеи подходит лишь ночь - остальное время она с радостью бы потратила на сон, лишь бы не видит эти надвигающиеся стены, от которых начинало тошнить.
Ради богов, он может организовывать их встречи под открытым небом. Она никуда не сбежит.
Ответом всегда будет "Нет"

Доротея словно головная боль.
Ведёт себя подобающее. Никуда не торопится, аккуратно заплетая волосы, добавляя всё новые и новые шпильки - ни один из волосков не должен торчать. Злить Джакомо стало новым развлечением. Раздражать его совсем несложно - просто быть собой.

- Господин Леру.

Улыбка не принесёт ему ничего хорошего. Лёгкий поклон и вновь выпрямляется как струна, неслышно подходя всё ближе и ближе. Если довести его до кипения, то куда отправят Доротею дальше?
На кладбище.
И это не пугало. Она боялась другого.

Доротея встаёт рядом, послушно уставившись на карту. Очередная метка.

- Да у вас поклонница или поклонник.

Она тихо смеется прямо над его ухом. Шутки никогда не были ее сильной стороной. Смех постепенно угасает, оставляя лишь тень улыбки.

Это напоминало Доротее мозаику. Только более извращенную и в крупных масштабах. Ей нравилось соединять, сопоставлять, угадывать. Скоро они соберут целого человека. Одного из тринадцати.
И ничего не ёкает.
Чёрствая, потерявшая всякое сожаление.
Сколькие умерли и сколько еще умрет. И это её руки тоже.

- Конечно меньше.

Доротея переводит взгляд на Леру.

- Ведь это вам подкидывают мизинцы. Вам грозит опасность.

Вы в жалких миллиметрах от убийцы.

- Но, господи Леру, это не значит, что я не стараюсь. Мы с вами выяснили, что пол для этого человека неважен. Детей (хвала богам) он не трогает.
Пока.
- Лучше вы мне расскажите, могут ли эти люди быть связаны с Вами.

От цепкого взгляда не ускользает помятость его лица, кажется, проглядывались новые морщины, а синяки под глазами приобретали новые цвета. Она наклоняется ниже.
Такая близость бесспорно  должна раздражать. Когда-нибудь Доротея проиграет в своих играх. Об этом можно подумать позже.

- Джакомо, цвет твоего лица мне совсем не нравится.

Уж кто бы говорил.

Доротея прыгает с уважительного обращения на "ты" и обратно словно что-то само собой разумеющееся.

- Стоит ли мне сделать для тебя примочки?

И совсем неясно, издёвка это, или Доротея совершенно серьезна.

- Прятаться?

Хрипловатый смех вновь разбивается о стены.

- Вы шутите, господин Леру. Тринадцать жертв. И никаких предположений, никаких теорий. О нет, этот человек не будет прятаться. Он хозяин положения.

Она вновь рассматривает карту.

- Я не уверена, что все тринадцать мертвы. Некоторые части тела словно отрезаны от ещё живых. Быть может, это его погубит. Но меня интересует другое. Почему его целью стали Вы, господин Леру.

А меж тем воздуха для неё становится всё меньше, а на прогулку рассчитывать явно не приходится.

Проклятые стены.

+1

4

[indent]Тихий голос, еще более тихий шаг, она была почти невесома. Как ночной шепот или шелест плаща убийцы. Но тише всего прочего были ее насмешки. Тихий настолько, что его не услышать, как бы сильно ты не вслушивался. Джакомо было достаточно знать, что она смеется. Иначе и быть не могло. В конце концов, она пока еще избежавший суда преступник. А он — викарий, от которого люди ждут решения. Попытки или оправдания мало кого волнует в эпоху, когда особенно громкий его провал окажется достоянием утренних газет. И у него не было времени на дерзости девки с пронзительно голубыми глазами. Смотрящими беспристрастно, но все с теми же огоньками, свидетелями внутреннего торжества.
[indent]— Оставь!, — викарий отмахнулся от ядовитой заботы своей подопечной. Он прекрасно осознавал, что в текущем своем состоянии едва ли станет украшением бала какой-нибудь баронессы. Выглядел он отвратительно. И это если еще ощутимо приукрашать. С этим делом нужно было заканчивать быстрее, чем оно закончит с Леру. Он не хотел верить в гипотезу, что сам оказался целью убийцы. Отказывался верить, если угодно. Но снова и снова следы указывали на то, что преступника волнует Джакомо. Либо его личность, либо должность — в сущности, разница была невелика.
[indent]— Прости мою несдержанность, Доротея. Я плохо сплю, а злоключения горожан тяжким грузом висят на моем сердце, — отойдя от стола к окну, викарий выглянул на улицу и сложил руки за спиной. Только спокойствие. Спокойствие и холодный рассудок. Его враг был из плоти и крови, — Все получатели частей тела были добрыми горожанами и важными чинами в Ильмерии. Или находки были обнаружены в местах, которые с ними связаны.
[indent]Или со мной.
[indent]В словах Доротеи были зерна истины. Так или иначе, все нити вели к викарию. Даже если убийца не мог предположить, что он отнимет это дело у Ордена и начнет самостоятельно расследовать пропажу возможно-пока-живых людей. Что же, выходит он и правда не таился.
[indent]— Нужно отправляться в город. И быть осторожными. Когда-то на Эльпиде…, — Джакомо не успел договорить. Дверь распахнулась и без всякой вежливости в малый зал вбежал запыхавшийся служка.
[indent]— Ваше… Ваше Преподобие. Вы должны это увидеть.
[indent]Доротея должна была быть в кандалах. Того требовал закон, того требовали приличия. Ее грехи не были смыты ни в Луне, ни в епископском свидетельстве о прощении. Она оставалась преступницей, ожидающей справедливого суда. Верно, пока она выказывала покорность викарию, снявшему с нее оковы. Но слишком часто Джакомо Леру знал женщин, хранивших верность лишь до рассвета.
[indent]Но обстоятельства не ждали. Жестом позвав за собой Доротею, викарий поспешил во двор перед собором. Там уже собралась приличная толпа, гудевшая на манер стайки мух, круживших над кучей навоза. Джакомо подмечал детали, но игнорировал их в пользу сути. В центре толпы, аккурат перед воротами дома Луны, стояла телега. Телега, укрытая погребальным саваном.
[indent]— Ваше Препо… Джакомо, как? Как допустил?, — редкие слезинки, сбегающие по небритой щеке, свидетельствовали о горе Арно. Викарий хорошо знал соседа своей семьи. В детстве он угощал леденцами Джакомо, а позже безнадежно пытался сосватать свою дочь. Кажется, он тоже был из семьи столетия назад обедневших дворян. Дальнейших обвинений жрец не слышал — они быстро утонули в гомоне толпы. Они его не волновали. Решительным шагом он направился к телеге. О, хотел бы он сейчас быть как можно дальше отсюда. Пусть даже на Эльпиде. Где угодно, но…
[indent]Но он был здесь.
[indent]Рука не дернулась в слабоволии, а мышцы уставшего лица ни единым мускулом не выдали чувств, когда он сорвал саван. С отнятыми руками и ногами, перед ним лежало тело Лизетты Арно. Дочери старика, которой так и не суждено было стать невестой викария. Он хорошо знал ее. Она обучалась фехтованию у отца Джакомо, а в будущем мечтала стать офицером Ордена Белого Меча. Кажется, в минувшем сезоне ей стукнуло двадцать.
[indent]— Стража.
[indent]Воинство Луны, что до этого мялось у ворот, как смогло оттеснило толпу от телеги. Несмотря на обстоятельства, последние и не думали устроить дебош. Что ни говори, а народ Ильмерии был кроток в своей вере.
[indent]— Угасшая звезда зажжется новой на бесконечности небосвода. Найди покой в подлунном свете. Теперь ты дома, — сорвав с сюртука богато украшенную церковную брошь, викарий закрыл последние двери для несчастной. Водя в сакральных символах брошью, он изучал тело. Она была обнажена. Но внимание привлекло не это. Тонким лезвием были высечены слова на множестве языков. В буквах повторялась лишь одна фраза: “Леру-Леру, укажи нам на Луну”. Изувер был врагом Церкви. Изувер был врагом мирных горожан Ильмерии. Ему было мало, и он совершил свою последнюю ошибку — Изувер стал личным врагом Джакомо Леру.
[indent]— Жители Ильмерии! Услышьте мои слова, — повернувшись к толпе, Джакомо вскинул вверх руку с брошью, — Я, Джакомо Леру. Перед вами и перед Луной с Созвездиями Арканов, укрытых светом дня, я даю клятву. К концу этой декады убийцу настигнет правосудие. И цена клятвы — моя жизнь.
[indent]Древняя уважаемая клятва. Такие приносили паладины перед осажденными городами еретиков. Звучала она редко, но каждый знал значение. Не позднее, чем через шесть дней убийца будет найден и — вероятно — казнен. Если клятве не дано исполниться, смерть обнимет Джакомо Леру.
[indent]— Но ты с убийцей!..
[indent]— Ни единый суд не приговорил ее. Так в праве ли вы судить решения тех, кто живет в свете Луны?
[indent]Толпа умолкла. Один одобрительный возглас. Другой. Совсем скоро горожане зашлись в одобрительных криках и неровных хлопках. Здесь знали цену словам клятвы. Но еще больше — словам Церкви.
[indent]— Арно, я скорблю о твоей утрате и клянусь тебе лично. Не как викарий славной Церкви Луны, но как наследник разоренного рода Леру. Лизетта обретет правосудие. Стража! Поместите тело в соборе со всеми почестями.
[indent]Наконец, Джакомо смог обернуться к Доротее. К счастью, та не исчезла, воспользовавшись открывшейся возможности:
[indent]— В ратушу. Немедля.

+1

5

Его плохой сон действительно всё ярче и ярче отражается на лице, на действиях. Это как пламя, которое постепенно гаснет, оставляя за собой уголёк.

В зеркале она видит именно это - что-то давно потухшее, что разгорается лишь от боли, причинённой самой себе. Есть лекари, способные это исправить? Нужны ли они ей?
Нет.
Она разберется со всем сама.
Гордая подбитая птица.

Это действительно правда? Про груз, про тяжбы. Она такому давно уже не верит. Ещё больше сомневается в Церкви. И совсем уж не признает никаких богов.

Конечно, что-то снова случилось. И не нужно быть пророком, чтобы знать от чего запыхался, от чего глаза испуганные и выпученные.
Доротея же думает лишь о том, что покинет хоть на мгновение эти проклятые давящие стены. Даже дышать легче стало.
А вот Леру напротив не хватало воздуха. От беспощности ли, от страха или винил себя в этих многочисленных жертвах.
Это пройдет.
Стоит ли судить всех по себе, Доротея?

Она не чувствует запаха кровь. Зато печалью и горем несёт ещё до того, как вышли к толпе.
Доротея следует за Леру тенью. Бесшумная, чёрная. Она и есть тень.
Только протянуть руку и можно схватить. Но всегда на этом почти незримом расстоянии.
Совершенно небезопасно. Но викарий занят другим, а Доротея иногда держит слово.
Может, он ей нравится.
Может, она великодушна.
Может, выполнит слово?

Она игнорирует шёпот за спиной. Сколько раз слышала. Все твердят одно и то же.
Кто-то скорбит, кто-то гневается, другие же шлют проклятия.  Почему-то не тому, кто совершил зверство, а ей.
Хватает одного лишь взгляда, чтобы голоса становились тише. Интересно, они и правда думают, что наощупь Доротея ледяная, как её глаза.

А правда ли они со смертью похожи? Такая же бледность, вечно чёрные одежды, пронзительный взгляд.
Да, кто-то перед смертью видел именно это лицо. Она никогда не улыбалась. Она горевала.

Слова отца тонут в топле. Но Доротея прекрасно их слышит. Боль, отчаяние. Дальше будет гнев, нужно только немного подождать. А пока он будет захлебываться в своих слезах.
Ей нельзя допустить такого для себя.

Джакомо говорит, Доротея смотрит. Пытается ухватить детали, мотивы (а есть ли?) Чувствует, как шрамы на спине в который раз начинают гореть. Её "чёрная метка".

Эта девушка красива до сих пор, даже лишенная рук и ног. Как долго она была жива? Почти не тронута следами разложения.
Она не пахнет.
Её держали на волосок от смерти? Постепенно отнимая то одно, то другое. Заставляли смотреть? Когда она перестала плакать от того, что слезы закончились? Как долго оставалась боль? Когда надежда покинула её?
Почему Доротея ничего не чувствует?

В спину летит очередное "убийца". Реакция - едва заметный кивок головы.
Леру пытается защитить её? Или оправдать свои связи?
Сейчас это не имело никакого значения. Сейчас Доротее хочется прикоснуться к холодной синеватой коже, заглянуть в распахнутые глаза.
Как же.громко они кричат.
Позже.
Никто не позволит такого перед народом. Перед отцом. Его драгоценное чадо и так осквернили. А тут ещё одна "ведьма".
Поэтому Доротея сжимает руки сильнее, пряча в длинных рукавах.

Какие почести. Ей нужно прям сейчас сказать: "Постой". Она должна осмотерть тело.

Оказывается вновь слишком близко, вновь за спиной.

- Господин Леру.

Почти не похоже на змеиный шёпот.

- А осмотреть тело? А сопоставить части тела? Перебежками туда-сюда мы ничего не добьёмся.

Вновь взгляд на толпу. Они собираются уже проваливать или так и будут любопытными голубями сновать из одного угла в другой.
Прогулка явно испорчена.

- Ноги истопчешь.

Или громкие клятвы должны принести озарение?

+1


Вы здесь » Арканум. Тени Луны » Рукописи о былом » [44 Безмятежье 1059] Монстр под кроватью


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно